Глава 16-4

***

Сибирия

Дмитрий Рюрикович

— Направо! — приказал цесаревич, первым углядевший опасность.

Не успели они выйти из портала, как едва не потеряли бойца. Золотое пламя с руки Дмитрия точным и мощным залпом ударило в грудь твари, не задев союзника.

— За спину! — отдал новый приказ наследник, крутанув в руке меч, вытащенный из ножен мгновение назад. — Я иду первым!

И кинулся на тварь.

Не мешкая, не боясь. А бояться здесь было чего. Ростом та тварь была в полтора Дмитрия, с покатым, бронированным хитиновой чешуей брюхом, да с тяжелыми пластинами-чешуйками по остальной части гибкого тела.

Огромная пасть, ощеренная тремя рядами острых зубов, красные, глубоко посаженные глаза — и все это дышало такой злобой и ненавистью, что от одного взгляда на чудище у Семена Годунова в зобу дыханье сперло.

Он восхищенно наблюдал за цесаревичем, стоя за спинами других воинов.

Сталь пела в руках Дмитрия, по мечу струилось пламя, да и вся фигура цесаревича была объята ярким оранжево-золотым пламенем. Императорская магия во всей ее красе!

Бой Дмитрия можно было назвать танцем. Сложным, в каком-то смысле первобытным, без единого лишнего «па». Без суеты.

Мужчина прокладывал дорогу для себя и союзников к дому, в котором находились живые люди. К дому, вынужденно превратившемуся в крепость.

Хвала Вседержителю, они прибыли вовремя: Годунов и его люди еще не сдались. Еще могли держать щиты, не пускающие тварей в дом, пусть и во двор те пробраться сумели…

— Вседержитель! — воскликнул Семен, увидев высшую тварь, что появилась внезапно и сама же затоптала часть тварей.

Остальные чудовища на ее фоне казались мелким зверьём. Высшее существо выглядело впечатляюще: тяжелые жилистые лапы, на которых блестели острые когти, длинная, широкая пасть с раздвоенным языком.

«Ядовитым», — подумал Семен, нервно сглотнув, и на мгновение зажмурился.

Затем крепче сжал поводья лошадей, которых ему доверили. Его конь явно боялся чудища, дико таращил глаза, хоть пока и не делал попыток убежать, но нервничал и мелко дрожал. Нечета боевому коню Дмитрия Ивановича. Вот уже не просто конь, а боевой товарищ! Как он бил копытами, как норовил рвануться в схватку, затоптать исчадий хаоса!

— Тише, не волнуйся, — на морду лошади, которая вот-вот готова была сорваться с места, легла рука ведающего, Белимира, вместе с воинами отправившегося в Сибирию.

От жреца потянуло силой… Тут уж не только конь успокоился, сам Семен перестал сжиматься, разум тотчас прояснился.

— Благодарствую, — хрипло произнёс он.

— Ничего, мальчик, то поначалу страшно бывает. Затем страх притупляется… Легче стало дышать?

Ответить парень не успел, зажмурился от полыхнувшего золотого пламени, уходящего в небо огромным столпом. Слишком яркий, слишком жаркий… И спасительный огонь.

Им пылала та самая высшая тварь, пока не испустила дух.

Дмитрий стоял в паре шагов от чудовища и наблюдал за тем, как то обращается в прах. Ждал, когда от него лишь магическое ядро и останется. Вот оно и было самым ценным трофеем, ведь в сердцевине ядра хранился священный камень.

Цесаревич не беспокоился за мелких тварей: те, увидев высшую, и сами заторопились спрятаться в находящемся поблизости лесу.

Если какая и осталась, то другие воины разберутся. Цесаревич невольно усмехнулся, заметив, как его конь копытом снес голову мелкой твари, подкравшейся к зазевавшемуся Семену. Увы, чаще всего с мелких тварей, точнее их ядер, сыпались осколки священного камня. Это тоже неплохо, но ранг у них самый низкий.

Путь же к крыльцу он расчистил. И находящиеся в доме люди это заметили. Вероятно, сейчас к ним сам глава рода, Годунов, явится, после того как ослабит защиту, наложенную на стены дома.

— Восемь, — пробормотал Дмитрий.

И не поверил своим глазам!

Восемь священных камней таило в себе магическое ядро твари. Восемь! И пять из них были ярко-алыми, что означало их наивысшую ценность. Остальные имели красно-оранжевый цвет, что тоже было очень неплохо.

Вообще, градация священных камней шла следующим образом: к самому высокому рангу относились камни, имеющие полностью доминирующий красный цвет в составе: алый, багряный, красный; к среднему рангу — те, что имели примеси из других цветов, но при этом красного в них все равно было больше. Ну а к самому низкому рангу можно было отнести камни и вовсе не имеющие в себе красного цвета.