* * *

Вернувшись в свою комнату я была вынуждена тут же запереться в ванной. С одной стороны после похода в подземелье действительно не мешало бы помыться, а с другой — Мали так рьяно набросилась на меня с расспросами, что мне только и оставалось, что прятаться в ванной.

— Ну Вэл, выходи уже, — нудела под дверью подруга. Кстати, с днём рождения. Я тебе подарок приготовила, хочешь увидеть?

— Что за подарок? — впервые за полчаса подала я голос.

— Вот выходи и увидишь! — воскликнула соседка.

— А ты не будешь допекать меня вопросами? — спросила я.

— Обещаю! — клятвенно заверила Малита.

Я ей, конечно же, не поверила, но солнце уже клонилось к закату, нужно было готовиться к ночной охоте, а я сегодня не обедала, как впрочем, и не завтракала. Пропускать ужин из-за назойливости подруги это уже слишком.

Открыла дверь ванной и медленно вплыла в комнату.

— Ну наконец-то! — выдохнула Мали. — Рассказывай!

— Знаешь, у меня совсем нет времени. Если хочешь подарить подарок, то дари сейчас, потом поздно будет, — заявила я, распахнув дверцы шкафа.

— Ой, да я тебе уже всю одежду приготовила. А ужин подадут только через двадцать минут. Так что, с днём рождения! — мне впихнули в руки свёрток, украшенный синим бантом. — Рассказывай уже!

Пришлось поведать подруге о походе в лечебницу и последовавшем за ним побеге, приведшем к поимке детёныша Зверя. Мали только хлопала глазами, качала головой и охала.

— Вот так прямо и убить собиралась зверёныша? — спросила она в конце.

— Я сейчас тебя убью! — воскликнула я, натягивая ненавистную чёрную жилетку. И почему Мали решила, что я должна ходить на охоту во всём чёрном? И ладно бы ещё жилетка, но эти обтягивающие как вторая кожа штаны — это уже просто неприлично! И ведь не возразишь же, только время на препирательства потратишь. Когда-нибудь я не выдержу, вспылю, и подруга на собственной шкуре узнает, что такое гнев Охотницы.

— А ты ещё мой подарок не посмотрела, — примирительно проворковала соседка.

Я развернула свёрток и едва не взвыла. Кожаные браслеты, чёрные. Да за кого она меня принимает?

— Ели ты их не наденешь, смертельно обидишь меня, — заявила Малита. — Это не простые браслеты.

— Да поняла уже, — проворчала, касаясь пальцами подарка. Это действительно были не обычные лоскутки кожи, а артефакты, причём довольно сильные — отводящие удар со стороны и в тоже время повышающие меткость носителя.

— Спасибо, — улыбнулась искренне.

— Всё для тебя, подружка, — подмигнула Мали.

В дверь постучали и, как уже водится, тут же её открыли.

— Вэлина, на выход, — приказал командующий Гронн.

Так меня на ужин ещё никогда не приглашали! Но, как оказалось, меня и не к столу позвали. Дэрил коротко пояснил, что сейчас мы спустимся в зал докладов, и я буду слушать. А когда узнаю голос, должна буду сжать его руку. Дальнейших пояснений не понадобилось. Я сразу поняла, что командующий уже прослушал хран, на котором был сохранён мой разговор с мадам Борненжо и хочет найти предателя в рядах маг.контроля.

Я бы может и задала парочку уточняющих вопросов, но блок и тут сработал, не смогла и слова на эту тему вымолвить. Дэрил только понимающе улыбнулся и заверил:

— Ничего говорить не нужно. Твоя задача слушать.

Мы спустились на первый этаж, прошли по парочке коридоров и оказались в большом помещении со множеством стульев и одним столом, отгороженным от зала полукруглой стеной в пол человеческого роста. Здесь уже толпилось около двадцати человек, и ждали они, похоже, только нас. Вернее, ждали командующего, а на меня все смотрели с пренебрежением и противными сальными улыбочками. Как же, начальство любовницу везде за собой таскает. Да ещё и за руку взял, когда уселся прямо напротив стола для докладов. Ещё бы на колени к себе посадил, для полноты картины!

— Приступим, — дал отмашку Гронн.

И потянулись нудные минуты выслушивания ничего для меня не значащей информации. Один докладчик сменял другого, звучали цифры, даты, адреса, имена. И много чего ещё, что я попросту не понимала. Где-то на десятом докладчике я поняла, что ужина у меня сегодня не будет. До заката осталось не так много времени, а нам ещё здесь не меньше часа сидеть.

Последним к столу вышел совсем молодой парнишка, он явно нервничал, вздрагивал от каждого шороха и постоянно оглядывался по сторонам.

— Где мой заместитель? — прежде чем он начал докладывать раздражённо спросил Дэрил.

— Господин зам.ком. Прустос отлучился по делам, — заикаясь ответил паренёк.

— Можете быть свободны. И передайте Прустосу, что он должен докладывать мне лично, а не через секретарей, — отчеканил командующий.

Молодой человек поклонился и сбежал, теряя по дороге листки из папки.

— Я так понимая, ты никого не узнала, — поджал губы Гронн, отпустив мою руку.

Я неосознанно отёрла вспотевшую ладонь о брюки.

— Нет, — покачала головой. — Может поужинаем, а? Я сегодня ещё не ела?

Постаралась сказать как можно более спокойно, но, кажется, получилась едва ли ни мольба умирающего с голоду.

Дэрил взглянул в окно, за которым уже опускались сумерки, скривился и проговорил:

— Хорошо, я тоже ужин пропустил. Но быстро.

В покои мы возвращаться не стали, ввалились в общую столовую, которая здесь, оказывается, была, о чём я, конечно же, не знала. Хотя, откуда-то же нам еду приносили. Нас здесь явно не ждали, как, впрочем, и кого бы то ни было ещё. Из кухни доносился звон посуды и голоса судачащих работников. Прежде чем Дэрил громко позвал повара (да-да, не кого-нибудь, а именно главного повара) я успела узнать, что являюсь незаконной дочерью одного из глав, обладаю магией притяжения, чем и приворожила такого завидного мужчину, хотя сама замухрышка — смотреть вообще не на что, и вообще есть подозрение, что «эта пигалица» шпионит на Рубиновую долину, которая славится непримиримым матриархатом, и быть в нашей долине перевороту. Последнее, кстати, было сказано мелодичным женским голосом, и с такой надеждой, что мне даже неудобно стало, что не оправдаю ожиданий.

Главным поваром оказался низенький старичок, с залысинами и глазами навыкат. Хотя, может это они у него от страха так выпучились? Но покормили нас быстро и вкусно. Солнце ещё не успело полностью скрыться за горизонтом, а мы уже покинули столовую и поспешили к выходу из управления.

— Где моя Молния? — спросила, как только мы вышли из здания.

— Вэл, ты же сама понимаешь, что если потеряешь контроль, то мне придётся применить ментальное воздействие. А это опасно для твоего сознания, — ответил Дэрил.

— Сегодня Зверь может начать убивать всех подряд. Я готова пойти на риск, — упрямо ответила я, остановившись на крыльце.

— А я не готов, — не пожелал уступить маг.

— Мы оба знаем, что ты можешь остановить меня по-другому… перенаправить агрессию, — неужели я сказала это вслух? Похоже, инстинкты уже начинают завладевать мной.

— Я не железный, милая моя. Всё моё благородство закончилось вчера, — резко ответил командующий.

Я задумалась лишь на мгновение. А потом представила, скольких может убить неуправляемый разъярённый Зверь и упрямо проговорила:

— Пусть так, я рискну.

— Это твой выбор, — сухо ответил маг. — Жди здесь.

Вернулся он буквально через секунд десять, за дверью что ли меч прятал?

— Идём, — коротко бросил контролёр и, схватив меня за локоть, стремительно сбежал по ступеням вниз.

Территорию управления мы покинули уже спустя пару минут. Я не стала спрашивать, где моя Молния, опять, наверное, в нужный момент вытащит как фокусник из ниоткуда.

Сегодня мы шли целенаправленно к старому городу, быстро и молча. Дэрил заметно нервничал. Хотя скорее не нервничал, а злился. Причём на меня. И я его понимала, у него был какой-то свой план по поимке того, кто управляет Зверем, а теперь неизвестно чего ждать. Может мы и не лишили хозяина рычага влияния на Зверя, но точно разозлили их обоих. А как поведёт себя разъярённый беспощадный хищник предугадать невозможно. Он может объявиться в любой части города и начать убивать всех подряд, независимо от уровня и вида магии. И виновата во всём я, моя несдержанность может стать причиной многих смертей.

За всю дорогу до старого города маг не проронил ни слова, ни с кем не переговаривался. Означает ли это, что мы вышли на охоту без прикрытия? Возможно. А возможно остальных разослали патрулировать другие части города. Мне никто ничего не объяснял. И сама я не стала спрашивать. Как только Зверь выйдет, я его почувствую, и все вопросы отпадут сами собой.

Сумерки сменились ночной темнотой, неполная луна в обрамлении облаков слабо освещала путь, а мы уже никуда не спешили. Медленно брели вдоль высоких заборов, прислушиваясь к шорохам и собственным шагам.

Ощущения нахлынули внезапно. Они буквально смели меня волной. Я упала, тут же вскочила и зарычала сквозь стиснутые зубы. Это было больно! Я на физическом уровне чувствовала боль, страх, ненависть и растерянность. Зверь бесновался. Его раздирало от эмоций и инстинктов: убить, найти, отомстить, спасти, уберечь, убить, убить, убить…

Очнулась от жгучей пощёчины. Я стояла, прижатая к стене и рычала, рвалась, плевалась кровью из прокушенной губы. Я не была готова к подобной эмоциональной атаке и потеряла контроль. После болезненного удара по щеке этот шквал немного поутих, но я продолжала ловить эмоции обезумевшего от горя Зверя. Зверя, готового на всё ради возвращения своего дитя. Но мы ошиблись в одном, хозяин не утратил контроль. Он обернул похищение детёныша против нас.

— Я знаю, кто цель, — проговорила онемевшими губами. — Мне нужна Чёрная Молния.

Гронн не стал спорить, тут же протянул мне футляр. Я без колебаний открыла его и взяла клинок. На мгновение сознание затопила жажда крови. Но теперь я сильнее меча, он подчинится мне. Сорвалась на бег, крикнув на ходу:

— Их двое, защитите третьего Главу.

Мне же предстояло схлестнуться со Зверем в борьбе за жизнь второго Главы долины. Как удачно, что первый глава сейчас не в столице. Я была слишком самоуверенной, не обращала внимания на разноголосье эмоций и только сейчас осознала — Зверь не один, их двое. Это была семья! И наш кукловод забрал у них ребёнка, вынудив выполнять его приказы. Гронна я отправила сражаться с отцом, он будет действовать более осознанно и предсказуемо. А я на себя возьму мать — обезумевшую от горя, непредсказуемую, страшную в гневе.

До дома второго главы я добежала за считанные минуты, опередив Зверя. Перемахнула через забор, без труда проделав брешь в защитном куполе и не потревожив охранки. Мне не нужны путающиеся под ногами охранники. Я уже выбрала стратегию. И пусть это перечит всем моим инстинктам, но я сначала попробую договориться. У меня её детёныш, она должна меня выслушать.

Она пришла через ту брешь в защитном поле, которую проделала я. Метнулась через забор молнией, пробежала немного в сторону дома и замерла, почуяв запах своего детёныша на мне. Резко обернулась, ощетинилась и зарычала.

— Он жив. Он в безопасности, — проговорила я, выставив вперёд руку без оружия. Молнию я держала в другой руке, опустив остриё лезвия к земле. — Твой ребёнок у меня.

Её серая шерсть отливала серебром в тусклом лунном свете, глаза горели кроваво-красным светом, но она стояла на месте. Рычала, рвала землю когтями, но не нападала.

— Отзови своего самца, иначе его убьют, — проговорила я, продемонстрировав Чёрную Молнию. Слукавила, конечно. Скорее он убьёт всех, кто встанет у него на пути. Ну разве что у Гронна шанс будет.

Она пригнулась, приготовившись к прыжку.

— Ваш детёныш у нас. Вам не зачем убивать. Вам не зачем умирать.

Она глухо рыкнула и шагнула ко мне. Ну что ж, по-хорошему не получилось.

— Твой щенок у меня, и его сегодня же утопят, если вы не отступите, — выплюнула с усмешкой. — А я с удовольствием выпью твою жизнь, — подняла Молнию. — Давай же, приговори своего детёныша к смерти.

Она отступила на шаг, запрокинула голову и завыла. Этот вой, казалось, пробрался под кожу, остудил и заставил остановиться кровь. А в следующее мгновение Зверь бросился в сторону и растворился в тени забора.

Злость нахлынула спустя пару минут, радость от победы сменилась яростью и ненавистью к своей же слабости. Я — Охотница, я должна убивать Зверей, а не договариваться с ними. Как я могла поддаться мыслям этой бесхребетной, глупой девчонки⁈ Самец мог убить контролёров? Да плевать! Она была у меня в руках. Я могла пронзить её Чёрной Молнией и выпить её жалкую звериную жизнь. Ненавижу! Мой проводник голоден, и я голодна.

Перепрыгнула через забор и побежала туда, где смогу напоить клинок кровью — к центру города. Глаза застилала красная пелена жажды.

— Вэл! — окликнул меня кто-то.

Остановилась лишь на мгновение, увидела бегущего мне наперерез мага и усмехнулась. Не поймаешь, хотя хорош.

Свернула за угол и сменила направление, сейчас мне не до игр с тобой, маг. Мне нужна кровь. Ещё один поворот и Гронн будто вырос из ниоткуда. Ну что ж, почти поймал. Только удержать не сможешь.

— Вэл, ты меня боишься? — с усмешкой спросил маг, когда я развернулась, чтобы скрыться в очередном проулке.

— Не зарывайся, маг, — хмыкнула я через плечо.

— Убегаешь, значит боишься, — покачал он головой, глядя на меня с вызовом.

— Уйди, иначе я напою Молнию твоей кровью, — прошипела сквозь зубы.

— А ты попробуй, — подмигнул он.

Это вызов? Он бросает мне вызов? Опять?

— Сам напросился, — оскалилась я.

Рывок и лезвие у его горла, мимолётное движение и по его шее стекает тонкая струйка крови. Взгляд прямо в глаза, метнувшаяся рука и мою кисть сжимают его пальцы. Руку с клинком он заломил до хруста, но я не почувствовала боли. По телу разливалось предвкушение. Сегодня я не отступлю, и не дам ему отступить. Сама впилась в его губы, прикусила до крови. Оторвалась на мгновение, только для того, чтобы приказать:

— В твою спальню, сейчас.

— А не пожалеешь? — хмыкнул маг.

— Это будет зависеть от тебя, — ответила с вызовом.

— Ножичек подбери, — посоветовал Гронн, кивнув на валяющийся у моих ног клинок.

Пока я поднимала Молнию он приготовил футляр и, как только меч занял своё место, с глухим стуком захлопнул его. Едва уловимое движение рукой и футляр исчез в пространственной воронке. А следующая, больших размеров, поглотила нас.

Маг перенёс нас в гостиную, подошёл к двери своей спальни и распахнул её. Даёт мне возможность отступить?

— А кто-то говорил, что благородство вчера закончилось, — игриво усмехнулась я.

— Это не благородство, а благоразумие, — покачал головой Дэрил. — Не хочу давать тебе повод обвинить меня в том, что я воспользовался ситуацией. Клинок больше не туманит твой разум, Звери отступили, так что, если ты войдёшь в эту дверь, то это будет только твоё решение.

— Предусмотрительно, но не убедительно, — пожала я плечами и вошла в его спальню.

Проходя мимо пробежалась пальчиками по его груди, ненароком оторвав пару пуговиц на рубашке. Сила бурлила во мне и искала выход. Посмотрим, как долго продержится благоразумный маг.

К тому моменту, когда он закрыл дверь, я уже была у кровати и избавлялась от одежды.

— Куда же ты так спешишь, Охотница? Боишься передумать? — прошептал Дэрил мне на ухо, подойдя сзади и положив руки на мою талию.

— Ты меня ещё отговаривать начни, — хмыкнула я, прижавшись к нему спиной. — Не разочаровывай меня, Гронн.

— Боюсь, что разочарование настигнет тебя завтра. Но сейчас это уже неважно, — глубоко вздохнув ответил он.

А в следующее мгновение меня резко развернули и поцеловали. Поцелуй затянулся, послышался треск ткани, а затем сдавленное шипение мужчины. Какой неженка, подумаешь, слегка оцарапала спину. Или не слегка…

На кровать мы упали уже будучи раздетыми по пояс. От остатков одежды избавлялись с достойной восхищения скоростью, неотрывно глядя в глаза друг другу.

— У тебя уже были мужчины? — вдруг спросил Дэрил, когда с одеждой было покончено.

— Нет. Но, надеюсь, тебя это не остановит, — прошептала я, обвивая руками его шею.

— Теперь уже нет, — тяжело дыша ответил он.

Но вести себя начал немного иначе, осторожнее и нежнее. А мне хотелось борьбы, бури, немедленного удовольствия. Прикусила его губу и прошлась ноготками по спине. Мой посыл был понят правильно и ласки стали более глубокими, требовательными.

Когда схлынула агрессия я замерла и задержала дыхание, но лишь на мгновение. В следующий миг прогнулась и застонала. Напористость и уверенность Охотницы отступили, но ощущения-то остались! Эти ощущения потеснили и страх, и стыд, и желание прекратить всё немедленно. Отступать было уже поздно. Мимолётная боль только ещё больше разгорячила меня. А потом уже стало неважно, Охотница я, или нет. Под шквалом новых, таких упоительных и пьянящих ощущений я окончательно потеряла голову. Надеюсь, что не навсегда…