36. С каких пор?

Пытаюсь дышать тише, насколько могу. Шея и лоб вспотели, но я сдерживаюсь, чтобы не протереть их. Не хватало еще, чтобы Андрей заметил. Сам-то даже не запыхался.

И чего это я из-за него так стараюсь?! Аж бесит. И не бесит одновременно. Быстро направляюсь к своей двери, заранее достав ключ от нее. Только вот…

— Открыто, — сообщаю я, когда понимаю, что ключ вставлять-то уже и некуда. На месте замка дырень размером с кулак. Зачем чужое имущество-то портить?

Если бы я была одна, уже быстро бы свинтила отсюда. Но я не одна. Придется заходить. Не зря же он поплелся за мной?

— Подожди, — останавливает меня Андрей, мягко, но крепко беря за руку. — Я первый.

Смотрю ему в глаза. Кажется, настроен он решительно. Даже и возражать не хочется. Ну, первый, так первый. Может быть, там и нет уже никого давно.

Андрей спокойно заходит в квартиру, как будто и нет здесь разрушенной мебели. Останавливается ровно посередине помещения, смотря в то место, где у нас была импровизированная спальня.

На всякий случай остаюсь за углом, лишь чуть-чуть выглядывая.

Бывший Аиши здесь. Дождался.

Внутри поднимается тревога. Точно ведь пушку припрятал. А Андрей стоит слишком открыто.

Хлопаю себя по тому месту, где обычно закреплено мое оружие. Но там его нет. Затерялось где-то на задании, я и не заметила.

Сердце стучит как бешеное. Настолько громко, что не слышу, что там сказал этот говнюк.

— Бери, что хотела и уходим, — а вот Андрея прекрасно слышу. И вижу. И выглядит он сейчас до странного спокойным. Как будто находится совершенно в другом месте и при других обстоятельствах.

И как это у него получается?

Бывший направляет пистолет, явно сделанный в городе под куполом, а значит осечку не даст.

— Ну уж нет. Сгораю от желания посмотреть, что будет, когда ты злой.

Зачем он его еще и провоцирует?!

— Ну ты сам напросился…

Бросаюсь вперед, чтобы успеть оттолкнуть, пока не случилось непоправимое.

Раздается оглушающий звук, полностью перекрывающий собой стучание в моих ушах.

Только не он! Не тогда, когда я уже…

Понимаю, что всё пошло не по плану говнюка только тогда, когда уже все произошло. Каким-то чудом, Андрей неуловимо быстро двигается в сторону, уворачиваясь от выстрела, а затем прыжком оказывается рядом с Зетом и валит его на спину, зажимая сверху руку с оружием.

Один удар в челюсть, другой. Зет разжимает руку, обмякнув.

Вот и все. Как быстро.

Андрей встает, подбирая пушку и засовывая ее за пояс. Поворачивается в мою сторону.

Выражение его лица быстро меняется с сосредоточенного на испуганное.

— Тебя задело?! — и секунды не прошло, как он оказался рядом. Ощупывает меня.

— Нет, — еле выдавливаю из себя шепот.

Андрей прекращает обследовать тело на предмет дырки от пули, и берет мое лицо в руки.

— Ты плачешь… — вытирает скатывающиеся слезы большими пальцами, не отпуская. — Испугалась? Я бы не позволил ему навредить тебе.

Обеспокоенное лицо прямо передо мной. Нас разделяют всего несколько сантиметров, не больше. И я, наконец, понимаю, насколько он мне близок.

Не физически, а внутренне. Как незаметно пустил корни в мою душу, не оставив места ни для чего другого.

Нет, даже не так. Как будто он там был всегда. Ведь как только я его увидела, уже больше не могла отвести взгляд.

— Как ты это сделал? — не в силах смотреть в глаза от осознания, опускаю взгляд на его губы.

— Сделал что?

Молчу. И он молчит. Ждет. Не торопит. Как всегда терпеливый.

— Заставил влюбиться в себя… — еле слышно произношу я. Но он все слышит. Он всегда меня слышит.

А я ведь была уверена, что это никому не под силу. Что я больше не способна довериться кому-то настолько. После всего, что со мной произошло.

— С каких пор? — только спрашивает он. Как будто всегда знал, что так будет. Вопрос был только во времени.

Чувствую, что земля уходит из-под ног. Влюбиться в кого-то — это одно. Но раскрыть этому «кому-то» душу, рассказать всё… Открыться и дать власть, чтобы он мог в любой момент растоптать меня…

Но я уже не могу остановиться. Не могу откатить назад. И не хочу. Будь что будет.

— С тех самых, как только увидела тебя, тонущего в тех зыбучих песках. Только поняла не сразу. Такое ощущение, что…

Не могу подобрать слова.

— Что я создан для тебя? — подсказывает мне Андрей.

— Да… — соглашаюсь, потому что это как раз именно те самые слова.

— Потому что так и есть, — настолько уверенно, что снова поднимаю взгляд, чтобы удостовериться, что он сейчас не смеется надо мной.

На лице ни тени улыбки. А вот глаза… Светятся.

— Мы были вместе. До того, как тебя похитили. Как стерли память. Ты была у меня, а я был у тебя. А после… После я медленно умирал те два года, что тебя не было со мной. Я ведь думал, что ты мертва… Все указывало на это. Если бы не дети…

— Дети? — зацепляюсь за новую информацию.

— Да, — улыбается так умиротворенно. — Расскажу, когда будем возвращаться. У нас теперь будет много времени поговорить. Они по тебе очень соскучились. И ждут — не дождутся.

Что? О чем он говорит? Пойти с ним?

— Это невозможно, — зажмуриваюсь от бессилия.

— Почему нет? — теперь настала его очередь шептать.

— Дети… Я их не знаю.

— Не страшно. Может быть, именно они помогут всё тебе вспомнить.

Но я не могу здесь бросить совершенно одного дорогого мне человека. Мы с ней через многое прошли вместе. И она так помогла мне, что я до конца жизни не расплачусь.

— Даже если для меня там и есть место, то для Аиши точно нет.

Его пальцы ощутимо сжимаются вокруг моего лица. Как будто он об этом не подумал.

Вот и все. Конец. Всё закончилось, даже не начавшись.

Неожиданно Андрей прижимает меня к себе. Так крепко, что мне почти нечем дышать.

— Это не такая большая проблема, — говорит мне в макушку нежным голосом. — Я всё решу. Главное, что ты согласна вернуться.

Сердце начинает биться чаще.

— Ты хочешь сказать, что…

— Возьмем Аишу с собой. Я всё устрою, если это твое желание.

— Вот так просто?

Андрей шумно хмыкает.

— Ну как просто... Для начала мне нужно вернуться, чтобы договориться об этом. Но, клянусь, в следующий раз мы вернемся домой вместе.

Сердце пропускает удар, когда понимаю, о чем он говорит. «В следующий раз». Это значит не сейчас. Не сегодня. И, может быть, вообще никогда.

Андрей всего лишь командир одной-единственной группы. Насколько я знаю, там очень сложная структура подчинения. Играет ли он там такую значимую роль, чтобы ставить условия?

Я совсем не уверена в этом.

«Домой» — уже не кажется таким близким.

Поднимаю руки и сжимаю на его спине ткань от одежды. Сильнее утыкаюсь носом, стараясь запомнить момент и ощущения.

Скорее всего, у него ничего не получится. И просто будет стыдно вернуться ни с чем. Возможно, это последний раз, когда мы видимся.

Совсем не хочу его отпускать. Вот бы стоять с ним вот так вечно…

Но довольно быстро для меня, Андрей нежно гладит меня по волосам, намекая, что пора закругляться.

— Нужно уходить, пока ваш друг не очнулся.

— Это не наш друг, — снова нацепляю на себя привычную маску и отстраняюсь.

— В любом случае, что ты хотела забрать? — улыбается уголком губ. А глаза такие умиротворенные.

— Этого уже здесь нет, — смотрю на распотрошенный матрас. — Уже все нашли и забрали. Зря ходили.

— Абсолютно не зря. Я куплю тебе всё, что захочешь. Не думай об этом.

Ага, если только хватит смелости вернуться. Но вслух ничего не говорю.

— Пойдем, — зову Андрея за собой и направляюсь к выходу.

— В следующий раз заплетай волосы в две косы, — слышу в свою спину странную просьбу. — Хочу посмотреть на тебя такой.