35

Идея с ночным пикником понравилась всем. После планёрки быстро собрали деньги, договорились о том, что покупать, и перераспределили обязанности таким образом, чтобы освободить двоих человек во время дискотеки и отправить их в магазин. Шефуля оказался покладистым весёлым парнем, который помог всё утрясти и обещал договориться с охранниками пляжа, чтобы им дали ключи и от калитки, открывающей путь к морю, и от ворот пляжа.

— А то мы, чего доброго, забор завалим, если будем всей толпой туда-сюда перебираться, — объяснил он и самокритично добавил: — Да что там всей толпой. Одного меня, пожалуй, хватит.

Всезнающая Дана сдавлено фыркнула и шепнула Вике:

— Между прочим, Дэн уже третий день на диете. И мне кажется, он даже похудел. Не знаешь, с чего бы это вдруг?

— Без понятия, — пожала плечами та, но сердце дрогнуло и сладко заныло. Неужели из-за неё? Хотя здоровяк Денис нравился ей и таким. Это в первый день им с Саффи показалось, что он толстоват. Но теперь Вика уже присмотрелась и поняла: Денис был не грузным, а просто очень большим, мощным. Ну, может, лишний вес и имелся, конечно. Но немного. Совсем чуть-чуть.

Словно угадав её мысли, Дана добавила:

— Дэн профессионально борьбой занимался. Но потом травмировал колено, несколько операций, долгое восстановление. В общем, пришлось уйти. А у нас он приходит в себя. Говорит, надоели больницы и поликлиники. Приехал окрепнуть и заодно подработать немного. Дэн вообще очень деятельный, не умеет на месте сидеть и тупо отдыхать. По спорту скучает страшно. Он мне как-то сказал, что у него буквально ломка была. Вот его немного и повело, располнел малость. Я в Интернете фотки посмотрела, когда узнала об этом. Ты не представляешь, каким красавцем он был всего год назад.

— Он и сейчас очень даже ничего, — вступилась за Дениса Вика. Почему-то ей стало за него обидно. Она снова вспомнила его добрую открытую улыбку там, в столовой, и почувствовала, что краснеет. Хорошо, что Дана уже повернулась к Тане и стала обсуждать с ней сорт сыра, который нужно купить. А то ведь пришлось бы срочно придумывать объяснение.

В перерывах между занятиями аквааэробикой, во веремя которых Вика изнывала от любопытства, она умудрилась выведать у ещё одной коллеги, Тани, фамилию Дениса и при первом же удобном случае выкроила время и, прихватив телефон, спряталась в душевой. На запрос "Денис Яскорский" поисковик выдал на-гора множество ссылок. Вика ткнула пальцем на вкладку "Картинки", и страница запестрела фотографиями. Денис на соревнованиях, Денис на пьедестале, Денис на тренировках. Решительное волевое лицо, ироничный взгляд, потрясающая воображение физическая форма. И этот невероятный парень работает аниматором в их отеле и пытается ухаживать за ней? Это точно не сон?

Тут среди фотографий Вике попалась одна, на которой Денис был изображён со сногсшибательной брюнеткой. Вика подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Светлая кожа, на лице веснушки, ничего незаурядного. Неужели Денис что-то нашёл в ней? Она никогда не страдала заниженной самооценкой, но мир, в котором совсем недавно жил бывший спортсмен, а нынешний шеф аниматоров, был совсем другим, не её миром. И в нём места для обычной студентки Вики из посёлка под Ярославлем совершенно определённо не было. Вика хотела расстроиться, но тут же вспомнила о том, что Денис теперь тоже не там, в прошлом, а здесь, в настоящем. Так, может, у неё всё же есть шанс? А то сколько можно делать вид, что ей нравится ухаживать за толстокожим Степаном? И вообще, она всегда мечтала, чтобы ухаживали за ней, а не наоборот. И вот теперь, впервые в её жизни, нашёлся человек, которому, похоже, это нравится.

Подумав так, Вика улыбнулась своему отражению в зеркале и поспешила к бассейнам. Пора было в паре с Марго начинать занятия с детьми.

Перед обедом Вика забежала к Саффи:

— Ребятки, вашей ненаглядной Саффи пора на обед! — объявила она, и принялась помогать детям закрывать краски и снимать фартуки.

Саффи искоса наблюдала за подругой и подмечала произошедшие с утра изменения. Вика явно постоянно думала о чём-то приятном. Губы то и дело изгибались в полуулыбке, глаза светились, а в интонациях появились какие-то новые, непривычные нотки. Стёпа со своим панибратским отношением к однокурснице, пожалуй, доиграется. Вон, как Вика откликнулась на трогательную заботу Дениса. Но тут Саффи вспомнила о том, что Степан за завтраком пересел за другой стол. Значит ли это, что в их рядах намечаются значительные изменения? Пожалуй, пикник обещает быть интересным.

— А чего ты с утра так опоздала? — спросила, вспомнив, Вика. — Зарядка-то раньше заканчивается? — Она предусмотрительно не стала упоминать имя Максима, хотя, разумеется, заметила, что на завтрак он пришёл следом за Саффи.

— Да ты представляешь, две старушки новенькие приехали. Такие разговорчивые — просто ужас! Сначала всю зарядку зажигали. А потом взяли нас в оборот, еле мы от них убежали. И ведь обидеть не хочется! Милые такие старушки, обаятельные, интеллигентные. Но поговорить любят.

— Да уж, что такое не везёт и как с этим бороться, — сочувственно фыркнула Вика.

— Хорошо ещё Максим меня не бросил. Хотя у него была возможность по-тихому раствориться в пространстве. Он музыку выключал, когда бабули меня окружили, и мог спокойно срулить. Одна бы я совершенно точно с ними до обеда зависала. Но Максим выручил, помог выстоять и почти вовремя отступить.

— А ты ему спасибо сказала? Или только со мной поделилась?

— Сказала. Можно подумать, что я неблагодарная фифа.

— Ты девушка, которая старается всячески делать вид, что Максим тебя не интересует, — язвительно напомнила Вика и добавила: — Могу сказать, что получается плохо. Неубедительно.

— Что, так заметно? — растерялась Саффи.

— Не волнуйся. У него получается ничуть не лучше. Вы друг друга стоите. Не пора ли уже объясниться?

— И что я ему скажу? Что считаю его мать беспринципной убийцей? Ты бы так смогла?

Вика открыла рот, чтобы выдать какой-нибудь убедительный аргумент, но не придумала ничего мало-мальски подходящего. Лариса Карасёва и правда была отвратительной тёткой. Но открыть глаза её сыну на мать так, чтобы не сделать его несчастным, не представлялось возможным.

— Ты права, — буркнула сразу погрустневшая Вика. — Даже если она виновата во всём, Макса ужасно жалко. И что ж теперь? Выхода нет? Так и будете страдать?

— Я не знаю, — тихо ответила Саффи. — Я ничего не знаю. Для меня каждый день — это смесь счастья и муки. Я вижу его — и я счастлива. И я не могу быть с ним — и страдаю.

Её губы задрожали. Она на секунду замерла, глядя подруге в глаза, потом резко отвернулась и быстро пошла к столовой.