* * *

До школы мы добрались на экипаже маг.контроля. По дороге я коротко рассказала подруге всё, что произошло ночью, за исключением событий в спальне Дэрила. И пояснила, зачем мы едем в школу мастеров и ювелиров. Мали тоже не поняла, как контролёры могли поймать обоих Зверей, если я обезвредила только одного, а вторая скрылась, да к тому же прихватив с собой подарочек в лице своего хозяина. Но по поводу места нахождения командующего у неё вопросов не возникло.

— Чему ты удивляешься? В твоей школе самые надёжные вольеры для содержания необычных животных. После нашего последнего визита туда я навела кое-какие справки. Оказывается, на территории школы Агнессы Бражник базируется главный исследовательский комплекс Лазурной долины, и координирует его именно маг.контроль. Он расположен в пространственном кармане, величиной с пол столицы. Это идеальное место для удержания Зверей.

И всё-то Мали складно объяснила, но я не могла понять одного:

— Почему я никогда об этом не слышала? Да и ты, как я поняла, тоже, — недоверчиво спросила я.

— Так маг.контроль же, — пожала она плечами. — Ты не представляешь, сколько у нашего управления тайн. Для учеников всё выглядит как обычные лаборатории для изучения материала для артефактов, а копни поглубже, столько удивительного нароешь. У меня нет нужного допуска, поэтому я узнала только о существовании исследовательского комплекса, а что они там исследуют — нам знать не положено.

— Это раньше не положено было. Теперь никуда не денутся, расскажут, — воинственно заявила я, выпрыгивая из экипажа.

Школа тоже встретил нас тишиной и запустением. Точно! Сейчас же праздничная неделя.

— И где нам их искать? — растерянно спросила я, в очередной раз дёрнув ручку запертой парадной двери.

— Сейчас посмотрим, — ответила Мали, покосившись на привратника, впустившего нас на территорию только после того, как подруга продемонстрировала ему свой допуск капитана маг.контроля.

Мы обошли основное здание и оказались на той самой аллее, где директор школы решил увековечить мою поделку, разрушившую несколько аудиторий.

— Хм, слава бывает разной, — задумчиво произнесла Малита, остановившись у таблички, гласящей «Величайший провал школы». Моё имя на ней тоже присутствовало.

— Не напоминай, — буркнула я, и потянула подругу дальше.

— Не дуйся. Ты сотворила нечто выдающееся, и неважно, как это назвали. Важно, что никто другой такого сделать не смог, — утешила меня Мали.

— Прустос, знаешь ли, тоже совершил выдающийся поступок — Зверей призвал. Вот уж кто достоин дурной славы. А это, — кивнула на гранитный шар, — не повод позорить меня перед потомками. И вообще, мы сюда не для того пришли, чтобы на мои неудачи любоваться.

— Ты права, мы пришли за очередными неприятностями, — резко ответила Малита. — Думаешь, командующий похвалит нас за рвение, если мы ввалимся туда, куда нас не звали? Если вообще найдём вход.

— А ты не можешь послать ему вызов? Есть же у вас какой-то способ связи с начальством в экстренных ситуациях? — с надеждой спросила я.

— Не думаю, что твоё неуёмное любопытство можно считать экстренной ситуацией, — покачала головой подруга.

— И всё же, попробуй. Иначе мне придётся создать эту самую экстренную ситуацию, и тогда нам точно несдобровать, — начала раздражаться я.

— А то, что меня за это могут лишить силы, это так, мелочи? — тоже начиная злиться поинтересовалась Малита.

— Извини, — потупилась я. — Просто я чувствую, что происходит что-то важное. Действительно важное для меня! А меня саму держат в неведении.

— А знаешь, может ты и права, — задумчиво ответила подруга. — Я немного полистала тетрадь, которую мы умыкнули из сейфа командующего. Это личный дневник, причём дневник Охотника, насколько я поняла. И знаешь, как этого Охотника звали звали?

— Не томи, — поторопила я, схватив Малиту за руку.

— Ай, больно! — воскликнула подруга, отдёрнув руку.

— Извини, — выпалила я.

— Да что с тобой? Ты мне едва руку не сломала, — возмутилась Мали, растирая кисть. — Откуда такая сила?

Я прислушалась к себе и ощутила небывалый прилив энергии, меня буквально распирало от силы и стремления действовать. Хотелось двигаться, бежать, делать хоть что-то. Эти ощущения были сродни охотничьему азарту, но я не чувствовала Зверя, не видела цель. И это нервировало, раздражало, злило.

— Что-то не так. Вызывай Дэрила! — потребовала я. — Иначе я здесь всё разнесу!

Подбежала к сотворённому мной шару и ударила по нему кулаком, выплёскивая рвущуюся наружу силу. Шар загудел, потрескался и рассыпался гранитной крошкой, окутав меня облаком каменной пыли. Что же ты задумал, Гронн? И чем это обернётся для меня?

Воздух вокруг, казалось, стал осязаемым и вязким. Он окутывал меня, словно липкая, вязкая субстанция. Я рванулась, разрывая руками удушающее месиво и едва не упала. Малита стояла чуть в стороне и шептала заклинание вызова, с беспокойством поглядывая на меня, но не решаясь приблизиться. А меня, то скручивали приступы беспричинной боли во всём теле, то тянуло напасть, убить, испить жизнь, и неважно чья она будет — того ли незадачливого привратника, чьё присутствие я чувствовала поблизости, за углом здания, или моей лучшей подруги. Упала на колени и, рыча сквозь стиснутые зубы, впилась ногтями в бёдра, чтобы хоть как-то удержать себя, привести в чувства, не позволить сделать то, чего жаждали взбесившиеся инстинкты. В этот момент Малита закончила заклинание вызова, воздух возле неё подёрнулся дымкой пространственного перехода и на дорожку шагнул Дэрил. Он не сказал ни слова, только взглянул на меня и опять исчез. А в следующее мгновение всё прекратилось. Прошла боль, успокоились инстинкты, схлынула охотничья жажда.

Я со стоном отняла руки от бёдер и посмотрела на окровавленные пальцы.

— Будь ты проклят, Гронн, — прошипела, с трудом поднимаясь на ноги. — Тебе было интересно, что они исследуют в своих тайных застенках, Мали? Так я тебе отвечу, они надо мной экспериментируют.

Сплюнула на пыльную, усеянную гранитной крошкой, дорожку и медленно побрела к выходу со школьной территории. Как же я устала. За последние недели со мной произошло столько всего, что удивляться чему-либо сил не осталось. Всё началось с ужасающего пробуждения в крови. А потом были страх, что я совершила что-то ужасное, выматывающее ожидание заслуженной, как мне тогда казалось, кары. Выворачивающие на изнанку противоречивые чувства и эмоции, поиск ответов и новые вопросы. Вся моя устоявшаяся, банальная, но такая спокойная и понятная жизнь пошла под откос. Из простой неудачницы я превратилась в нечто важное, значимое, но чуждое самой себе. И тогда же в моей жизни появился он, тот, кто знал, что делать и вселял уверенность. И, вопреки новым инстинктам, я доверилась ему, я ему поверила. А он просто использовал меня, я для него была всего лишь очередным делом. Трудным, необычным, но просто делом «О Зверях и Охотниках». И он возился со мной, как со строптивым, неразумным ребёнком, приручал, чтобы не доставляла лишних хлопот. А когда решил проблему со Зверями, во мне отпала нужда. Так почему бы не изучить невиданную зверушку? Ведь я Охотник, нечто особенное и почти не изученное. Я чёртов реликт! Мне не место в этом мире, итог закономерен — я стану одной из обитательниц отборного зверинца. Возможно, меня даже посадят в соседнюю со Зверями клетку. Там мне и место, учитывая, что всего пару минут назад я мечтала о том, как разорву горло лучшей подруги и наслажусь её предсмертным хрипом. Да, я монстр. И тот факт, что мне удалось принять свою новою суть, ничего не меняет. Бежать? Глупо и бессмысленно. Дэрил найдёт меня где угодно, да и сбежать не позволит. Смириться и послушно войти в клетку? Ну уж нет! Охотники никогда не сдаются… только нам это не помогло в прошлом. Не поможет и сейчас. Молить о пощаде? Не дождётся! Бороться до последнего вздоха? Возможно, но это приведёт к жертвам, а я не хочу кровопролития. И так уже успела натворить того, за что буду всю жизнь корить себя. Так что же мне остаётся?

Невольно улыбнулась, наблюдая, как привратник, до этого подсматривавший за нами с Малитой из-за угла школы, улепётывает, поднимая пыль. Можешь не бояться, я тебя не трону. Мне просто хочется… А чего я хочу? Остановилась, растерянно осматриваясь. Я хотела того, чего уже никогда не будет — вернуться к своей скучной, размеренной жизни, доучиться в школе, которую раньше ненавидела, найти обычную, рутинную работу и просто жить, как все, не привлекая внимания и не оставляя следа в истории. Куда мне идти? А некуда! Прошлое перечёркнуто, настоящее лживо и бессмысленно, а будущего нет. И что мне осталось? Только вопросы, ответы на которые уже ничего не изменят, но хотя бы любопытство удовлетворят.

Развернулась и пошла обратно. И остановилась у угла здания, там же, где недавно притаился привратник, подглядывая за мной и Малитой. Так и я сейчас подглядывала и подслушивала. Мали стояла там же, где я её оставила, но сейчас рядом с ней был Гронн.

— Что ещё? — спросил командующий, по всей видимости допрашивая Мали о том, что произошло только что.

— Это всё, — ответила ему подруга. — Ей стало плохо, она разозлилась, но старалась удержать контроль, причиняя себе боль.

— Точно всё? — нахмурился Дэрил.

— Не уверена, может мне показалось, — замялась Малита.

— Говори, — потребовал Гронн.

— Вокруг неё образовалось какое-то поле, энергетический фон изменился, — неуверенно произнесла Мали.

— Плохо, я надеялся, что её это не коснётся, — качнул головой командующий.

— Вы же не причините ей вреда? Пожалуйста, — вдруг взмолилась Малита, схватив Гронна за рукав.

— Возьмите себя в руки, капитан Лонд, — одёрнул её Дэрил. — Я позабочусь о Вэл, она дорога мне не меньше, чем вам, — смягчившись добавил он и, резко повернувшись, посмотрел прямо на меня.

Я тут же спряталась за угол, но это был инстинктивный, глупый и бессмысленный поступок. Всё это время Гронн знал, что я за ним наблюдаю. И последний слова были адресованы мне, а не Малите. А я не поверила ни единому его слову.

А в следующее мгновение на раздумья уже не осталось времени — воздух подёрнулся туманной дымкой и на моём локте сомкнулись сильные пальцы вышедшего из пространственного перехода командующего.

— И что ты успела надумать? — с усмешкой спросил он.

— Тебе это точно не понравится, — в тон ему ответила я.

Пусть будущее туманно и не несёт ничего хорошего, но я не готова сдаться. Нет, я не буду драться, но и безропотно повиноваться тоже не собираюсь. Выдернула руку из его захвата, вздёрнула подбородок и поинтересовалась:

— Ничего объяснить не хочешь?

— С удовольствием, — улыбнулся в ответ Дэрил. — И более того, я тебе даже покажу.

— И что же? — спросила враждебно.

— Прекрати злиться раньше времени, наберись терпения и всё поймёшь, — заверил меня он.

— А с чего мне тебе верить? — задала я резонный вопрос.

— Вэл, ты невыносима! — закатил он глаза. — Сделай передышку и дай мне похвастаться достигнутыми успехами.

— Звучит сомнительно, но так уж и быть, хвастайся, — неохотно согласилась я.

— Прошу, — расплылся он в довольной улыбке, указывая мне на воронку пространственного перехода.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как войти в неё. А вышли мы в просторном, пахнущем травами помещении. Свет здесь лился прямо из потолка, озаряя светлые стены и пол. А ещё здесь было холодно, настолько холодно, что я неосознанно прижалась к Дэрилу, чтобы сохранить ту толику тепла, что окружала нас до переноса.

— Извини, защита даже меня не пропускает сразу к месту назначения. Придётся сначала пройти процедуру идентификации, — проговорил Гронн, выпуская облачка пара изо рта.

— Ничего, это не самое страшное, что мне довелось пережить сегодня, — пробурчала я.

— Извини. По всем расчётам тебя это не должно было коснуться. Как только я узнал, что процедура затронула и тебя, её тут же остановили, — произнёс Дэрил.

Я не успела поинтересоваться, что всё это означает, свет вдруг стал нестерпимо ярким, а в следующее мгновение погас. Оставшееся обычное освещение после этой вспышки показалось скудными бликами ночных звёзд по сравнению с ярким дневным солнцем. А когда я протёрла слезящиеся глаза, мы уже оказались в другом помещении.

— Добро пожаловать в лабораторию по изучению Зверей, — с усмешкой объявил Гронн.

— Ты забыл добавить «и Охотников», — бросила я, напряжённо осматриваясь.

Мы находились действительно в лаборатории: здесь были и столы, заполненные всевозможными сосудами, ёмкостями, порошками и жидкостями, и люди в пропитанных нейтрализаторами фартуках и перчатках, и даже зона для тестирования полученных результатов, которая представляла собой клетку. Но когда я увидела того, кто был заключён в эту клетку, моя выдержка дала сбой. Я развернулась и изо всех сил врезала Гронну по лицу. И ещё раз ударила бы, если бы он не перехватил мою руку.

— Не спеши с выводами, Вэл. Позволь всё тебе объяснить, — пропыхтел он, удерживая рвущуюся меня.

А я не могла сосредоточиться на его голосе, всё остальное вытеснили большие, полные слёз, испуганные глаза маленького мальчика. И плевать, что он не человек! Это же ребёнок! Как они могли?

— Вэл, пожалуйста, послушай. Ему никто не причиняет вреда, — уговаривал меня контролёр.

А я смотрела на зверёныша, которому пообещала, что его никто не обидит, и мою душу заполняла ярость.

— Как ты мог? Ты, бессердечный ублюдок! — прошипела, вырвавшись и отступив от него. — Это же ребёнок! Это невинное дитя, а ты, сволочь, используешь его, как какое-то животное, для экспериментов!

Рванулась к клетке с малышом, ожидая сопротивления и намереваясь убить каждого, кто встанет у меня на пути. Но мне никто не препятствовал. Никто не остановил меня, когда открывала клетку, никто не сказал ни слова, когда схватила трясущегося от страха малыша и прижала к груди.

— Всё будет хорошо, мой маленький, я никому не дам тебя в обиду, — шептала я, пятясь к двери.

Теперь я видела смысл, видела то, ради чего стоит жить. Я не позволю им издеваться над ребёнком. И плевать, что он дитя Зверей, он всего лишь ребёнок, испуганное, беззащитное и ни в чём не повинное дитя. Один взгляд в его бездонные, серые, как у меня, глаза подарил мне смысл жизни.

— Вэл, успокойся, — тихо произнёс Дэрил, не приближаясь ко мне. — Мы не желаем зла детёнышу. Да и его родителям тоже. Они здесь, поблизости. Мы не собираемся их убивать.

— Конечно! Зачем их убивать, если можно превратить в объекты для изучения! — воскликнула я.

Малыш в моих руках дёрнулся от крика и задрожал ещё сильнее.

— И зачем нам их изучать? — спросил Гронн. — Да, они в чём-то уникальны, могут противостоять любой магии, но это их врождённая способность, скопировать которую невозможно. И они вымерший вид, на случай, если кто-то решится повторить подвиг Прустоса, мы уже знаем, что делать. Нам нет нужды их изучать. Мы собираемся отправить их домой. Вернуть туда, где им и место. Понимаешь? Им это необходимо, здесь они не приживутся.

— И с чего вдруг такая щедрость? — не поверила я. — Не проще ли было бы просто уничтожить их?

— Проще, — сухо ответил Дэрил. — Но тогда умерла бы и ты.

Я замерла, прижав к груди малыша. Нет, это же бред, россказни какого-то древнего летописца. Да и не было в книге упоминания о том, что если Зверей не убить, а изгнать, то Охотник останется. С какой стороны ни посмотри, не сходится.

— Объясни, — попросила, растерянно глядя на командующего.

— Верни ребёнка на место и я тебе всё расскажу, — пообещал он.

И я опять поверила ему, не могла не поверить.

Малыш не хотел меня отпускать, он цеплялся за мои рукава, шипел и шумно дышал, но всё же вернулся в клетку. Только прихватил с собой один из пропитанных нейтрализатором фартуков. Ему, почему-то, очень понравился его запах.

— Идём, — позвал меня Дэрил, когда клетка была заперта.

Я молча пошла за ним. Мы вышли из лаборатории, прошли по узкому пустому коридору в светлых тонах и вошли в небольшую комнату. Здесь всё было как в обычном рабочем кабинете: стол, книжные шкафы, ковёр на полу, и только отсутствие окон, да несгораемые свечи в настенных держателях свидетельствовали о том, что мы не в обычном кабинете, а в глубинах пространственного кармана.

— Присаживайся, — указал мне на удобное кресло Гронн.

— Ты мне ещё напитки предложи, — скривилась я.

— Я бы с радостью, но чай здесь ужасный, а алкоголь ты не приемлешь, — улыбнулся в ответ он.

— Не тяни. Я жду объяснений! — потребовала я.

Дэрил обошёл стол, устроился в хозяйском кресле, скрестил руки на груди и задал обескураживающий вопрос.

— Ты подумала, что я решил пустить тебя в расход? — спросил он, неотрывно глядя на меня.

— Интересная гипотеза, — протянула я, чувствуя себя неловко под его испытующим, обвиняющим взглядом.

— Не смей уходить от ответа! — подавшись вперёд потребовал он.

— А чего ты ждал? — вспылила я.

— Как минимум того, что до тебя дойдёт — я не тащу в свою постель всех, кого ни попадя! — неожиданно вскочив и ударив кулаками по столу воскликнул Дэрил.

— А кого ты туда тащишь? — пролепетала, втянув голову в плечи.

— Непроходимую дуру, — со вздохом констатировал он, устало опустившись в кресло.

— Странные у тебя предпочтения, — была вынуждена признать я.

— Сам себе удивляюсь, — прикрыв глаза рукой пробурчал командующий.

— Так что там с откровениями? Ты обещал всё объяснить, — напомнила о насущном.

— Теперь я точно знаю: Охотницы — самые упрямые и жестокие женщины. Наверняка, именно поэтому их раса и вымерла, — хмыкнул командующий.

— У меня другие сведения. Поверь мне, Охотники вымерли по другой причине, — заверила я его.

— Да-да, не буду с тобой спорить… а то тоже вымру, — хохотнул Гронн.

— Не увиливай, обещал рассказать, так рассказывай, — напомнила я ему.

— Как скажешь, дорогая. Слушай, — кивнул господин командующий.

И на меня вылили такой поток информации, что я едва не захлебнулась им! Во-первых: Прустос действительно был незаконнорожденным сыном предыдущего первого главы и обладал всеми необходимыми для принятия поста отца данными, кроме эмоциональной стабильности. Проще говоря — наследник был забракован как душевно неуравновешенный. Но учитывая его выдающиеся способности, его приняли в маг.контроль. Где он зарекомендовал себя как исполнительный, подающий надежды специалист. По протекции глав Гронн был вынужден повысить его до своего заместителя и на протяжении нескольких лет Прустос служил маг.контролю без нареканий. Заместитель ничем не компрометировал себя, выполнял все распоряжения и был образцовым служащим. Когда столицу захлестнула волна странных убийств он в числе первых рвался помочь в расследовании, но командующий решил взять это дело под личный контроль, а на заместителя оставил другие, не столь важные дела.

Дальше был короткий рассказ о том, как Дэрил вышел на меня и, потянув за ниточки расследования (то есть, напросившись вместе со мной к модам Борненжо) узнал об Охотнике и Звере. Уже тогда он начал искать другие сведения об Охотниках и Зверях, но большее внимание уделял расследованию. Дневник дальнего предка попал к нему в руки буквально за час до того, как он узнал о моём похищении. Тогда же и подтвердились его подозрения относительно заместителя. Я была ослаблена пленом, хозяин Зверей был пойман, а данные из дневника предка помогли разработать план по поимке Зверей. Оказывается, Звери с лёгкостью поддаются контролю, но так же легко выходят из под него, стоит только оборвать ментальный контакт с хозяином, что командующий и сделал, лишив Прустоса магии. Другими словами, заместителю командующего заблокировали потоки, окончательно и необратимо. А Зверь, побывавший под контролем мага, чувствует своего бывшего хозяина и не может устоять перед желанием убить его. На этом командующий и решил сыграть. Он не был уверен, что у Зверей только один детёныш, поэтому отдал Прустоса, предварительно опутав его поисковыми заклинаниями. И на рассвете, когда Зверь, удовлетворившись убийством бывшего хозяина, уснул, его схватили, применив ловушку, описанную в дневнике. Ничего сложного, ни капли магии, только сила и немного древней алхимии. Оказывается, Звери не могут противостоять дыму, источаемому при сгорании смеси тысячелистника, белладонны, ромашки и аконита. И меня в этот план не посвятили только потому, что не было уверенности, что и на меня данная смесь не подействует.

— Согласись, было бы странно, если бы тебя подкосило оружие, нацеленное на Зверей, — закончил свой рассказ Дэрил. — Для всех ты по-прежнему моя протеже, и только избранные знают, что ты Охотница. Но даже они приняли бы тебя за монстра, если бы ты отреагировала на ловушку для Зверей.

— А я на неё отреагировала бы? — спросила, уже и так зная ответ.

— Да. Я проверил, пока ты спала, — кивнул Дэрил. — Ты подвержена всем слабостям Зверей. Вас можно уничтожить одним и тем же оружием. И наша проблема в том, что всё, что влияет на Зверей, так же влияет и на тебя. Мне удалось найти описание обряда возвращения, отправляющего предметы и живых существ туда, где они должны быть, но в процессе совершения пробного обряда меня вызвала капитан Лонд, так я узнал, что на тебя он тоже воздействует. Вы связаны гораздо сильнее, чем мы думали. Сейчас Звери в камере, в которую поступает дым от смеси белладонны, ромашки, аконита и тысячелистника, что позволяет удерживать их в бессознательном состоянии. Но главы ждут от меня отчёта. Они потребуют уничтожить Зверей. И их не остановит риск одной смерти перед угрозой безопасности всей долины. Времени мало, но мы найдём выход, мы обязаны его найти!

— А если не найдём? — спросила я шёпотом.

— Найдём, — упрямо повторил Дэрил.

— И всё же, если не найдём, то… я отправлюсь в прошлое вместе со Зверями?

Эти слова дались мне с величайшим трудом. В душу медленно, но неотвратимо заползали липкие щупальца страха. Я не хочу в прошлое! Не хочу стать одной из тех, кто ежедневно убивает, чтобы выжить. Я там и дня не продержусь!

— Нет, Вэл, ты не можешь вернуться в прошлое, потому что твоё место здесь, в настоящем, — устало покачал головой командующий. — Тебя не призывали сквозь временные рамки, в тебе пробудили наследие предков. И я понятия не имею, как подействует этот обряд на тебя. Но, судя по тому, что описала капитан Лонд, хорошего ждать не приходится. Сейчас господин Балдор, вместе с умельцами управления, ищут способ… избавить тебя от охотничьей составляющей. Но, повторяю, времени крайне мало. Мне удалось убедить глав подождать, но вечно они отговорки принимать не будут. У нас день, может быть два. Дальше тянуть время я не смогу. За дело возьмутся проверяющие из маг.комиссии. Теперь ты знаешь всё. Если бы мы только знали, по какой схеме происходит активация крови предков, что именно послужило катализатором, тогда, возможно…

— Подожди, — перебила я рассуждения Гронна. — А откуда такая уверенность, что я погибну вместе со Зверями? Может быть, умрёт только Охотница во мне, а сама я останусь жива? Хотя, нет. Нельзя их убивать.

Я помотала головой, отгоняя малодушные мысли. Как мне такое вообще могло в голову прийти? Пожертвовать тремя жизнями ради собственного благополучия? Нет, это не я. Но ехидный внутренний голос нашёптывал, что это как раз я. Новая я, для которой своя жизнь всегда будет в приоритете. Да, от этой составляющей своей личности я избавилась бы без сожалений. И пусть вместе с ней уйдут сила, уверенность и много других качеств, с которыми я уже сроднилась, привыкла к ним, и не представляю, как буду жить без них.

— Я рассматривал вариант с убийством, Вэл. Но Балдор уверен, что ты погибнешь. Если бы ты ещё не приняла свою охотничью суть, тогда, возможно, шанс и был бы. Сейчас же ты не просто девушка с толикой крови Охотников, ты полноценный Охотник.

— И я не собираюсь сидеть и лить слёзы, — произнесла с усмешкой. — Не в моём характере, знаешь ли.

Встала, подошла к двери и поинтересовалась:

— Ты идёшь?

— Куда? — приподнял брови Дэрил.

— Помогать старикашке-учёному искать способ превратить меня в плаксивую, трусливую девчонку. Или у тебя есть идеи, как провести время с большим удовольствием? — взглянув на контролёра через плечо усмехнулась я.

— Не думаю, что мы сможем им чем-то помочь, — покачал головой мужчина.

— И правильно, не думай, действуй, — одобрительно кивнул я. — И поторопись. Сам же сказал, что у нас мало времени.

— Ты неподражаема, — хмыкнул командующий.

— В этом-то и проблема, — буркнула я в ответ, выходя из кабинета.