37

Пацаненок бодро трусил впереди, я шел следом. По моим подсчетам мы прошли пару километров, когда солнце стало клониться к закату. Еще немного, и стемнеет, а у меня, кроме зажигалки, ничего нет. И много я увижу с зажигалкой? Моего проводника предстоящие трудности, похоже, совершенно не беспокоили, он продолжал резво идти, время от времени поворачиваясь ко мне и корча рожи.

Возможно, мы уже на территории национального парка? Но как узнать это у моего проводника? Пока я мучительно пытался придумать способ общения, парень резко затормозил и как-то странно махнул рукой.

— Чего? — от неожиданности спросил я по-русски.

Парень, понятное дело, ничего не ответил и замахал руками.

Я покрутил головой и, для убедительности пожал плечами, демонстрируя, что не понимаю его жестов.

Он посмотрел с удивлением, постоял, подумал, а после просто взял меня за руку, протащил за собой с десяток шагов и опять махнул рукой.

Проследив взглядом, я заметил темный силуэт дома. По всей видимости, это был дом смотрителя. Я пригляделся, пытаясь рассмотреть детали, пока окончательно не стемнело.

Мальчишка, удостоверившись, что я увидел дом, отпустил мою руку также неожиданно, как и взял, и пропал. Вот только что он был рядом, а в следующую секунду я уже стоял один. Вот это я понимаю, маскировка плюс мастерство. Уважаю.

Мысль о проводнике мелькнула и исчезла, уступив место другим, гораздо более важным мыслям. Например, о том, что дальше-то делать. Нет, в принципе это понятно: нужно пойти к смотрителю. Представиться, объяснить, что остался без связи. Позвонить Африканцу, а в идеале выяснить, не видел ли смотритель Лису и похитивших ее бандитов. План простой и незатейливый, но что-то крепко держало меня на месте. Это самое что-то заставило меня, ступая как можно тише, обойти дом. Как оказалось, это был некий комплекс строений. Видимо, в одном из них жил смотритель, о назначении прочих приходилось только догадываться. Коттеджи для туристов? Хозяйственные постройки? Коровник и свинарник? А вот то, что под навесом стояло несколько машин меня напрягло. Как-то многовато для одного смотрителя. Ладно, в парке наверняка есть еще работники, но совершенно не верилось, что они разъезжают на военных джипах.

Я устроился в траве и решил понаблюдать за происходящим. Минут через двадцать стало ясно, что у смотрителя гости. Причем ясно не туристы, желающие насладится видами дикой природы и африканской пятеркой. Нет, правда. Вряд ли туристы таскаются с автоматами, даже если предположить, что здесь полно диких животных.

При мысли о том, что пока я наблюдаю за людьми, какой-нибудь местный хищник наблюдает за мной, причем с гастрономической целью, стало не по себе. Как-то не планировал стать чьим-то ужином. Хотя, справедливости ради, надо отметить, что в этой поездке постоянно случается что-то, чего я не планировал.

Когда окончательно стемнело, я уже знал, что в доме гостит около десятка человек с оружием. И это только те, кого я видел. Ладно, хватит считать, пора идти знакомиться. Еще раз проверил крепление на ножах, собрался подняться во весь рост, так сказать, и обнаружить свое присутствие, как около дома началась какая-то суета. Решил, что неизвестные вполне могут посуетиться и без меня, и опять прилег в траву. Черт, еще блох каких-нибудь подцеплю. А ведь раньше такие мысли меня не посещали. Вот и сказывается мое бизнесменское нутро. Оскал капитализма, так сказать.

Успел заметить, как в одну из машин загрузилось человек семь и отчалило. И как только поместились? Что уехали, хорошо. Баба с возу, как говорится.

Решил не радовать своим присутствием хозяина и его гостей раньше времени и аккуратненько пополз к домику.

Хорошо, что собак у смотрителя нет.

Комфортно устроился под окном и решил еще подождать. Может, они будут говорить, а я послушаю. Они и говорили, да что толку? Хотя мне показалось, что в одном из голосов я узнаю голос Боипело. Лежать надоело, душа требовала действий.

Пока прикидывал, как лучше — некультурно вломиться в окно или культурно войти через дверь, из дома вышла еще парочка мужиков. Интересно, внутри кто-то остался?

Встал и спокойно, как воспитанный человек, прошел к двери и постучал. Мне никто не ответил. А ну его к черту, это воспитание. Поудобнее перехватил слонобой и вошел в дом.

Вечеринка была в самом разгаре. На стуле, со связанными руками и изрядно разбитой рожей сидел Боипело. Возле него стояли двое. Один что-то говорил, другой лупил доктора, чтобы слова первого доходили быстрее. Все трое были так заняты беседой, что сначала меня даже и не заметили.

Я прикрыл дверь и прислонился к косяку.

— Не помешаю? — вежливо спросил на английском.

Боипело не прореагировал, кажется, он был уже в отключке, его «собеседники» подпрыгнули, как ужаленные.

— Ты кто?

— Ньютон, — вспомнил я, что написано у меня в паспорте. — Стив Ньютон, зоолог.

Мужики переглянулись. Они что, не знают, что такое «зоолог»?

— Я сбился с пути, — доброжелательно улыбаясь, сообщил им и сделал пару шагов вперед.

— С пути? — тупо переспросил один из них.

Глухой или дурак?

Покивал для верности и сделал еще пару шагов, деликатно пряча за спиной руку со слонобоем. К чему расстраивать людей раньше времени?

Именно в этот момент Боипело пришел в себя. Обвел мутными от боли глазами комнату и сфокусировал взгляд на мне.

— Егор, — прошептал еле-еле, но его расслышали.

— Стоять! — скомандовали мне, но было поздно.

Аккуратно вырубив ногой одного, второго ухватил за шею и слегка придушил. Слегка, совершенно непонятно, чего он так отчаянно захрипел и выпучил глаза. Я еще усилил захват, и мужик обмяк, теряя сознание. Уложил его рядом с приятелем.

— Где Лиса? — наклонился к доктору.

— Не знаю.

— Это плохой ответ, — покачал головой.

Его, конечно, нужно было бы пожалеть и развязать, как минимум. Но, во-первых, после всего того, что он проделал, мне было его не жалко. А во-вторых, гораздо больше всех Боипело вместе взятых меня беспокоила моя женщина.

— Где Лиса? — повторил вопрос.

— Где-то здесь. Я не знаю, — всхлипнул доктор.

Я развязал ему руки, и он кулем попытался повалиться на меня.

— Погоди, приятель, — я слегка встряхнул его. — Потом будешь сознание терять.

Осмотрел Боипело. Ну, что сказать? Руки — ноги целы. Почки и другие органы, вроде, не пострадали. Рожу его здорово помяли, нос явно сломан. Но это не смертельно.

— Много тут народа? — продолжил я.

— Точно не скажу, — после моей встряски, доктор явно стал соображать лучше. — Человек десять — пятнадцать.

Я прикинул, сколько сейчас могло быть здесь. В любом случае, не меньше семи. Двое уже отдыхают на полу, осталось пятеро. Ерунда, что я, пятерых не уложу?

— Доктор, — попросил я Боипео, — напрягись и подумай, куда могли увезти Лису?

— Вряд ли ее увезли, — подумав, ответил мой собеседник. — Она где-то здесь.

— Хорошо. Ты посиди тут, я схожу, поищу ее.

Пристроил его на полу и собрался на выход, но тут к нам присоединился еще один тип. Он вошел, заметил меня и не нашел ничего лучше, чем шмальнуть в мою сторону.

Я увернулся и вскинул руку со слонобоем. Прострелил ему ногу. Не убивать же его, в самом деле?

Парень попытался сдать назад, одновременно хватаясь за простреленную ногу, но споткнулся и упал. С улицы раздались крики. В дверной проем было видно, как к нам бегут люди с оружием. Ну, вот и конец моей конспирации.

У моих ног жалобно заскулил доктор Боипело. Я наклонился к нему, посмотреть, не задела ли его пуля, как в дом вбежали еще двое. Первый держал ружье наизготовку, второй вошел медленно, крепко прижимая к себе Лису.

— Положи оружие, — предложил тот, кто вошел первым. — Положи, забирай женщину и уходи.

Ага, сейчас. Так нас и выпустят.

— Ты ведь не бросишь меня, — подал голос Боипело. — Егор, пожалуйста.

С удовольствием бы бросил, но боюсь, что не получится. Не та ситуация.

— Какие у меня гарантии? — я решил потянуть время.

— А какие гарантии у нас, что ты уйдешь по-хорошему? — хмыкнул мужчина.

Я собирался хоть что-то ответить, но тут произошло сразу несколько вещей.

Я слегка приподнял руку с оружием, и это показалось бандитам подозрительным. Первый шагнул чуть в сторону, вскидывая ружье. Именно в этот момент Лиса решила проявить весь свой героизм и изо всех сил, с резким замахом, ударила тяжелым ботинком держащего ее бандита по голени. Вернее, собиралась ударить. Если бы у нее получилось, у мужика могла бы быть серьезная травма. Но не судьба. Привлеченный движением товарища, он чуть-чуть, на самую малость, повернулся вбок и немного сместил ногу. Удар пришелся по касательной, но от неожиданности мужик выпустил Лису. Она метнулась в другую сторону.

Мне ничего не оставалось, как, резко наклонившись, схватить президентского сына и со всей дури запустить его в первого бандита. Боипело налетел на него всей своей немаленькой массой и сшиб, как кегельный шар, до кучи навалившись сверху.

Уже отправляя доктора в полет, краем глаза успел заметить, как второй выхватывает нож и отводит руку для замаха, глядя прямо на Лису.

«Не успею», — пронеслось в голове. А в следующий миг ощутил, как сердце резко увеличилось в груди. Оно выросло настолько, что стало нечем дышать. Росло, росло и разорвалось на тысячу мелких осколков. И каждый из этих осколков впился в мои внутренности.

Превозмогая боль, бросился к Лисе. Успел закрыть ее собой, когда плечо обожгло еще одной болью. Но мне уже все было нипочем, я чувствовал Лису. Живую, теплую, хоть и насмерть перепуганную.

Отпихнул ее к стенке, и повернулся лицом к бандитам. Первый, в очередной раз вырубил несчастного доктора Боипело, уже стоял на ногах. Второй, видимо оставшись без оружия, схватил стул, намереваясь проломить мне голову.

Я не стал терять время, поднимая с пола свой слонобой. Вырвал нож из боковых ножен, с силой метнул в первого. Бросок вышел удачным, тяжелый боевой клинок попал ровненько в глазницу.

Второй бандит что-то закричал и пошел на меня, перехватив стул поудобнее. Ему я просто свернул шею и выскочил на улицу. Увидев еще одного, спешащего с автоматом к дому, кинулся навстречу, намереваясь разорвать его голыми руками. Я был в таком состоянии, что это не составило бы труда. Но мужик, глянул в мои безумные глаза, отшвырнул автомат и бухнулся на колени, поднимая руки вверх. Я подскочил к нему и со всей силы врезал, вырубая.

Повернулся к дому, когда почувствовал, что мне стало нечем дышать. Хотел сделать шаг, напрасно. Ноги не слушались. Открыл рот и понял, что не могу произнести ни звука. Грудь жгло, словно кто-то плеснул туда кипятком. Кажется, сделал один шаг. А потом наступила темнота.

— Дыши, — как сквозь вату раздался голос рыжей. — Рокотов, черти тебя дери, дыши уже!

И маленькие сильные руки легли на грудную клетку.

Не знаю, что мне помогло больше: массаж, который делала Лиса, или ее приказной тон. Но я сделал вдох, потом другой, а потом уже задышал более или менее нормально.

Когда пришел в себя, открыл глаза и огляделся. Я лежал у дома, рядом сидела Лиса, а чуть в сторонке Боипело.

— Что произошло? — прохрипел вопросительно.

— Сердечный приступ, — коротко ответила Лиса, не сводя с меня глаз.

У меня? Сердечный приступ?! Да она шутит! Я хожу к кардиологу каждые полгота, и он уверяет меня, что с моим сердцем только в космос летать. А потом перед глазами возникла мужская фигура, замахивающаяся, что бы метнуть нож в мою женщину. Мысль: я не успею. И страх, нет, даже не страх, а леденящий ужас. Ужас от осознания того, что промахнуться с такого расстояния вряд ли возможно. А это значит, что если я не успею, то потеряю ее навсегда. Ее. Лису. Мою рыжую.

Почувствовал, что опять проваливаюсь в темноту.

— Егор, — Лиса положила руки мне на грудь, — не отключайся. Слышишь? Говори со мной!

— Выходи за меня замуж, — ни с того, ни с сего предложил ей.

— Выйду, — мгновенно согласилась она и обратилась к Боипело: — Посмотри, может в доме есть что-нибудь из лекарств. Бегом.

Судя по звуку, Боипело бросился в дом, а Лиса продолжила:

— И замуж выйду, и детей тебе рожу. Все, что хочешь, только не отключайся, хорошо?

— Хорошо, — я попытался кивнуть, но тело отказывалось слушаться. — И никаких командировок, да?

— Да, Егор. Да. Говори со мной.

— Будем жить в дедовом доме. Там, конечно, не так гламурно, как ты, наверное, привыкла. Но всегда можно что-нибудь придумать.

— Не надо ничего придумывать. Я согласна. Будем жить в дедовом доме.

Нас прервал Боипело.

— Вот все, что удалось найти.

— Ну, хоть что-то, — с облегчением выдохнула рыжая. — Рокотов, я сейчас дам тебе таблетку. Под язык. А потом мы сядем в машину и поедем в деревню. Там, в моих вещах, есть лекарства посущественнее. Договорились?

В знак согласия прикрыл глаза.

— Боипело, заведи машину.

— А ключи?

— Боипело, — в голосе рыжей добавилось металлических ноток. — Или делай, как говорю, или я сделаю сама. Но ты тогда останешься здесь.

Боипело ничего не ответил, а через какое-то время я услышал шум мотора. Значит, нашел-таки ключи.

— Подгони машину поближе, я его не подниму, — распорядилась рыжая. — Егор, я попробую тебя поднять. Постарайся мне хоть чуточку помочь.

Я бы и рад, но тело упорно не шло на контакт.

К Лисе подключился Боипело, и нам удалось засунуть меня в машину. Доктор сел за руль.

— Слонобой, — напомнил Лисе.

— Взяла.

— Хорошо.

Она устроилась рядом, продолжая обнимать меня, и машина плавно тронулась в путь.