Глава 1-2

Императорский дворец. Гранатовая палата

 

— Мой государь...

Князь поклонился, приветствуя правителя, а в ответ услышал:

— Подойди, Владимир. Подойди скорее!

Повинуясь приказу, мужчина пересёк зал и встал возле императора. Обычно здесь собирались члены Боярской думы, и здесь же, на золочёном постаменте, под искусным плетением чар хранилась Бархатная книга. Древнейший артефакт, в который были внесены имена всех магических родов Русского Царства. С появлением новой Искры в книгу вписывалось имя носителя силы.

— Заметил, как нынче небо полыхало? Красивая вышла зарница, — пробормотал император.

— Так ясно стало, будто ночь неожиданно сменилась днём, — согласился Владимир и, не сдержавшись, усмехнулся: — Теперь весь дворец лихорадит. Боярам не терпится узнать, чей род на этот раз Вседержитель удостоил вниманием.

— Потерпят, — нахмурившись, ответил правитель и указал на девственно-чистый разворот книги. — Нет имени. Я пришёл на зов артефакта. Едва не ослеп — так ярко страницы сияли. Будто в огне полыхали... А потом... — Иван VI мрачно усмехнулся. — Свет померк, а вместо ожидаемого имени — пустые страницы. Немыслимо!

Владимир нахмурился, скользя взглядом по развороту артефакта. Вглядывался в ветхий пергамент с таким старанием, словно надеялся прочесть то, что ускользнуло от внимания императора.

— Разве такое возможно? Когда появляется Искра, в книгу вписывается имя. Так было всегда. Ещё со времен Ушедших Богов.

— Со времён Ушедших Богов и до сих пор... — задумчиво пробормотал Иван. — До сегодняшней ночи... — Вздохнув, он закрыл книгу. Унизанные перстнями пальцы скользнули по золочёному тиснению переплёта, будто лаская старые письмена, а стоило императору отнять руку, как постамент окутало защитной магией.

Никто, кроме правителя, не смел касаться древнего артефакта.

Пребывая в мрачных раздумьях, Иван поднялся по ступеням к трону. Опустился в кресло, оправив полы своего тяжёлого одеяния, и приказал:

— Отправляйся по следам зарницы, пока ещё не поздно. Пока ещё есть надежда отыскать Искру. Мне нужно имя, иначе и недели не пройдёт, как Московию наводнят лжецы, заявляющие, что они и есть носители силы. Устроят здесь бардак, и даже угроза виселицы не остановит идиотов. Мне не нужны волнения в столице!

Поклонившись, Владимир попытался успокоить государя:

— Столь сильная вспышка не исчезнет бесследно. По крайней мере, не сразу. Достаточно и слабых отблесков, чтобы найти источник.

— Потому я и позвал тебя, мой мальчик. — Иван мягко улыбнулся и вдруг почувствовал, как когти беспокойства, сдавившие сердце, разжимаются. Капитан Волконский был одним из немногих, на кого он мог положиться: ещё покойный отец Владимира служил емц верой и правдой. — На тебя надежда, Володя.  На твои...

— Ну, кто это?!

Неожиданно в зал советов, расталкивая стражников, ворвался цесаревич. Улыбка исчезла с лица Ивана, сменившись выражением раздражения.

— Кто счастливчик?! — Цесаревич замолчал, стоило ему встретиться взглядом с князем. Поморщившись, словно не молодого офицера увидел, а хвостатого лешего, с мальчишеской ревностью в голосе выкрикнул: —  Владимир узнал раньше меня?! Меня?!

— Ещё никто ничего не узнал, — едва не прорычал император, с раздражением глядя на сына. — Сколько раз тебе говорил: не врывайся! Веди себя, как подобает наследнику, и не позорь меня!

— Ну конечно, тебя везде и всегда позорю я! А наш расчудесный Володенька...

— Думаю, мне стоит поторопиться, — перебил цесаревича князь. Не желая становиться свидетелем очередной сцены, которые тот был мастер устраивать, вышел к страже и посоветовал: — В следующий раз — врежьте. Его величество спасибо скажет. Может, даже повысит в звании.