Глава 28

Прошло шесть месяцев.

Снег сошёл с башен Вороньего замка. Впервые за многие годы север встретил весну не серым небом, а ослепительным солнцем.

Разрушенные стены восстановили. Вместо гобеленов с одинокими серебряными воронами в коридорах появились новые: на них ворон расправлял крылья над ветвью цветущего терна.

Земли Алвейнов вернули законной наследнице. Эйра отказалась считать их частью владений Морвейнов. Кэйдэн подписал грамоты без возражений, хотя советники спорили до глубокой ночи.

Теперь Алвейн восстанавливали. На месте сгоревшего замка заложили новый дом — не крепость, а школу для детей, освобождённых из Белой обители. Лисса настояла, чтобы в саду посадили белые розы.

Семеро участников нападения на Алвейн предстали перед судом. Эйра присутствовала на каждом заседании. Она не простила их, но и не позволила никому превратить правосудие в месть.

Роуэн стал хранителем восстановленных южных земель. Он утверждал, что это назначение является наказанием за неповиновение королю. Кэйдэн и не отрицал.

Утро второй свадьбы началось с того, что Эйра обнаружила под подушкой кинжал.

Она подняла его и посмотрела на Лиссу.

Девочка стояла возле кровати в золотистом праздничном платье и старательно изображала невиновность.

— Это твоих рук дело?

— Король сказал, что без кинжала под подушкой вы можете почувствовать себя неуютно.

Эйра усмехнулась и провела пальцем по рукояти. Вместо знака Ордена на ней были выгравированы ворон и цветущий терн.

— Где он?

— Его величество запретил говорить.

— Лисса.

— В храмовом саду.

— Тебе удивительно легко даётся разбалтывать королевские тайны.

— Я не сказала, у какого дерева.

Эйра рассмеялась.

В покои вошли служанки, неся свадебное платье. Оно не было ни синим, ни чёрным.

Ткань цвета слоновой кости струилась по их рукам, переливаясь золотом. Лиф украшали тонкие ветви терна, вышитые сверкающей нитью. По длинному шлейфу летели вороны, но у самого края они превращались в золотых птиц.

На плечи Эйры легла прозрачная накидка. Волосы оставили распущенными, собрав у висков тонкими золотыми цепочками. Вместо тяжёлой короны ей надели венец из живых белых роз.

Одна из служанок застегнула на её шее ожерелье.

В центре сиял сапфир.

Тот самый камень, который Кэйдэн подарил ей перед первой свадьбой. Теперь вокруг него золотом было выложено маленькое пламя.

— Вы прекрасны, — прошептала Лисса.

Эйра посмотрела в зеркало. На неё смотрела не тень Ордена, не убийца, скрывавшая клинок под платьем. Не последняя принцесса восстановленного дома.

— Я боюсь, — призналась она.

Лисса удивилась.

— Чего?

— Что алтарь снова взорвётся.

— Его проверяли семнадцать раз.

— Кэйдэн?

— Роуэн. И новый придворный маг. Но больше всех — король.

Эйра улыбнулась. Снаружи заиграли трубы. Пора.

Храмовый зал невозможно было узнать. Чёрный мрамор укрывали белые и золотые цветы. Сквозь открытые окна проникал весенний ветер. Под восстановленными сводами горели тысячи свечей.

Здесь собрались представители всех Девяти земель, как свидетели новой клятвы.

У алтаря стоял Кэйдэн. На нём был тёмно-синий камзол с золотой и серебряной вышивкой. На голове сверкала золотая корона. Тёмные волосы, несмотря на все усилия слуг, снова упали на лоб непокорными прядями.

Эйра остановилась в дверях. Кэйдэн увидел её, и забыл обо всём вокруг. На лице короля отразилось такое открытое потрясение, что Эйра ощутила, как исчезает последний страх.

Рядом с ней стоял Роуэн в парадных доспехах.

— Вы готовы, ваше величество?

Эйра посмотрела на длинный проход.

В прошлый раз она шла одна, потому что считала, что больше никого не осталось.

Теперь Лисса держала ее шлейф.

А Роуэн предложил свою руку.

— Да, — ответила Эйра. — Готова.

Они пошли вместе. Гости поднялись. Среди них были дети из Белой обители, жители восстановленного Алвейна, солдаты Вороньего замка и люди, ещё недавно считавшие имя Эйры символом поражения.

Теперь они склоняли головы не перед покорённой принцессой. А перед женщиной, свершившей невозможное.

Кэйдэн спустился с помоста, не дожидаясь, пока она подойдёт.

— Ты нарушаешь церемонию, — прошептала Эйра.

— Я ждал достаточно долго.

— Шесть месяцев.

— Невыносимо долго.

Лисса вложила руку Эйры в его ладонь.

— Берегите её, — строго сказала девочка.

— Я постараюсь.

Роуэн кашлянул, скрывая смех.

— Я прослежу, чтобы его величество помнил ваши наставления.

Кэйдэн посмотрел на начальника стражи.

— Вы оба забываетесь.

— Сегодня вам запрещено казнить почетных гостей, — напомнила Эйра.

— Кто утвердил это правило?

— Я. Только что.

— Тогда придётся подчиниться.

Они поднялись к алтарю. Жрец был молод и заметно волновался. Перед началом обряда он трижды проверил камень под ногами.

— Если что-то треснет, — тихо сказал Кэйдэн, — мы уйдём.

— Убежим, — уточнила Эйра.

На алтаре лежали два браслета. Один изготовили из золота Алвейнов, второй — из серебра Морвейнов. Мастера переплавили старые семейные украшения, не связанные ни с Орденом, ни с магией печатей.

Внутри браслетов были выгравированы слова.

На браслете Эйры:

«Свободная в выборе».

На браслете Кэйдэна:

«Верный правде».

Ни замков, ни чар. Каждый браслет застёгивался простым креплением и в любой момент мог быть снят.

Жрец открыл книгу.

— Перед свидетелями Девяти земель вы пришли обновить клятвы, однажды произнесённые у этого алтаря.

Кэйдэн поморщился.

— Не уверен, что стоит вспоминать первый обряд.

— Почему? — невинно спросила Эйра. — Он был довольно запоминающимся.

— Ты солгала.

— Ты знал, что я лгу.

— Алтарь взорвался.

— Зато поцелуй получился превосходным.

Жрец покраснел.

В зале послышались смешки.

— Прошу прощения, — сказала Эйра. — Продолжайте.

Жрец перевернул страницу.

— Кэйдэн Морвейн, принимаете ли вы Эйру Алвейн не как владение, не как залог мира и не как часть своей короны?

Король повернулся к ней.

На этот раз его голос не был холодным.

— Принимаю.

Он взял золотой браслет.

— Эйра, я не обещаю оградить тебя от каждой опасности. Ты всё равно найдёшь способ броситься ей навстречу.

Гости рассмеялись.

— Я не обещаю никогда не ошибаться. Не обещаю всегда соглашаться и, вероятно, продолжу принимать решения, которые будут приводить тебя в ярость.

— Наконец-то честная клятва, — прошептала она.

Кэйдэн улыбнулся.

— Но я обещаю говорить правду до того, как она станет удобной. Обещаю не выбирать за тебя. Не удерживать страхом, долгом или короной. И каждый день, пока ты позволишь, буду выбирать тебя сам.

Он застегнул браслет на её запястье. И…

Ничего не произошло.

Не вспыхнула магия.

Не задрожали стены.

Золото просто согрелось от её кожи.

Эйра поняла, что именно этого и хотела.

Жрец обратился к ней:

— Эйра Алвейн, принимаете ли вы Кэйдэна Морвейна не как врага, не как спасителя и не как судьбу, назначенную древней магией?

— Принимаю.

Она подняла серебряный браслет.

— Кэйдэн, я не обещаю быть покорной.

— Я и не надеялся.

— Не перебивай мою клятву.

— Молчу как рыба.

— Я не обещаю перестать спорить, рисковать и напоминать тебе, когда ты ведёшь себя как самонадеянный глупец.

— То есть ежедневно.

— Если потребуется.

По залу снова прошёл смех.

Эйра посерьёзнела.

— Но я обещаю не прятать ненависть за любовью и ложь за молчанием. Обещаю помнить человека под короной, даже когда весь мир будет видеть только короля. Я не отдаю тебе свою судьбу. Я выбираю разделить с тобой дорогу. Столько, сколько мы оба будем идти по ней добровольно.

Она застегнула браслет, и серебро коснулось кожи Кэйдэна.

Между их руками вспыхнула маленькая искра.

Эйра замерла.

За ней появилась вторая. Золотой огонь обвился вокруг серебряного льда, но не связал их запястья. Свет поднялся над алтарём и превратился в двух птиц.

Золотая птица села на плечо Кэйдэна. Серебряный ворон опустился рядом с Эйрой. А затем они растворились в воздухе.

Жрец потрясённо смотрел на целый алтарь.

— Полагаю, это благословение.

— В прошлый раз нам сказали то же самое перед тем, как всё взорвалось, — заметил Кэйдэн. — Продолжайте.

Жрец торопливо закрыл книгу.

— Клятвы обновлены. Союз заключён свободной волей и подтверждён перед Девятью землями.

Кэйдэн уже наклонился к Эйре.

— Кажется, вы пропустили важную часть, — сказала она.

Жрец опомнился.

— Скрепите союз поцелуем.

— Наконец-то, — произнёс король.

Он коснулся её лица. На этот раз в его взгляде не было ни вопроса, ни сомнения.

Эйра обхватила его шею, и сама притянула к себе. Их губы встретились под звон колоколов. Гости приветствовали их так громко, что задрожали окна, но алтарь остался цел.

Кэйдэн отстранился ровно настолько, чтобы прошептать:

— Превосходное начало для брака, основанного на свободном выборе.

— Не льсти себе.

— Теперь уже поздно.

— Самонадеянный глупец.

— Моя королева.

— Мой король.

И она снова его поцеловала.

Праздник продолжался до рассвета.

Во внутреннем дворе накрыли длинные столы. Над ними парили сотни магических огней. Музыканты играли мелодии Севера и Алвейна, а вино лилось так щедро, что Роуэн приказал удвоить караулы возле фонтанов.

Кэйдэн и Эйра открыли первый танец. Он положил ладонь ей на талию. Музыка зазвучала тише.

Кэйдэн вёл её уверенно, сапфировые и золотые огни отражались в его глазах.

Вокруг танцевали люди, ещё недавно принадлежавшие враждующим землям.

Роуэн позволил Лиссе встать ему на сапоги и терпеливо кружил её по двору. Дети смеялись, слуги разносили сладости, а над восстановленными башнями летали настоящие вороны.

— О чём ты думаешь? — спросил Кэйдэн.

— О том, что всё опять пошло не по плану.

— Каков был план на этот раз?

— Спокойная церемония без древней магии.

— Ну… Алтарь не взорвался.

— Это уже успех.

Музыка закончилась, но Кэйдэн не отпустил её.

К ним подбежала Лисса с большим карамельным яблоком.

— Это последнее.

Эйра немедленно потянулась к нему, но Кэйдэн оказался быстрее.

— Моё.

— Сегодня день нашей свадьбы.

— Именно поэтому мы должны делиться.

Он откусил яблоко с одной стороны и протянул ей. Эйра откусила с другой.

— Теперь это почти так же интимно, как всё остальное, — сказала она.

— Едва ли.

Лисса закатила глаза.

— Я вас оставлю.

Когда девочка убежала, Эйра посмотрела на новый браслет. Золото сияло в свете солнца. Она расстегнула крепление, сняла его и снова надела.

Просто потому, что могла.

Кэйдэн заметил.

— Проверяешь?

— Да.

— И как?

Эйра застегнула браслет.

— Решила пока остаться.

Он коснулся её щеки.

— Сегодня?

— Сегодня.

— А завтра?

— Спросишь завтра.

На лазоревом небе светило яркое солнце. Его лучи ложились на золотые башни, серебряные крыши и молодые ветви терна, посаженного у ворот.

Кэйдэн обнял Эйру. На этот раз их брак не был ловушкой, пророчеством или магическим ключом. Не было мёртвого серебра, чужой воли и клятв, которые невозможно нарушить.

Только два обычных браслета.

Два свободных сердца.

И выбор, который им предстояло делать каждый день.

Эйра подняла лицо к солнцу.

Последние врата исчезли.

Зато перед ними наконец открылось будущее.