Эпилог

Пять лет спустя

Замок Энтаров, некогда мрачные руины, напоминавшие потемневший от времени череп, теперь сиял на солнце, как драгоценный камень в короне окружающих гор. Восточное крыло было полностью восстановлено — каменные стены, очищенные от мха и плесени, поднимались, увенчанные новыми башенками с развевающимися флагами рода Энтаров. Главная башня, доминировавшая над окрестностями, была перестроена и укреплена, а стражники на её вершине днём и ночью наблюдали за окрестностями, готовые поднять тревогу при малейшей опасности.

Южное крыло всё ещё оставалось в лесах — каменщики трудились от рассвета до заката, восстанавливая стены под руководством мастеров из столицы и местных умельцев. Их песни и стук молотков создавали постоянный фон, который я теперь воспринимала как часть жизни замка.

Из окна своей комнаты я наблюдала, как в долине разрастаются деревни. Там, где пять лет назад стояли лишь жалкие хижины да полуразрушенные сараи, теперь высились добротные дома из камня и дерева, с черепичными крышами и дымоходами, из которых поднимались тонкие струйки дыма. Поля, некогда заброшенные и заросшие сорняками, теперь покрывали долину золотистыми и зелёными квадратами, обещая богатый урожай в этом году.

Люди прибывали постоянно — семьями, небольшими группами, иногда поодиночке. Кто-то бежал от голода в своих землях, кто-то искал новой жизни, а кто-то просто следовал за слухами о землях, где не знают нужды. Я принимала всех — и простых крестьян, и ремесленников, и даже бывших рыцарей, потерявших своих лэрдов и ищущих нового господина. Многие поначалу смотрели на меня с опаской, услышав истории о лэре, повелевающей демонами и призывающей молнии, но жадность и нужда оказывались сильнее страха, и со временем они привыкали, хотя некоторые всё равно отворачивались, встречаясь со мной взглядом…

— Обоз из столицы прибыл, госпожа! — доложил молодой стражник, почтительно склонив голову. — Двадцать подвод с зерном, тканями и инструментами, как вы и заказывали.

— Спасибо, Эрл, — кивнула я, и юноша, краснея, поклонился ещё ниже. Он был из новеньких, сын кузнеца из западной деревни, и всё ещё не привык к общению с «самой лэрой Энтар».

Я спустилась во двор, где уже собралась небольшая толпа — Харди с неизменной сумкой лекаря через плечо; Базил, чья седая борода стала ещё белее за прошедшие годы, но осанка осталась такой же прямой; Зелим, командующий стражей замка; и конечно, Ларс, тощий как жердь писарь, следящий за учётом всех запасов.

— Хороший урожай в этом году в центральных землях, — заметил Харди, внимательно осматривая мешки с зерном. — Пшеница крупная, здоровая. Озимые тоже неплохи.

— В следующем году надо будет заказать больше, — заметил Ларс, быстро строча что-то в своей огромной книге учёта. — Люди всё прибывают, а собственных полей ещё недостаточно.

— Будет тебе и зерно, и мука, — хмыкнул Базил, хлопнув писаря по тощему плечу так, что тот едва не упал. — Штольни дают всё больше камней с каждым месяцем. Казна полна, как никогда.

Я улыбнулась, слушая их разговор. Штольни — ещё одно преображение за эти пять лет. Заброшенные рудники в горах, о которых местные рассказывали лишь страшные истории, теперь ожили и приносили неплохой доход. Нарзул и те низшие демоны показали мне места, где можно было добывать драгоценные камни, ценившиеся при дворе на вес золота.

Получить разрешение на разработку штолен оказалось непросто. В столице мне были не рады, а казначей и прочие придворные всячески мне препятствовали. Но я была настойчива, а ещё несколько мешочков с драгоценными камнями, преподнесённые в качестве «подарков», сделали невозможное возможным.

Я всё ещё хорошо помнила свою первую поездку в столицу, спустя два месяца после закрытия разлома. Тогда пришло письмо от короля с требованием прибыть ко двору и дать объяснения произошедшему — смерти нескольких вельмож и лэрда Дерина, о которой уже ходили самые невероятные слухи. Пришлось уклончиво говорить о себе, о своих способностях, умалчивая о связи с Элзаром и демонах, которых я могла видеть и контролировать. Но я прямо рассказала о заговоре лэрдов, о том, как часть приближённых короля предала его, пытаясь открыть разлом между мирами для собственной выгоды.

Король внимательно выслушал мой рассказ. Задавал острые вопросы, пытаясь найти противоречия, но я была готова к такому испытанию.

«Лэра Эммелина, — сказал он после долгого молчания, — ваша история звучит невероятной. В другое время я бы счёл вас сумасшедшей или искусной лгуньей. Но… в последние годы я и сам замечал странные изменения в некоторых из моих советников. Они становились другими — чуждыми, холодными, словно за знакомыми лицами скрывалось что-то иное».

В итоге король принял решение: мне позволили вернуться в замок Энтаров и продолжить восстановление земель. Взамен я должна была «охранять северные границы» — формулировка, которую можно было интерпретировать по-разному, но мы оба понимали её истинное значение.

С тех пор я ездила в столицу ежегодно — сначала чтобы уладить формальности с добычей камней, потом для заключения договоров по закупке и доставке зерна и других необходимых товаров. Но была и ещё одна, тайная цель этих визитов.

Каждый раз, находясь при дворе, я внимательно присматривалась к знати. Я видела то, что было сокрыто от обычных людей — серый туман, клубящийся в груди некоторых лэрдов, выдававший их демоническую сущность. Я запоминала их лица, их имена, следила за их связями и союзами, зная, что рано или поздно кто-нибудь из них попытается открыть новый разлом.

Базил не раз предлагал решить проблему с одержимыми лэрдами радикально — отправить наёмных убийц, подстроить несчастный случай на охоте, отравить на пиру. Но я отказывалась. Во-первых, убить высокопоставленного лэрда в столице было непросто, а наёмники могли предать, получив более высокую цену за мою голову. А во-вторых… я не была уверена, что уничтожение носителя уничтожит самого демона. Что если он просто найдёт новое тело?

— Надо бы отправить гонца к Диким, — сказал Базил, прерывая мои размышления. — Сообщить, что караван прибыл. Они ждут свою долю тканей и металла, как договаривались.

Я кивнула. Отношения с кланом Геторов были ещё одним изменением к лучшему. За прошедшие годы мы наладили прочное сотрудничество — они помогали охранять дальние границы земель Энтаров, а мы делились с ними ресурсами. Постепенно и местные жители перестали бояться Диких, поняв, что многие истории о них были лишь преувеличениями и искажениями правды.

— Я сама поеду, — решила я. — Давно не навещала Горима, а ему есть что рассказать о последних событиях при дворе.

Базил нахмурился, но промолчал. Он до сих пор настороженно относился к Диким, хотя и признавал их полезность. Но я знала, что на самом деле его беспокоит моя самостоятельность. Теперь я была лэрдом, хозяйкой земель, и иногда это расстраивало его, заставляя чувствовать себя ненужным.

— Я составлю списки для раздачи, — деловито сказал Ларс, постукивая пером по своей книге. — Меньше споров будет.

— Хорошо, — кивнула я и направилась к конюшням, где уже готовили мою лошадь — крепкую вороную кобылу, подаренную мне Омроном три года назад.

Омрон… При мысли о нём губы невольно растянулись в улыбке. Он стал тем другом, которого мне так не хватало. В отличие от других, он не смотрел на меня со страхом или благоговением, не считал чудовищем или божеством. Он просто принимал меня такой, какая я есть, и даже подшучивал над моим «демоническим наследием», называя меня «маленьким кошмаром» с той особой теплотой в голосе, которая превращала дразнилку в ласку…

Дорога к поселению Геторов занимала около трёх часов верхом, пролегая через живописные горные перевалы. Я ехала одна, отказавшись от сопровождения — эти места были безопасны благодаря постоянным патрулям, да и мои силы могли защитить меня лучше любой стражи.

Омрон ждал меня у входа в главную пещеру, словно знал точное время моего прибытия. Его тёмные волосы, заплетённые в десятки тонких кос, были перехвачены серебряными кольцами, сверкающими на солнце, а на смуглом лице играла та особая ухмылка, которая всегда заставляла моё сердце биться чуть быстрее.

— Неужели сама великая лэра Энтар почтила нас своим присутствием? — шутливо поклонился он, помогая мне спешиться. — Какая честь для нашего скромного жилища.

— Прекрати, — проворчала я, легонько толкнув его в плечо. — Привезла новости. И ткани для твоих людей.

— Ткани подождут, — он взял меня за руку и потянул в сторону узкой тропинки, ведущей вверх по склону. — Идём, я хочу показать тебе кое-что.

Вскоре мы оказались на маленьком плато, откуда открывался захватывающий дух вид на долину. Замок Энтаров виднелся вдали, окружённый зелёными полями и лесами, с деревушками, рассыпанными вокруг него как бусины ожерелья. Солнце клонилось к закату, окрашивая всё в тёплые золотистые тона, а воздух был наполнен запахами трав и хвои.

— Ты сделала невозможное, — тихо сказал Омрон, глядя на пейзаж. — Возродила пустошь, вернула жизнь мёртвой земле.

— Я не одна, — покачала головой. — Мы все сделали это вместе. Люди, геторы, даже… некоторые демоны.

— Демоны есть в каждом из нас, — философски заметил он, присаживаясь на большой плоский камень и похлопывая рядом с собой, приглашая меня сесть. — Жадность, зависть, ненависть, страх… Разве не это истинные демоны человеческой души?

— Не только, — улыбнулась я, присаживаясь рядом. — Есть и другие демоны — любопытство, страсть, даже некоторые формы любви могут быть разрушительными. Но вместе с тем, они делают нас… людьми.

Мы помолчали, глядя, как длинные тени ползут по долине, предвещая наступление вечера. Этот мирный момент был драгоценным, как редкий кристалл, найденный среди обычных камней, и я хотела запомнить его, сохранить в памяти как сокровище.

Я знала, что эта идиллия не продлится вечно. Где-то там, при дворе, демоны-лэрды плели свои интриги. Где-то в глубинах земли таились новые разломы, готовые открыться. Борьба не была окончена — лишь приостановлена на время. Но сейчас, в этот момент, в этом мире, наступило затишье.

И я наслаждалась этим, зная, что когда придёт время, я снова встану на защиту грани между мирами. Потому что таково моё наследие. Таково предназначение последней из рода Энтаров.

Конец