Глава 7−1

Запах трав и масел я учуяла уже после первого поворота. Драгоценные эссенции ириса и нероли пахли так ярко, будто их разлили по крыльцу.

Лавка выглядела старой и потрепанной, словно владельцу безразличен ее внешний вид. Пучки полыни и лаванды над крыльцом пожухли и покрылись плесенью от неправильного хранения. Запыленные банки и бутыльки на витрине, похоже, не протирались со дня открытия.

Колокольчик над дверью переливчато возвестил о моем приходе, но никто не отреагировал. Темное крошечное помещение, перегороженное доской-прилавком, было пустым. Ни продавца, ни объявления о причине его отсутствия.

— Эй, хозяин! — рявкнула я и для надежности постучала по деревяшке.

Звук вышел гулкий, эхом прокатился под потолком и запутался в тяжелой шторе, отгораживавшей подсобку.

В том, что я пришла по адресу, не сомневалась. Зачем травнику рубины, да еще и столько? Ответ мог быть лишь один.

Владелец лавки и есть чернокнижник, причем наглый, почти не скрывающийся.

Неужели магия крови действительно получила признание и прощение? Невероятно. Это же абсолютная власть над любым человеком, даже одаренным! Император всегда относился с опаской к подобным затеям, справедливо полагая, что править кучей сильных, умелых и умных магов должен кто-то один. Если появится несколько таких вот кукловодов, до восстаний и бунтов рукой подать.

Да и одного хватит. Вон уже что творится: Гадины истреблены, Ратины под подозрением.

Я постучала снова, прислушиваясь к расходящемуся кругами звуку. За занавеской пустота, причем немалая. Куда больше, чем чуланчик для швабр и запасных склянок.

Что ж, раз ко мне не спешат выходить, я сама загляну. Не гордая.

Комната за шторкой оказалась раза в три больше собственно лавки. Но и она пустовала.

Я огляделась, отмечая куда более ухоженные полки с ингредиентами, целые кувшины с дорогущими маслами и выжимками и редкие семена в аккуратных коробочках, переложенные песком и золой. На подобном ассортименте можно уже сделать целое состояние. Но хозяину явно было этого мало.

Змейка соскользнула с моего запястья и устремилась к дальней стене. Я и сама уже заметила характерные царапины на полу, какие получаются от частого смещения шкафа. Ножки шварк-шварк туда-сюда. Значит, за стеллажом либо тайник, либо проход.

— Ищи рычаг, — приказала я тотему.

Гадюшка послушно скользнула внутрь механизма, в щель между полками и стеной. Оттуда разобраться в схеме куда проще, чем тыкать наугад во все лампы и выступающие камни стены.

Полупрозрачная, ставшая нематериальной змейка просочилась сквозь шестеренки и вынырнула из старомодного подсвечника. Скучно, я бы и сама могла догадаться.

Средняя «лапа» с легкостью поддалась, уходя вниз. Шкаф с тихим скрипом отъехал в сторону, открывая узкий спуск. Винтовая лестница выглядела довольно древней, пожалуй, сохранилась еще с прежних времен, когда сумеречный рынок не таился в лабиринте, а торговал вольно и бесстрашно.

Нелегальной дряни на нем раньше не было. Те же рубины, или травы — да, редкие, но разрешенные к продаже по всей империи. Услуги убийц, они сомнительного свойства. Но опять же, таковы были суровые условия жизни и сам император частенько не гнушался заказами, чтобы убрать неугодных. Не весь род, конечно, а вот особо мешающих личностей — бывало.

Такая же услуга, как и прочие.

Только даже на сумеречном рынке нельзя было купить проклятие или артефакт подчинения. Иначе его давно бы вырезали весь, подчистую, в назидание остальным нарушителям.

Наживаться на раритетах можно, как и дорого продавать собственную жизнь. А нарушать законы — ни-ни.

Я осторожно принялась спускаться, прислушиваясь к происходящему внизу. Оттуда не доносилось ни звука, меня пока не обнаружили.

Зато я нашла, что искала.

Темная, грязная вонь от магии крови висела над ступенями душным покрывалом.