Глава 24

– Ты чего какой-то вялый сегодня? – спросил на перемене Влад.

– Да не выспался, – честно признался я. Пусть и альтера, и жива, каждая по-своему, помогают держать организм в тонусе, но мое тело слишком слабое, чтобы абсолютно без последствий переносить отсутствие полноценного ночного сна (особенно после боя и использования ауры). Те урывки, которыми мне пришлось довольствоваться, когда я вернулся домой, и в такси, пока ехал в лицей, не в счет.

– И чем ты таким занимался всю ночь? – усмехнувшись, спросил мой товарищ. Его вопрос прозвучал довольно громко и привлек к нашей беседе внимание одноклассников.

– Учебники допоздна читал и спать поздно лег, – отозвался я.

– Всего-то? Ну это весьма похвально, – ответил Влад.

Я ничего не сказал, так что возникшей паузой воспользовалась Роднина Маша, решившая тоже поучаствовать в нашем разговоре:

– При всем уважении, Влад, спать тоже нужно. – Она перевела взгляд на меня, перестала улыбаться и нахмурилась. – Если не будешь давать голове отдых, не сможешь усвоить прочитанный материал. Как это ты, не зная столь очевидных истин, умудрился занять второе место на экзамене? Ума не приложу.

У меня просилась на язык пара колких ответов относительно легкости экзаменационных вопросов, ну или разумности нашей Маши, которая со всеми своими знаниями умудрилась проиграть мне. Однако же я просто молча улыбнулся и склонил голову на парту, подложив под нее руки. Ведь большинство моих ответов «прошлись» бы и по остальным ученикам, написавшим экзамен еще хуже Маши.

Следующим уроком была математика, на которой я мог особо не напрягать мозги, поэтому пребывал в эдаком полутрансе. Внешне, наверное, казалось, что я внимательно слушаю учителя и все прилежно записываю, но на самом деле у меня был активирован режим сохранения энергии.

На следующей перемене я решил посетить буфет – отдельное от столовой помещение, в котором можно было приобрести шоколадки, печенье и простые закуски.

– Пойду за кофе, – хлопнул я по плечу Влада.

– О, я… – начал было парень, но его перебили.

– Влад, можешь мне подсказать кое-что по физике? – замахала ему ручонкой наша рыжая Инна.

– Ну а я пойду помогу, – ответил мне парень и неуверенно улыбнулся.

Я вышел из кабинета, зная, что меня преследуют.

– Тоже в буфет? Пойдем вместе? – предложила Яна. Великая княжна старательно скрывала свое волнение.

– Всегда рад приятной компании, – улыбнулся я.

Мы молча шли рядом аж до самого буфета. Да уж, что это такое с нашей бойкой Яной? Ей же обычно палец в рот не клади – откусит.

– Аскольд, у меня к тебе просьба, – наконец-то собравшись с силами, тихо проговорила она, когда мы оба купили по стаканчику кофе и заняли пустующий столик возле стены. Стульев в буфете не было, и все столы предназначались для быстрого перекуса стоя.

– Внимательно слушаю, – кивнул я, гадая, что же это может быть.

– Я все еще хочу провести с тобой спарринг, – проговорила она и смутилась. Яна стояла спиной к основному потоку посетителей, так что мало кто, кроме меня, мог видеть ее лицо.

– Ты так и не отказалась от этой идеи? – вздохнул я, мысленно все-таки угадав суть ее вопроса.

– Нет. Но я понимаю, что ты не хочешь делать это публично. Поэтому я… – Ее щечки мило покраснели. – Я приглашаю тебя в гости. В нашу московскую усадьбу, – шепотом зачастила девушка. – Тут недалеко, много времени не займет. Ну как? Завтра после занятий?

А вот теперь удивила. Великая княжна зовет простолюдина в гости? Хм… за это в моих глазах род Оболенских получает еще плюс сто очков, как говорили в одном фильме про волшебников, который на днях смотрела тетя.

– Хорошо, – кивнул я. – Я проведу с тобой спарринг. И спасибо за приглашение. – Ну а что, за любой достойный поступок положена награда. А Яна сражалась со мной бок о бок против наглых третьекурсников.

– Т-ты? Ты не станешь отказываться? – округлила она глаза от удивления.

– Ты хочешь меня поуговаривать? – усмехнулся я. – Ну тогда могу и отказаться.

– Нет, что ты! Спасибо, что принял приглашение.

– Если это тебя порадует, – улыбнулся я.

А щеки Оболенской-младшей вновь залило румянцем.

Вернувшись домой после школы, я позволил себе полноценный дневной сон. Проснувшись к ужину, поел с семьей и отправился в «Белку». Фасад здания выглядел даже хуже, чем раньше. Ребята сегодня вставили стекла в несколько разбитых окон из тех, что давали свет в наиболее используемые помещения, но большинство пустых оконных проемов просто забили фанерой.

Но посетителей, кажется, это совсем не смущало – только при мне в бар зашли двое мужчин. Их внешний вид был весьма красноречив – растянутая вылинявшая одежда, несвежие лица. Собственно, так выглядит основной контингент «Белки». Ну еще бедная молодежь иногда захаживает. А ведь буквально в пятнадцати минутах ходьбы от этого места стоят новые многоэтажки…

– О чем задумались, господин? – учтиво поинтересовался Вадим, вставший рядом.

– О том, будет ли экономически целесообразно превратить «Белку» в нечто более приличное.

– Думаю, да, если сделать, как вы хотите, – с уверенностью ответил Наставник.

– Что ж, спасибо, – хмыкнул я. – Ладно, пойдем.

После вчерашнего ночного нападения не оставляли меня и размышления о возможном развитии событий относительно соседей.

Я не планирую создавать доселе невиданный в этой стране могучий преступный синдикат. Не планирую зарабатывать деньги сомнительной чистоты. Мне они нужны только сейчас, как фундамент для будущей легальной экономической империи.

Так что в глобальном смысле подчинять соседей мне не нужно. Как и привлекать к себе излишнее внимание властей. Одно дело тихий переворот в местечковой «компании по интересам», которая немного занимается незаконными делами. Другое – полномасштабное силовое подчинение соседней банды и их территории. Да, если собрать всех в одном месте, можно управиться за один бой, но…

Не хочется мне увязнуть в криминальной среде. Чем больше на меня будет компромата, тем сложнее в дальнейшем будет подниматься по социальной лестнице. Прав Вадим – начнется турнир старших школ, и тут же появятся недоброжелатели из числа родителей проигравших мне деточек. Пусть таких будут единицы, но простолюдину и их будет достаточно, чтобы доставить проблем.

Но и оставлять соседей совсем без присмотра теперь нельзя, что-то они затевают. Вероятно, захотят в дальнейшем вернуть свои двадцать тысяч, да еще и с процентами. Особенно если брать за константу, что у них очень плотная крыша из аристократов.

С другой стороны, я тоже вчера представился покровителем… Но, как ни крути, развеять этот миф так же легко, как ниарийку совратить.

Между тем мы с Вадимом прошли уже почти весь путь до кабинета, что занял под свое рабочее место Игорь. Пришла пора проведать, как поживает, вполне возможно, в будущем один из столпов моей легальной экономической деятельности. Несмотря на позднее время, он все еще был на работе. Откровенно говоря, он и ночевал тут периодически.

Программист похвастался своими «начальными» успехами. Он просмотрел уже имеющиеся электронные карты Москвы и остановился на так называемой Общей. Эдаком шаблоне, созданном имперскими службами для бесплатного использования жителями. Именно эту карту я и смотрю, когда мне нужно узнать, где находится тот или иной дом. Смотрю и про себя ругаюсь, когда не могу найти на ней нужный номер дома, хоть здания и отмечены. Неполноценная карта. Но я с самого начала и предполагал, что мы будем улучшать именно ее.

Кстати, для коммерческого использования карта перестает быть бесплатной. Если точнее, нам придется платить дополнительный налог за «использование собственности империи».

А еще Игорь заявил, что не отказался бы от пары помощников, мол, много работы предстоит, много придется переделывать под себя и изменять. Разумеется, я дал добро на поиск кандидатов, сам же раньше закидывал ему в голову эту мысль.

После встречи с Игорем мы втроем с Вадимом и Тамиром засели в их кабинете.

– Ну? Какое настроение у ребят? – спросил я, разместившись с удобством на диване.

– Воодушевленное, господин, – улыбнулся Наставник. – Некоторые так и вовсе думают, что стоит посетить «медведей» с ответным визитом.

– И? – чуть нахмурился я.

– Разумеется, мы объяснили им, что двадцать тысяч как с куста – это здорово и вряд ли мы сможем получить еще больше, если нападем. Ну и о том, что договоренности нарушать не стоит, тоже напомнили, – строго закончил Вадим.

– Правильно, – кивнул я. – Однако выяснить, что за товар ждут соседи, все же стоит. Или хотя бы, когда именно они ждут. Но поиски ведем аккуратно. Я нашим ребятам доверяю, но сболтнуть лишнего может каждый.

– Да, господин, – кивнул Вадим. – Предлагаю работать с попрошайками. Они клиентов не сдают. Могут продавать информацию в обе стороны, но никогда не говорят, что именно запрашивают другие.

– Их информация, как я понимаю, ценная, но не слишком? – решил на всякий случай уточнить я.

Вадим неопределенно повел рукой и чуть скривился.

– Что-то вроде того. В основном случайные слухи. Они всего лишь глаза и уши улиц, а серьезные вопросы все-таки решаются в закрытых кабинетах.

– Как я и думал. Даю добро. Может, что-нибудь и услышали они про «медведей». Кстати, что насчет Форкха?

– Все так же глухо, – развел руками Наставник. Он помялся пару секунд, а затем решился высказаться: – Господин, почему вы так интересуетесь этим? Это как-то связано с предупреждением о нападении?

– Да, – кивнул я. – И… появилось еще кое-что важное. Чтобы понять, кто же наш неизвестный доброжелатель, нужно отыскать место, имеющее отношение к лазурному… ну, или голубому носорогу.

– Э?.. – Удивленно вытянутые лица Тамира и Вадима были слишком красноречивы. Я тяжело вздохнул и покачал головой.

– Не надо думать, что я сошел с ума. Считайте, что я получил зашифрованное послание. И в этом послании зашифровано некое место. Это может быть площадь, магазин, что угодно. И это место должно быть как-то связано именно с голубым носорогом. Но! Важно понимать, в названии может фигурировать и другой цвет, другое животное… а может отличаться и то и другое. Может, вообще будет больше слов.

– Главное, чтобы была хоть какая-то ассоциация? – уточнил Тамир.

– Да, – кивнул я. – Но чем ближе, тем лучше.

Вадим потер лоб и покачал головой.

– Ну и задачки вы задаете, господин. Теперь ведь это нужно как-то до ребят донести. Их ведь мы можем использовать?

– Только их используйте. Глупо привлекать сторонних для этого задания.

– Как в старой сказке, да, – усмехнувшись, взглянул Наставник на своего друга. – Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

– Полагаю, в нашем случае будет: «встреться с тем, не знаю с кем», – усмехнулся я.

Откуда я вообще взял этого пресловутого голубого носорога? Да из названия того борделя, в котором я совершил «подвиг». «Лазурной хулькан». Для моих ребят понятнее цвет «голубой», чем «лазурный». И, в общем-то, цвета эти похожи. А вот хулькан… Это зверь, похожий на здешнего носорога. Только крупнее раза в три, с тремя парами ног, тремя рогами и тремя пенисами. У синекожих ниариек этот зверь почитается символом плодородия.

– А может, речь идет о зоопарке? – неожиданно предположил Тамир.

– Вряд ли все так просто, – покачал я головой.

В пятницу после уроков и занятия в клубе инженерной мысли я сидел на скамейке недалеко от школьных ворот. В клуб инженерной мысли я решил отходить так называемую демонстрационную неделю, но уже всерьез раздумываю вступить, когда ознакомительный период закончится.

Приближение Яны и Инны я заметил еще тогда, когда они ступили на дорожку возле школы. Из-за аккуратно подстриженных газонов и деревьев почти все пространство этой части парка отлично просматривалось.

Когда девушки были уже почти совсем рядом, я поднялся и улыбнулся.

– Ну что? На парковку? – спросил я.

– Зачем? – удивилась Оболенская. – Пешком дойдем. Я же говорила, тут недалеко.

Втроем мы пошли к школьным воротам.

– Хм… здорово. Пешие прогулки полезны для здоровья.

– Вот-вот, – согласно закивала Яна. – Папа тоже так говорит. Когда мама иногда и пытается отправить нас на машине с водителем и охраной, он всегда отвечает: «Что о нас подумают, если мы будем бояться ходить по собственным землям»! – с чувством процитировала девушка слова отца.

– Собственным землям? – Я чуть с шага не сбился.

– А ты не знал? – искренне удивилась Яна. – Школа и все, что находится за ней, – махнула она рукой в сторону, – построены на частных землях, принадлежащих нашему роду и нашим вассалам.

– Ух ты… – выдохнул я. – И много этих земель?

– Да примерно квадратный километр, – пожала плечами девушка.

– Хм, так вот почему недалеко от школы посреди дорог шлагбаумы и блокпосты, – задумчиво хмыкнул я. Я видел их раньше, когда прогуливался возле «Алой Мудрости».

– Ну да, часть проездов перекрыта, – беззаботно пояснила Яна. – А для другой достаточно дорожных знаков.

В местных дорожных знаках я не разбираюсь, надо бы подучиться.

По пути Яна немного рассказала об их квартале. В окрестностях есть небольшая прогулочная зона, а рядом с ней располагаются несколько многоэтажек. Очевидно, квартиры в этих домах не чета нашей халупе ни по площади, ни по интерьеру, ни по общей комфортности. Кстати, дворянка Комаровская с семьей живет как раз в такой квартире, а не в отдельном доме.

Инна, попрощавшись с нами, свернула в проулок через пять минут после того, как мы покинули территорию школы.

А чуть дальше располагались усадьбы – красивые дома с просторными дворами и деревянными заборами. Примечательно, что на этих заборах я видел камеры наружного видеонаблюдения. Кстати, иногда я видел камеры и на фонарных столбах возле дороги. В «общей» части города такого и не встретишь.

Миновав несколько усадеб, мы остановились возле калитки следующей, внешне немного отличающейся от предыдущих.

Возле калитки нас встречал пожилой мужчина с аккуратно подстриженной седой бородкой. Алая ливрея ярко бросалась в глаза на фоне белой рубашки.

– Яна Андреевна, приветствую вас и вашего гостя, – поклонился незнакомец.

– Добрый день, Петр Евгеньевич, – улыбнулась Оболенская. – Идем, Аскольд, здесь мой дом.

Я с любопытством уставился на трехэтажный деревянный дом-терем с башенками по углам. Красиво, Форкх меня подери.

Мы проследовали за дворецким. Глядя на этого подтянутого старика с добрыми глазами, я невольно вспоминал Арсения – моего верного личного слугу. Хех… от мыслей о моей команде раньше сердце холодными тисками сжимала тоска. Но после недавнего письма, хоть тоска никуда не делась, к ней присоединилась надежда.