Глава 7. Трус не играет в хоккей

Закончив с утренними процедурами, я обернулась махровым полотенцем, которое обнаружилось на крючке в ванной. Вернулась в спальню и в растерянности застыла возле шкафа, рассчитанного явно на варвара, вернее на его походное одеяние. Кольчуги, латы, кованную обувь. Судя по размерам гардероба, туда и оружие вполне уместилось бы. Возможно, даже несколько пажей на случай если понадобится облачаться.

Та-ак. Еще вчера мне обещали новые наряды. Но, кажется, об этом все благополучно забыли. Включая и саму меня… Что же теперь делать? Боюсь, если встречу Ярхара в простыне, объяснить, что мне не хотелось надевать грязное и старое, не получится. Я просто не успею и слова вымолвить…

А после драки… то есть постельных утех оправдываться, что я не хотела… так вышло, так получилось… уже даже и не смешно. Хотя и в духе современных зейлендских романов про попаданок в жанре эротики. Те тоже никогда не хотят, но затем их предает тело, после чего капитулирует разум. И — наконец — последние капли здравого смысла собирают вещички и убегают восвояси. Не мудрено, что после этого девушки без всякого страха и даже страховки рискуют выполнять позы, на которые даже Ламар Масгури не решается. Только после настойчивых требований жены и торжественного сожжения любовных романов.

Я уже было подумала одеть вчерашнее, несвежее. Ну а куда еще мне деваться? Переместиться на родину и собрать вещи, кажется, не получится еще долго. Как, впрочем, и «сбегать» в любой другой мир, дабы на местную зарплату прикупить одежды. А отправляться к новым знакомым: Оле, Гульнаре или Алисе в простыне через все общежитие, чтобы попросить костюмчик взаймы — тоже как-то не слишком удачная затея. Мало ли что подумают варвары, когда увидят меня в коридоре в наряде привидения из мультфильма «Карлсон»…

Внезапно в дверь постучали. Я суматошно заметалась по комнате, придерживая полотенце на груди. Раздумывая — то ли выпрыгнуть в окно и надеяться на лучшее — на то, что откроется шестое измерение и меня унесет в квартиру на Зейлендии, то ли спрятаться под кровать… Хотя, что-то подсказывало — варвар найдет и там, и там. Причем сделает это так быстро, что даже глазом моргнуть не успею, не то, чтобы нормально одеться.

Стоп! Если в дверь стучатся… значит это не Ярхар. Что-то подсказывало — он такими мелочами не заморачивается. Даже в чужую ванную входит без стука, как в свое время в чужие города, когда брал их штурмом.

Какие уж церемонии в родной Академии, да еще со своей же подчиненной? Коты засмеют!

— Алина! Это Мелианна! — послышался знакомый голос из-за двери. Видимо, сальфийка и сама смекнула, что я опасаюсь нашествия варваров. Причем в самую удачную минуту — пока девушка голенькая и тепленькая — сразу после горячего душа.

Я поспешила отворить дверь. Сальфийка зашла с целой горой одежды в руках. В основном синего и сиреневого цвета. Сверток выглядел настолько внушительным, что казалось, будто он идет сам, на тонких ножках в изящных туфельках и смешно вращает симпатичной головой.

— Простите, Алина. Я вчера заходила к вам. Стучалась, но вы так и не открыли. Если я бы родилась скандриной — просто сняла бы дверь с петель и повесила вещи в шкаф. Но, к сожалению, у меня нет талантов врываться в любое помещение, даже если то заперто. И любое препятствие воспринимать как завуалированное приглашение… Попытку подзадорить гостя… Убедить, что его ждали и очень долго готовились. Например, возвели у двери баррикады, нацелили пушки и ружья.

Я хихикнула.

— Насколько я понимаю, голосовыми данными скандров вас природа тоже не наградила? Иначе крикнули бы сквозь дверь: «Я пришла!» и вам открыли бы в нескольких соседних измерениях.

Мелианна рассмеялась и разложила наряды на кровати. Сверху водрузила хлопковое белье телесного и белого цвета — все как я люблю и подмигнула.

— Я бы на вашем месте побыстрее оделась. Варвары буквально носом чуют, когда любимые женщины эм… почти голые… И сразу же приходят в гости.

— Спасибо. Извините, что вчера не открыла…

— Ничего страшного. Я привыкла. У нас тут многие после штурма их сердец варварами уже даже дверь открывать опасаются, — съязвила сальфийка. Похоже, она недолюбливала скандров с мрагулами, впрочем, как и все сородичи Мелианны. Зато к их женщинам относилась очень даже доброжелательно… С сочувствием и пониманием.

Когда портниха скрылась за дверью, я принялась развешивать новые вещи в гардеробе и попутно бегло рассматривать их.

Судя по тому, что мне предлагались, в основном блузки с брюками, причем трикотажные, эластичные, совершенно не стесняющие движения, скучать здесь точно уже не придется. Несколько вечерних платьев выглядели так, словно я откровенно напрашиваюсь. Если и не на приставания, то хотя бы на пошлые комплименты и точную оценку не только пропорций тела, но и количества родинок на коже.

Декольте, разрезы и все такое… Одно платье очень подходило для танцев. Розоватое, из тонкой материи. Юбка с разрезами позволяла выделывать ногами любые па.

Отлично! Теперь хоть есть одежда на любой выход.

А обувь?

Но не успела расстроиться или озадачиться, как внутри горы одежды обнаружился небольшой сверток с обувью. Кеды, кроссовки, туфли оказались упакованы так, что занимали минимум места. Плотный сверток вполне можно было использовать как снаряд для метания в недружественных варваров или же в слишком дружественных, наглых и приставучих.

Думаю, сальфийка и об этом подумала. При ее-то любви к скандрам с мрагулами.

Я выбрала эластичные брюки под джинсы и длинную тунику голубого цвета. Добавила белые кеды и посчитала себя готовой к посещению лаборатории размерности.

— Так и знал, что приду вовремя. Хотя, конечно, это как посмотреть! Некоторые считают вовремя — это застать женщину в неглиже. Но скандрам одежда не помеха в оценке фигуры и пропорций возлюбленной…

Ярхар, собственной персоной, появился возле моей двери и подпер плечом косяк. Словно иллюстрируя собственные слова, скандр окинул меня внимательным взглядом и уточнил:

— Готова?

— К посещению лаборатории размерности? — спросила я. — Или к трапезе в твоем обществе?

— И к нашему совещанию! Сейчас последуют стоны Сласи о том, как ужасно постоянно слышать про физику. Возможно, стоны перейдут в стуки по мебели и скоропалительное ее превращение в дрова… А Ольга с Гульнарой начнут всех подавлять интеллектом, даже любимых мужей.

— Попробую присоединиться, — усмехнулась я пояснениям варвара.

— К стонам Сласи или интеллектуальным хукам Ольги с Гульнарой?

— Догадайся! — почему-то общение с Ярхаром, с каждым днем все более свободное и легкое, рождало игривое настроение.

— Да кто ж вас, женщин, знает, — усмехнулся скандр. — Зависит от цели. Можно оглушить мужчину звуком, а можно и знаниями кантузить.

Складывалось ощущение, что интеллектуальный нокаут этому мужчине не грозит уж точно. Ладно. Посмотрим, что там за совещание и такая загадочная лаборатория размерности.

— А как же завтрак? — уточнила я все-таки.

— Девушка-женщина! Наш любимый ректор распорядился накрыть стол прямо в лаборатории. Дабы мы размышляли, обсуждали и рассуждали на сытый желудок. А не мечтали о сытной еде вместо попытки обуздать шестое измерение и найти нашего хулигана.

Мы с Ярхаром вышли к лифту, лавируя между учащимися. Ребята высыпали в коридор и занимались делами насущными. Кто-то спешил на занятия, кто-то общался с друзьями, а кто-то направлялся в столовую. Разумеется, последних было больше всего. Не зависимо от того, опаздывали ли они на встречу с любимыми педагогами, приятелями или с любимыми девушками.

Возгласы студентов наполняли пространство шумом. Таким привычным в стенах Академии.

Варвары размашисто жестикулировали, словно считали, что находятся в пустыне, и вокруг — ни единого живого существа. Даже верблюжьи колючки — и не попрятались. Уползли вместе с барханами. Истлы слегка отставали, но тоже давали прохожим прикурить… Леплеры словно рубили ладонями воздух перед собой при каждом предложении. Сальфы на фоне остальных казались танцорами балета, что не жестикулируют — исполняют партию. Иногда даже партию фехтовальщика, который уклоняется от кувалды — ведь другие учащиеся почти ни в чем себе не отказывали… Если мимо проходили не скандры с мрагулами… Только таллины сдерживали махи руками и ногами… Зато уж когда выбрасывали последние в иллюстрирующем жесте — несколько ближайших прохожих падали навзничь. Если, конечно, ими оказывались не варвары… Эти выстаивали в любом случае. И таллины поспешно удалялись, пока скандры с мрагулами почесывали место встречи чужой руки с собственным телом, силясь понять — какая муха на них налетела.

За окнами полыхали взрывы, падали и вновь поднимались столбы, факелами загорались деревья, метались туда-сюда молнии, словно решали — куда бы отправиться и где можно натворить побольше дел. Дабы чудесные утренние часы не прошли даром…

Вуз, милый вуз… Кажется, сегодня я воспринимала все с большим юмором и с меньшим драматизмом. Или просто нервная система еще не до конца пробудилась от объявления местного ректора?

Пока она не пришла в себя окончательно и не поняла, насколько все плохо, я поторопилась за Ярхаром. Мы вышли к лифту и поехали на 321 этаж.

Я ожидала, что двери кабинки выпустят нас со скандром в очередной коридор, словно рассчитанный на конный отряд. Однако перед нами раскинулось округлое светлое помещение, без окон и других дверей.

На лабораторию оно не походило совершенно. Никаких тебе экспериментальных установок, никаких приборов для исследований, и даже никаких стеллажей с книгами, статьями и документами.

Ни-че-го.

Только круглый стол из бронзированного дерева посередине, накрытый будто на целую свадьбу и несколько стульев по его периметру.

Нас уже ждали. Вархар с Олей, Ламар со Сласей, Димар с Гульнарой, Алиса с Эйдигером и Эйлегар Мастгури без спутницы.

Почти Ноев ковчег. Даже понятно кому достанется роль Ноя.

Ректор жестом предложил располагаться. Ярхар выдвинул мне стул, и мы заняли места между Гульнарой и Алисой.

Пока мы с Ярхаром устраивались, а остальные жевали, я оценила предложенное пиршество.

Огромная пицца, видимо, специально для зейлендок — с тянучками расплавленного сыра, кусочками поджаристой курицы, ветчины и грибами. Ммм… Пальчики оближешь. Жареные куриные крылышки в румяной корочке, обложенные золотистыми ломтиками картошки. Мятный чай — очень даже в тему после веселой утренней побудки.

Варварам предлагался бургуз — ляжки такого размера, словно их срезали с буйвола и затем небрежно так покрошили, дабы уместить на тарелку. В результате упомянутое блюдо напоминало гору мяса.

Скандры немедленно положили еды спутницам, на моей тарелке появился кусок пиццы, крылышки и картошка. В чашке — горячий чай.

После этого я поняла, что одновременно жевать и говорить не способны только зейлендцы из телерекламы. Варвары могут делать и то и другое, и, вероятно, еще что-то в параллель, совершенно при этом не напрягаясь.

— Значит, смотрите, — как обычно, с места в карьер начал Эйлегар. Кажется, приветственные речи и прочие мелочи не для таких ректоров. Впрочем, оно и понятно. В подобной Академии пока поздороваешься с присутствующими, пока пожелаешь всем хорошего дня — остальное можешь уже и не успеть рассказать. Снесет потоком лавы, зашибет деревом, утонешь в море. Там уже не до словоблудий и расшаркиваний.

— Ольга предложила, а Гульнара одобрила. Вархар поддержал как физик уже от нас, от скандров. Нам нужно найти эпицентр возмущения измерений. Так сказать — причину всех происшествий, дабы потом полностью устранить ее. Физически устранить виновника из стен Академии. Чтобы засечь возмущения пространства предложено действовать как зейледнцы, когда пытаются зафиксировать нейтрино. Частица, видите ли, крайне таинственная, прямо как спецагенты русской разведки в Америке. Все о них слышали, но никто никогда не видел и даже не представляет, как обнаружить. Так вот. Зейлендцы делают резервуары с тяжелой водой. И с их помощью засекают возмущения от появления нейтрино. Предлагаем использовать тот же метод.

— С тяжелой водой? — Слася обернулась к мужу, а затем посмотрела на Ольгу. — Это вода, которая тяжела на подъем, не хочет становиться фонтаном? Или вода, которая очень тяжела в общении. То есть просто волной накрывает и пытается утопить, не слушая возражений и не ведя переговоры?

— Это вода с особенным водородом. Не таким как в обычной воде, с которой мы имеем дело в повседневности, — взялась пояснять Гульнара. — У обычной воды водород имеет один протон в ядре, у тяжелой — протон и нейтрон. Такой водород называется дейтерий…

— Теперь я понимаю, откуда взялось выражение «водородная бомба» — задумчиво произнесла Слася, почесав затылок. — Вот так узнаешь про виды водорода, попытаешься разобраться в них — и бах! — мозг взорвался.

— Можно и так, — согласилась Оля.

— Ладно. Значит нам нужен резервуар с тяжелой водой? — уточнил Вархар.

— Да! — подтвердил Эйлегар. — И взять его легче всего на Зейлендии. Потому, что самим создавать подобное — долго, хлопотно и сложно. Учитывая, что последний резервуар — искусственный пруд во дворе Академии — прожил не больше получаса.

— Зато я наконец-то поняла, что такое испарение! — восторженно воскликнула Слася.

— А хулиганы поняли, что такое электроукалывание! — радостно добавил ее муж. Опять эта сладкая парочка пела в унисон.

Заметив мой взгляд и улыбку, мрагулка гордо заявила:

— Да! Мы как встань и двинь! То есть янь и инь! И я ничего не путаю! Я просто так запоминала эти названия! По аналогии…

— Вот это в точку, — вмешался Ламар. — В твоих любимых книгах каждая сцена секса завершается таким образом.

— Не каждая! — возмутилась Слася. — В некоторых вставать не требуется… А после некоторых это уже, в принципе, нереально!

— В общем, нам нужно на Зейлендию! — резюмировал Димар, прерывая безумно захватывающий диалог четы младших Мастгури. — Вот только есть одна незначительная проблемка…

— Зейлендия закрыта для посещений, — усмехнулся Ярхар. — Пойдем туда — угодим куда угодно. Только не в нужное место.

— У меня и здесь есть отличная идея! — подняла палец вверх Оля. — Мы с Алисой вчера ее уже обсудили.

— Да! — радостно добавила Алиса и буквально расцвела на глазах. Взгляд горит, на лице воодушевление, спина выпрямлена как у Сласи перед очередным разрушением.

— Мы заберем корабль у крипсов! Их летающие тарелки способны путешествовать сквозь измерения. И делают это совсем другим способом, без магии. Не используя шестое, как отправную точку. Они словно бы создают собственные туннели через миры и Вселенные, — закончил за женщин Вархар.

Вот теперь я поняла — почему Алиса такая счастливая и тоже порадовалась. А нечего было зеленым великанам посещать землю и похищать наших женщин! Уж, тем более, заставлять их вынашивать потомство для чужеродной расы.

Ольга рассказывала, как долго Алиса восстанавливалась после этого, тем более, что никто ей не верил, лечили как умалишенную…

Теперь-то крипсы об этом о-очень пожалеют. Локти кусать будут. Вырвут руки тем, кто похищал землянок, и покусают их локти.

Ой… Кажется и я заразилась вирусом варварства. Впрочем, зная историю Алисы, я не могла оставаться равнодушной и не сочувствовать девушке. А еще я восхищалась ее стойкостью и тем, что Алиса смогла все пережить и начать жить заново. Уверена, любовь Эйдигера очень этому поспособствовала. Только скандры умеют любить также неотвратимо, как и наказывать электроукалыванием. И также, как и во втором случае, сначала даже страшно, а потом уже привыкаешь — и становится приятно…

— Отличная мысль! — вклинился Ярхар. — В последнее время почти все путешествия по измерениям приводят к крипсам. Ну, по крайней мере, четыре из пяти. Так что к ним-то мы легко доберемся. В самом крайнем случае, поздороваемся с ярлами — они тоже нас обожают, как видят, орут, дергаются и бегут со всех ног… Правда почему-то не навстречу, а наоборот — куда-нибудь подальше. И все из-за небольших внушений, которые мы сделали им недавно, чтобы не ходили по чужим измерениям и не пытались их завоевывать. А затем все равно угодим к крипсам. Так что путешествие, в любом случае обречено на успех…

Мда, либо скандры потешатся, либо одно из двух…

— Крипсы обречены, — резюмировала Слася, на что Алиса радостно закивала.

— Эм… — задумчиво протянул Эйлегар. — Главное, чтобы крипсы были еще в состоянии обсуждать, что нам потребовалось в их вотчине. В последний раз, когда мы с Вархаром случайно зашли в мир зеленых великанов, вместо соседней планеты, встречали нас не как дорогих гостей. Скорее, как стихийное бедствие. Примерно, как Помпеи встречали вулканические извержения. Или зейлендские японцы Цунами.

— Ничего-о-о, мы их из-под земли достанем! — бодро заявил Эйдигер и недобро сверкнул глазами. — Из соседних планет притащим! Нельзя убегать от собственного счастья — то есть от нашего визита! Это чревато еще большим счастьем… Говорят, что электроукалывание вызывает приступы безграничного счастья… Правда, почему-то уже после процедуры, когда больной отпущен на волю. Мы, медики, называем это пролонгированным эффектом лечения! Так сказать — дальним эффектом полного и безграничного исцеления.

— Да! — восторженно поддержала Алиса. — Я хочу на это посмотреть! Нет! Я хочу в этом участвовать!

Впервые за наше недолгое знакомство скромная секретарша ректора Академии войны и мира проявила большую кровожадность, нежели воинственная Слася. И я вполне понимала Алису.

— И я буду в этом участвовать! — подхватила Оля.

— А я очень хочу поучаствовать в переговорах с крипсами! — добавил Эйдигер. — Объяснить им, что женщины скандров рожают детей только скандрам.

Алиса приобняла мужа и трогательно положила голову ему на плечо. Похоже, в этой семье тоже царила идиллия. Что ж… Если Ярхар, действительно, во мне заинтересован, надеюсь, он выполнит условия испытания. А там… кто знает…Возможно, Ноев ковчег Эйлегара пополнится еще одной парой.

Итак, похоже я увижу воочию старый страх Алисы — крипсов, который она благополучно в себе поборола.

— Когда отправляемся?

— Учитывая, какие обороты набирает буйство шестого измерения, уж лучше прямо сегодня! — обрадовал всех Ярхар.

— К вечеру подготовлю автобус, — подвел итог совещания Эйлегар.

— Отлично! — обрадовался мой новый начальник. — Поиграем ночью в карты… На раздевание… — и недвусмысленно посмотрел на меня. — Или предпочитаешь на желания?

— После раздевания на желания можно уже не играть — все и так ясно! — вклинилась Слася и подмигнула мужу.

— Книги в поездку не брать! — тут же вставил Ламар.

— Искусство требует жертв! — возразила мрагулка.

— Раз требует — сделаем! — согласился младший Мастгури. — Из крипсов. А мне требуется быть в форме… перед пытками… Ой, перед переговорами… Хотя, особой разницы я не вижу.

— А может сыграем во что-то более интеллектуальное? Например, в квиз! — предложила я.

— Ммм… А девушка-то очень даже не простая, — подмигнул Ярхару Эйлегар. — Ну что ж, квиз так квиз!

Честно говоря, я считала, что варвары и слова-то такого не знают. Однако ректор продолжил удивлять.

— Я дам задание нашим ребятам, не задействованным сегодня в учебном процессе. Пусть подготовят нам задания для квиза. Самому интересно — кто выиграет. Предлагаю разделиться на женскую и мужскую команды. Что скажете?

Слася восторженно подпрыгнула, стукнула кулаком по столу и заявила:

— Я очень люблю игру в квиз!

Ольга, Гульнара и Алиса покосились на мрагулку с сомнением, и девушка нас не разочаровала:

— Это же игра, кто съест больше шоколадных батончиков?

— Дорогая, — обнял Ламар супругу. — Батончики в этой игре понадобится есть для повышения активности мозга. Потому, что вопросы там обычно те еще… Играл, когда воевал в Зейлендии…

— То, о чем ты говоришь — это игра в твикс. И в нее можно играть только со скандринами. Организм женщин с Зейлендии не выдерживает такого количества сладкого, — добавила Ольга.

— Да, — подтвердила Гульнара. — После такого количества твиксов наши женщины уже не могут участвовать в танцевальных конкурсах.

— Почему? — удивилась мрагулка.

— Сквозь пол проваливаются, — пояснила Гульнара. А я хихикнула — вспомнила как вчера очутилась в гостях у Ярхара. Он усмехнулся тоже.

— Танцевальный конкурс, я так понимаю, нужен, чтобы никто не заметил, как мы готовим ловушку для возмутителя общественного спокойствия? — вскинула бровь Ольга. — В качестве отвлекающего маневра? Пока виновник наших проблем в панике пытается придумать оправдания, чтобы не участвовать в конкурсе, мы возьмем его тепленьким… И охладим пыл этого разгильдяя, дабы впредь не шутил с размерностями?

— И заставим не только станцевать, но и пообщаться с моим мужем! — добавила Слася с умильным выражением на лице.

— Да! Я нарочно создал переполох среди студентов и преподавателей. Кто бы ни был виновником торжества хаоса и беспредела шестого измерения, сейчас ему не до нас.

— А главное — как вовремя! Деться-то нашим некуда. Не могут взять административный и улизнуть в собственный мир. «Проведать бедную матушку», которая, едва заслышав про то, что сынок участвует в танцевальном конкурсе, слегла с инфарктом пятого уха, — добавил Димар. — Паника и полная деморализация обеспечены. Да и нашего недолгого отсутствия никто не заметит. Все начнут пытаться заставить других участвовать в конкурсе, чтобы самим взять отвод.

— Пока мы у крипсов. Убеждаем их… не сбежать раньше, чем выслушают наши условия, я вызвал сюда подкрепление, — сообщил Эйлегар. — Слава богу, между Академиями путешествия пока проходят без сюрпризов. Для других Академий. Хотя было бы весело. Идут внушатели такие все разряженные и напыщенные — и хрясть, наш автобус. Или аннигиляторы…

— Не стоит. Эти могут с перепугу всю свою Академию расщепить на молекулы. Где же мы продолжим проводить спортивные состязания по бегу по переперченной местности? Или гимнастике с художествами? — поразил меня фееричными названиями Ярхар. — Я тебе потом расскажу, — пообещал скандр. — А если хочешь, сама почитай. У нас тут летопись есть. Какая-то зейлендская писательница выпустила. Называется «Убить нельзя научить. Спартакиада для варваров».

— Да-да! Там так хорошо написано, как я с булавами выступала… С булавами моей бабушки, которыми она уничтожала врагов…

— Враги видели булавы и совершали харахири? — вырвалось у меня.

Одобрительные взгляды со всех сторон показали, что мое предположение недалеко от истины.

— Они бы ушли, мешала клетка, — усмехнулась Оля.

— Клетка? На соревнованиях? — я не уставала поражаться фееричности местных спортивных турниров.

– Клетка была частью произвольной программы Сласи, — спокойно сообщила Оля. — В том плане, что там творился полнейший произвол! И дай мы волю этим соперникам, сбежали бы от наших спортсменов.

— Так клетка удерживала соперников, чтобы не сбежали от страха или зрителей, по той же причине? — не смогла не прокомментировать я.

— Клетка защищала зрителей от спортивных снарядов, — пояснила Алиса. — В том числе и на тот случай, если Сласе не понравится конь или турник, и она решит избавиться от них также, как и от соперников в состязании.

— Такое ощущение, что там случилось побоище, — сквозь смех произнесла я.

— Если бы ты видела, как я одновременно крутила обруч и подкидывала булавы…

— Слася! — одернул мрагулку Ярхар. — Не стоит сразу так запугивать новую преподавательницу. Дай ей войти во вкус работы в нашем вузе и потом уже добивай такими подробностями.

— Куда же я сейчас денусь с подводной лодки? — хихикнула я. — Зейлендия закрыта. Конечно, после ваших рассказов, есть ощущение, что соседние Академии примут меня как беженку от чудачеств варваров и даже окажут медицинскую и психологическую помощь… Но вы ведь и там найдете?

— Вот! Люблю таких бойцов! — обрадовался Эйлегар. — Сразу понимают, что дезертировать гора-аздо опасней, нежели броситься в схватку. Ибо врагов перебить куда легче, чем выжить во время объяснений со своими.

— Да ладно. Мы очень добрые! — притворно возмутился Ламар. — Почти все враги после пыток с этим соглашаются.

— Почти все? — вскинул бровь Эйдигер.

— Те, кто еще в сознании, — пояснил младший Мастгури.

И вот таким цирком завершилось наше совещание. Впрочем… Жаловаться мне не хотелось абсолютно. Ах, если бы все совещания в вузах заканчивались веселыми рассказами! Вроде байки о «произвольной программе» Сласи, когда булавы непроизвольно падали на других спортсменов, из враждебной расы, пытавшейся завоевать другие планеты… Наверное, преподаватели шли бы работать в вузы вместо того, чтобы смотреть шоу Задорнова.

— В общем! — резюмировал наш Ной — Эйлегар. — Квиз приготовлю. Самому любопытно, кто выиграет. Дабы не подавлять слабый пол, я выступлю в роли судьи.

— Слабый пол продавливается сам, — задумчиво произнесла Слася. — Хотя, если имеется в виду женский пол, который в Зейлендии именуют слабым… То видела я этих зейлендок. Одной физикой доведут врага до бегства. Догонят и продолжат лекцию, пока у бедного мозг не расплавится и не вытечет через уши.

— Да! Мы беспощадны в своей страсти сеять знания! — поддержала мрагулку Оля. — Наука требует жертв!

— И теперь жертвами станут крипсы! — воодушевленно поддержала сестру Алиса.

— В первой половине дня всем работать по расписанию. Если что — зовите. Усмирим шестое насколько это возможно. Спасем тех, кто попался под горячую руку преподавателей. После обеда готовиться к отъезду. Автобус подадим к воротам к пяти часам по зейлендскому времени. Не опаздывать. Вдруг крипсы как-то пронюхают и сбегут. Ищи их потом по всем измерениям! Боюсь, столько счастья, аборигены могут не выдержать. Вначале летающие тарелки крипсов, которые воровали женщин несколько десятилетий назад, а потом и мы — контрольным выстрелом. Говорят, нервные клетки не восстанавливаются. Нервная клетка, в которой выступала Слася, полностью развалилась — сам видел! А пока все свободны! То есть заняты на занятиях!

С этими словами Эйлегар первым двинулся к… лифту. Скандры почти одновременно встали и подали руки своим женщинам. Ярхар протянул ладонь мне, хотя я еще не считала себя женщиной этого варвара. Ламар даже умудрился опередить Сласю… Правда, руку его мрагулка приняла уже у дверей лифта, куда радостно рванула, кажется, спеша в столовую.

— Значит, так, — произнесла деловитая Оля, когда мы разместились в кабинке. — У нас с Гульнарой сегодня нет занятий. У Алины практика по электричеству и магнетизму. А это как раз наша магическая специальность. Поможем коллеге окончательно освоиться. Все же это не наши боевики и даже не внушатели с аннигиляторами… Тут надо действовать осторожно.

— А разве у Гульнары специальность не медицина? — я уже устала сегодня удивляться и смеяться.

— Ну так, а я о чем? — отозвалась Оля. — Вначале мы с тобой наведем порядок в аудитории. А потом Гульнара вылечит виновников беспорядков от желания и дальше бедокурить проверенным методом иссушения ненужных рук и ног. А жертв исцелит энергией жизни.

— Да. Мужьям ведь еще готовить автобус, — поддержала Гульнара.

— А моя помощь не понадобится? — вклинилась Слася.

— Дорогая, — Ольга погладила подругу по плечу. — Во-первых, беспорядки местные наведут и без твоей помощи… Во-вторых, после твоей помощи лабораторию придется восстанавливать полностью, а студентов неварварских рас разыскивать по всей Академии. в шкафах и на столбах с клумбами. Боюсь, к отъезду мы не управимся.

— Тогда я пошла есть! — заявила мрагулка. — И вы будете виноваты, если на танцевальном конкурсе я провалюсь под пол! Ибо я начала переживать из-за собственной ненужности любимым подругам. А на нервах я многих ем…

— Многих не надо, — подала голос Алиса, — Давай ограничимся бургузом.

— Ты со мной? — уточнила мрагулка.

— Да! — подтвердила Алиса. — Мне не очень хочется видеть, как занимаются физикой местные. Ибо они так занимаются этой наукой, что на месте лабораторного оборудования я бы сбежала или потребовала компенсации. За физический и моральный ущерб. (3303c)

— Пошли! И пусть эти любительницы физики развлекаются без нас! — резюмировала Слася. — Мы найдем собственный повод для госпитализации… генерализации… гибернации… газогидроаккумуляции…

— Я все поняла, — остановила Сласю, которая, похоже, как раз читала словарь на букву Г, Алиса. — Для госпитализации всех недовольных, слабых духом и телом. Генерализации усилий по поеданию бургуза. Гибернации твоего мозга, чтобы не перенапрягся от физики… А вот с газогидроаккумуляцией не знаю даже… Боюсь, после такого в живых уже никого не останется.

Лифт открылся, но не успели мы выйти, как подтвердился прогноз Сласи. Такое ощущение, что ее словарь превратился в книгу Перемен и начал предсказывать будущее. Хотя, я бы не удивилась.