Глава 10. Стратегия и тактика

Утро нас застало в той же самой таверне в приграничье. На завтрак собрались впятером: мы с Лексом, Сай с Ирмой и отец. Стали делиться впечатлениями от Болониты, от того, как добрались до Западного королевства, от нагов.

Последние во мне вызывали странные чувства. Я не могу сказать, что боюсь или ненавижу змей. Но такой гибрид человека с пресмыкающимся мне не понравился. Лекс с отцом тоже не совсем люди, но хвостов у них нет. Только клыки да огонь во взгляде выдают их сущности. И насколько я знаю, навыки обращения у современных потомков утеряны. Так только остаточная магия в наличии и все. И вполне понимаю маму, которая отказывается стать женой ШШааххана. Хотя, если я правильно поняла законы амазонок, она уже замужем за моим отцом?

Пока я об этом размышляла, Сай стал рассказывать, как они добирались до границы. Оказывается, мимо них пронесся отряд до зубов вооруженных стражников правителя. Скорее всего, гнались за мной. И чем я ему не угодила? Слава богу, наших не тронули.

Лицо Кремера было сочетанием счастья и горя одновременно. Он узнал, что любимая жива, но в плену. Понятно, что в его голове роились планы по ее освобождению. О чем он периодически вставлял реплики в наш разговор. Только Лекс его осадил:

— Ваше величество, я бы не стал торопиться!

— Ты не понимаешь, — кипятился Кремер, — я двадцать лет ее ищу, а ты «не торопиться»!

— Нужно сначала переговорить с матерью Айлин! Без ее подсказок туда даже нечего соваться, — оборвал его Лекс.

— Как переговорить? — удивился король. — Она там, а мы здесь.

— В наш век просвещения и передовой магии, возможно, все, — усмехнулся мой любимый (я уже не стесняюсь его так называть) и достал кристалл связи.

Все, кроме меня, недоверчиво уставились на тот невзрачный на первый взгляд камушек. Начальник же тайного отдела произвел пару пассов руками, и камень засветился мерным голубым светом. Изображения пока не было. Нужно было удостовериться, что мама одна. Лекс посмотрел в мои глаза и попросил:

— Позови маму ментально, чтобы обезопасить от подглядывающих и любопытствующих.

Я тут же подчинилась его просьбе. В ответ получила подтверждение, что Рита одна и готова с нами переговорить. Тогда Лекс настроил изображение и звук. На экране кристалла появилось мамино лицо. В этот раз она не была под воздействием парализующего зелья, поэтому на меня смотрела живое лицо с мимикой. Голос у мамы был низкий с хрипотцой. Я поймала себя на мысли, что он похож на мой. А я всегда его недолюбливала, считала, что у девушки голосок должен звенеть как колокольчик. Мама, прости, я ошибалась! Я горжусь всем, чем на тебя похожа.

— Здравствуй, моя девочка, здравствуйте, Ваше высочество! — начала разговор мама. — Как я рада, что, хотя бы таким способом, могу с вами пообщаться.

— Госпожа Рита, мы вот тут сидим и соображаем, как лучше вас освободить и переправить в Западное королевство, — встрял в наш разговор Лекс. — Дворец нагов вам известен лучше. Можете ли что-то нам подсказать?

— Да, конечно. Я за все это время, каких только планов не построила. Дайте мне немного времени, я постараюсь что-то придумать более или менее безопасное и эффективное. Тем более с такой поддержкой, думаю должно получиться.

— РИТА!

Мы с все обернулись в сторону его величества. Про его присутствие как-то забыли. А он сначала не понял, с кем мы веем беседу. А когда до него дошло, не смог сдержать эмоций. Лекс молча передал ему камень с изображением. Мои родители долго просто смотрели друг на друга, как будто не могли наглядеться.

— Какая ты красивая, нисколько не изменилась! Все та же девочка… — грустно промолвил отец.

— И ты прекрасно выглядишь, Рем! Как твои жена, дети? — спросила мама.

— Рита, ты моя единственная! Неужели ты думаешь, что пока у меня была надежда на то, что ты жива, я смог бы смотреть на кого-то еще?

Я от любопытства подглядела в изображение, которое как икону держал перед собой король. И увидела мамины глаза, из которых большими каплями катились слезы.

— И тебя люблю, — прошептали ее губы. — Ты уже знаешь, что Айлин наша с тобой дочь? У нее твои глаза.

— А в остальном она похожа на тебя… Я обязательно приду за тобой!

— Верю. Только не делай глупостей и не торопись как в прошлый раз. Сначала мы должны все хорошо продумать и просчитать. Наги сильные противники, очень сильные. Не считаться с ними было бы глупо.

* * *

А дальше были три дня счастья. За мои прошедшие 20 лет не было таких теплых и ласковых дней. Мы отправились во дворец отца ждать сообщений от мамы. Лекс ни на шаг не отъезжал от меня, умудряясь на полном скаку еще и погладить мое колено, когда наши лошади подъезжали близко друг к другу. Вечером мы были уже дома. После ужина он схватил меня в охапку и утащил в отведенные покои. И снова была ночь, полная любви и страсти. Когда я вспоминаю свои желания насчет полноценного секса, мне становится смешно. Не секса желать надо, а любви! Без нее невозможно единения душ, которое придает смысл всему происходящему.

Утро следующего дня я встретила уже в привычной позе, лежа на груди у вашества. Я проснулась первой. Мужчина еще крепко спал. Черная прядь волос непослушно упала ему на лоб, длинные ресницы отбрасывали тени на скулы. А вот морщинка между бровями разгладилась, и рот не был сжат в твердую линию, а был чуть приоткрыт и от этого выглядел более нежным и притягательным. От этого он больше походил на мальчишку, с которым мне уже никогда не суждено познакомится. Я собралась будить его поцелуем, но меня прервал стук в дверь. Мужчина тут же пробудился и одни рывком перекинул меня за спину, закрывая своим телом. Но я выбралась на поверхность и хриплым спросонья голосом спросила:

— Кто там?

Дверь медленно приоткрылась, и на пороге с виноватым выражением лица застыл король.

— Простите, я понимаю, что беспардонно врываюсь в вашу спальню. Но не могли бы вы мне дать кристалл связи? Я до утра не мог заснуть, мечтая снова увидеть Ритино лицо, — краснея, сказал Кремер.

— Конечно, Ваше величество! — с добродушной ухмылкой ответил Лекс. После натянул на меня одеяло до подбородка, а сам стащил халат со стоящего рядом кресла и прикрыл им совою наготу. Затем подошел к столу и из специальной шкатулки достал один из кристаллов.

— Присаживайтесь, Ваше величество! Я объясню, как им пользоваться, чтобы вам больше не пришлось проводить бессонных ночей, а вы с госпожой Ритой могли общаться в удобное для вас время.

Оба мужчины уселись в стоящие рядом с кроватью кресла. Ни того ни другого казалось не волновало, что я рядом под одеялом лежу абсолютно голая. Вначале я покраснела, но потом поняла, что их головы заняты совсем другим. Лекс уточнил, есть ли у Кремера возможности к ментальному общению, и удовлетворенно кивнул, получив подтверждение. Это нужно было для безопасности моей матери. Затем показал, как делать вызов и настраивать экран кристалла.

Когда на экране появилось мамино изображение, она радостно воскликнула:

— Рем! Я так рада тебя видеть.

Затем увидев рядом довольную физиономию Лекса, переключила свое внимание на него.

— Я правильно понимаю, что вы возлюбленный моей дочери и по совместительству наследник Восточного королевства?

Лекс подтвердил этот вывод, а затем объяснил матушке, что по всему дворцу разбросаны следящие кристаллы. При желании она может следить за ШШаахханом и узнавать его планы. Мама была этому факту очень рада. И обещала сразу сообщить, как только что-то узнает полезное для нашей операции по ее освобождению. Затем отец забрал кристалл и поспешил в свои покои, чтобы без свидетелей пообщаться с любимой женщиной. Я догадываюсь, что им было о чем поговорить друг с другом.

А с меня одеяло было тут же сорвано, и я была усажена на твердое от желания достоинство Лекса. Он расплылся в своей клыкастой улыбке и прошептал:

— Ты бы только знала, какие мысли лезли в мою голову, зная, что ты лежишь тут абсолютно голенькая, краснея от нашего присутствия!

Последующие полчаса мы были заняты. А потом решили, что все-таки пора вставать и отправились на завтрак.

* * *

За завтраком меня поразил Саймон. Когда мы зашли в столовую, он сидели с Ирмой на кресле. Вернее в кресле сидел Сай, а девушка у него н коленях. Пара с упоением целовалась. Я тихо порадовалась, что мой бывший (это уже точно!) муж тоже нашел свое счастье. Но он ссадил возлюбленную с коленей, чмокнул ее в щеку и подошел ко мне. А затем положил руку на мой живот и спросил, наклоняясь к нему:

— Как там поживает моя дочка?

Лекс тут же напрягся, задышал обиженно, а руки непроизвольно сжал в кулаки. Я попыталась все перевести в шутку:

— С дочкой все отлично, Саймон. Только вот владелец ее мамочки чем-то недоволен и пыхтит обиженно.

Саймон поднял глаза на Лекса:

— Ваше высочество, ты не обижайся! Но это реально моя дочь и я не хочу, чтобы она не знала родного отца. Для тебя она всегда будет приемной.

— Это ребенок Айлин, а я люблю все то, что имеет к ней какое-либо отношение! — горячо возразил принц.

— Любить ты в первую очередь должен будешь наследника, или в вашем случае наследницу. Не лишай моего ребенка любви отца! И ты мне обещал…

Лекс перебил:

— Да, обещал, да помню. Но не прикасайся к моей жене!

Я подняла глаза и увидела обиженный взгляд Ирмы. Господи! Мне еще тут петушиных разборок только не достает! Вдруг вспомнилось, что в моем теле бежит кровь дикого племени, я вскочила на ноги и резко сказала:

— Замолчали оба! В первую очередь это моя дочь. И я не позволю ее расстраивать и нервировать вашими глупыми разборками. Саймон, у тебя тоже есть женщина, которая тебя любит. Сделай ей сына и будь счастлив. А я обещаю, что после рождения девочка будет знать вас обоих с Лексом. У меня не было в детстве ни одного родителя, так пусть у нее родительской любви будет с избытком!

Мужчины дружно смолкли. Тут открылась дверь столовой, и на пороге появился очень довольный король:

— Вы чего не ели без меня? Давайте будем завтракать.

Мы все молча расселись и приступили к трапезе. Конфликтов между двумя будущими папашами больше не возникало.

* * *

Через два дня я проснулась от чувства, что кто-то долбится в мою голову, но никак не может достучаться. Растерянно села и помотала головой. Лекс тут же открыл глаза и сел рядом:

— Что стряслось, что ты как резко вскочила? — спросил любимый.

— Такое чувство, — ответила я, — что кто-то стучится в мой мозг.

— О, это может быть вызов от кристалла связи!

Мужчина вскочил и побежал за артефактом. Понятно, что он одет был, вернее не одет совсем. Тут же присел рядом со мной на кровать и начал настраивать кристалл. Пришлось его притормозить. Не известно, выдержит ли собеседник с той стороны вид обнаженного принца. Лекс хмыкнул, но прикрылся одеялом, утверждая, что его видно только по пояс. А по пояс у него ничего неприличного не растет. Вызов был от мамы.

— Айлин, Лекс! — начала взволнованно она. — Хорошо, что я вас дозвалась. Завтра ШШааххан выезжает с войском за пределы замка. Я думаю, что это будет лучшее время для моего побега.

— Госпожа Рита! Сейчас я передам ваше сообщению его величеству, и мы снова с вами свяжемся и все обсудим.

Я, естественно, тут же влезла в платье и увязалась за Лексом. При обсуждении плана возникла проблема.

— Айлин, ты понимаешь, что за пределы страны магия нас с тобой вместе не выпустит? — спросил меня отец.

— Вы хотите сказать, что пойдет в Болониту без меня?

— Да, дорогая, — утвердительно кивнул Лекс. — Это не прогулка, это практически военная операция. И беременным женщинам там не место.

— Но я не просо женщина, я — амазонка. Я владею оружием не хуже любого мужчины!

— Но у тебя нет войска, которое есть у меня! — осадил отец.

Что мне оставалось делать? Только согласится. Веских контраргументов я просто не нашла. Особенно когда пришлось спорить одной против двоих. И эти двое мечтают посадить тебя под замок и никуда не выпускать.

* * *

Король с принцем и небольшим отрядом отправились в Болониту сразу после сообщения. Нужно было выиграть время, пока ШШааххан отсутствовал. Айлин и барон Оверлесский с Ирмой остались ждать их возвращения около границы.

Отряд несся без отдыха и меньше чем через сутки был на месте. Что поразило их в первую очередь, так это полная тишина вокруг. Никаких стражников, ни даже слуг. Решили попробовать зайти вежливо. Кремер постучал в двери, и они тут же открылись. На пороге встретил дворецкий все в том же черно-белом одеянии и без тени удивления на лице. Только постукивающий кончик змеиного хвоста выдавал наличие каких либо эмоций в голове владельца.

— Что хотят господа? — вежливо спросил наг.

Отряд тут же весь принял боевую стойку, обнажив мечи. Но Кремер махнул рукой, и оружие исчезло.

— Могу ли я увидеть госпожу Риту? — спросил король.

— Да, конечно, проходите! Только не все, а то пол натопчите, а слугам потом отмывать. Мы очень трепетно относимся к чистоте полов!

Кремер с Лексом переглянулись, заподозрив неладное.

— А нельзя ли госпожу Риту попросить выйти сюда? — спросил Лекс.

— Сейчас я у нее уточню, соизволит ли она вас принять! — с этими словами слуга скрылся в глубине замка.

— Что-то мне это все не нравится! — воскликнул принц. — Как-то все уж больно гладко получается.

Кремер не успел ничего ответить, как двери открылись, и в дверном проеме появился силуэт его любимой женщины. Все проблемы были тут же забыты. Они устремились на встречу друг другу и, не стесняясь никого вокруг, слились в жарком поцелуе, которого ждали двадцать лет.

Затем король оторвался от губ женщины, прижал ее голову к своей груди, и нежно поглаживая амазонку по спине, тихо шептал:

— Наконец я нашел тебя!

У женщины слов не было. Только по слегка вздрагивающей спине можно было определить, что она плачет.

Когда прошло пять минут, а парочка так и не ослабила объятий, решил вмешаться Лекс:

— Ваше величество, госпожа Рита! Я очень сильно надеюсь, что у вас будет еще много времени насладиться друг другом. Но чем мы быстрее отсюда уберемся, тем лучше!

Король, ни слова не говоря, вскочил на своего коня, подхватил Риту и дал отмашку на отправление. Отряд двинулся домой.

Они были уже вторые сутки без сна, но решили обойтись без привалов, пока не достигнут границ Западного королевства. Мужчины не могли поверить в чудо, что их операция прошла так легко и успешно.

И вот когда уже показались пограничные посты, словно из-под земли вырос отряд нагов под черно-белыми знаменами. Дорога домой была закрыта.

* * *

Айлин

Шли вторые сутки операции по освобождению мамы из плена ШШааххана. Я, конечно, не могла остаться дома и вместе с отцом и любимым выехала к границе. С этой стороны со мной остались Саймон, Ирма и небольшой отряд охраны. Мы разбили палатки и стали ждать. Лекс по кристаллу постоянно держал меня в курсе событий, что там с ними в дороге происходило. Показал и трогательную встречу родителей. Я даже немного всплакнула, расчувствовавшись. Странно, раньше со мной такого конфуза никогда не случалось. Видимо растущая беременность так действует!

Затем пришло сообщение, что они выехали домой. Тут моя фаза ожидания переросла в активную. Я каждый пять минут выбегала на дорогу, посмотреть, не едут ли. Саймон только тихонько надо мной подтрунивал, что я все глаза проглядела:

— Айлин сядь и прижми свою пятую точку! Путь не близкий, мгновенно они сюда переместиться не смогут. И от того, что ты постоянно бегаешь смотреть на дорогу, скорость у лошадей не увеличивается.

Ирма хихикала, а я отмахивалась и снова и снова выбегала из палатки. Потом села и задумалась, а кого я жду больше всего? Отца, маму или Лекса? И пришла к удивительному выводу, что родителей увидеть, конечно, хочу, но очень скучаю по наглому брюнету, который за пару месяцев успел очень прочно войти в мою жизнь.

И вот, о, радость, вдали появилось пыльное облако! Я нетерпеливо подпрыгивала на месте, вглядывалась вдаль, ожидая появления лошадей. Вот уже стали различимы силуэты. Огромный черный жеребец впереди и мужчина с развевающимися черными волосами — Лекс. Дальше красивый пегий жеребец и два всадника на нем — родители. А там, вдали и отряд.

Ближе, ближе, скоро они будут здесь. И вдруг, словно из-под земли вырастает отряд нагов. Все в черно-белых одеяниях, с черно-белыми знаменами. На солнце блестят доспехи и мечи, черные хвосты отбивают дикий ритм по земле. А казалось все так просто и легко. Я с замиранием сердца застываю, понимая, что сейчас будет бой. Кто-то из отряда отдает свою лошадь маме, и я вижу, как самые и дорогие мне люди несутся с обнаженными мечам на врага.

Через пару минут уже сложно разобрать кто где. Полная мешанина тел, коней. Слышны ругань и стоны раненых. А я стою и не знаю, что мне делать. Подбежал Саймон:

— Айлин, вы с Ирмой оставайтесь здесь, а я побежал на подмогу. Удар с тыла очень пригодится!

— Я с тобой! — кричу ему в след.

— Мужчина чуть притормозил:

— Тебя же магия за границу не пустит. Ты — наследница.

А я вдруг вспомнила слова отца, что магия держит до тех пор, пока близким не грози смертельная опасность. А она, опасность, здесь в виде змеехвостых чудовищ.

— Я попробую, в этой ситуации должна пропустить!

Беру меч у одного из стражников, который дежурит с нашей стороны, даю команду десятерым из моего отряда следовать за нами и тоже вступаем в бой. Граница в это раз не сопротивлялась.

* * *

Да, я — амазонка. Но мне ни разу в жизни не доводилось воевать. Меня учили владению мечом, верховой езде, приемам борьбы. Это было больше в теории и тренировочной практике. Там где приходилось воевать не на жизнь, а на смерть, принимать участие не доводилось. И вот оно мое боевое крещение.

Хорошо тренированное тело двигалось легко и свободно. Руки и ноги знали каждое движение, отшлифованные до автоматизма. Я прыгала, бегала, рубила с плеча, вертелась на месте как волчок. К этому оказалась готова.

А вот к чему готова не была, так это к запаху крови, мерзким обрубкам змеиных хвостов, которые жили собственной жизнью, после того, как расставались с верхней половиной туловища. И, конечно, смерти тех, кто еще два дня назад был жив и здоров, шутил, смеялся, разговаривал со мной. На философию времени не оставалось. В бою действует жесткое правило: или ты, или тебя.

У меня была четкая цель: добраться до родителей и Лекса, помочь уйти на свою сторону. Дальше, думаю, бой бы прекратился по любому. Первой на пути попалась мама.

— Айлин, спиной к спине! — скомандовала она мне. Я поняла ее замысел. Встала к ней спиной, и мы превратились в четырехрукую боевую машину, которая сметала все и всех на своем пути.

Потом рядом оказались Кремер с Лексом. Они прорубали коридор для отхода. Отец тоже отдал короткую команду:

— Девочки, на выход!

Прямо как для артисток перед выходом на сцену! Потом, вскинув взгляд, я увидела недалеко от нас на возвышении ШШааххана. Его руки рисовали какой-то незримый шар. Я пригляделась. И в тот же миг шар стал очень даже обозримым, золотистым, переливающимся всполохами огня.

Говорят, что перед смертью человек видит всю свою жизнь. Я ее не видела. Только все вокруг замедлилось и стало жить как-бы в другом временном измерении. Я четко видела, как медленно поднимаются и опускаются мечи, как кто-то из стражников бесконечно долго падает с лошади. Затем увидела зловещую улыбку главного нага, которая в этом же темпе заползала на его лицо. И шар, который легко оторвался от его рук и направился в мамину сторону. Как ему сопротивляться, я не знала. Времени на вопросы не было. Поэтому не придумала ничего лучшего, чем прикрыть родительницу собой. Ей шар летел в голову. А я высоко подпрыгнула, и удар пришелся всего лишь в живот.

Это было бы «всего лишь», если бы я не была беременной. Тут же по телу разлилась сильнейшая боль, звуки, движения, исчезнувшие до этого, Обрушились на мою голову. Я вернулась в реальность и поняла, что по моим ногам течет горячая струя крови. Моя девочка… Так ей не суждено было увидеть этот мир. Саймон, который находился рядом, тут же подхватил меня на руки и рысцой понес к границе. Я от боли и ужаса почти теряла сознание, но тут случилось нечто невообразимое, что резко переломило ход сражения.

Сначала я услышала вопль Лекса:

— Айлин! Нее-ее-т!!!!

По полю пронесся странный гул, затем воздух закрутился в два смерча, а затем раздался грохот и два жутких рыка. В тот же миг на поляне появилось два огромных ящера. Животные были не меньше десяти метров в длину. По их головам и спинам проходили острые гребни. К бокам были прижаты кожистые крылья. Оба ящера были угольно-черного цвета, только подпалины у одного были золотыми, а у другого красные. Открыв страшные зубастые пасти, из которых струился легкий дым, они с высоты своего роста медленно оглядывали происходящее. Воины, что с одной стороны, что с другой, кинулись врассыпную.

Краем глаза я увидела убегающую, а вернее, уползающую с невероятной скоростью фигуру ШШааххана. Только красный дракон сделал ленивый шаг в его сторону, схватил за голову и, как обычная собака, начал трясти его из стороны в сторону, пока голова не отделилась от тела, а главный наг мертвым телом не ухнулся на землю. Вслед за телом ящер выплюнул голову, которая стукнулась о землю и покатилась в нашу сторону.

Это было последнее, что я запомнила. Мои мысли улетели куда-то далеко-далеко, и провалилась в беспамятство.

* * *

Лекс

Обращений в этом мире уже не случалось более тысячи лет. Ходили легенды, что избранные могли оборачиваться в великих драконов, да только никто не верил в эти сказки. Лекс, как и Кремер знали, что являлись носителями древних генов. Благодаря этому, они обладали магией, могли хорошо видеть в темноте, обладали поистине богатырским телосложением и здоровьем. Но чтобы обращаться? Такого и рядом не было. На их пальцах никогда не появлялись когти, а лица и тела не покрывались не единой чешуйкой.

И лишь смерть, которая подошла слишком близко к любимым женщинам, сотворила чудо. Драконы проснулись. Как мужчины рассказали потом, они оба вначале даже не поняли, что произошло. Лексом двигала одна мысль, защитить Айлин от нага. И лишь когда он выплюнул его голову, понял происходящее.

Сейчас они с Саймоном стояли рядом с комнатой, за дверью которой лежала Айлин. Кремер вызвал лучших докторов и сильнейших магов. После их работы жизни младшей амазонки ничего не угрожало. Только вот в себя она пока не приходила. Лекс очень нервно отнесся к появлению Саймона на пороге, чуть было не вспылил. Тут помогла жизненная мудрость Ирмы. Она подошла к принцу, положила руку ему на плечо и, глядя в глаза, тихо сказала:

— Ваше высочество, не кипятись! У меня поводов для ревности не меньше, а больше. Только ты пойми, что там лежит женщина, которая носила ИХ ребенка. И он вправе знать, что случилось почему.

После этой тихой отповеди Лекс немного успокоился. Он просто нарезал круги по комнате. А Саймон сел рядом с Ирмой на диван и замер в тревожном ожидании.

Еще через какое-то время подошли Рита с Кремером. Они также застыли в безмолвном ожидании. Кремер попытался было войти в комнату, но его, как и Лекса в свое время, оттуда выставили.

Еще через полчаса вышли целители и маги.

— К сожалению, госпожа Айлин ребенка потеряла. Мы ничего сделать не смогли, — произнес скорбно седовласый старец. — Но ее здоровью ничего не угрожает. Мы ее погрузили в искусственный стазис. Целебный сон пойдет только на пользу. Просим двое суток не беспокоить молодую леди. Рядом будут находиться опытные сиделки. И если что-то случится, немедленно нам сообщат.

После этих слов все покинули комнату рядом с комнатой Айлин. Лишь Лекс тихонько пробрался и замер у кровати любимой. Она была очень бледна, в лице не было буквально ни кровинки. Только легкое дыхание говорило о том, что девушка жива. Сиделка молча поднялась, уступая место принцу рядом с кроватью. Мужчина бесшумно сел, с любовь взял ее тонкую кисть в свои ладони. Он снова мысленно увидел картину боя перед собой. В его воспоминаниях родился образ сражающихся амазонок. Движения женщин были скупы и выверены до миллиметра, они действовали очень слаженно и четко. Гибкие тела отлично уклонялись от выпадов противника, а сильные руки рубили противника, не зная пощады, словно они не воевали, а танцевали. Потом яркая вспышка магического огня, и тело любимой, которое падает на руки барону Оверлесскому.

В этот момент Лекс понял, что он тоже скорбит по потерянному ребенку. Это была частица его любимой. А он не готов был отдать ни одного волоса с ее головы.

Подошла сиделка и невесомо коснулась руки принца:

— Ваше высочество! Шли бы отдыхать. Вы же вторые сутки без сна. А ей два дня и две ночи ничего не потребуется. Она сейчас в объятиях Морфея. А там нет ни боли, ни горечи, ни страха.

Лекс согласно кивнул головой и вышел.

* * *

Сначала принц думал, что неплохо бы действительно пойти поспать. Только душа металась в тревоге. Он понял, что уснуть ему не суждено. Ходить из угла в угол просто глупо. Истерзанная душа просилась куда-то ввысь. И тогда голову принца посетила шальная мысль.

Он быстро спустился во двор, пробежал через него и вышел на стадион для тренировок. Встал посередине поля, замер, раскинув руки, и постарался призвать свою вторую сущность. Минуту — две ничего не происходило. А затем его лицо начало вытягиваться и превращаться в узкую зубастую морду, на спине начали появляться острые шипы, а из спины показались два кожистых крыла. Ровно через пять минут окна замка содрогнулись от страшного рева, а над крышей изумленные обитатели увидели огромный черный силуэт с красными подпалинами, который, казалось бы, закрыл собой все небо. Ящер начал стремительно набирать высоту и вскоре превратился в маленькую точку.

Рита с Кремером в это время были во дворе. Увидев завораживающий полет зятя, Рита медленно произнесла:

— Полетел отдать свою боль небу.

Кремер поцеловал ее в висок и ответил:

— Мне кажется, что я больше этого повторить не смогу. Похоже, что оборачивался в первый и последний раз. Вернее, надеюсь, что повода больше не будет.

— Остается только молиться, чтобы с нашей девочкой было все хорошо.

Тут со стороны главных ворот замка раздался странный шум. Кремер схватился за меч и развернулся к источнику звука. Ворота медленно раскрылись, и во дворе оказался испуганный мальчишка-наг. Он сидел верхом на рыжей лошади, что было очень странно для посланника черно- белого королевства. Кремер рванул в его сторону, но был задержан Ритой.

— Рем стой, не торопись. Это не враг. Они такие же люди, как и мы с тобой, лишь вместо ног у них хвосты. Они не любят войн и хотят просто жить. И судя по цвету лошади, мальчик здесь не по доброй воле.

Нагеныш, сопровождаемый стражниками, тем временем подъехал к королевской чете, соскользнул с крупа лошади и отвесил вежливый поклон.

— Ваши величества! — заговорил мальчик дрожащим голосом, — У меня посмертное письмо нашего правителя ШШааххана для госпожи Риты. Мой отец был его хранителем, но по состоянию здоровья сам привезти не смог.

Кремер подал знак охранникам, они поднесли его к королю. Затем он просканировал его на предмет наличия магии. Когда убедился, что все в порядке, передал в руки Рите.