Глава 9. Отцы и дети

Айлин

Утром пришел ответ, что в Болните готовы принять посольство в лице наследного принца Александра, и мы отправились в таинственную страну. Западное королевство, если верить картам, по своим очертаниям походило на большой треугольник. Одна сторона граничила с Восточным королевством, другая с Болонитой, а третье ребро треугольника упиралось в море. Столицы всех трех государств располагались недалеко от вершины этого треугольника, поэтому расстояния между ними были небольшими. Дорога до границы занимала не более одного дня.

Кремер решил ехать по территории Западного королевства с нами в сопровождении небольшого, но очень маневренного отряда. Как он сказал, для подстраховки. Что нас ждет дальше, не знал никто. А если что, помощь будет рядом. Переходить границу отряд не собирался. Предполагалось, что он разобьет лагерь на подступах к Болоните. Его величество также посмеялся, что там мы и пройдем тест на его предполагаемое отцовство. Как это будет происходить, я представляла мало.

Рано утром ко мне приходила Ирма. Слава богам, Лекс уже успел уйти в свои покои. А то как-то неудобно бы вышло. Госпожа не успела разойтись, а спит в объятиях другого мужчины. Бывшая горничная, смущаясь и краснея, рассказала, что Саймон сделал ей предложение. Но так как брак между нами не был расторгнут, решила поставить хозяйку в известность. И, как я предполагаю, хотела найти подтверждение слов Саймона от меня. Я за них рада. Поэтому благословила Ирму с легким сердцем и рассказала, что как только рожу, брак будет расторгнут. Лекс уже бросил вызов, и отменить его не может никто. Когда же наш небольшой отряд собрался выезжать, девушка просто светилась от счастья, не скрывая от глаз посторонних скромное колечко на руке. И где Сай только его раскопать умудрился за столь короткое время?

Снега было немного, поэтому лошади двигались резво. Чуть отстали обозы с продовольствием. Но они нужны будут отряду, который будет дожидаться нас на границе. По бокам от дороги рос хвойный лес, разбавляя своей зеленью унылый зимний пейзаж. Мы пару раз устраивали привалы, но стояли не больше часа. Когда стало вечереть, прибыли в последнюю деревню. Воины начали разбивать палатки, а наша компания и его величество отправились на ночлег в таверну. Мужчины решили, что нам с Ирмой там будет удобнее.

Когда мы поужинали и уже собирались расходиться по комнатам, король подозвал нас с Лексом:

— Пойдемте, у нас осталось с Айлин одно не законченное дело. А тебе Александр, думаю, тоже на этом стоит присутствовать.

Кремер рассказал, что между государствами есть нейтральная полоса. И мы беспрепятственно можем перешагнуть на ее территорию и вернуться обратно. То есть мы с Лексом. Он же в силу своего проклятия этого сделать не мог. И если я реально его дочь и наследница, то магия в этот раз должны его выпустить. Раз моя матушка столько лет держала мое рождение в тайне, монарх вполне обоснованно сомневался, что она вряд ли что-то решит подтвердить сама.

Наша маленькая компания подошла к границе недалеко от заставы. Раздел светился тоненькой полосочкой голубого света. Дальше была нейтральная территория, а еще чуть дальше была видна красная светящаяся полоса. Там начиналась Болонита.

— Чтобы вы поняли разницу, начнем с того, что Айлин сейчас перешагнет полосу. И вы реально посмотрите на мое проклятие, чтобы ни у кого сомнений не появилось. Магия не позволит нам вместе уйти из государства, разве только в случае смертельной опасности. Надеюсь, сейчас таковой нет, — сказал нам король.

После этого он слегка подтолкнул меня к разделительной полосе. Я немного замешкалась, Но все же сделала этот шаг. Кремер пошел следом. Мы с Лексом застыли в ожидании. Вдруг тонкая полоска света выросла в яркую синюю стену, и короля отбросило на пару метров прямо на пятую очку. Принц тут же подбежал и подал руку, помогая подняться.

— Вот так оно и работает! — сказал его величество, отряхивая руки и штаны. — Я как стал королем, так ни разу за эту границу выйти и не смог. А теперь проверим мою наследницу!

После этих слов он повернулся ко мне и взял горячими руками за плечи и всмотрелся в глубину моих глаз. В этот момент я поняла, что реально смотрю в свои собственные глаза, только более мудрые и грустные.

— Айлин, — продолжил говорить король, — я не знаю, что произойдет через пару секунд. Но хочу, чтобы ты знала: я очень был бы рад такой дочери!

Мужчина отпустил меня и застыл на пару секунд, закрыв глаза. Его губы прошептали неизвестную мне молитву. Шаг, еще шаг… И ничего не произошло. Граница без беспрепятственно пропустила монарха. А я стояла и не знала, радоваться мне или нет. Как-то странно в двадцать лет получать отца, о чьем существовании даже не задумывалась. Тем более такого отца.

Кремер вышел обратно и раскрыл объятия. Я немного поколебалась, но все же шагнула к нему на встречу. Как это непривычно ощущать родительские объятия, которых была лишена. Отец же поцеловал меня в макушку и подтолкнул легонько к Лексу:

— Теперь он владеет правами на тебя. Но, надеюсь, иногда ты будешь навещать своего отца. А потом наши государства сольются в одно, как и было тысячу лет назад. Думаю, что от этого только все выиграют.

— А я, надеюсь, что мы найдем мою маму. И, возможно, она до сих пор тебя любит. Просто что-то очень серьезное мешает ей быть рядом с нами, — ответила я.

— Завтра вы пойдете в нелегкий путь. Лекс, береги мою девочку! Я только-только ее обрел. И если потеряю, то точно этого не переживу.

— Отец, — как непривычно прозвучало из моих уст обращение, — а можно один вопрос?

— От тебя хоть тысячу, — с улыбкой ответил король.

Повернулась к Лексу:

— Ваше высочество, а можно я задам этот вопрос отцу без свидетелей?

Принц улыбнулся, развел руки в знак согласия и немного отошел, чтобы мы могли поговорить наедине.

— Ответь мне, пожалуйста, что значат огненные всполохи в твоих глазах? Я читала об этом в книге, но книги могут врать. А родной отец, надеюсь, нет! — задала я вопрос.

— А у кого ты их видела до меня, что начала изучать литературу? — удивленно поднял брови мужчина.

— У Лекса так полыхают глаза, когда он смотрит на меня.

— О, даже так! Тогда он самый что ни на есть подходящий муж для тебя. Это значит, что мы с ним потомки драконов. И есть вероятность, что вы сможете составить истинную пару. А всполохи… Это огонь любви. Но иногда, правда полыхает, когда все надоели. Но это бывает редко и только у молодых.

А почему вы отправились в такое нелегкое путешествие в статусе жениха и невесты? Не было бы правильнее сначала пройти обряд, соединяющий вас?

Я замялась, не зная как лучше сформулировать ответ. Обманывать отца, хоть и недавно приобретенного не хотелось:

— Видишь ли, я замужем за Саймоном. Это второй мужчина в нашей компании. И я даже жду от него ребенка.

Лицо короля при моих словах вытянулось. Я продолжила объяснять:

— Но Лекс вбил в свою голову, что я должна быть с ним, и бросил Саймону вызов. Я же, как амазонка должна подчиниться победителю. Саймон пообещал признать поражение, после того, как я рожу. Вот такая странная компания у нас получилась.

— А ты, ты сама что хочешь?

— Я не знаю, — прошептала я, опустив глаза, — мы с Леком не был близки, так как я не могу изменить мужу. Но когда его нет рядом, я его вижу во сне и нам очень хорошо вместе, так как будто все происходит наяву. А с мужем даже рядом такого нет.

Господи, о чем я рассказываю практически постороннему мужчине, хоть он мне и доводится отцом? Но, возможно получу ответы хотя бы на часть своих вопросов.

Король улыбнулся, загадочно на меня посмотрел и сказал:

— У драконов была такая особенность, когда их истинная пара далеко, они очень хорошо могли общаться во сне. Легенды гласят, что от таких снов даже дети иногда рождались. Так что я рад, что вы наконец-то встретились. Хоть и с опозданием, но судьба подарит вам счастье. Когда вы вернетесь вместе с Ритой, я думаю, ты мне все подробно расскажешь. А сейчас пойдемте спать. Вставать вам завтра рано.

* * *

Когда мы пришли в таверну, Лекс, даже не спрашивая, отправился сразу в мою комнату. Я, похоже, с этим тоже смирилась. Если я его истинная пара, то точно никуда мне от него не деться.

— Ты знаешь, почему, когда мы вместе, то друг другу не снимся?

— Боги, наверное, ждут, когда я наберусь смелости и рискну, — усмехнулся мой любимый мужчина.

— Нет, — отмахнулась я, — у тебя мысли все об одном. Отец сказал, что мы, скорее всего, с тобой истинная пара. А истинные могут сексуально общаться во сне, когда между ними расстояние.

— То, что мы истинные, я уже догадался. А вот про расстояния, честно не знал. Может мне в другую комнату спать уйти?

— Фигушки, здесь холодно. Спасть будешь со мной, — улыбнулась я.

— Ты хоть представляешь, что для мужчины, значит спать с любимой женщиной и не иметь возможности любить ее в физическом смысле?

— А ты представляешь, что значит спать одной в холодной кровати, когда рядом есть такой горячий дракон? — захохотала я.

После этого Лекс подхватил меня на руки и бросил на кровать. Затем нежно поцеловал и, немного повозившись, устроился носом между моих грудей и сладко засопел. День завтра всех ждал тяжелый и полный неизвестного.

* * *

После восхода солнца наш маленький отряд путешественников тронулся в путь. На границе проблем не возникло. Приглашение от правителя сделала стражников очень вежливыми и предупредительными. Впереди ждала Болонита.

Что меня поразило, как резко поменялся окружающий пейзаж. По Западному королевству мы скакали в окружении могучих елей. А в Болоните леса практически не было. Так чахлые деревца появлялись то там, то здесь. И кругом были открытые пространства, куда только хватало взгляда. Лекс объяснил нам, что это вековые болота. От них и происходит название страны. И наше счастье, что едем мы зимой, когда все застыло. Летом жуткие испарения и запахи комфортными дорогу путников не делают. Уже это все вызывало какую-то тревогу на сердце.

Ближе к обеду показались очертания черного замка. Он стоял на горе, возвышаясь над остальным миром. Замок был именно черным от фундамента до кончиков шпилей на башнях. Такое завораживающе-пугающее зрелище. Ехать до него было еще достаточно далеко, но взгляд он приковывал весь оставшийся путь. И лишь ближе к закату мы подъехали к столице. Как оказалось, обитель правителя была вся облеплена небольшими домиками у подножья, но издали они был не видны. Мы въехали в главные ворота замка. На встречу выбежала стража, и, не дав отдохнуть с дороги, повели нас к хозяину.

* * *

Если покои короля, а теперь и моего отца, поразили своей вычурностью, которая не присуща мужчинам, то замок правителя Болониты был на удивление пуст. Ощущения были похожи на те, когда переезжаешь в новый дом и успеваешь занести только стол и пару стульев. Шаги и слова отдавались эхом в полупустом помещении. При этом стены и потолки были выложены чисто белым мрамором, а полы — черным. Абсолютно монохромный интерьер.

У центральной стены зала, в который нас привели, стоял черно-белый трон. На троне восседал мужчина в сюртуке белого цвета, а нижнюю половину туловища у него скрывали длинные черные одеяния, которые спускались на пару метров со ступенек трона. Волосы монарха были то ли белыми, то ли седыми. Понять разницу оказалось сложно. За троном стояло четыре стражника, одетых примерно так же, как и повелитель. Я очень удивилась, зачем страже такие длинные балахоны, которые мешают перемещаться. Когда мы подошли ближе, то успели разглядеть желтые глаза правителя с вертикальными зрачками. Тут я поняла фразу «смотреть как мартышка на удава». Мартышками были мы.

Лекс вышел вперед и учтиво поклонился со словами:

— Правитель Болониты, мы приносим вам благодарность за то, что вы согласились принять нас. Процветания и благополучия вашему государству!

Только правитель даже не удостоил его взглядом. Он, не мигая, уставился на меня, а затем шипящим голосом произнес:

— Дочь Риты, зачем ты здесь?

Я, честно говоря, растерялась. Вот так вот сразу, дать понять, что матушка здесь и начать допрос?

— Я разыскиваю свою мать и надеюсь, что она в ваших владениях и мне удастся ее увидеть, — пролепетала я.

— Зачем увидеть? — спросил, не меняя выражения лица, мужчина.

— Видите ли, я последняя из рода амазонок, и у меня есть вопросы, на которые может ответить только моя мама!

— Последняя амазонка — это Рита, а ты полукровка, драконье отродье! — прошипел правитель.

— Но скажите: она здесь и смогу ли я ее увидеть? — содрогаясь от страха, продолжала настаивать я. Только ощущение плеча Лекс радом давало мне силы не завизжать от страха. Лекс пока молчал. И я была ему благодарна, так как его вмешательство могло бы привести не понятно к чему.

— Ты увидишься с ней завтра утром. Одна, — припечатал мужчина. Затем его длинные одежды зашевелились, и он… пополз.

Это был самый настоящий наг: получеловек-полузмей. О них я читала только в сказках. Ирма тихонько взвизгнула от страха, но Саймон успел быстро зажать ей рот. Правителю этого звука оказалась достаточно. Он развернулся, оглядел Ирму презрительным взглядом, затем перевел взгляд на Саймона и сказал:

— Что же вы, человечки, с большими ящерицами общаться не боитесь, а змеи вас напугали? — после этих слов он как-то дико расхохотался. Затем отдал приказ страже сопроводить нас на ночлег.

И мы пошли по гулким коридорам в направлении, куда нас вели два полузмея.

— Лекс, — обратилась я к жениху, — я так понимаю, что ящерицы это мы с тобой?

Мужчина хмыкнул:

— Похоже на то. Только я себя с ними никогда не отождествлял.

Что было говорить про меня, если про отца с драконьими генами я узнала лишь позавчера? Ирма опять как-то нездорово захихикала. У девушки, похоже, началась банальная истерика от нервного перенапряжения. Слава богу, нас привели в покои с двумя комнатами. В каждой комнате стояло по кровати. Помещения были выдержаны все в тех же черно-белых тонах. Жить бы в таких я ни за что не согласилась. Но провести ночь уставшим с дороги путникам лучше в мягких кроватях, чем на травке в лесу. Тем более леса тут не было. До меня дошло, что именно болота предпочитают многие ползучие гады. Об этом я поделилась с нашей компанией.

— Когда я отправлялся вслед за тобой, Айлин, не думал, что попаду в самый настоящий гадюшник! — выдал Саймон. Как он умеет портить о себе впечатление!

— Зато в этом серпентарии есть шанс найти ответы на те вопросы, которые нас четверых касаются на прямую! — возразил принц. — Пока вреда нам не причинили. Будем надеяться на лучшее и в будущем.

Тут вошли две служанки и поставили на столе четыре тарелки с тушеными овощами с мясом, бутылку вина. Так же был принесен кувшин с водой. Мы молча поужинали и отправились на покой. Дверей в спальнях не было, поэтому слышимость была наиполнейшая. Лекс с Саймоном тяжко в унисон вздохнули, но сексуальных поползновений не предприняли ни тот, ни другой.

* * *

Этой ночью я спала плохо. Представляете, завтра я увижу собственную мать, которую не видела ни разу за всю сознательную жизнь! Какой уж тут может быть сон. А под утро как нарочно разоспалась. Меня растолкал Лекс:

— Айлин, там за дверью стучатся и тебя зовут!

Я резко открыла глаза, непонимающе уставилось в лицо мужчины, которое нависло надо мной. Мужчина же чмокнул меня в нос и подтолкнул к краю кровати. Я уж было хотела возмутиться, но тоже услышала стук и голос:

— Госпожа Айлин, вас госпожа Рита ожидает!

— Через пять минут буду! — отозвалась я и стук прекратился.

Вот так чуть не проспала судьбоносную встречу. Быстро влезла в штаны, заплела волосы в косу, побрызгала водой в лицо и побежала на свидание с матушкой.

В коридоре меня ждал молодой наг все в той же черно-белой одежде. Создалось впечатление, что других цветов для них просто не существует. Я с опаской покосилась на хвост, спрятанный под черным балахоном. Но сегодня это уже не было неожиданностью, поэтому и не так страшно. И мы пошли с ним по гулкому, пустынному коридору.

Шли долго по каким-то переходам, поднимались и спускались с этажа на этаж. Неужели замок настолько огромен, что переход из конца в конец может занимать двадцать минут? Потом решила, что, скорее всего, меня просто хотят запутать, видимо из-за какой-то предосторожности. Зря они это делают, ой, как зря.

Мне вчера вечером Лекс выдал пригоршню мелких следящих камушков. Я по дороге незаметно их раскидывала. Как только камушек касался твердой поверхности, он тут же в нее впитывался, и обнаружить его практически было невозможно. А у Лекса появлялась возможность отслеживать все, что происходило за пределами нашей комнаты. А еще он мне дал переговорное устройство. Его я должна была отдать матери, если в этом будет необходимость. Тогда я еще не догадывалась, что это было одним из лучших решений на тот момент.

И чем дольше меня водили кругами, тем большую территорию замка я смогла пометить следящими элементами.

Наконец мы остановились у большой черной (кто бы сомневался!) двери. Наг повернулся ко мне и, пряча взгляд, произнес:

— За этой дверью ваша мать. Прошу не удивляться и не пугаться, она немого не в себе. Вы только не волнуйтесь, она абсолютно здорова, просто под действием зелья.

Удивленно посмотрела в лицо сопровождавшего:

— Почему вы мне это говорите?

— Вы приняли нормально мою вторую сущность. Не морщились, не кричали, не сплевывали мне в след. Поверьте, наги умеют ценить хорошее отношение к себе. Поэтому я выразил вам, таким образом, свою маленькую благодарность.

С этими словами передо мной распахнули дверь, и я вошла.

Спиной к окну стояла женщина в черной юбке и белой кофте. Волосы у нее были такими же белоснежными, как и верх одежды. Я подошла поближе. Выглядела она достаточно молодо, и лишь морщинки вокруг красивых зеленых глаз говорили о том, что лет ей больше, чем кажется на первый взгляд. Мы обе замерли в молчании, разглядывая друг друга.

Я смотрела во все глаза, впитывая каждое ее черточку. В какой-то момент поняла, что смотрю в свое собственное отражение, только чуть постарше, и цвет волос и глаз отличался от моего. Женщина продолжала молчать и не шевелилась. Вдруг я четко услышала в голове ее голос:

— Айлин, девочка моя, можешь ли ты меня слышать? Я лишена возможности говорить и двигаться.

— Мамочка, — всхлипнула я, и бросилась к ней с объятиями.

Затем мысленно ответила:

— Я отлично тебя слышу!

— Вот и замечательно, значит, получится поговорить без свидетелей! — ответил мне голос в голове. — Только дай мне сначала посмотреть на тебя! Кто же знал, что мне не будет суждено с тобой увидеться целых двадцать лет!

— Так ты меня не бросала? — спросила удивленно я.

— Нет, моя маленькая. Просто вышло не много не так, как все планировалось изначально. Я очень надеюсь, что когда-нибудь у меня появится время обо всем тебе рассказать. Но ШШааххан сказал, что тебя ко мне привели какие-то важные вопросы. Спрашивай, я не знаю, сколько времени нам отвели на встречу. Нужно все успеть.

Что мне оставалась делать? Я ей рассказала всю историю моего грустного замужества, про свою любовь к Лексу, про то, что тем, что зовут любовью, мы с ним банально не можем заниматься из-за страха перед тем, что сотворила моя… хм со мной и с Саймоном. Про то, что ждем завершение вызова после рождения ребенка.

На практически мертвом лице женщины появилась вдруг слабая улыбка:

— Так вот она, какая месть амазонок! ШШааххан почти 20 лет добивается мой благосклонности, а я ему все время отказываю. Может, стоит и потерпеть один раз, чтобы ему было неповадно?

Голос в моей голове откровенно засмеялся. Затем мама начала отвечать на мои вопросы:

— Понимаешь, дочка! Как приятно это говорить… Амазонки народ очень свободолюбивый. Под браком наши боги, да и мы сами понимали не ритуал в храме, а соединение с любимым мужчиной. Я так понимаю, ты Восточного принца полюбить успела? А вот Саймон был тебе сначала приятен, а потом ты поняла, что это не твой мужчина. Чем сильнее страсть амазонки, тем больше удовольствия она получит от секса.

— А как же поединок за право обладать амазонкой? — задала я волновавший меня вопрос.

— Ну не может амазонка просто так мужика менять. Вот и придумали эту причуду с поединками. Так что иди и люби своего Лекса! Я думаю, проблем не возникнет, иголок тоже…

— Мама, а ты уйдешь со мной? — рискнула я.

— Как бы я этого хотела. Но видишь, он меня обездвижил. Слава богу, в тебе ментальная магия амазонок успела проснуться и ты меня слышишь. А то была большая вероятность, что мы бы просто молча друг против друга простояли и все.

В двери застучали:

— Заканчивайте свидание! Господин велит госпоже Рите прийти к нему!

Я тихонько отдала маме кристалл связи:

— С помощью этого камня мы сможем с собой разговаривать, когда ты сможешь говорить нормально, а не ментально. Тогда обо все договоримся и обязательно тебя отсюда вытащим!

Мама едва заметно кивнула головой, я а еще раз ее крепко обняла. Из моих глаз потекли слезы.

— Не плачь, моя крошка! Я верю, что у нас все получится теперь, когда мы нашли друг друга. До свидания!

— До свидания, мамочка!

* * *

Обратно меня вели другим путем. И я раскидала остатки кристаллов по дороге. У меня сложилось впечатление, что теперь весь замок Шшааххана под присмотром Лекса. Чувства в моем сердце толпились двоякие. Я была рада тому, что встретилась с матерью, что она жива — здорова, и что я, похоже, беспрепятственно могу … любить Лекса. Но мне не давала покоя мысль, что ее держат фактически в плену. И мне как верной дочери и амазонке в одном лице надо бы ее выручить. С этими мыслями я шла в комнаты, где оставила своих попутчиков.

Лекс сидел в уголке на диване и очень внимательно разглядывал какой-то камушек.

— Айлин иди сюда, — подозвал он меня, — я думаю, тебе будет интересно!

Подошла, залезла с ногами на диван и устроилась рядом. И понимаю, что в камне отражается то, что делается в той комнате, где я оставила свою матушку. В изображении видна моя родительница, которая потихоньку начала отходить от зелья. Следовательно, к ней возвращается возможность двигаться, а также сам противный наг.

— Ты успела что-то узнать? Я видел, как вы молчали, стоя друг перед другом, — спросил меня принц.

— Да и очень многое. Мать опоили зельем, и просто так говорить она не смогла. Но я, оказывается, владею ментальной магией и могу слышать мысли другого человека, если он мне их направляет.

— Офигеть! — совсем не по-царски выдал Лекс. — Ладно, об этом потом, давай слушать!

Я прислушалась и стала улавливать звуки, которые раздавались в комнате, из которой я только что пришла.

— Ты довольна? Посмотрела на свою дочурку? — спросил ШШааххан.

— Да, спасибо, — чуть ворочая языком, ответила мама.

— Я так и не понял, как ты ее умудрилась родить. Ты же не была замужем за Кремером?

— Амазонке совсем не обязательно выходить замуж, ей достаточно просто сильно полюбить! — с вызовом ответила Рита. Лекс удивленно улыбнулся и посмотрел на меня:

— Ты это тоже узнала?

— Да, но не мешай дальше слушать! — шикнула я на него.

— А если она не полюбит? — обвивая тело мамы своим противным хвостом, спросил правитель.

— Тогда насильника коснется кара богов. И он об этом сильно пожалеет!

— Не хочешь ли ты это проверить? — уточнил змеехвостый.

— Да хоть сейчас, — передернулся с брезгливой гримасой мама.

— Я думаю, с этим стоит повременить. А вот от твоей девчонки стоит избавиться!

— Чем тебе помешала моя девочка? Ты даже поговорить нам путем не дал.

— Мне нужна сила королевы амазонок. Истинной королевы, а не полукровки дракона. Ты же передала ей власть. И пока она жива, ты не королева. А вот с ее смертью все встанет на круги своя! — захохотал Шшааххан.

Мама сильно побледнела и уперлась рукой о стену.

А Лекс повернулся ко мне и быстро произнес:

— А вот нам больше медлить не стоит. Хватаем Саймона с Ирмой и уходим отсюда!

В этот раз я решила, что возражать ему не стоит.

* * *

Мы быстро собрались, пока никто нас не хватился. Саймон было заикнулся, что еще не позавтракал, но Лекс на него так рыкнул, что тот больше и не сопротивлялся. Вскочили на лошадей и помчались к границе Западного королевства. Проблема была в том, что Ирма не могла долго и много скакать на лошади. Поэтому мы решили, что они с Саймоном едут в том темпе, в котором смогут, а мы с Лексом поскачем быстрее. Охота-то началась только на меня. Остальные пока были в относительной безопасности.

Где-то после обеда были на месте. Как только перешли границу, на встречу тут же вышел король. Он буквально стащил меня с лошади и прижал к груди.

— Девочка моя, ты вернулась живая и здоровая, — поглаживая меня по спине, произнес отец. — Скажи, удалось найти ли вам Риту?

Лекс, видя наши крепкие объятия, сначала очень напрягся. Но потом вспомнил, что Кремер мой отец и несколько расслабился. Как только родитель ослабил объятия, принц тут же притянул меня к себе, чтобы ни у кого не возникло сомнений, кому я теперь принадлежу. Хотя по факту где-то на территории Болониты скакал мой муж с любовницей. И пока только он имел на меня права. Но об этом все благополучно забыли.

Мы зашли в таверну, около которой разбил лагерь королевский отряд, и нам подали обед. Я рассказала отцу про маму, что та жива, здорова, что фактически ее держат как пленницу. Хотя Шшааххан и не скрывает своих матримониальных амбиций, только в свете последних событий, что удалось нам подслушать с Лексом с помощью кристаллов, причиной их является далеко не любовь, а что-то более страшное.

Кремер помрачнел. Долго глядел в одну точку, практически не мигая, затем потер рукой подбородок и сказал:

— Я счастлив, что Рита жива. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы освободить ее от проклятого нага. Но сила правителя Болониты велика, просто так прискакать и отвоевать ее не получится, поэтому нужно хорошенько подумать. И делать это надо на свежую голову. Я думаю, что вам нужно идти отдохнуть. Мои воины встретят на границе ваших попутчиков. А завтра с утра мы все обдумаем и обсудим.

После этих слов короля Лекс приобнял мена за талию и подтолкнул в сторону нашей с ним комнаты.

* * *

Наконец мы остались вдвоем. И между нами не висело проклятье амазонок. Я вошла в комнату и в нерешительности остановилась посередине. Лекс захлопнул дверь, подошел ко мне сзади и взял за плечи, просто согревая их своими горячими ладонями. Я застыла, боясь пошевельнуться. Как я долго ждала этого момента, что смогу получить свою долю любви и нежности. И в то же время очень страшно разочароваться. Мужчина уткнулся носом в мои волосы, и мы простояли так не меньше минуты. Запах полыни, который ассоциировался в моем мозгу с одним конкретным принцем, окутывал меня с головы до ног. Затем его руки опустились ниже, прижимая мое тело к твердой груди. А я положила свои руки поверх его кистей и откинула голову ему на плечо.

— Айлин, моя Лина! — прошептал Лекс. — Ты выйдешь за меня замуж?

Я даже растерялась. Ожидала чего угодно, но не предложения руки и сердца.

— Ты же знаешь, что выбора у меня нет. Вызов брошен… И я останусь с Саймоном, или буду с тобой.

— Саймона забудь! Его больше не будет! Я не хочу, чтобы это было по воле богов. Я хочу, чтобы ты сама хотела стать моей по доброй воле. Ты удивительная женщина, Айлин. Одновременно смелая и сильная, нежная и беззащитная, упрямая и покорная. И, конечно, очень красивая! Я люблю тебя. Люблю ту маленькую девочку, которую ты родишь. Она же твоя частица. А я не могу не любить все, что с тобою связано.

Господи, за что мне такое счастье? Этот могучий потомок драконов держит меня в своих объятиях как самую дорогую и хрупкую игрушку. И он признался мне в любви, позвал замуж… А я? Я, честно говоря, немного боюсь. Вот так вязла и струсила. Хотя обратного пути уже нет.

— Лекс, я боюсь! — отвечаю ему шепотом.

Мужчина невесело усмехнулся:

— А думаешь, мне не страшно! Я как вспомню ту картинку, во что ты превратила мужское достоинство Саймона!

И тут до меня дошло. Я резко развернулась, оттолкнула его от себя, и, глядя в полыхающие глаза, спросила:

— Лекс! Признавайся, те следящие кристаллы, они были и моей спальне?

Он вздохнул, виновато улыбнулся, повесил голову и ответил:

— Прости меня. Я слишком боялся, что Саймон начнет опять избивать.

— Ну, знаешь, дорогой, это уже слишком! Может ты за мной и в туалете подглядывал, как самый натуральны извращенец?

— Лина! — он протянул ко мне руку, но я отшатнулась. — Лина, это все делалось ради твоей безопасности!

Я сделала шаг назад и наткнулась на кровать. Недолго думая взобралась на нее и начала обстреливать принца подушками. Благо их было достаточное количество. При этом зло приговаривала:

— Извращенец! О безопасности он беспокоился! А в известность меня нельзя было поставить!

Мужчина ловко уворачивался от снарядов, смеясь, откидывал мне их обратно на кровать. В какой-то момент до меня дошло, что мой запас снарядов не уменьшается и аккуратно возвращается ко мне.

— Ты зачем мне подушки обратно кидаешь? — возмутилась я. — Я же тебя ими бью, а ты их мне обратно, да?

— Чтобы ты пар выпустила и успокоилась, — услышала я смех мужчины.

В этот момент поняла, что лежу спиной на кровати, мои руки крепко зафиксированы одной рукой Лекса над головой, тело прижато тяжелым телом мужчины. Глаза встретились с полыхающим взглядом. Зрачков у Лекса практически не осталось, все занимал огонь. Я еще немного повозмущалась для порядка, но мой рот накрыли жесткие губы мужчины, а глаза закрылись сами по себе. Губы тут же стали очень нежными и мягкими. Они поцеловали оба моих закрытых глаза, переместились к мочке уха, пошлись по шее и вернулись обратно ко рту. Его язык ворвался в мой рот и начал ласкать. Я тут же забыла про все свои обиды и со страстью ответила, застонав от наслаждения. Мой слух, уловив торжествующий смешок, но мне было уже все равно. Я запустила свои руки в шелковистые волосы Лекса, стянула ремешок, которым они были связаны, и постаралась притянуть его еще ближе к себе.

— Лина, ты не ответила на мой вопрос! — удивленно смотрю на мужчину, который только что сгорал вместе со мной, а теперь нависает над моим телом, опираясь на руки. — Сейчас мы перейдем с тобой грань, возврата из-за которой уже не будет. Я не хочу, чтобы ты об этом пожалела в будущем. Ты любишь меня? Ты выйдешь за меня замуж?

— Лекс, какой ты дурачок! Неужели ты думаешь, что кто-то просто так сможет завалить амазонку? Да, я люблю тебя! Да я согласна стать твоей женой! Но передумаю, если ты не возьмешь наконец-то меня!

После этих слов мужчина облегченно вздохнул и стал поспешно меня раздевать. Неужели он во мне сомневался? Я помогала ему, чем могла. А затем протянула руки к завязкам на его рубахе. Он быстро отстранился и сам скинул ее. Следом полетели и штаны. И мы застыли, гладя друг на друга в первозданном виде. Он был именно таким, каким я его себе и представляла. Мощные плечи, обтянутые смуглой кожей, узкая талия, и… Это я в принципе видела впервые, если не считать того покалеченного иголками у Саймона. Осторожно опустила руку и прошлась по бархатистой поверхности. Лекс тут же перехватил мою ладонь и прижал к своей груди:

— Любимая, давай не в этот раз! Иначе все закончится, так и не начавшись! И запомнишь ты совсем не то, что бы мне хотелось.

Я не возражала. Горячая кожа и перекатывающиеся под ней мышцы тоже сводили меня с ума. Робко начала гладить это восхитительное тело. А он в это время покрывал меня всю поцелуями. Во сне это все уже проходили, но наяву ощущения были гораздо ярче и чувственнее. Губы Лекса опускались все ниже и ниже. Вот его голова склонилась между моих бедер, целуя их внутреннюю поверхность. И вдруг что-то горячее прикоснулось к моему женскому естеству. Пока губы и язык ласкали его, в меня вошли пальцы и тоже стали ласкать, только уже изнутри. Я почувствовала, как в моей груди закручивается пружина наслаждения, а затем разлетается на миллионы осколков оргазма. Я выгибаю спину и начинаю стонать от переполнявших меня эмоций.

После этого любимый поднимется наверх и очень нежно целует в губы. Мы лежим, прижавшись к друг другу буквально секунд тридцать. Затем эта сладкая пытка начинается снова. Только на этот раз он не опускается низко, ограничиваясь лаской моих губ и сосков. Затем слегка прикусывает кожу между шеей и плечом, залечивает укус языком. И в это момент я чувствую, что в меня входит что-то большое и горячее. Мужчина застывает, давая мне возможность привыкнуть к новым ощущениям.

— Любимая, посмотри на меня!

Я растерянно открываю глаза и смотрю в его напряженное лицо. (3303c)

— Я хочу, чтобы ты поняла, что это я, а не кто-то другой.

Я нетерпеливо приближаю его губы к себе, а бедрами подаюсь вперед, что бы он мог зайти еще глубже. Прислушиваюсь к ощущениям. Первое, что я почувствовала, была легкая щекотка. Даже не щекотка, а ласка, когда по коже водят птичьим перышком. Мужчина слега пошевелился. Ощущения усилились. И вот я уже лечу ему на встречу, побуждая двигаться сильнее быстрее. Снова закручивается спираль, а затем вместе с осколками оргазма приходит невероятное ощущения легкости в животе и голове. Свершилось. Я теперь знаю, за что рвут цепи, преодолевают тысячи километров и ждут любимых по двадцать лет.

Все проблемы ушли до утра далеко-далеко. Я устраиваюсь удобнее на груди мужчины. Он укутывает нас одеялом. Мы засыпаем оба счастливые в осознании того, что нашли друг друга.