Глава 8

Вернёмся в тот день, когда Акулинка вбежала в сарайчик.

Девушка забилась в самый угол под какое-то огромное колесо, когда послышались чьи-то крадущиеся шаги. Акулина мелко задрожала, стараясь сдержать зубы — они грозились застучать от страха. Ещё девушке нестерпимо хотелось чихнуть.

— Куда же ты спряталась, красавица, — проговорил ласково молодой мужской голос. — Не бойся меня.

Молодой барин оглядывал сарайчик, он знал здесь каждый уголок, и уже заметил подол Акулининого платья, но хотел растянуть удовольствие. Его руки покрылись влажным потом, тело мелко дрожало. Он испытывал душевный подъём и восхитительное пьянящее чувство скорой победы и опустошения.

Акулина ещё плотнее вжалась в угол. А Илья тем временем обходил все углы по кругу, приговаривая:

— Где же наша девица сидит? Где наша хорошая сидит?

При этом он отбрасывал от стен какие-то доски и колеса, и даже сани, которые стояли в другом углу.

Вдруг всё стихло, и в сарайчике стало темно. Акулина прислушалась. Шагов не было, как будто мужчина покинул помещение. Она уже собралась потихоньку выбираться из своего укрытия, чтобы попытаться убежать из усадьбы, когда вдруг колесо упало в сторону и на девушку накинулось что-то чёрное.

С диким криком: «Попалась, наконец!» кто-то повалил Акулину на землю.

Девушка закричала, но в рот ей тут же был ловко засунут какой-то комок вонючей ткани.

Акулина пыталась бороться, отбивалась, как могла, а молодой барин рвал на ней одежду и гоготал.

Силы у девушки были совсем на исходе, когда вдруг её рука почувствовала что-то твёрдое, похожее на дубинку. Не понимая, что она делает, Акулина схватила этот предмет и со всей силы ударила насильника по голове.

Тело над ней обмякло. Акулина с трудом выбралась из-под барина и побежала, куда глаза глядят. Сил кричать у неё не было. Никто её не остановил. Ворота были почему-то открыты, и девушка помчалась в лес.

Управляющий Елены Сергеевны стоял около ворот и грустно смотрел ей вслед.

— Где же молодой барин? — спросила на утро Елена Сергеевна. — Он уже должен был проснуться и спуститься на завтрак.

— Не ведаю, хозяйка, — ответила ей служанка, — со вчерашнего вечера мы барина не видели.

— Как не видели? — Елена Сергеевна начала беспокоиться.

Что-то шло не по плану, но она понять не могла, что именно было не так.

— Да и не ночевал он в своей опочивальне, — добавила другая служанка, которая ставила на стол самовар.

— Не ночевал, — эхом повторила Елена Сергеевна, — тогда где же он ночевал? Он же всегда после возвращается к себе.

Барыне стало тяжело дышать, где-то в груди разлилась и сжала сердце резкая боль, в душу закралось предчувствие чего-то страшного.

Плохие вести ждать себя не заставили.

— Беда, ой беда, барыня, — в комнату вбежал управляющий, и упал ей в ноги.

— Что случилось? — Елена Сергеевна вскочила со стула, но тут же рухнула в него снова, ноги отказывались её держать.

— Барин, Илья Александрович…

— Что с ним, — собрав последние силы, барыня приподнялась, вцепилась в Ивана Тимофеевича и закричала, — отвечай, собака, что с моим сыном?

— Он там, — только и смог произнести управляющий.

Превозмогая боль и страх, Елена Сергеевна побежала в сарайчик.

— Илюша, мальчик мой, — запричитала она, увидев лежащего на животе сына с приспущенными штанами.

— Он жив, — крикнула она управляющему, — он жив. Его надо перенести в комнаты.

Тут же прибежали из конюшни мужчины, молодого барина уложили на одеяло и отнесли в его комнату. А Елена Сергеевна распорядилась послать за доктором в город и за Аксиньей.

Потом посидела немного рядом, наказала дядьке привести молодого барина в порядок, негоже ведь ему со спущенными штанами лежать, и вернулась в столовую.

Там дожидался её управляющий. Стоял он у стенки и ждал новых распоряжений.

— Ты почему не проследил за ними вчера, — закричала Елена на Ивана Тимофеевича, тот стоял молча, опустив глаза в пол. Он уже так устал от бесчинства, что творилось в усадьбе.

Шесть красавиц девчонок свёз он на болото, прибирая за проделки молодого барина, шесть юных загубленных душ. Никогда себе этого не простит. Не отмолит свой грех перед Господом, не сможет покаяться перед людьми.

— Чего ты молчишь? — уже не кричала, а визжала барыня.

Управляющий опустил голову ещё ниже. Не мог же он сказать, что сам подложил под руку Акулине ту дубинку, пока барин был увлечен процессом, как не мог сказать и того, что Акулинка была его крестницей.

Барыне этого знать совсем не надо было. Теперь девчонка на свободе, и её родители предупреждены, где её искать. Вчера он лично проследил, как она в лесной сторожке укрылась, на дальней заимке.

Он бегал к Аксинье, хотел её попросить помочь его крестнице, но ведьмачки не оказалось дома, и хворой Ульянки тоже нигде не было. Ох, ведь если бы не Ульянка, не бегала бы сейчас Акулинка по лесам. Хотя Ульянку ему тоже было очень жалко. Хорошая девчонка была у Фрола и Степаниды, умелая, ловкая, к старшим уважительная, не даром, что последушка.

Интересно, где их черти носят. Домишко пустовал уже давно, это Иван понял по печке — видно было, что её уже давно не топили.