Глава 39

Герберт

Еще никогда кар не преодолевал расстояние так быстро, как сейчас.

Виола не понимала, куда мы так спешим, я же впервые кричал на робота-водителя, чтобы тот ехал быстрее.

Когда мы оказались в хранилище, братья Фингерз уже вовсю развернули деятельность в новом открытом помещении.

Всюду развесили фонари, широко освещая огромную пещеру.

Здесь стояли железные бочки с эмблемами «Старк-индастриз», в подобных обычно перевозили топливо для космических кораблей. В этот момент мне вспомнилась найденная накладная в документах отца, где эти самые бочки фигурировали.

– Мистер Сакс, вы удивительно быстро, – изумился старший из братьев. – Мы ожидали вас к утру.

– Где письмо? – нетерпеливо выпалил я.

Всю дорогу досюда мне не давала покоя личность, его написавшая – Ричард. Потому что я и Виола знали только одного человека с таким именем.

Мне тут же протянули конверт из плотной, пожелтевшей бумаги, на которой сверху действительно были имена – мое, Виолы и его – мистера Ричарда Запа.

– Помещение было загерметизировано под вакуумом, – спешил прояснить младший Фингерз. – И судя по механизмам замка, просто открылось, когда наступил нужный час.

Эти слова лишь транзитом задержались в моем сознании, потому что я дрожащими руками вскрывал конверт, а стоящая рядом Виола заглядывала через плечо.

– Что там? – едва слышно прошептала она.

– Здравствуй, брат, – прочитал я первую строку, и мое горло свело судорогой… – Извини, но увидеться нам больше так и не удастся…

Я прервал чтение и попросил Фингерзов выйти. Что-то подсказывало, новости в письме будут не для их ушей.

И только когда мы с Виолой остались наедине, продолжил читать вслух.

Временами приходилось прерываться, потому что ощущение ледяного айсберга, застрявшего прямо в горле, душило с каждой новой строкой.

«…Как ты уже мог догадаться, мой эксперимент пошел не по плану. И вместо того чтобы заглянуть в прошлое, я в нем оказался. Сразу скажу, было нелегко, но я сумел справиться и приспособиться к новым условиям. Мне даже вылечили зрение.

Я предпринимал попытки вернуться, но все они оказались безуспешными. Слишком поздно я понял, что мое появление за триста лет до своего рождения было предрешено заранее.

Поэтому, если у тебя когда-нибудь спросят, есть ли судьба, ты можешь уверенно ответить, что есть. И эта леди на редкость капризная дама!

Сбой в работе машины произошел из-за Виолы, но я очень прошу не винить ее, потому что сейчас, спустя столько прожитых лет, я только благодарен ей за такой подарок.

Благодаря ей я повстречал женщину, которую любил всю жизнь и люблю до сих пор. Был свидетелем истории, о которой никто даже не догадывается. Пережил две войны, и знаешь что, моя мечта оставить в истории след – исполнилась на все двести процентов.

Я не просто его оставил, я потоптался по ней двумя ногами.

Именно я был тем дворецким, что служил Марджери Крайс многие годы, я же после помог Деймону Саксу и Лорейн Фокс полюбить друг друга. Поверьте, было сложно. Эти двое оказались редкостными упрямцами, мне даже пришлось пойти на хитрость. Но в итоге все сложилось благополучно.

Я видел рождение первого инкуба. Бенджамин оказался славным парнем, который раскусил меня, прочитав мысли, в первую же минуту нашего знакомства.

Именно он предложил план, как передать тебе груз, сохранив его в целости столько лет, а именно: систему сейфов в этих пещерах.

Мне пришлось написать с десяток писем с инструкциями, каждому из наших прадедушек-инкубов, где я подробно объяснял каждому, почему именно он должен хранить эти бочки в самом защищенном месте и перед смертью обязательно перевозить в следующий бункер, ставя там наикрепчайший замок, который изобретен к его времени.

Это моя перестраховка на случай, если кто-то любопытный захочет влезть туда раньше времени.

Да-да, я сейчас о тебе, Герберт.

Думаю, после того как у тебя появилась запонка, любопытства в тебе хоть отбавляй, и эти лишние двери хоть немного тебя задержат.

В бочках ты найдешь зелье, которое долгие годы пила леди Марджери Крайс, то самое снадобье молодости, из-за которого я затеял эксперимент с машиной времени. Мне хотелось узнать рецептуру, чтобы продлить тебе жизнь. По моим расчетам этого количества должно хватить тебе и твоим сыновьям (я все же надеюсь, теперь ты успеешь ими обзавестись) на несколько поколений вперед, а дальше новые ученые придумают, как побороть проблему скоротечности жизни инкубов.

Виола, теперь я обращаюсь к тебе. Так случилось, что мне повстречались твои предки – стихийные артефакторы. Поэтому мой долг сообщить их имена – Розали и Фред Скай. Их жизни унес несчастный случай, который, скорее всего, произошел по моей вине, и я до сих пор сожалею, что все сложилось именно так…

Однако то, что твой дар все же проявился, величайшее чудо, поэтому очень прошу, отнесись к нему со всей ответственностью и постарайся обуздать, как бы сложно при этом ни было.

И да, самое главное, я верю, что тебе удастся пробудить сестру, ведь одно чудо ты уже сделала, значит, способна на большее.

Мой маленький постскриптум: нашей матери наверняка будет сложно смириться с произошедшим, но я все же попрошу вас обнять ее. К сожалению, у меня такой возможности больше не будет.

А еще передать, что наш отец никогда не был тем чудовищем, которым я его считал. Все, что он делал по отношению ко мне, начиная с имени, заканчивая манерой воспитания, он делал потому, что получил письмо с инструкцией, которое я же ему и оставил.

Все же Роберт Сакс никогда не был настолько сентиментален, чтобы назвать сына в честь какого-то там дворецкого. Просто наш отец заранее знал исход событий.

Так что даже хорошо, что наши предки были логичны и абсолютно безэмоциональны, иначе кому-нибудь из них точно пришло бы в голову нарушить инструкции и воспользоваться зельем, чтобы продлить свою жизнь.

Каждый из них знал, что это для тебя.

Надеюсь, ты с умом распорядишься доставшимся временем.

С пожеланиями долгой жизни, ваш Ричард Зап».

Тяжелая капля сорвалась и упала в место, где стояла последняя точка. Я не сразу понял, что плачу. Впервые в своей жизни.

Повернул голову к Виоле, у которой глаза тоже были на мокром месте, и не смог вымолвить ни слова. Все наши догадки и мысли витали в воздухе, заставляя задыхаться от тяжелого осознания произошедшего.

– Это письмо, – всхлипнула Вио… – Это ведь не значит, что он умер?

– Боюсь, именно это оно и значит. – Я не узнал собственный голос. – Не могу поверить, что он сделал это ради меня…

– Тут еще что-то на обороте, – девушка забрала листок из моих пальцев и принялась сама читать: «Простите за Пятого. Мне пришлось оставить подробные инструкции, чтобы его подменили еще по дороге из лаборатории. Именно смерть кота была катализатором всех событий, а настоящий Пятый, возможно, еще жив и вполне здоров».

Виола удивленно моргнула и замерла.

– А дальше? – спросил я.

– Ничего, – ответила она растерянно. – Только дата. Ровно сто лет назад, даже день этот же самый.

Я повернул голову в сторону тяжелой многотонной двери, которую не сумели взломать два лучших специалиста по замкам, и которая открылась сама, потому что Ричард рассчитал все вплоть до секунды, а после сел прямо на пол и произнес, обращаясь куда-то в потолок:

– Спасибо.