Глава 24−3

Наведаться в управу я собиралась как можно раньше и в одиночестве, но организм настойчиво потребовал немного отдыха. Подняться с постели удалось лишь к полудню. Простыни были снова мокрыми, хоть выжимай, зато ушла мерзкая дрожь из рук и тело больше не ломило, как в лихорадке.

Организм Вирены отлично адаптировался, пусть до прежней моей формы еще далеко, но от отравления помирать больше не стану. Хорошо, что я заранее готовилась к подобному исходу событий. Ясно было, что после уничтожения всего рода единственную наследницу вряд ли захотят оставить в живых. Против доброй стали я по-прежнему почти бессильна, зато любые яды теперь могуесть, не закусывая. И вдыхать тоже.

Служанки маялись под дверью и при первых шорохах оказались около моей постели. Старались, искупали вчерашнюю вину. Даже завтрак притащили, правда, потом оказалось, что это не особый сервис, а женщинам в доме, особенно гостьям, не положено лишний раз покидать отведенных комнат.

Компания у меня все равно нашлась. Господин Ратин встал уже давно, но по случаю моего пробуждения явился перекусить. Чинно, прилично, за полупрозрачной ширмой. Он в кабинете, я — в спальне.

После непринуждённых семейных застолий мне казалось это дикостью, но свое мнение я постепенно училась держать при себе. Никого оно в новом времени не интересует.

— Что планируете делать дальше? — светски осведомился Мирсан, позвякивая ложкой в миске с рисовой кашей.

Я не стеснялась и набросала в свою всего и побольше. Финики, сушеные яблоки, свежие ягоды, орехи. Можно было бы и вторую порцию попросить, но служанки и без того на меня косо поглядывали. Пожалуй, молодой господин съел меньше, чем его гостья.

Но ему и не приходилось выживать несколько дней на улице.

— Вернуть фамильную реликвию, если получится, — пожала я плечами. — И узнать, когда можно забрать тела моих родных.

— Точно, похороны… — Мирсан помолчал, подбирая слова. Что можно сказать в такой ситуации, я и сама толком не знала. Все варианты звучали или фальшиво, или чопорно. Наконец он остановился на нейтральном: — Я помогу.

— Спасибо, — не стала отказываться я. — Когда вступлю в наследство, обязательно отдам вам все до луня.

— Не стоит. Мы ведь в каком-то смысле с вами в одной лодке, — едва слышно хмыкнул Ратин. — Вместе и выплывать будем.

Его открытость и искренность поражали. Не знай я наверняка, что такой он и есть на самом деле, непременно решила бы, что молодой господин притворяется ради некоей выгоды. Но нет — Мирсан на самом деле был готов броситься в бой ради малознакомой девицы.

Похвально, хоть и несколько неразумно. Я бы на месте родителей одного его не оставляла, но не мне жаловаться. В данный момент его наивность мне выгодна.

Разумеется, за браслетом господин Ратин меня тоже вызвался проводить. Негоже барышне без спутника являться в такие места. В какие «такие», он не уточнил, но я уже успела понять, что практически в любые.

В управе нас ждали.

— Вот ваш допуск, господин Берин распорядился выдать, — без предисловий сообщил дежурный страж, пихая мне в ладонь смятую бумажку.

Больше похожа на мусор, чем на документ, но возмущаться не стану. Главное — браслет забрать.

Но отдавать мне семейную ценность не торопились.

— Вот он, браслетик ваш, — сообщил заведующий складом, внимательно изучив допуск и притащив небольшую деревянную шкатулку. Внутри на мешковине изящной спиралью свернулась змейка. — Посмотреть можно, а забирать нельзя, не положено до окончания расследования. Улика все-таки.

— А примерить? — не дожидаясь ответа, я ухватила тотем за гладкий золотистый бочок.

Что хотел сказать страж, не знаю. Гадюшка замерцала, протяжно вздохнула с облегчением и самовольно обвилась вокруг моего запястья.

Не вышло из меня конспиратора.