Глава седьмая. Две таблетки Левиафана

В голове все смешалось в кучу. Оборотни, вампиры, драконы и демоны. А еще, судя по ощущениям в голове появился маленький глухой звонарь Собора Парижской Богоматери! Иначе, как объяснить гул в ушах и чувство, словно голова раскалывается? Пару раз причмокнув, тряхнув головой, заранее поморщившись, я разлепила глаза. В лицо ударил яркий свет, в котором стоял ангел.

 - Я в раю? – слабо спросила я, видя, как силуэт приобретает знакомые очертания.

- Нет, кошмар на мою голову, ты в аду, - послышался отнюдь не ангельский голос, а я тяжко выдохнула, садясь на кровати и пытаясь прийти в себя.

Так! Белье на месте, значит, меня не жарят! Помассировав виски, я осматривала подплывающую комнату со следами разрушений.

- Тебе напомнить, что произошло? – спросил хриплый голос, пока я ощупывала мягкую кровать и подушку с вмятиной от моей головы. – Ты поддалась на уговоры, вошла в комнату, и взяла шкатулку с источником силы, способной уничтожить все темные империи…

 Кажется, припоминаю! Я поморщилась, вспоминая обнимашки в коридоре. Сейчас я бы его придушила!

- Вот скотина редкостная! – фыркнула я, вспоминая чувство, словно подчиняюсь чужой воле.

- Он – последний в своем роде, - хрипло произнес Метатрон, пока я массировала виски, прокручивая обрывки воспоминаний.

-  Я же говорю, скотина редкостная! – согласилась я, вспоминая красные глаза и белые волосы. – Как же голова болит… Ай!

- Левиафан, - послышался хриплый голос Метатрона, пока я, кажется, начинала понимать, что натворила.

- Давай две таблеточки своего «Левиафана», - согласилась я, в надежде, что полегчает.

- Палач – последний левиафан, - холодно произнес Йахоэль, а я посмотрела на него так, словно пытаюсь красноречивым взглядом передать его имя.

- Тогда две котлеточки из левиафана, - усмехнулась я, все еще покачиваясь и выдыхая. – Пожалуйста.

- Ты вообще знаешь, что такое левиафаны? – спросил Йахоэль, а я смотрела на маску, прикрывающую верхнюю часть ангельского лица. – Это твари, которых бог создал сразу после архангелов. Он населил ими землю. Потом появились ангелы и люди. И левиафаны начали пожирать людей.

Вот здесь я согласна! Палач целуется так, словно доедает свою добычу!

- И тогда с небес спустились три архангела и сумели страшной ценой пленить левиафанов, - прохрипел Йахоэль, пока я нервно сглатывала. А лучше бы лекарство! – Один из левиафанов перешел на сторону архангелов и помог их пленить.

- Могли бы и убить, - вздохнула я, все еще слабо воспринимая информацию.

- Убить не смогли. Для того, чтобы убить левиафана нужна кость праведника, обагренная кровью трех павших, - пояснил Метатрон. Он смотрел на меня, заслоняя дневной свет. Я видела, как сквозь его крылья бьют солнечные лучи. – Праведника так и не нашли. Левиафаны способны сожрать все, что угодно.

Отличный, всеядный мужик! Не то, что детский сад харчами перебирает, то гречку не буду, то рис не хочу, то манка – бяка!

Я попыталась встать, а потом поняла, что привязана к кровати!

- Ты с ума сошел?  - мои глаза округлились, когда я стала дергать руками и ногами. – Что это значит?

- Ты так будешь лежать до тех пор, пока я не пойму, что ты можешь себя контролировать, - мрачно произнес ангел, глядя на меня сквозь маску. Его окровавленные перья сверкнули при свете, словно лезвия ножей.

- Погоди, - прищурилась я, глядя на его оголенный торс, за который впору продать дьяволу и душку, и тушку, причем, не только спортсменам.  Странная мысль о том, что этот ангел с неангельским характером явно подозревает, что я брошусь на него с целью избавить его от одежды в темном уголке, изнасиловать, а потом потащить за крылышко в ЗАГС со словами:  «После того, что я с тобой сделала, ты просто обязан на мне жениться!».

Я подергала руками, понимая, что привязаны они на совесть.

- Не отпущу, - прохрипел ангел, а я чувствовала, как становлюсь очень кающейся Марией Магдаленой, поскольку бронелифчик съехал на живот.  -  После того, что ты сделала, я никуда тебя не отпущу.

- И что я сделала такого? – спросила я, глядя на его крылья.

- Напоминаю, - хрипло произнес Метатрон, пока я пыталась сковырнуть с запястья ремни. – Однажды темные империи объединились, отбили белых и забрали у них источник силы. Я знал разрушительную мощь этой силы, поэтому понимал, что каждый захочет ей воспользоваться. И тогда сильная империя сожрет слабую. Путем долгих переговоров с занесением в грудную клетку, удалось договориться до того, что сила не будет принадлежать ни одной из Империй. И чтобы никто не воспользовался ею, стражем ее буду я.

Только не говорите мне, что эта шкатулка, напоминающая бабушкино наследство с тараканами и пуговицами, и был источник той силы!

- Много лет белые пытались вернуть ее обратно, но я возвращал их обратно по частям. Империи успокоились, стали отстраиваться заново, как вдруг подоспело пророчество о том, что в один год шкатулка будет раскрыта и сила найдет нового владельца, - траурным голосом продолжал Метатрон.

- Нет, а почему шкатулка хранилась в комнате? Я-то думала, что такие вещи хранят под семью печатями, с такой полосой препятствий, чтобы ее обладатель дополз до заветной двери на жгутике! – возмутилась я такой халатности. – Я представляла себе подземелье, в каждом углу которого сидит некормленое чудовище, решившее не доводить себя до крайней степени дистрофии! А тут комната в которую может зайти любой!

- Не любой. Только ты, - холодно произнес Йахоэль, и я тоже немного подйахоэль, когда услышал, что посторонним «В», кроме меня. – Я специально оставил тебе право войти в мою комнату.  Потому что ты обычный человек среди демонов, вампиров, оборотней, магов и драконов.

Я застыла, глядя на него. Неужели он настолько доверял мне?

- Левит сказал, что пророчество может не исполнится, если шкатулку вынести из замка. И перепрятать в другом месте. Я был не согласен. Я не доверяю левиафанам, - сухо произнес Метатрон.

- Мне очень жаль, - вздохнула я, решив каяться до победного. – Прости, пожалуйста!

- И теперь сила шкатулки перешла тебе, - продолжил ангел, глядя на меня сквозь полумаску. Что?! Теперь я обладаю этой силой? Силой, за которую вечно сражаются все Империи?  

- Да я контролирую силу! – обиделась я, дергая руками, чтобы освободиться.

- А теперь я напомню тебе, за что тебя привязали, - мрачно продолжал ангел, нависая надо мной.  – Ты разнесла половину замка… Мне продолжать? Или пощадить тебя? Ладно, сама узнаешь. 

Я ничего такого не помнила, поэтому обиженно смотрела на Метатрона.

- Теперь ты живешь здесь, - холодно произнес ангел, сложив руки на груди.  – И учишься владеть силой! Все под моим контролем! Ни на шаг от меня не отходишь!  

Погодите? Мы теперь живем с ним вместе? Да не может такого быть! А мне говорили, что новости плохие! Да какие они плохие? Я теперь обладаю огромной силой, благодаря которой получу Империю! И сплю в одной постели с… Мой взгляд скользнул по роскошной фигуре, и я радостно шмыгнула носом, предвкушая.

- Нет, - произнес Метатрон. Видимо, у меня на лице были написаны все мои намерения.  – Никогда. Я тебе объяснил, что любовь и женщины меня не интересуют.

Правильно! Только ненависть, только мужики! Ничего-ничего! Я тут уже мысленно имена нашим детям придумываю. Еще ни один мужчина не устоял перед женским коварством! Я смотрела на него так, словно уже сыграла свадьбу, Метатрон смотрел на меня так, словно уже сыграл в ящик.

- А теперь отвяжи меня, - кокетливо склонила я голову на бок и тряхнув волосами. Моя нога скользнула по второй ноге. Обычно, срабатывало на ура! Нет, не у меня! В фильмах!

Ремни слетели с запястий, а ангел склонился ко мне, не обращая внимания на почти обнажившуюся грудь.

- Ты не допускаешься к занятиям до тех пор, пока не приберешься за собой. Своими руками, - строго произнес он, а я одернула бронелифчик, посмотрела на соблазнительную фигуру и направилась к двери.

Что? Я буду уборщицей? Я посмотрела на свои руки, понимая, что кирпич в них просится только для того, чтобы запустить его в одну ангельскую физиономию. Вот так я получила выговор с занесением в совесть!  Метатрон растворился в воздухе. Пока я сползала с кровати, с меня сползал бронелифчик.

- Ничего! – вздохнула я, вызывая свою совесть на очень серьезный разговор.  – Просто прибраться? Я еще дешево отделалась!

Стоило мне открыть дверь, как я остолбенела. Половины замка не было! Половины! Вместо нее была груда обломков… 

- Прибраться? – икнула я, глядя на фронт работ, на котором мне суждено пасть смертью храбрых. – П-п-прибраться?

Пол под ногами осыпался, рухнув на груду камней. Надеюсь, что никто не погиб… Очень на это надеюсь.

Кое-как я спустилась в котлован, понимая, что мне срочно нужен вампир, который способен подарить мне бессмертие! Кстати, про вампиров…

Я снова вылезла и по тонкой кромке направилась в сторону комнат, которые каким-то чудом уцелели!

- Кристиан! – постучала я в комнату с летучей мышкой на гербе. – Кристианчик, милый, открой!

Дверь открылась, а на пороге стоял бледноликий принц империи вампиров, глядя на меня красными глазищами.

- Посла вон! – тут же возмутился он, пытаясь захлопнуть перед моим носом дверь. – Сама кровосися!

- Что? – обалдела я, успев поставить ногу и протиснуться в мрачную комнату, наглухо завешенную шторами.

- От кровосиськи и слысу! – попытался огрызнуться принц. – Были бы зубы, огрызнулся бы лучше!

Я смотрю, что нижний клык у него тоже выпал. И теперь все клыки рядком лежат на столе.

- Мне нужна твоя помощь! – взмолилась я, подставляя шею. – Укуси меня, пожалуйста!

- Сем? – просвистел вампир, глядя на меня с ненавистью. – Сем, сто ты мне зуб вырвала? Схватила меня, привязала нитоську к двери и к зубу? Со словами: «Я тебе помогу!».  

Когда я успела? Я смотрела на вампира, потом на его зубы, на которые он медитировал, роняя скупые кровавые слезы.

- Я не могла такого сделать! – возмутилась я, пока принц перебирал клыки. – Кристиан!

- А потом спела песенку: «… пройдет ненастная, солнце взойдет!» - огрызнулся последним нижним клыком Кристиан. – Стобы меня утесить… Вон отсюда! Я пису письмо отцу, стобы он тут все разнес!

Я развернулась и направилась к двери, чувствуя одиноким нунахликом.

- Карат! – постучала я в дверь с отпечатком волчьей лапы. – Каратушка! Открой! Мне нужна твоя помощь!

- Ррррр! – послышалось за дверью, и я шарахнулась от нее. – Пошла вон! Верни мне сначала половину хвоста, а потом приходи!

- Что? – обалдела я, не ожидая, что так много успела. Обычно я ничего не успеваю! – Какой хвост?

- Ты меня за хвост тянула! – прорычал Карат, а я на всякий случай отошла от двери. – Какой милый щеночек! Кто моя пушистая какашечка? Карат моя пушистая какашка! Я настаиваю на том, чтобы мой отец уничтожил здесь все! За оскорбление чести наследного принца!

Я подняла брови, понимая, что с Каратом сейчас лучше не связываться… Пройдя по коридору, я робко постучала в комнату Дэлиона.

- Уходи! – послышался глухой голос. – Сначала верни мне то, что у меня оторвала!

Так! А вот это меня уже пугает! Что со мной было? Почему я ничего не помню?

- А что я у тебя оторвала? – робко поинтересовалась я у сына Бельфегора, который не собирался открывать дверь.

- Ты не помнишь, да? – в голосе звучала такая обида, что мне даже стало его жаль. – Вспоминай. Ты схватила меня за него и потянула…  И орала «волос-то сколько!».

Мой взгляд упал на мои руки, которые, вероятно всего, оборвали славный демонически род!

- Мне бы такой! – передразнил меня Дэлион, не желая открывать мне дверь. – А длинный какой! Пушистый! А потом заявила, что всем девочкам бы такой!

Я молчала, пытаясь найти слова, чтобы как-то утешить демона, потерявшего в один миг все…

- И теперь я на кого похож? – послышался голос за дверью вместе с нервными шагами. – На, полюбуйся!

Я приготовилась к худшему, опустив глаза, когда дверь распахнулась, но уткнулась взглядом в черные штаны. Хм… Если я и оторвала, то не весь. И эта мысль меня утешила.

- Сюда смотри! – заорал Дэлион, тряхнув короткой стрижкой, похожей на одуванчик. Светлые волосы торчали в  разные стороны, а глаза его сверкали гневом.

- А, по-моему, ми… - миролюбиво начала я, но дверь с грохотом закрылась перед носом, пока я робко шла по коридору. Дракон! Не могла же я тронуть дракона?

Я постучала в дверь, а в ответ была тишина. Что-то мне подсказывало, что буквально недавно доблестный рыцарь Марина, с мечом наперевес шла побеждать дракона, находясь по действием неустановленной силы!

Мои пальцы снова робко постучали по двери с вырезанным драконом, понимая, что дракона-то я победила. Иначе бы ответил. Я растерла плечи, не чувствуя в себе никаких изменений.

- Не трогай его, - послышался равнодушный голос Эгрегора, а я шарахнулась к стене. – Он еще не отошел от шока. Лежит и смотрит в потолок. Ни на кого не реагирует. Еще бы! Ты залезла ему на плечи с криком: «Милый дракошка! Покатай меня немножко!».

Что? Ой, как мне стыдно! У меня такое чувство, что мне пересказывают вчерашний корпоратив.

- Я тебя предупреждал, - послышался его спокойный голос. А на меня посмотрели черные глаза. – Война вот-вот начнется. Слухи разносятся быстро. Родители уже собирают армии.

Я застыла в ужасе, глядя в черные глаза Эгрегора, который невозмутимо стоял в коридоре.

- Все как предсказывала мама. Браслеты отключились, поэтому принцы не смогли перенестись домой. Поздравляю, - не щадил меня полудемон, а его глаза стали прежними. – Мой отец тоже собирает армию. Если все будет плохо, то мне даже придется на тебе жениться.

Он развернулся и пошел в свою комнату, громко хлопнув дверью. Я бросилась к последней комнате – комнате Андраса. Дверь была прикрыта, а я деликатно постучала и заглянула внутрь. Принц темной Империи некромантов сидел с ногами на кровати, прижимая к себе дохлого енота. Его глаза смотрели в пустоту, а я осторожно присела рядом с ним.

- Андрас, ну хоть ты… - с надеждой спросила я, понимая, что если бы енот не был бы дохлым, то сдох бы второй раз от таких обнимашек. Некромант на меня не отреагировал, пока я смотрела на свои несчастные руки, которыми разрушила свое собственное счастье.

- Андрас, - позвала я ласково, пытаясь вытащить у него из рук дохлятинку, но он еще крепче прижал ее к груди. -  Расскажи, что случилось? Чем я тебя обидела?

Некромант молчал, енот, понятное дело, тоже.

- Хорошо, покажи на енотике, где тебя трогала нехорошая тетя? Что она с тобой делала? – спросила я, сожалея о произошедшем. Енота выставили вперед, а  я сидела и с ужасом понимала, что после такого зверушка бы точно не выжила.

- Прости меня, - улыбнулась я, пытаясь погладить его по руке. На всякий случай, я попросила прощения и у дохлого енота. Точнее у той половины, которая осталась после демонстрации. Задней, между прочим.

Расстроенная, я просила прощения у каждого, чувствуя себя нунахликом и слыша, как меня посылают туда, куда бы я в силу затянувшегося женского одиночества сходила бы с удовольствием. Спустившись в свой котлован, я уныло перебирала камни, досточки, обрывки гобеленов, рассортировывая их на три кучки. Стоило мне поднять глаза и увидеть фронт работ, я начинала завидовать еноту.

Сквозь пыльные обломки показался переплет толстой книги, которую я подняла, стряхивая каменную крошку. «Книга древних заклинаний» - значилось на кожаной обложке с тиснением. «Перед прочтением отрубить руки тому, кто вам ее дал!», - обозначил неизвестный автор, а я вздохнула листая ее. Слезы капали на страницы, а заклинания мелькали одно за другим. И тут мой взгляд остановился на «Самых мощных любовных чарах».

Я присела на камень, шмыгая носом и стала читать. «Если вас ненавидят, презирают и не замечают…», - прочитала я, осмотревшись по сторонам. – «То ваш единственный выход – древние любовные чары! Предупреждение! Чары невозможно снять просто так! Их не видно даже опытным магам! Не применять на людях со слабым сердцем!».

Я нахмурилась, глядя на огромную печать, нарисованную на следующей странице.

«Эти чары действуют и на демонов, драконов, оборотней, архидемонов. На всех!», - прочитала я, осмотревшись по сторонам. «Любимые девушки не разгребают завалы!» - промелькнуло в моей голове, а я с азартом стала вчитываться. «Если чары единожды удалось снять, то они не подействуют второй раз. Ни они, ни другие любовные чары! Помните об этом! Поэтому будьте внимательны и осторожны. Это навсегда! Тот, на кого их наложили, не будет знать, что околдован. Он будет считать это настоящей любовью!», - едва шевеля губами прочитала я, а сердце бешено забилось.  Бережно отложив книгу, я вытащила пачкающийся камень, расчистила несколько плит и стала рисовать круг.

Камень крошился, а я как в детстве дула на линию, сдувая крошку.  «Зато тебя не вышвырнут обратно в твой мир!», - обрадовался внутренний голос, пока я перерисовывала что-то похожее на «лямбду».  Я вспоминала глаза Метатрона, понимая, что если раньше у него на меня что-то шевелилось, то после истории со шкатулкой – отпало. «Это была совесть!», - пояснил внутренний голос, а я закусила губу от досады. Надо ж было так проштрафиться! Не хочу до конца жизни осваивать древнейшую профессию строителя!

Я застыла, глядя на руины и обломки. В голове промелькнула я спустя лет десять. Матерая баба с накачанными руками, обветренным лицом и кирпичом  в руках. Она матом уже не ругалась. Она им разговаривала, изредка украшая свою речь предлогами «в» и «на». 

Мои руки уже сами перерисовывали символы с оборванного листочка, пока я утирала пот со лба. Круг был нарисован, а я взяла книгу в руки, встала в центр, действуя строго по инструкции.

- Встаньте лицом к солнцу, - прочитала я, пытаясь определить направление. – И произнесите три раза громко и отчетливо… Читать нужно наизусть! Учтите, древний демонический язык доступен только избранным!

Я размяла губы, шепотом перечитывая слова и делая между ними паузу. 

- Шаширагу, - начала я, понимая, что на недавнем утреннике мы чуть не вызвали дьявола, читая «фифки пла елофьку». Мне казалось, что где-то в аду Дьявол бегает туда – сюда в тот момент, когда юный зайчик делится своей «ладофтью от плажника!».

- Шиши… - пробежала глазами я, выйдя из круга и решив не рисковать. Я расхаживала вокруг него, пытаясь выговорить заклинание на одном духу.  После слова, похожего на «фарелка», у меня отшибало память, поэтому я надсадно учила продолжение. «Должно помочь!», - убеждала себя я, понимая, что Метатрону ничего не стоит самому восстановить замок.

Солнце уже садилось, и я решила поторопиться, наскоро читая нараспев, как детский стишок, мудреную языковую конструкцию для детей логопедов.

Стоило мне войти в круг, как память тут же отшибло. Вот зря я ругалась на зайчиков – юных маразматиков и снежинок с амнезией, которых стоит только подвести к елке, как тут же нападал речевой паралич, а в трусиках теплело и капало. И стоит такой зайка-лапушка, мнется, глядя перепуганными глазами на людей: «Вы че тут делаете!», открывает ротик, словно очень хочет что-то сказать…  Судя по виду, новости у зайки плохие. Очень плохие. «Новый год идет!».

- Так, - слышу я свой хриплый голос из-за елки. – Морковку не тереби! Это в гости кто идет?

На меня смотрят трогательными глазенками, как врач после неудачной операции. Со стороны это выглядит так, словно за елкой спряталось ларингитное чудовище, которое взяло зайку в заложники.

- Это в гости кто идет? – сипит елочка, а зайка куксится и начинает рыдать. С горем пополам мы читаем несчастные четыре строчки. А потом идет снежинка. Снежинка – стриптизерша. Она уже знает, как покорить публику, поэтому тут же задирает юбку до подбородка, обнажая съехавшие колготки, за которые я потом получу нагоняй. О, как несправедлива к ним я была!

Ветер уносил мои слова, а я чувствовала, как еще немного и собьюсь! Круг начал светиться под ногами. Это придало мне уверенности! Ничего-ничего! Как только я закончила, все погасло. Я опасливо посмотрела себе под ноги, а потом обернулась. Что? И это все? А я-то думала тут сразу Мендельсон заиграет!

Пожав плечами, я посмотрела на книгу с сомнением, бросив ее в третью кучу. Хорошая была попытка. Так, досточка к досточке, камушек к камушку. Моя жизнь предрешена!

И тут меня внезапно уронило на землю. На меня налетело что-то большое и очень любвеобильное. Я попыталась что-то сказать или отбиться, но огромный язык вылизывал мое лицо. Темперамент Метатрона меня начинал смущать! Зато вопрос о том, почему у него нет женщины, отпал сам собой! Не каждая справляется с таким натиском!

Я отталкивала от себя «лизуна»,  а рука уперлась в шерсть.

- Она моя! – послышался нервный голос, похожий на голос Дэлиона. 

- Рррр! – зарычал Карат, скаля зубы. Я честно попыталась отползти, а Карат рычал, утверждая, что я – его истинная пара. В качестве доказательства по моей ноге стекал маленький сик! Фу!

- Я ее пометил! – рычал Карат, а Дэлион гневно сверкнул глазами, а в его руках была ромашка. На его лице было написано, что кроме «сик» меня ждет еще и «как»! Покрасневшее и натужное лицо свидетельствовало, то что-то пошло не так, как я предполагала. Из спины Дэлиона лезли крылья, как у летучей мыши, а он выгнулся, свирепо глядя на Карата покрасневшими нечеловеческими глазами.

- Укушу-с, - сладко прошептали мне на ухо, а я резко обернулась, глядя на Кристиана, который улыбался, демонстрируя один единственный клык. «Прокомпостирую!», - подсказывал мне внутренний голос, пока мне расписывали, как нежно высосут из меня всю кровушку, обратят в вампира, а мы будем спать в одном гробу. Мои глаза расширились, и я мысленно отправила его в тот гроб в одиночестве!

Едва мне удалось вырваться, спотыкаясь об обломок стены и пытаясь удержать равновесие, как за спиной послышался голос дракона, который еще не заслужил имя.

- Золотко мое, - произнес красавец – дракон, пытаясь притянуть меня к себе, пока Карат разбирался с Дэлионом. Или Дэлион с Каратом! Пока что сложно было сказать, кто кого. Хотя нет, уже можно! Все меня!

Я оттолкнула его, не слушая про то, как мне покажут сокровищницу, как не удержала равновесие и упала, пытаясь отползти от схватки дракона и Кристиана, который шипел, оборачиваясь в летучую мышь. Мамочки! Что происходит? Я обернулась и увидела Андраса, который улыбался мне так, как может улыбаться только некромант.

- Пойдем ко мне. Я разрешу тебе погладить енота и лису, - с улыбкой произнес он. – Лису я еще никому не разрешал гладить.

А-а-а-а! Я попыталась вскочить на ноги, понимая, что это – страшный сон. Неподалеку стоял Эгрегор, а я отчаянно бросилась к нему, понимая, что на фоне остальных он еще выглядит адекватом.

- Эгрегор! – закричала я, глядя на драку, которая прибавляла мне пару веков работы.

- Иди ко мне, любимая, - произнес он, а я поняла, что бежать нужно в другую сторону. Мои руки цеплялись за обломки, пока я пыталась выбраться в уцелевшую часть замка. Под ногами сыпались доски и камни, но я уже достигла верха, бросаясь по коридору. Когда за тобой бегут шесть симпатичных мужиков оглядываться не хотелось. Зато я оглянулась в прошлое, вспоминая то, как с восемнадцати лет каждый год просила любящего принца!

- Одного! Одного просила! – задыхалась я, дергая все двери. – А не шесть!

Одна дверь неожиданно открылась, а я захлопнула ее, резво задвигая засов. По коридору слышался топот, пока я сползала по двери, пытаясь спрятаться от большой и горячей любви!

- Открой, любимая! – слышались голоса, пока я прикидывала, чем бы еще подпереть шатающиеся створки. – Я люблю тебя!

Я перла тумбочку, понимая, что против оборотней и драконов она бессильна!

- Ну хоть пусть мизинцы отобьет, - задыхалась я, глядя на мебель оценивающе. Кресло никак не хотело сдвигаться, а засов плясал так, что пора бы уже присматриваться к шкафу!

- Она меня любит! – рычал знакомый голос Карата. – Если бы не любила, то не называла бы «моей какашечкой»!

 Простонав, я смотрела, как «моя какашечка» ломится в дверь. «А у меня она енота гладила!», - возмущался некромант, пока я осматривалась по сторонам на предмет учебника по самообладанию и самообороне. Желательно увесистого, чтобы приложить как следует!

- А мне она волосы остригла! – слышался за дверью голос Делиона. – Ей так больше нравится! Не стала бы она так делать, если бы…

- Она меня победила! – кричал дракон, пока по дверному проему сыпалась крошка и поднималась пыль. «Она просила меня укусить ее фладкую фейку! Ай! Жуб! Пошледний жуб!» - голос Кристиана было трудно узнать.

- А мы с ней сидели в моей комнате и играли в шахматы, - произнес Эгрегор.

- Что? Она была в твоей комнате? – возмутились все остальные герои- любовники, пока я посматривала на узкое окно-бойницу. Успею ли я похудеть за пять минут на двадцать килограмм? Мне срочно нужна моментальная диета!

На пол упала книга «Похудей и ох…й!», в которой с фотографии смотрело нечто, способное при купании поднять уровень мирового океана на радость ученым!

- Мальчики, успокойтесь, - попыталась я вести переговоры с любвеобильной нечистью. – Я …

И тут я вспомнила про объем работ на вверенной мне территории, понимая, что одна я не справлюсь! А вот шесть мужиков, которые работают за спасибо, вполне!

- Мне нужна помощь, - кротко заметила я, на всякий случай отходя от двери. – Мне нужно восстановить замок!

- Я восстановлю тебе замок! – наперебой закричали будущие властелины. – Да за один твой поцелуй!

А целовать точно нужно? Я на секундочку представила, объем работы, понимая, что готова отдать слюнявой натурой долг каждому.

- Хорошо! Поможете мне разобрать завалы и восстановить замок, - начала я, выдыхая. – Я вас поцелую!

- В губы! – тут же сориентировался кто-то предприимчивый.

- Ладно! В губы! – скривилась я, понимая, что такое пятно на биографии скромной воспитательницы, не отстирает даже волшебный порошок!

Я опасливо открыла двери. В коридоре стоял отряд, готовый к труду, обороне и … Ай! Кто меня за попу ущипнул! Хищно обернувшись, я увидела покрасневшего Делиона, который прятал руку за спину: «Папа говорил, что маме это нравилось!».

Отряд был построен и мотивирован, а я чувствовала себя прорабом, вспоминая все словечки, которые слышала во время ремонта соседней… Да что ты будешь делать! Кто мне под юбку полез? Что? Ногу лижет? Бррр!

На меня смотрела жалобная моська Карата «погладь меня», выглядывая из- под юбки.  «У тебя в волосах что-то застряло!», - послышался голос дракона, а мою грудь чуть не сжала внушительная ладошка. У меня что? Грудь волосатая?

- Прекратите! – возмутилась я, когда мне радостно на ладошке протянули дохлую мышь в знак вечной любви. – Котик, отстань!

Что тут началось! «Она назвала его котиком!», - заорали остальные, а «котик» понимал, что нужно быть морским котиком в съехавшем на бок берете, чтобы отбиться от армии любовников. В его руках горело заклинание.

- Успокойтесь! – строго приказала я, понимая, что сейчас начнется. – У нас сегодня субботник! Мы должны прибрать прилегающую территорию!

Я возглавляла шествие, придерживая руками попу, потому что к ней тянулись похотливые ладошки. Стоило мне обернуться, как на меня смотрели нежные глаза.

- Вот! – ткнула я пальцем в руины. – Нужно все разобрать и построить заново… И вот тогда я поцелую каждого!

Что-то мне подсказывало, что целовать их уже будет старенькая бабушка, прищурив слепенькие глазки: «Гиде твоя голова? Это точно голова? Глазки уже подводят!». Успокоившись немного, я стала искать ту волшебную книгу, которая одним махом сделала меня не просто единственной, но и самой желанной женщиной Академии.

Пока я рылась в обломках, а принцы совещались, перед глазами стоял суровый и прекрасный ангел. На коленях. С кольцом в алой бархатной коробочке. Я представляла, как провожу рукой по его груди с таким благоговением, а меня целуют его чуть припухшие губы. В душе что-то сладко мяукнуло, когда меня обнимали, прижимая к груди.  Злой и жестокий ангел, который никого никогда не любил будет моим… Не знаю, что мне больше нравится в этой мысли? То, что я у него – первая и единственная, или то, что ради меня ему придется быть нежным и ласковым?

Принцы что-то таскали, а я умиротворенно смотрела на то, как другие пашут. Дракон поднимал огромные глыбы, пока я думала о том, что будет, когда вернется Метатрон. Мысли уносили меня куда-то за грань цензуры, как вдруг…

- Готово! – послышался голос, выведя меня из розовых мечтаний.

Я едва не протерла глаза, глядя на восстановленную Академию. Не верю! Это шутка какая-то? На всякий случай я потрогала рукой стену, понимая, что она настоящая.

- Мы объединили магию, Эгрегор нашел заклинание и… - произнес Дэлион, как бы бровями намекая, что долг платежом слюняв!

Эм… Я немного не ожидала, что они справятся так быстро! Эх! В жизни каждой женщины должны быть моменты, за которые потом бывает очень стыдно. И чем красивее женщина, тем больше таких моментов.

- Поцелуй! – напомнили мне наследники, глядя на меня с таким обожанием, с каким не смотрел на меня соседский кот сквозь стекло, когда я ела сосиску.

- Хорошо, - улыбнулась я, вспоминая, что не уточняла, какой именно из поцелуев в губы ждет наследников в качестве награды. Можно же просто чмокнуть и все? – В порядке очереди!

Ко мне шагнул Дэлион, а я сложила губки хоботком в тот момент, когда на мою талию легли его руки. Он бережно убрал волосы с моего лица, пока я чувствовала себя голодным комариком. Внезапно он прижал меня к себе, целуя так, что я обалдела. Вокруг него пошли черные всполохи, а по телу пробежало фиолетовое свечение. Огромные крылья раскрылись за спиной, сквозь прическу-одуванчик пробились рога, а он уже сжимал меня так, как в последний раз. Язык демона стал намного длинней, а мне что-то показалось, что его больше интересуют мои гланды. Я задыхалась в его объятиях, понимая, почему девушки закрывают глаза во время поцелуя! Может, мужик в этот момент оборачивается демоном!

В меня упиралась очень серьезная претензия, пока я честно пыталась отбиться. Но кто меня будет слушать!

Меня покачивали, пока я понимала, что у нас тут целовальный марафон намечается.

- Хватит! – прорычал Карат, дергаясь в нашу сторону. – Моя очередь!

Делион не хотел меня отдавать, но Карат схватил меня, прижав к себе. В его глазах горел хищный азарт. Он прильнул к моей трубочке, сжимая мою талию и едва ли не раздирая мне платье. Я чувствовала, как на меня начинает давить волчий авторитет в тот момент, когда трубочка оказалась бессильна. «Красная шапочка! Я тебя съем!», - послышался внутренний голос, а я понимала, почему девочка так провокационно оделась для прогулки в дремучем лесу! Нет, чтобы нацепить камуфляж цвета хаки, так нет же! Еще и песенки пела, чтобы наверняка! Так и хотелось крикнуть: «Не ешь меня, серый волк!», когда оборотень распалился, явно намереваясь прокусить мне губу острыми клыками. Поцелуй затягивался, а авторитет рос, как на дрожжах.

- Эй! – послышались возмущенные голоса от других ухогорлоносов, мечтающих изучить мой внутренний способом цензурой не запрещенным.

Ты пиявка или дракон? Мне кажется, что все-таки пиявка. Я пыталась выбраться, но меня крепко держали. Что-то мне подсказывало, что меня сейчас всосут в себя, и я отчаянно упиралась руками в его грудь. Нет, целовался он вполне неплохо, но что-то мне подсказывало, что глаза вниз лучше не опускать. Будем думать, что он из отцовской сокровищницы скипетр умыкнул и носит в качестве талисмана!

-  А ну ушпокоился! – послышался голос, а на плечо дракон легла рука вампира. Бледная, тонкая, в окантовке «готишного» манжета, она требовала, чтобы ее беззубого обладателя пропустили без очереди, как инвалида!

Кристиан смотрел на меня, а я умоляла его мысленно, чтобы он не улыбался. Я надеюсь, что Метатрон этого не видит! Чего-чего, я не ожидала такой вкрадчивой нежности. Я с удивлением понимала, что кусать ему меня нечем, а в последний момент, когда мою трубочку удалось разжать, подумала  о том, а не передается ли вампиризм поцелуями? Я представила, как сижу в больничке, в очереди, а напротив меня такие же новообращенные вампиры.  Напротив меня висит стенд: «Способы передачи вампиризма! Убежать, значит, избежать!».  «Вот!», - мрачно клыками улыбаюсь я доктору, а тот обреченно качает головой. «Зуб у него еще, видимо, кровоточил. Десна!», - вздохнул доктор, прописывая мне гематогенку и ночные прогулки.

Я всеми силами пыталась оттолкнуть его от себя, понимая, что так присосаться может только вампир! Пусть даже и беззубый!  Или мне кажется, или в горле у меня ком, а у него с собой кол? Что-то мне подсказывает, что носить с собой кол в кармане – опасно для вампира. «Кол убивает вампиров!», - глубокомысленно заметил внутренний голос, когда я понимала, что отбиваться сил нет. «А что? Человек выживает, если всадить ему кол в сердце?», - поинтересовалась я, чувствуя, как холодные губы пытаются высосать из меня хоть что-нибудь.

- Так, моя очередь! – послышался голос Андраса. – Брысь, нежить!

На меня смотрели честные глаза некроманта. Он склонился ко мне, начиная целовать, пока мне казалось, что в меня упирается окостеневший мышь! Хотя нет, судя по впечатлениям, это уже не мышь! Это кошка! Андрас держал меня за подбородок, целуя с таким усердием, словно делал искусственное дыхание. Целовался он достаточно неплохо, пока я понимала, что такими темпами, объявлю лизательный дефолт, так и не дойдя до конца очереди. Меня сгребли и старательно вдыхали в меня жизнь. Чем больше в меня вдыхали жизнь, тем больше мне хотелось прикинуться трупом.

- Не шевелись, - прошептал мне Андрас. – Мне так удобнее!

Ааа! Меня снова вознамерились поцеловать, но были отдернуты. На меня смотрели знакомые глаза Ивана Навигатора, по имени Эгрегор. Вот он меня пугал!

В легкой растерянности, я стояла, понимая, что у нас теперь есть большая тайна на всех.

- И кто лучше целуется? – тут же встрял Карат, а все поддержали идею устроить конкурс. На меня наседали, требуя срочного ответа на этот архиважный вопрос, а я честно пыталась убежать.

- Вы все целуетесь замечательно, - порадовала я ребят, намекая, что победила дружба. Щеки слегка горели, а я прижимала руки к лицу, чувствуя, что таких приключений в моей жизни еще не было.

- Моя очередь, - усмехнулся Эгрегор, подойдя ко мне.

Меня схватили за кисть руки, а я снова скрутила хоботок ради приличия, понимая, что в целом это бессмысленно! Я почувствовала осторожное поглаживание по щеке, а мне в душу заглянули черные глаза, а губы осторожно сдвинули мои. Хоботок сопротивлялся, как мог, как вдруг послышался страшный голос Метатрона. Все, что он сказал, умещалось в одно емкое слово. И значило оно примерно следующее: «Я слегка удивлен, немного обескуражен, смущен и в нахожусь в полном недоумении!».   

В этот момент любвеобильных наследников как ветром сдуло, а я стояла и честно ждала, что он примет эстафету.

- За мной, - процедил он. Я ковыляла за доспехами, думая о том, что, возможно, у него любовь суровая и целенаправленная, как летящий кирпич.

Мы шли по восстановленному коридору, а я пыталась разглядеть в нем признаки неземной страсти. Если считать молчание – легким смущением, то что-то есть. Я даже прищурилась, втайне надеясь, что он просто обладает выдержкой и самообладанием.

Дверь в покои с грохотом закрылась, но Метатрон молчал.

- Что ты устроила? – ледяным голосом произнес он. Интересуется? Это хорошо! Обычно делами человека, на которого плевать не интересуются. Это придало мне уверенности.

- Субботник! – гордо ответила я, понимая, что результат он видел. – Я считаю, что труд сближает лю-людей и нелюдей тоже! И облагораживает!

- Я видел, как сближает, – коротко произнес ангел, заклинанием снимая с себя доспех.  Я пыталась расслышать в его голосе хоть нотку ревности.

- А ты что? Ревнуешь?  - напрямую спросила я, глядя на него со всем кокетством, которое отвесила матушка–природа. Под тяжестью его холодной и непроницаемой маски со светящими глазами, я понимала, что «кокетство» стоит заменить на «какетство». Я чуть не «обкакетилась», когда Метатрон подошел ближе.

Внезапно в лицо ударил яркий свет, а я зажмурилась. Метатрон обернулся, а нам навстречу вышел оборотень со свитой. Одеты они были очень нарядно, а я смотрела на них, не понимая, к чему эта делегация.

- Мой сын, наследный принц Карат, только что написал, что решил жениться! И вот, по традиции оборотней, мы явились всей семьей! – послышался голос, пока я созерцала почти целую стаю. – Где эта красавица, сумевшая покорить сердце моего волчонка?