Глава 33. Поход в Бездну. Спасение

Вместе с пламенем погасла моя уверенность в том, что всё будет хорошо. Сокол в одно мгновение побледнел, став похожим на восковую куклу. Я всматривалась в его спокойное лицо и тянула носом воздух почти беспрерывно. Радовалась даже страху, пока его запах не стал настолько густым, что я не выдержала.

— Этан, — хрипло позвала я хранителя клановой магии. — Останови ритуал, что-то не так.

Но он продолжил стучать в бубен, немного раскачиваясь в стороны. Лицо спрятал под маской из нитей. Я не видела его, но мне казалось, что маг сейчас в трансе и не слышит меня.

“Можно ли его разбудить? — спрашивала я себя, стараясь вспомнить всё, что когда-либо читала на тему клановой магии. Информации о ней было мало, хранители тщательно её оберегали и передавали только своим ученикам. — Пекло! Пекло! Пекло!”

Аммиак сменился чёрным перцем. Я взяла жениха за руку, надеясь, что ничего этим не испорчу. Мне нужно было чувствовать, что он тёплый. Иначе дышать становилось трудно.

“Вдруг он там застрянет? — дрожа всем телом, думала я. — Вдруг моего Ричи не выпустят из Бездны? Что я буду делать без него?”

— Он жив, — успокаивала я себя, поглаживая руку жениха. — Он жив и вернётся.

Как будто в насмешку надо мной такой необходимый сейчас запах чёрного перца рассеялся. Я нащупала пальцами запястье Сокола, надеясь услышать пульс.

Не услышала. Ни одного удара сердца.

В ту же секунду в ритуальной комнате раздался хриплый выдох Этана, он снял маску и отбросил её в сторону.

— Нить оборвалась, — бормотал клановый маг, хватая кожаный мешок со странной чашей вместо горловины, — Сокол ушёл за ворота. Сердце уже не бьётся, да? Быстрее, у нас мало времени. Плотно прижми маску к его губам и качай. Мешок — на самом деле артефакт. Он будет дышать вместо него.

Непослушными трясущимися руками я выполнила приказ, продолжая нащупывать эмоции Ричи. Он не мог умереть. Не мог. Нужно просто помочь ему вернуться. Мы сможем его вытащить.

“Сердце не бьётся, — возразил внутренний голос с интонациями папы. — Нет эмоций, нет дыхания. Сокол мёртв”.

Я его не слушала. Нажимала на артефакт и сама дышала глубоко. Страх Этана мешал, поэтому я уткнулась носом в плечо любимого. Ничего. Даже отголоски эмоций пропали. Клановый маг упёрся руками в грудь Сокола и начал считать. Качал сердце. Ритмично, размеренно, но мне всё равно казалось, что нервно.

— Что случилось в путешествии? Как ты мог его отпустить!

— Я держал, — остановившись на миг, ответил Этан. — Подвёл к воротам, позвал помощников. Всё было хорошо, всё строго по ритуалу, а потом он просто ушёл. Нить лопнула. Душа больше не знает, как вернуться в тело. Качай, Амелия. Шанс ещё есть.

“Душа больше не знает, как вернуться в тело, — звучало в голове. — Шанс есть”.

Я качала воздух, молясь предкам и богам, чтобы вернули мне Ричи. В Пекло его заблокированный дар. Пусть останется совсем без магии. Лишь бы живой и здоровый. Лишь бы снова улыбался и шутил, обнимал так, что стыдно от счастья. Он же сам сказал, что воины клана не сдаются. Он обещал!

— Метка слетела, — припечатал Этан. Снова убрал руки от груди моего мужчины и вытирал пот со лба. — Исключение из ритуала. Ближний круг. Первое посвящение пока держится. Но бледная…

— Какое посвящение? — прошептала я, не видя кланового мага за пеленой слёз. — В Пекло его! Дались тебе эти метки, новые поставишь.

— Сокол мёртв, — повторил он так, будто я не услышала с первого раза. — Магия перестала за него цеплятся. Отпускает. Посвящения тоже нет. Остался ритуал инициации. Только он. Два мгновения. Три. Всё, Амелия. Всё, его больше нет. Безвозвратно.

— Нет, — прошептала я, продолжая нажимать на кожаный мешок. — Не останавливайся, он вернётся. Слышишь? Ты не знаешь, какой он сильный. Он не бросит меня. Ни за что. Он обещал. Да не сиди же ты! Пекло тебя пожри, сделай что-нибудь! Ты же можешь!

Этан отвёл взгляд, и я поняла, что он не будет ничего делать. Всё это время я держалась только потому, что он сказал: “шанс есть”. Дал мне надежду, а потом отнял её. Потому что дурацкие метки слетели.

— В Бездну твои артефакты, — я отшвырнула мешок и обняла Сокола. Слёзы жгли глаза, дышать было трудно. — Сокол! Сокол! Очнись немедленно!

Я зажмурилась, прижалась щекой к груди любимого.

“Один удар сердца, ему нужен только один удар, — молилась я. — Дальше он справится”.

В ушах звенел голос Этана. Он что-то говорил мне, пытался оттащить от Ричи, но я вцепилась в плечи жениха, приросла к нему.

— Фредерико Гвидичи, — нашёптывала так, чтобы слышал только любимый. — Ты меня слышишь? Вернись ко мне. Вернись, Ричи. Ты сможешь, я знаю. Тебя ни Бездна не остановит, ни все боги нашего пантеона. Я люблю тебя. Я не смогу тут без моего Сокола.

“Я не отпущу его, — подумала, уткнувшись носом в шею жениха. — Пойду за ним в Бездну. Пусть Этан снова проводит свой ритуал. Мы с Ричи должны быть вместе. Неважно, на какой стороне”.

— Гранат, — прошептала, вдыхая воздух у самой кожи Сокола. — Я чувствую гранат!

— Тебе кажется, Амелия, — клановый маг всё ещё держал меня. — Он мёртв.

Нет, я не могла ошибаться. Такой тонкий запах, но чувствовался невероятно остро.

— Да посмотри же! — я толкнула Этана в грудь. — Где твои проклятые метки?

Он прикрыл глаза и тут же побледнел. Лихорадочно схватился за мешок, снова сел к груди Сокола.

— Качай! — приказал охрипшим голосом. — И держи. Я не знаю, что ты сделала, но нить, связывающая его душу с телом, появилась. Она идёт через тебя. Качай!

— Я знала, что ты вернёшься, — дрожа всем телом, я начала нажимать на мешок. — Ты же лучший убийца клана. Тебя сама смерть боится. Ричи, иди ко мне. Иди на голос, не останавливайся. Я рядом. Я жду тебя.

Сложно было говорить с женихом и одновременно тянуть запах. Я чувствовала, как аромат граната заполняет лёгкие. Позволяла своей груди медленно подниматься и опускаться. Я тянула его, как ту самую нить. Дышала за двоих, чтобы оба могли жить.

— Ричи.

— Метка появилась, — прошептал Этан. — Глазам не верю, метка! Та самая. Второго посвящения. Сокол! Встать, боец, встать, кадет!

Он не вздрогнул, как должен был, но аромат граната стал таким сочным, что у меня рот наполнился слюной. Я прижала ладонь к шее любимого мужчины. Жилка билась. Сердце снова работало.

— Возвращайся, — ласково попросила я и поцеловала бледные щёки.

Лучший убийца Клана Смерти открыл глаза.

* * *

В ритуальном зале остро пахло гарью. Благовония чадили. Куда делся тонкий аромат? Дым висел хуже, чем после жертвоприношения.

— Ричи, — простонала Амелия, обнимая его за шею и прижимаясь мокрой от слёз щекой, — хвала богам, ты жив! Скажи что-нибудь, умоляю. Не молчи.

Во рту пересохло, язык не хотел шевелиться. Сокол до сих пор видел висящую перед ним ослепительно-яркую часть души. Большое яйцо.

— Сколько… Меня не было?

— Десяток минут, — ответил Этан. — Но мне казалось, целую вечность.

Он и добирался до части души целую вечность. Ни в одну реку так не нырял, ни с чем сравнить не мог. Что-то вязкое, лёгкое и твёрдое одновременно. Голова до сих пор болела, словно её расплющили кузнечным молотом. Тело провернули сквозь жернова и выбросили. Магия не откликалась.

— Как ты себя чувствуешь? — невеста гладила его по руке и заглядывала в глаза.

Проклятье, он так хотел её поцеловать, прошептать, что любит, отпраздновать возвращение в мир живых, но чувствовал себя хуже, чем после Трезда.

— Нормально, — соврал лучший убийца Клана Смерти. — Терпимо.

— Получилось хоть?

Этан где-то потерял свою знаменитую маску. Сидел возле жертвенника, поджав под себя ноги, и рукавом вытирал мокрое от пота лицо. Тяжести таскал? Когда успел?

— Не знаю. Я забрал яйцо со дна реки забвения, и оно провалилось внутрь меня.

— Я запрещаю тебе пробовать снова, если у нас не вышло сегодня, — прошептала Амелия, переплетая их пальцы. — Ты ужасно напугал меня, Фредерико Гвидичи! Сердце не билось. Ты не дышал. Боги, я сама едва не умерла, когда Этан сказал, что ты не вернёшься!

Сокол гладил её по спине. Сил не хватало прижать к себе крепче, но невеста и так никуда не собиралась уходить. Лежала у него на груди, невольно разделив с женихом священный жертвенник.

“Мы должны быть вместе, — звучал её голос в Бездне. — Неважно, на какой стороне”.

— Я слышал тебя, — признался он. — И видел ту нить, за которую ты тянула. Ещё подумал, какая сильная у меня невеста. С виду маленькая, хрупкая, но взрослого мужчину на тонкой леске вытащила.

— А я, кстати, так и не понял, что она сделала, — вмешался в разговор Этан. — Нюхач клана, первый за сто с лишним лет. Откуда взялась нить, связывающая души?

— Я сама не знаю, — ответила Амелия, принюхиваясь и оглядываясь по сторонам. — Кажется, у меня дар сломался. Не чувствую запахи. Он мог перегореть из-за ритуала?

— Не должен был, — нахмурился клановый маг, — но у нас в принципе всё пошло не по плану. Так что я пока промолчу.

— Кажется, я начинаю понимать, — она перевела взгляд с него на Этана, а потом обратно. — Я вижу нити. Разной толщины и цветов. От меня к Ричи тянется розовая, а между вами — жёлтая. Дар не перегорел, а изменился. Теперь я вижу не только эмоции, но и их вектор. Бездна! Придётся заново разбираться, как это работает!

Она выглядела сконфуженной. Невероятно милой, прекрасной, родной, но такой растерянной, что Сокол со смехом поймал её руку и поднёс к губам.

— Впору вешать тебе на шею кулон-артефакт иномирцев и проверять, не превратился ли уровень в чёрный.

— Старейшин хватит удар, — фыркнула невеста. — Но проверить стоит.

— Сильнейший маг в юбке? — со вздохом уточнил Этан и потянулся за шкатулкой на нижней полке у стены. — Гирон такого точно не переживёт.

— “Дочурка Витта опять лезет поперёк батьки в пекло”, — передразнил старика Сокол.

И замолчал, наблюдая, как капля смолы легла на грудь его невесты.

Иномирная магия не спешила выдавать результат. Смола медленно наливалась силой и темнела. Янтарный, терракотовый. Дошла до красного и замерла.

— Неплохо, — кивнул Этан. — Среди элезиек ты ходила бы с гордо поднятой головой. Жаль, мы не измерили, каким был уровень до ритуала.

— Насколько неплохо? — с любопытством разглядывая артефакт, спросила она. — Мне стала доступна магия выше среднего порядка? Защитные заклинания и порталы?

— Проверить стоит, — ответил её же словами клановый маг. — Попроси Хорса или другого преподавателя академии потренироваться с тобой. Думаю, порталы покорятся с лёгкостью.

Глаза Амелии засияли ярче звёзд. Ещё бы, такая удача. Немногие в клане могли похвастаться тем, что умели ставить портальные арки.

“Нет, не удача, — поправил себя Сокол. — Награда от Бездны за её смелость и самоотверженность”.

— Ричи, — она радостно заёрзала на жертвеннике. — Уж если со мной случилось чудо, то у тебя на шее артефакт точно взорвётся!

Лучший убийца клана рассмеялся на шутку, но Этан с невероятно серьёзным выражением лица передал ему каплю смолы на цепочке.

— Нет, — в груди поднимался протест. — Нет, ну зачем?

— Боишься? — сощурился клановый маг. — А в реку забвения нырнул, как к себе домой.

“Я и был там дома”, — хотел ответить Сокол, но не решился.

Возможно, он никогда и никому не расскажет, что видел по ту сторону. Как тепло его там встречали.

“Ты наш, — гордо выпятив грудь, говорили демоны. — Свой в доску”.

Сомнительный комплимент, однако Фредерико Гвидичи его принял. И мама на прощание поцеловала в макушку.

— А давай, — махнул он рукой и повесил кулон на шею.

Смола будто прилипла к груди. Нагрелась, дрожала. Тьма внутри неё закручивалась спиралью. Через пару мгновений она заполнила кулон целиком.

— Чёрный, — выдохнула Амелия. — Невероятно!

В ритуальную комнату заглянула луна. Серебристый свет коснулся шкур животных, стеллажей с богатством Этана, серых камней жертвенного очага. Вспыхнул и замер на волосах Амелии.

— Да ладно, — прошептал Сокол.

Радости не было совсем. Как безграничная сила уродует мага, младший Гвидичи уже видел. Ничего общего не хотел иметь с братом и вдруг встал с ним на одну ступень.

— Какой праздник, какой праздник, — съехидничал клановый маг, вглядываясь в его постную физиономию. — Даже не знаю, за красным фитоллийским бежать или барана жарить.

— Я счастлив, — похоронным тоном ответил лучший убийца. — Если бы мог встать, давно бы сплясал.

— Судя по голосу, искреннего восторга среди многочисленных нитей твоих эмоций я не разгляжу, — невеста прищурилась, разглядывая что-то в районе его солнечного сплетения. — Ты же ради чёрного уровня и пробуждения памяти рисковал жизнью.

— Я хотел вернуть себя, — мягко возразил он. — Изначально статус второго Франко на горизонте не маячил.

— Но и поводов для слёз нет, — Этан говорил и разыскивал на полках зеркало. — Я их точно не вижу. Слушаю, лин Делири.

— Тёмных ночей, — раздался узнаваемый тембр главы клана. — Как прошло? Сокола я по-прежнему не могу зацепить зовом.

— Он жив, — коротко отчитался хранитель клановой магии. — И силён как никогда. Правда, побочный эффект от зелья ещё не прошёл…

— Защиту сними, — перебил Кеннет, но тут же выдохнул, справляясь с нервозностью. — Чтобы я открыл портал поближе к твоему дому. Пожалуйста.

Этан сманул заклинание с зеркала и запустил пальцы в связку артефактов у себя на груди. Где-то там болтались нужные черепушки, косточки и пучки меха с ключами к защите острова.

— Мне нужно сесть, — заявил Сокол.

— Ты только что умер и воскрес, — запричитала Амелия, не позволяя ему подняться. — Дай себе отдохнуть и набраться сил, Ричи.

Её платье пропахло ритуальными благовониями, а руки были едва теплее льда. Тонкие пальцы дрожали.

“Совесть имей, — проворчала мама в голове. — Никому не нужно твоё геройство”.

Но привычка вставать перед лидером клана настолько глубоко въелась под кожу, что безжалостно толкала вверх.

Сокол сел, прислонившись спиной к жертвеннику. Тело прошиб холодный пот.

— Куда? Сдурел? — рявкнул на него Этан.

Перед глазами всё поплыло, но лучшему убийце клана каким-то чудом удалось остаться в сознании. Сквозь густую пелену прорывались обрывки фраз, в ноздри бил резкий запах нюхательной соли, а под спину ему сообща всё-таки подложили подушку.

— Он точно жив? — недоверчиво спросил Кеннет Делири. — Выглядит так, будто одной ногой до сих пор в бездне.

— И тебе светлого неба, — пробурчал приветствие Сокол.

Тусклый свет лампад загородила широкая тень. Глава клана крепко сжал его плечо и тут же отпустил.

— Впервые не знаю, с чего начать разговор, — признался Кеннет. — Глупо спрашивать, что ты видел по ту сторону. Настанет мой черёд отправиться в бездну — узнаю. Чем я сейчас могу помочь?

— Ему нужен отдых, — Амелия отважно расправила плечи и не позволила главе оттеснить себя в сторону.

— Разумеется, — широко улыбнулся Кеннет. — Хорошее питание, долгий сон и много женской ласки.

У невесты покраснели кончики ушей. Она торопливо прикрыла их прядями волос и отвела взгляд.

— Метки слетели, — доложил Этан. — Все до единой.

— Знакомо, — кивнул глава. — Но восстановить их не проблема. Насколько сильно разгневаются духи предков, если ты проведёшь ритуал инициации на полгода раньше? С исключением из него так уж и быть, торопиться не будем. Меч Соколёнку никто в руки всё равно не даст. Пусть отлёживается у тебя на острове. По официальной версии охраняет двух ведьм под сверхплотной защитой. Такой, что даже по клановой связи не достать.

— С просьбами к духам предков придётся подождать, — цокнул языком хранитель. — Ритуал не “ляжет” на заблокированную магию. К тому же мы не знаем, как изменился дар Сокола. Стал сильнее, но что именно добавилось? Амелия включилась в процесс, и у нас теперь не просто нюхач. Я даже не соображу, как её назвать.

— Пока подойдёт “слепой котёнок”, — она тяжело вздохнула. — Ни одну эмоцию различить не могу. Какие-то запутанные нити вместо привычных и родных запахов. Цветные облака, перетекающие друг в друга.

— Изучай, — распорядился глава, — но в академию за помощью пока не ходи. Подержим твой потенциал в секрете. Кстати, об академии. Стоило мне пересечь границу территории клана, как в зеркале раздалось вежливое покашливание от секретаря совета старейшин. Чувствую, они уже собирают заседание. Пойдёшь со мной. Отстоим обучение сирот в школе, появились у меня неплохие аргументы.

— Конечно, — Амелия подобралась, будто отстаивать школу придётся прямо сейчас. — Отцу тоже пока нельзя говорить про изменения моего дара?

— Как думаешь, — сощурился глава, — если Витт узнает, что ты ходила в бездну вместе с женихом, то он одобрит свадьбу?

— Нет, — у неё на переносице появилась складка. — Хотя теперь Ричи стал ещё более завидным женихом. Единственный в клане воин, прошедший посвящение бездной.

— У вас и это получилось? — Кеннет обернулся к Этану. — Ребята, я начинаю вас бояться.

— Да, метка стоит, — клановый маг сделал вид, что смущён похвалой. — Точно такая, как в древних текстах. Считается, что теперь Сокол может ходить в бездну тогда, когда пожелает, и даже возвращать души умерших воинов.

— Проверять запрещаю, — немедленно отозвался глава. — До особого распоряжения. Разбирайтесь с воспоминаниями о детстве. Уверен, там с лихвой хватит.

— Слушаюсь, лин Делири, — ответил лучший убийца.

— Защита, — напомнил клановый маг. — Сокол не родился в клане. “Своим” его делал ритуал инициации. Если он покинет остров, то вернуться ко мне уже не сможет. Купола его не пропустят.

— Понял, — Кеннет достал из кармана зеркало и мгновение ждал, когда его отражение в стекле сменится другим лицом. — Нест?

— Ясного неба, лин Делири, — бодро поприветствовал его помощник Сокола.

— Принимай командование охраной школы. Утром Галия пришлёт приказ.

Лучшему убийце послышалось из-за плохого самочувствия? Его только что отстранили от службы?

— Рад стараться, командир, — чуть ли не пропел Нест, но тут же прикрутил вентиль у фонтана восторга. — Но лин Делири, разрешите обратиться…

— Жив он. И здоров. Перевод ждёт на другое место службы. Ещё вопросы?

У Неста их больше не было. Он попрощался и исчез из отражения в зеркале. Сокола замутило. Нет, порыв обсудить приказ он задавил в зародыше, но…

— Какое место? Я не справлялся с охраной школы? — В груди жгло от боли. Сначала Трезд, лазарет и отстранение от операций клана. Теперь он и в Бессалии не нужен? — Там Франко. Разведчик Пруста в одиночку за ним не уследит.

— Я пришлю ещё бойцов, — невозмутимо ответил глава. — Но не слишком много, иначе он заподозрит неладное. Пока к тебе не вернётся память, будем делать вид, что ничего не случилось. Амелия, сегодня после Совета старейшин переночуешь у постели больного, а утром возвращайся в школу. Займись организацией учебного процесса. Заодно тихо проверь на преподавателях, как работает новый дар.

— Хорошо, буду осваивать способности заново, — глаза Амелии сверкнули любопытством. — Мне можно навещать Ричи тут?

— Не слишком часто, — улыбнулся глава. — Иначе до помолвки не дотерпите.

Она смущённо вспыхнула и отвела взгляд, пробормотав под нос: “Как скажите, лин Делири”.

— Со свадьбой будут проблемы, — счёл нужным предупредить Этан. — Без ритуала инициации у Сокола я не смогу провести над ними клановый обряд.

— Разберёмся, — сдержанно ответил Кеннет. — Немного ожидания ещё ничьим чувствам не вредило. Зато после всех испытаний Амелия станет женой первого в клане мага с чёрным уровнем.

Лучший убийца оглянулся на иномирный кулон-артефакт и поспешил снять его с шеи. Таких магов теперь двое, а пророчество Эльвиры по-прежнему одно.

— Поправляйся, Сокол, — закончил разговор лин Делири.