Глава 6
«Всё хорошее заканчивается до обидного быстро. А прекрасное ещё быстрее»
Махарадж убыл из цело́мнища на закате.
Элисса спала, и он хотел разбудить её перед уходом, но только когда попытался это сделать, она, забавно сморщив нос, улыбнулась и уткнулась в подушку. Слишком утомилась после нескольких слияний этого дня, да и последнее, самое яркое по остроте, в конце которого Махарадж втянул её в слияние не только тел, но и душ, совсем вытянуло из неё последние силы.
Смотря на Элиссу перед уходом, предводящий Махарадж испытал странное, острое чувство, которое сжав его сердце, сбило с ритма и он, настороженно замерев, прислушался к себе. Что он почувствовал? Только вот до этого мужчина ни разу не испытавший нежности, не мог понять природу этих эмоций и они его насторожили.
Покидал цело́м Элиссы Махарадж хмурым, но вскоре его размышления перекинулись на обдумывание предстоящего розыска.
За несколько переходов из одного цело́мнища в другое, достиг западного сектора их материка, где его уже ожидал его соратник Фуихоран.
– Решил возникшие проблемы? – Поинтересовался тот после приветствия.
Махарадж лишь кивнул. За время отсутствия, он настолько истосковался по Лиссе, что при первой возможности отговорившись ничтожным предлогом, сорвался к ней. Он прекрасно понимал что проявил слабость, а ранее посчитал бы это непростительным, вопиющим поступком и осудил бы любого за подобное, но сейчас посмотрев на соратника удивился тому, что не испытывает ни малейших уколов совести.
– Всё в порядке брат. В цело́мнище грозился обвалиться свод одного из секторов, но тревога оказалась напрасной.
– Ну, тогда выдвигаемся. – Кивнул тот.
Уже несколько шахов подряд, здрады Махараджа и Фуихорана в буквальном смысле прочёсывая континент, заметив малейший всплеск, возмущение энергетического поля, сообщали координаты и предводящие лично выдвигались для обследования района.
С каждой ночью у них укреплялась мысль, что кто-то в канцелярии Владеющего из приближённых к Вседержателю сановников не только знал о происходящем, при этом активно скрывая, уничтожая донесения от Фуихорана и Махараджа, но и учувствовал в заговоре. Иначе никак предводящие не могли объяснить причину того, что так мизерно мало уделяется внимания на такую проблему, не выделяют для поиска лабораторий отрядов, не отслеживают.
Ещё две действующие технические лаборатории нашли Фуихоран и Махарадж и к подступам к каждой, им пришлось с боем расчищать путь. И в каждой они находили новые непонятного назначения изобретения и всё те же браслеты позволяющие управлять сознанием разумных существ.
Помещения каждой лаборатории были оплетены сетью проводов, подключённых к созданным с помощью иномирных технологий аппаратам. Стоило нарушить подключение, как Эцишиз, чувствуя угрозу существующему мироустройству, возмущённо бил направленной энергией по пространственной точке нахождения лабораторий. Именно с помощью таких защитных сетей, лаборатории кем-то были защищены от всевидящего Эцишиза, именно так им удалось спрятать свои разработки.
Только вот оставался вопрос, самый главный на данный момент: откуда всё же взялась та информация, с помощью которой им удалось создать симбиоз технологий двух миров?
Усилиями предводящих были найдены, но пока не тронуты заговорщики низшего и среднего сословия, пару цисан из высшего и только лишь предположения о том, кто из канцелярии замешан во всём.
– Они искусно сплели сеть заговора, – шах назад заметил Фуихоран, прочитав очередной отчёт донесений. – Только вот концы направлены в твоё цело́мнище Махарадж и если мы не найдём доказательств твоей невиновности, именно ты и твоя контрактная аншиасса попадёте под удар. – Сделал вывод соратник, хотя Махарадж и сам всё это знал.
Знал и методично уничтожал все улики, всю лживую информацию которые заговорщики регулярно направляли стрелами в его сторону и ещё усерднее кидался на розыск истинных предателей.
Но настоящий удар Махарадж перенёс в тот момент, когда нашлось неопровержимое свидетельство того, кто именно из его окружения оказался шканеховым заговорщиком, хотя предводящий догадывался, но верить не хотел, не мог. Тяжело переживал Махарадж предательство, но сейчас был фактически готов к его следующему шагу. Он был уверен: готов.
* * *
Пару последующих ночей Елизавета прибывала в смятении. С одной стороны её пробирала сладкая дрожь от воспоминаний того дня, что они провели с Махараджем, от воспоминаний тех ласк, оргазмов, что она испытала с ним, но с другой стороны он покинул её даже не разбудив.
За всё прошедшее время, с тех пор как он стал оставаться в её цело́ме не только для слияний, но и чтобы уснуть вместе после них, он всегда будил её, если даже ему приходилось покидать её пока она спала. В этот раз не разбудил, и Лиза задавалась вопросом: почему?
– Аншиасса, там к вам пришли, – пролепетала Самлеша, влетев в её кабинет, где Лиза изучала информацию с кристаллов.
– Кто? – только и успела спросить, когда полог откинулся, и грубо оттолкнув со своего пути здраду, вошла Иецишина.
– А ты неплохо тут разместилась, – она вошла и, не глядя на вскочившую Лизу, осмотрела кабинет.
– Какого… – Елизавета опешила от её появления, от того, с какой наглостью та осматривается, словно она здесь хозяйка. Но быстро взяла себя в руки: – Что ты тут делаешь? Кто тебе дал право врываться в мой цело́м? – Елизавета старательно сдерживала забурлившую вулканом ярость.
– Это тебе, – Иецишина кинула на стол конверт из коричневой, грубоватой крафт-бумаги.
Елизавета, нахмурившись, кинула испепеляющий взгляд на расположившуюся в кресле цисанку, но конверт взяла: – «Вряд ли она себя вела так нагло, если бы у неё не было на то оснований», пролетела мысль. Только едва она вскрыла конверт и высыпала содержимое на стол, как её мир пошатнулся. Горло свело спазмом, и даже вдохнуть не могла от страха, от паники охватившей всё её сознание.
На стол из конверта посыпались русые волосы. Много, словно хороший клок волос отрезали. Русые волосы и могла бы зародиться мысль, что это подвох, но только в этом мире все цисаны были с волосами чёрного, либо белого цвета, что жили на хладном континенте. С русыми – не было. Не было подобного цвета ни у здрадов, с шерстью животного никогда не спутаешь, а значит – это волосы Егора!
– Что это? – удалось вытолкнуть сипло. Как бы она ни пыталась взять себя в руки, понимая, что с головой выдаёт себя. Только ужас, страх за сына сжал сердце с такой силой, что мутилось в голове, дрожали руки. И вдруг накатила такая ярость, что Елизавета, не соображая, что делает, с криком бросилась на цисанку, желая вытрясти у неё правду:
– Что это? Откуда…
Не успела она задать вопрос, как цисанка, молниеносно вскочив, оттолкнула её с такой силой, что Лиза фактически отлетела к стене, больно ударившись затылком. Но Иецишина не дала ей возможности прийти в себя: ухватив за ворот жакета, дёрнула её на себя так, что тот разорвался:
– Ты сейчас заткнёшься и пройдёшь со мной. Тебя уже ждут, так что заткнись и пошли! – рванув Елизавету за шиворот ещё раз так, что у неё дёрнулась голова, цисанка резко выпустила ткань из захвата и Лиза едва удержалась на ногах.
– Кто ждёт? Что с моим сыном? – проявила она упрямство, хотя прекрасно осознавала, что в силе не сравнится с цисанкой и та может ударить её ещё раз.
– Ты ещё стоишь? – Иецишина уже подошла к пологу. – Хотя стоит тебе переодеться. И поторапливайся, я буду в гостиной. Может быть. – Цисанка вышла, оставив Лизу в оцепенелом состоянии.
– Аншиасса, – появившаяся здрада, дёрнула её за рукав. Я помогу вам переодеться. Там прибыли три цисана, они ждут на верхнем уровне.
– Кто прибыл? Самлеша ты слышала наш разговор? У них Егор! Самлеша что мне делать? Зачем им мой сын? Господи, что же делать? – На Елизавету вновь накатывала паника, и она заметалась по кабинету.
– Я не могла слышать, нам запрещено подслушивать, аншиасса. Это правило любого цело́мнища. – Здрада с тревогой за ней наблюдала, но вдруг встрепенулась и подскочила к Лизе: – Иецишина идёт! – Проговорив, мгновенно скрылась в переходе.
– Я тебя долго буду ждать? Что ты копаешься как немощная хуншука! – Цисанка, откинув полог, с таким презрением посмотрела на Лизу, что её словно ледяной водой окатили, при этом вернув самообладание:
– Я приведу себя в порядок. – Гневно бросила, проходя мимо цисанки и задев ту плечом.
В гардеробной Самлеша помогла ей снять повреждённые вещи и облачится в новые:
– Там три цисана, – тихо докладывала ей здрада. – Один из них названный брат хозяина, двух других я не знаю.
– У них Егор, понимаешь? Им что-то нужно, – бормотала Лиза, трясущимися руками пытаясь застегнуть пуговицы, но вдруг замерла: – Ты же можешь позвать предводящего! Самлеша пока я буду с ними разговаривать, выясни: как Егора смогли забрать из подсинхана?
– Я выясню, выясню! – Тут же заверила здрада, усиленно кивая головой. – А насчёт хозяина: ему помощник Ицихин уже сообщил, но он неизвестно когда сможет прибыть обратно. Может через дыхание, может через два, – разрушила все надежды на помощь здрада.
– Они что-то задумали, Самлеш. Получается, я нужна для чего-то, но если… Ты можешь подслушать по моей просьбе?
– Нет, – тут же мотнула головой здрада. – У вас же есть эта штука, которая записывает…
– Меня могут обыскать. Тем более эта тварь Иецишина – думаю, никогда не забудет: как я её электрошокером ударила.
Самлеша в это время принялась приводить волосы Лизы в порядок.
– Стой! – замерла она, пытаясь поймать мысль. – Принеси телефон.
«Мне понадобятся доказательства, – судорожно соображала Лиза пока, здрада отсутствовала. – Даже если позже появится Махарадж, он мне может не поверить! Кто я для него по сравнению с его названным братом, которого он знает с пелёнок».
Следуя за Иецишиной, Елизавета суматошно обдумывала всё произошедшее, а когда они дошли до, в котором её ожидали, быстро нащупав надёжно спрятанный в её высокой причёске телефон, включила аудиозапись и шагнула за полог, гордо вскинув голову.
Трое мужчин, лениво откинувшись на подушки, тут же посмотрели в их сторону, при этом скользя по Лизе цепкими, какими-то липкими взглядами, от которых ей захотелось поёжиться и отмыться.
– А ничего так тело. – Сально усмехнулся один.
– Будет весьма интересно попробовать её, – добавил второй с усмешкой.
– Всегда удивлялась твоему извращённому вкусу, – брезгливо проговорила Иецишина, проходя к мужчинам и грациозно опустившись на пуф.
– Я, пожалуй, сам её обыщу. – Один из цисан встал и под смех двух других не обыскал её, а ощупал, при этом нагло сминая грудь.
– Кто вы и что вам нужно? Откуда у вас… – Лиза, с трудом выдержав хамское обращение, дрожа внутри от страха за сына и старательно скрывая эмоции, спросила сухо, но закончить ей не дал, как видимо брат Иецишины:
– Заткнись! – Он даже не приказал, он надменно лениво проговорил. – Здесь вопросы задаю я. Твой сын у меня в цело́мнище и если будешь правильно вести себя, с ним ничего не случится. Если разочаруешь меня, буду каждоночно, медленно отрезать ему конечности. Сначала пальцы, потом…
– Исдажин, она сейчас отключится. – Прервал его третий цисан, видимо заметив, как Елизавета, побледнев, покачнулась.
– Что от меня требуется? – Вопрос вырвался сам собой, с шипением из пересохшего горла.
– Вот так лучше, – довольно оскалился Исдажин. – Эфархадж достань настойку.
Один из цисан встал, достав из кармана пузырёк, кинул названному брату Махараджа, и тот ловко поймав его, поманил Елизавету к себе пальцем. – Садись. – Похлопал ладонью по огромной подушке, лежащей рядом. Только Лиза присела, продолжил: – Слушай внимательно. От этого зависит жизнь твоего сына. Когда прибудет Махарадж, скажешь ему что хочешь разорвать с ним контракт и заключить со мной. Причина: в тебе до сих пор не зажглась искра жизни, а значит: ты сомневаешься в жизнеспособности его семени. Тебя отвращает его внешний вид, ну и последнее: тебя не устраивают условия контракта, предложенные им, и ты давно хотела разорвать его, искала подходящего мужчину, повод.
Лиза, смотря в стену, понимала, что ни в одну из приведённых причин Махарадж не поверит. Никто из них не знал истинных отношений между ними, никто и это ей было только на руку.
– Смотри на меня, когда я с тобой говорю! – злобно чуть ли не прорычал цисан, при этом ухватив Елизавету за подбородок, впиваясь пальцами в кожу и поворачивая к себе. – Ты поняла, что сказать?
Лиза, как можно отрешённее посмотрела на мужчину, замерев от того, что от резкого движения спрятанный в причёске телефон мог вывалиться и, понимая, что от того, как она себя сейчас поведёт, будет зависеть здоровье её сына, если не жизнь.
– Я поняла тебя, – тихо выдохнула, не отводя взгляда от надменно расползшейся улыбки на его лице после её слов.
– Выпей это, – Исдажин откупорив пузырёк, ткнул его в руку Лизы, и она не решилась спрашивать: что за гадость внутри. Покорно выпив, протянула склянку обратно.
– И запомни: от твоего поведения зависит жизнь твоего потомка, его здоровье! – дополнил цисан, что сидел слева, до этого молча наблюдающий за происходящим. – Ты должна вести себя так, чтобы Махарадж поверил. Иначе…
Не успел договорить, как полог откинулся и вошёл незнакомый здрад.
– Заан-аншиасс Исдажин, – поклонился здрад брату Иецишины. – Аншиассы, прошу простить меня за вторжение. Хозяин прибудет в цело́мнище в течение шаха.
– Иди. – Повелел тот, который говорил до этого и как только он удалился, вновь посмотрел на Елизавету: – И не забывай вести себя естественно. Если Махарадж, не поверив, не согласится разорвать с тобой контракт, ты уже слышала о последствиях.
– Про меня забыл, Ацахинаиш. – Подала голос Иецешина.
– Ах да, – кивнул цисан головой и вновь обратился к Елизавете: – С Иецишиной ведёшь себя так, будто между вами не произошло разногласий.
Проинструктировав Елизавету, мужчины словно потеряли к ней интерес, переговариваясь о своём, иногда посмеиваясь над шутками, только вот Лиза, чувствуя: как сознание заволакивает странной дымкой, словно выпила несколько рюмок крепкого алкоголя, сидела, неподвижно глядя в стену.
* * *
Действие настойки было сродни наркотической дымке, странное чувство эйфории волнами накатывало на сознание, обволакивая, принося спокойствие и иррациональное желание улыбаться, радоваться неважно чему.
Чуть откинувшись на подушки, Елизавета наблюдала за мужчинами, но цепляясь за крохи ускользающего рассудка, пыталась мысленно, отстранённо обдумать случившееся и с каждой минутой у неё это получалось всё хуже и хуже.
– Исдажин брат, рад видеть тебя! – В цело́м стремительно вошёл Махарадж и все присутствующие поднялись. Елизавета сквозь дымку дурмана наблюдала за взаимными расшаркиваниями, сама учтиво с улыбкой поприветствовала предводящего, впрочем, как и он её и отвернулся, словно потерял интерес.
– Каюсь, Махарадж. – Улыбнулся цисан, прикладывая ладонь к груди. – Это я привёл гостей в твоё цело́мнище.
– Отчего же каешься, Ацахинаиш? – Махарадж подошёл к мужчине с радушной улыбкой. – Мне отрадно принимать гостей, тем более брата.
Почувствовав головокружение, Елизавета села, при этом улыбнувшись ещё шире. Настроение с каждой минутой улучшалось, а тревога, страх за сына – всё казалось эфемерным, не стоящим внимания.
– Помнишь о нашей договорённости на поставку унцыха? Так вот, необходимо как можно скорее оформить контракт. У меня в планах расширение цело́мнища, так что…
– Не вижу препятствий для этого, Эфархадж…
Лиза из-под прикрытых век, посмотрела на мужчин, улыбнувшись ещё шире.
– Хватит скалиться! – шикнула Иецишина, подсев к Елизавете. – Иначе…
– Меня сейчас вырвет, – проникновенно прошептала Лиза, наклонившись к цисанке и выпрямившись, рассмеялась. Ей показалось до ужаса забавным: если её сейчас вывернет на глазах у всех.
Мужчины замолкли и с удивлением посмотрели на женщин.
– Прекрасная шутка, аншиасса, – Иецишина с широкой улыбкой обернулась к мужчинам: – Извините, что отвлекли вас. Мы отойдём ненадолго. Аншиасса, я с удовольствием оценю ваши украшения. – Иецишина, поднявшись, потянула за собой Лизу на выход.
– Сестра, задержись на мгновение, – за ними увязался Исдажин. – Что происходит? – зло поинтересовался, как только они отошли на несколько шагов от цело́ма.
– От вашего запаха меня мутит ещё сильнее, – скривилась Лиза. – У вас отвратительный вкус на парфюмерию. – Добавила она и тут же рассмеялась.
– Что с этой шканехой? – зашипел Исдажин.
– Да откуда я знаю! Наверняка, ухшин так на неё повлиял.
– От вас не только воняет, вы вообще весьма неприятный тип. – Лиза, сложив руки на груди, оценивающе смотрела на мужчину, слегка покачиваясь. – А ещё у вас невзрачная внешность и… – продолжала высказываться Лиза, но яростно блеснув глазами, цисан не выдержал и схватил её за шею:
– Заткнись! – сквозь зубы процедил и брезгливо одёрнул руку. – Отведи её в цело́м и вызови моего здрада – пусть принесёт антидот иначе эта шараншева тварь нам всё испортит! – Бросив ещё один гневный взгляд на Елизавету, Исдажин, распахнув полог, ушёл обратно, а Иецишина потащила Лизу в её цело́м.
– Выпей, – цисанка сунула под нос Елизавете что-то резко пахнущее и в буквальном смысле заставила проглотить жидкость.
Лиза уже успела два раза вырвать и при этом цисанка ни на миг не оставляла её без своего присмотра, даже когда ей было плохо и она, склонившись над тазом спешно принесённым Самлешей, избавлялась от содержимого желудка. Только Иецишина не успела заметить, как здрада улучив момент, успела вытащить телефон из высокой причёски Лизы и спрятать его.
Спустя дыхание, когда здравомыслие более-менее вернулось к Елизавете, явился здрад, передав желание его хозяина видеть Елизавету в своём кабинете.
– Приведи её в порядок, – велела Иецишина Самлеше и с презрением окатила Лизу взглядом.
По пути в целом она, постоянно её оскорбляя, запугивала последствиями, а у Елизаветы и так находящейся на пределе выдержки было желание прибить цисанку самым жесточайшим способом. Поэтому весь путь по переходам, под злобное шипение Иецишины, Елизавета мысленно её четвертовала, размазала по стенке и повыдёргивала всю шевелюру.
Чтобы никто не заметил: как дрожат руки, Лиза сжала ладони в кулаки и с улыбкой вошла в кабинет. Разговор между мужчинами прервался и ей указали на кресло:
– Аншиасса, – начал Махарадж после того как она присела, наблюдая за ней тяжёлым, отстраненно-холодным взглядом: – я правильно понял, что вы желаете разорвать контракт?
– Совершенно верно, – кивнула Лиза, внутренне крича предводящему, прося глазами о помощи.
– Каковы причины вашего решения? – на лице предводящего не дрогнул ни один мускул, словно безликая маска, а глаза – две стекляшки равнодушно взирающие на неё.
Сглотнув, Елизавета перечислила то, что ей ранее указывал цисан – и про внешность и про его пассивное семя, и про их несовместимость. Говорила, а у самой противно было от своих слов.
– Что ж, – Махарадж равнодушно отвернулся. – Я вас услышал.
– И, ваше решение? – не удержалась Лиза, в душе отчаянно надеясь, что у Махараджа есть выход, что он сейчас всё решит: – «Ведь не мог же он поверить во весь этот бред!» – теплилась надежда, которая тут же рухнула:
– Я согласен.
Далее мужчины о чём-то заговорили, а Елизавета, замерев, только моргнула пару раз ошарашенная услышанным.
– Подпись и заверьте кровью разрыв контракта, аншиасса, – здрад помощник предводящего, протягивая маленький поднос, склонил голову. А Лиза, как в тумане поднявшись с кресла, сделала несколько шагов к столу, подписала контракт, резанув по пальцу, сцедила кровь на печать и когда та поменяла цвет, извещая, что действие подтверждено, Лиза чуть не рухнула на подгибающихся ногах.
Одна только мысль о сыне дала ей поддержку, силу продержаться то время, когда Махарадж с так называемым названым братом обсуждали, что тот должен выплатить за Елизавету неустойку по контракту, так как у неё самой данной суммы не было.
Все обсуждения прошли, словно и не касались Лизу напрямую. Она даже умудрилась отвечать равнодушно-спокойным тоном, хотя потом не могла вспомнить на какие вопросы и что она ответила.
Всё произошедшее казалось кошмарным сном наяву и Лиза, не веря в происходящее, просто действовала как заведённый автомат: бездушно, отчуждённо.
– Что теперь? – равнодушно спросила у Иецишины уже в своём цело́ме, куда та её опять сопроводила. – Когда я увижу сына?
– После того, как подпишешь контракт с моим братом. – Цисанка трапезничала в её гостиной и по её лицу, поведению, Лиза видела, что та наслаждается всем происходящим.
– Когда это случится? Что будет дальше, я буду жить в его цело́мнище? Моего сына вернут в подсинхан?
– Всё будет зависеть от твоего поведения, – усмехнулась Иецишина. – Ну а остальное брат расскажет. – Довольно оскалившись, цисанка откинулась на подушку.
– Мне надо в уборную. – Известила Елизавета и, поднявшись, с удивлением отметила, что Иецишина в этот раз не увязалась за нею.
Едва за Лизой закрылся полог, она сразу вызвала Самлешу:
– Ты была в подсинхане? Узнала что-нибудь о Егоре? – шёпотом стребовала ответ, с мольбой заглядывая в глаза здраде.
– Нет, – качнув головой и пряча глаза, разрушила её надежду Самлеша. – Не смогла. В подсинхан я даже не пробилась: запрет для всех здрадов. Я даже к руководству пыталась пробиться, но словно на скальную породу натыкаешься – всё закрыто, со всех сторон.
– Наверно обнаружили пропажу воспитанника, вот и ищут, – Елизавета сползла по стене на пол. Ей хотелось кричать, рыдать от безысходности. – Они его выкрали, Самлеш. Он у них, там и… – Лиза закусила губу, чтобы не завыть в голос. От мысли, что могли сделать с её ребёнком, сходила с ума.
– Иецишина сюда идёт, – сообщила здрада, прежде чем исчезнуть, но Лиза не стала вставать.
– Дай мне побыть хоть немного одной, – пробормотала, не поднимая головы, едва полог откинулся, и заглянула цисанка. – Отсюда я не сбегу.
– Естественно не сбежишь! – злорадно отозвалась та. – Иначе порежут твоего сына, как сухани и на блюде тебе преподнесут, – добавила, но потом всё же покинула уборную, оставив Лизу.
* * *
– Аншиасса, – Самлеша вынырнув из перехода, шёпотом позвала Лизу.
Уже прошло больше трёх дыханий ожидания, а за ней никто пока не явился для подписания контракта, да и Иецишина, устав смотреть за её метаниями по кабинету, удалилась в гостиную.
Елизавета, игнорируя её злобные издёвки о том, что она теперь будет в полной власти не только её брата, но и её самой, искала выход из сложившейся ситуации, а едва цисанка, психанув, покинула рабочую комнату, вызвала Самлешу. Скопировав на планшет весь записанный на телефон разговор с угрозами, состоявшийся с цисанами, отдала здраде:
– Передай Ведающей, расскажи: что здесь произошло и что Егору и мне нужна помощь. – Напутствовала Лиза.
Только вот вернулась та ни с чем: Ведающая не принимает. Я передала её помощнику всё на словах, но…
– Но почему не принимает? – Лиза в отчаянии чуть вскрикнула и тут же зажала рот ладонью.
– Её помощник ничего не объяснил, аншиасса. Только вот я слышала, что Ведающая иногда уходит на отдых и бывает, отсутствует шах, несколько шахов, а иногда и шахаз.
Разрушилась ещё одна надежда на помощь, но женщина не сдавалась:
– Как только Махарадж останется один и можно будет незаметно к нему попасть, тут же расскажи ему всё и передай планшет. Хорошо?
Метания, обдумывания, ничего не принесли и Лиза, упав в кресло перед столом, уронила голову на руки.
– Аншиасса, – Самлеша сильно затеребила плечо Елизаветы, потому как та не откликалась. Слёз уже не было, только убийственная безнадёжность растеклась по всему нутру, вымораживая душу.
– За вами пришли, – склонившись к уху, зашептала она.
– Кто? – Лиза рывком села.
– Ваш контракт был расторгнут, и за вами явилась здрада Владеющей. Она откроет переход на женский материк. Сейчас вам необходимо попасть в купальню, чтобы Иецишина не заподозрила ничего. Там в купальне в стене есть скрытый ход и…
– Я не могу, Самлеша. Неужели ты не понимаешь? Мой сын у них! Если я сбегу, они убьют Егора!
– Но… – попыталась было та возразить. Лиза, схватив её за когтистую ладошку, сжала:
– Спасибо тебе, малышка. Но я никуда не пойду.
Не добившись от Елизаветы своего, здрада исчезла, но буквально через пару минут вновь появилась с возбужденным огоньком в глазах:
– Аншиасса, вашего сына найдут!
– Кто найдёт? – опять вскинула голову Лиза, с надеждой в глазах смотря на Самлешу.
– Здрада Владеющей. Если ему угрожает опасность, Владеющая поможет. Но вам уходить надо! Хозяин и аншиасс Исдажин уже договорились об отступных. Если…
– Если я заключу контракт, то меня вытащить уже не смогут, – закончила Лиза шёпотом.
– Да, – шёпотом подтвердила здрада. – Придётся запрашивать разрешение у суда старейшин о разрыве контракта, а в это время…
– Что нужно делать? – Решительно прервала её Лиза.
– Направьтесь в купальню, но так, чтобы Иецишина за вами не пошла. Там есть скрытый ход, я буду вас ждать.
Иецишина равнодушно отнеслась к перемещениям Елизаветы, будучи уверенной, что никуда она не денется. А в купальне, у дальней стены её уже ожидала здрада. Пробравшись в узкий тоннель, который скрывался за каменной перегородкой, с таким низким сводом, что пришлось сильно согнуться, Елизавета на ощупь в полнейшей темноте продвигалась вперёд.
Минут через пять появился свет, и Лиза чуть ли не вывалилась в переходе между уровнями.
– Быстрее, – поторапливала её Самлеша.
Спустившись по лестнице, её втянули в закуток.
– Аншиасса, я здрада Владеющей и прибыла за вами. – Невысокая женщина на вид лет пятидесяти шустро выскочила и потащила Лизу за собой, но та резко остановилась:
– Подождите! – шёпотом остановила здраду. – Я не могу уйти, не узнав: что с моим сыном, где он. Прошу вас – помогите!
– Я всё узнаю, но нам надо спешить! – не уступала здрада.
Пара минут препирательств и здрада Владеющей сдалась:
– Хорошо. Ждите меня рядом с пещерой переходов. Я быстро.
Едва она скрылась в своём переходе, Лиза споро потянула Самлешу в сторону лестницы.
– Аншиасса, но нам в другую сторону, – запротестовала та.
– Я знаю. Прежде чем я покину цело́мнище, нужно передать запись Махараджу. Он должен знать: почему я пошла на разрыв контракта, да и о своём тварном брате должен узнать, понимаешь? Проведи меня так, чтобы никто не заметил.
Самлеша, видя решительный настрой Елизаветы ни слова не проронив, выполнила просьбу и уже через несколько минут они оказались у цело́ма предводящего. Вернувшись с разведки, Самлеша сообщила:
– Сейчас цело́м покинет аншиасс Исдажин, и вы сможете передать свой аппарат.
Затаившись в изгибе коридора, Елизавета дождалась, когда цисан, выйдя из-за полога, удалится в противоположном направлении и быстро направилась к Махараджу.
Из гостиной заглянула в кабинет, но тот был пуст, пробежалась к пологу в спальню, а войдя, замерла поражённая увиденным.
На матрасе, где они ранее занимались слиянием, где она сладко засыпала на груди Махараджа, расположились три цисанки. Две женщины сидели, одна откинувшись на спину, лежала, и все они были обнажены. Прекрасны, стройны, гибки и обнажены.
За весёлым разговором и смехом цисанки не сразу заметили Елизавету, застывшую у входа, но когда увидели, мгновенно замолчали.
– Вам помочь? – мелодичным голоском поинтересовалась одна, а так как Лиза потрясённо смотрела на них и молчала, то и вторая спросила:
– Вы что-то хотели?
– Нет, – вытолкнула с трудом Лиза, делая шаг назад, но тут в порыве блеснувшей надежды, что она где-то ошиблась, что-то не так поняла, спросила:
– Я хотела увидеть предводящего Махараджа. Но видимо ошиблась и…
– Он в купальне, – махнула непринуждённо рукой одна из цисанок. – Готовится к слиянию.