Глава 25. Обручение

Последние дни не принесли результата. Я отнес цветок на место, а зелье разделил на два флакона, один из которых отдал магистру Тео. Нескладный, но дотошный человек, аккуратно принял склянку, что-то бурча под нос.

– Значит, говорите, это зелье спровоцировало Тьму? Занимательно… – он закрылся в лаборатории, не высовывая оттуда крючковатый нос даже на обед. Мне же осталось, только гонять студентов на физ подготовке и наблюдать за развитием ситуации. Когда Эйнар пришел ко мне, я по одному его виду понял, что ситуация не становится лучше.

– Если ты прав, и кто-то хотел убить Камиллу, у меня возникает вполне закономерный вопрос. Зачем? И второй момент. В ее комнату мог войти кто угодно, покои студентов не имеют сильной охраны. Я только повесил защиту от Наследника, чтобы он не смел прикасаться к ней… – он устало сел в кресло возле камина, – Кристоф Флар рвет и мечет, а Ариадна не отходит от постели дочери.

– Я предупреждал его, Эйнар. Просил нанять охрану для малышки, но теперь. Клянусь, если она очнется, ни шагу не ступит без конвоя.

– На ней был твой запах, Азаил. Что такое ты сделал, что Тьма вышла из под контроля?! – резко спросил ректор Двух Академий.

– То, что ты хотел сделать, но никак не осмеливался, Эйнар, – обстановка в комнате вдруг ощутимо накалилась. Не хватало мне еще разборок из-за девушки… Впрочем, давно я не разминал крылья…

– Я просто не хотел наделать ошибок, – обессиленно выдохнул собеседник, теряя запал, – но не думай, что я сдамся так просто.

– Конечно, ты не сдашься. Но и у меня с человечкой нет будущего. Тем более сначала, нам нужно ее вытащить из лап смерти, – во мне снова разгоралось странное чувство. Колючими осколками разрывало сердце и легкие, вонзалось все глубже. Страх.

Потерянный ректор вышел, так и не вынудив меня набить ему лицо. А жаль. Я встал, прошелся из одного конца комнаты в другой, завис возле окна. Артезия утопала в ночи, кое-где просматривались оранжевые огни, горящие в домах. Мои мысли метались от одно варианта к другому.

Магистр Тео тоже скучал, из двери алхимической лаборатории доносились бульканья и позвякивания склянок.

– Есть новости? – спросил, без церемоний заходя в помещение.

– О, магистр ан Бет. Есть кое-что, но скорее загадка чем ответ, – преподаватель потянулся на стуле, разминая затекшие конечности, – пектус здесь основной компонент, вы были правы, но каким образом он мог повлиять на Тьму? Ведь в чистом виде он опасен только для демонов, никак не для людей… Взгляните.

Я осторожно приблизился к столу, опасаясь снова нанюхаться непонятного зелья. На крохотный стеклышках в статизе застыли капли. Одна ядивито-зеленая, знакомая каждому демону вытяжка из пектуса, вторая жемчужно-белая капля не имела запаха, а третья разлилась по прозрачной поверхности черным пятном.

– Это, – он ткнул на второе стеклышко, – парализующий яд в малой концентрации. Подозреваю, его назначение – не дать жертве сопротивляться, а третий компонент остался для меня загадкой. А я, уж поверьте, многое повидал на своем жизненном пути.

– Зато для меня это не загадка, магистр. Это кровь изгнанника, а значит малышка никак не выберется сама, – я хлопнул дверью лаборатории и ушел в подпространство.

Камилла такая же бледная и заметно исхудавшая за эти дни, покоилась на больничной койке. Удивительно, но рядом с ней никого не было. Даже вездесущий Эйнар отлучился, возможно рылся в библиотечных талмудах. Мимо магессы Ниэль я проскользнул незаметно, быстро преодолев холл.

Только, когда я оказался у постели девушки, засмотрелся на серебряные волны, выплеснувшиеся на подушку, и сам не понял, как зарылся пальцами в шелковистые пряди. Демон согласно заурчал внутри, довольный моими действиями. У нас только один выход. Цветочница заметила, что секреты не всегда ведут к хорошим последствиям. Но, пожалуй, я рискну, и разделю с тобой, Ками… Как же сладко звучит это имя… Еще одну тайну.

Удлинившиеся клыки без труда царапнули запястье. Я набрал в рот соленой вязкой крови, а после наклонился к полным губам, аккуратно разомкнул языком губы и влил несколько капель, ставших одним большим глотком. Осторожно слизал следы преступления. Заживил ранку и потянулся нитями Духа к сознанию девушки.

– Не смей сдаваться! – крикнул в Бездну, вынуждая Безликих слепо оглядываться и искать источник. Теперь она продержится до прихода Эйнара. Осталось только сообщить бывшему ученику, что ему придется обзавестись невестой в самый короткий срок. Но что-то мне подсказывает – он не особо расстроится.

Задушив в себе змею сомнения и ревности, я снова воспользовался теневым шагом и резко толкнул крепкую дверь в кабинет ректора. Та слетела с петель и треснулась на пол. Брюнет оторвал взгляд от книги. На обложке красовалась надпись: «Последствия магических истощений и способы лечения». Он отбросил чтение в сторону, заметив мое состояние.

– Идем, – прорычал я зло, борясь со своим Хаосом. Он клокотал внутри, рвался и бесился, отговаривая меня от принятого решения. По сжатым кулакам струилось пламя, рискуя разрушить ту тонкую грань, которую Повелитель никогда не должен переступать.

***

Едва ли не дышавший огнем, Азаил, перетащил меня к Камилле, и толкнул к кровати.

– У нас очень мало времени, Бездна скоро ее поглотит, шевелись, – дернул головой Повелитель, выражая высшую степень несдержанности.

– Что делать? – я по-деловому осведомился в ответ, бросив взгляд на девушку. Спокойная, воздух с трудом проникал в ее легкие, и грудь вздымалась все реже. Похоже, он прав.

– Без подпитки она умрет, посмотри, магические артерии истощены и разодраны, все нужно собирать заново… Но на это нет времени. Закатай рукав, живее!

Я выполнил команду Повелителя, все еще плохо понимая, что сейчас произойдет. Азаил частично трансформировал руку, и мазнул острым как бритва ногтем по моему запястью.

– Прекрасно понимаю, что для тебя, Эйнар, данная ситуация окажется бредом, но я обдумал все варианты, и выбрал этот как наиболее оптимальный, – он едва сдерживал демона, в алых волосах Повелителя струилось пламя, и от его огромной фигуры ощутимо пахнуло жаром. Воздух начал плавиться, искажая силуэты предметов, мысленно возвращая меня к пустыням Анкуррата, – напои ее кровью и образуй брачную связь. Сейчас же.

Я недоверчиво взглянул на учителя. Снова взвесил всю известную нам информацию, стараясь не обращать внимания на своего демона, заметавшегося внутри, едва только тот получил слабую надежду. Всмотрелся в ауру девушки. Голубоватый круг артерий еще держался, из последних сил проводя пульсацию магии по всему телу девушки, но вот второй круг, скорее напоминал обрывки нитей, кем-то порванных, и весьма неряшливо брошенных как есть. Тьма не могла циркулировать по ним, скапливалась единым затором в районе солнечного сплетения Камиллы, собиралась в больной негодующий клубок энергии, требовавший выхода. И единственным для него возможным вариантом освободиться была смерть владелицы.

Резко прижал запястье ко рту девушки, предварительно пальцем другой руки раздвинув покорные губы. Она сделала глоток, и заметалась на подушке бормоча нелепицу:

– Нет лиц, у них вовсе нет лиц… Тепло, теперь мне тепло…

– Кусай, Эйнар! – приказал Повелитель. Азаил отбросил маску магистра-преподавателя, которую носил с тех пор как приехал сюда. От демона повеяло столь сокрушительной мощью и настойчивостью, что меня почти прижало к земле. На плечи будто упала гранитная плита. Невероятно мощная аура, полная силы и жизни, растеклась по палате, заполнив все пространство. У меня даже заныло в желудке, а демон притих, сраженный истинным лицом Повелителя.

– Ты уверен? – я все же спрашиваю, хотя и не имею права. Прекрасно помню тот отчаянный взгляд, когда сильнейший представитель нашего народа осознал свою слабость во влечении к человечке. Моей. Он добровольно уступает ее мне, хотя самого корежит и крутит демоническая сущность, мягко скажем, недовольная происходящим.

Но попрать традиции, и пойти на кровосмешение?.. Конечно, для столь значительной фигуры Анкуррата связать себя узами с простой девушкой равносильно самоубийству. Отдать часть силы и ввязаться в авантюру. Этого Повелитель не мог себе позволить. Мои губы искривила злая усмешка.

– Делай, пока я не передумал, – прорычал Азаил.

Я кивнул, и заставил девушку сделать еще пару глотков моей крови. Вторая ипостась встрепенулась, опасливо насторожилась словно не могла поверить, что наконец дорвется до желаемого. Наклонился к ней, втянув носом потрясающий аромат южных ягод, рот против воли раскрылся, выпуская наружу клыки. Под бледной, почти прозрачной кожей билась синеватая жилка, которую я сначала лизнул, подготавливая почву, а потом осторожно проколол плоть, ощутив на языке блаженный вкус сильной крови.

Аура Камиллы иссушенной пустыней благодарно приняла мою родовую магию, и я принялся методично выстраивать новый поток, объединивший наши тела и души. Связь Тьмы, которая возможна только между обвенчанными, принесшими клятвы, начала формироваться так активно, что мои зубы сжались от боли. Девушка тянула из меня силы очень быстро, но все они улетали вникуда. Поэтому я снова активировал ментальный щуп, и проник в сознание Ками.

Душераздирающее Ничто. Тишина. Мое сознание устремилось за ней, филигранно нащупало осколок заблудшей души, вот-вот готовый отделиться от девушки, обрекая ту на неминуемую смерть. Так не пойдет. Оставшись один на один с самим собой, я смотрел в Бездну, на ровные фигуры шатающиеся бестолковыми истуканами по совсем небольшому пространству и думал о том, что даже если бы Азаил не пришел сейчас ко мне, я бы сделал это сам. Вытащил ее. И плевать, что демонам не пристало разделять свою силу и жизнь с неказистыми людьми. Она была ценной для меня и моего демона, и тот, словно подтверждая мою теорию, внезапно встрепыхнулся так монументально, что я утратил контроль над телом, полностью перейдя во вторую ипостась.

Oh-ei-oh…

Umm-haa-heei…

Телом я услышал традиционный напев. Древние слова, подвластные первобытному ритму. Плоть к плоти, кровь к крови. Стать единым организмом. Жить друг для друга.

Oh-ei-oh…

Umm-raa-reei…

Бормотал гулким шепотом Азаил, скрепляя нас, дробя мою Тьму, поделив магию на двоих. Руки девушки уже наполовину засосала черная прожорливая земля, заглатывая беззащитный осколок души. Едва я ощутил нить, незримо протянувшуюся между нами, как принялся тянуть ее изо всех сил, и сам оказался на дне. Безликие встрепенулись, слепо рыская в поиске пришельца, нарушившего их незыблемый покой.

Жуткие истуканы принялись брести к нам. Наклонился и схватил Камиллу за талию, вырывая из жадных объятий смерти.

– Ты уверен, что хочешь связать свою жизнь с этой женщиной? – нас окружили прозрачные белые силуэты. Духи давно умерших демонов, живших в моем роду. Отражения личностей, остатки былой сути. Сами же предки давно канули в Бездну.

– Да, – я взвешиваю на руках проекцию души. Она почти невесомая. Плохо, значит у меня осталось лишь пара мгновений, – я буду беречь и защищать ее как свою супругу, и консумирую брак, когда это станет возможным.

– Понимаешь ли ты со всей ответственностью, что связывая жизнь с человечкой, ты становишься уязвимее и слабее? – спрашивает внушительная фигура.

– Да, отец. Но я не представляю, как можно поступить иначе.

– Тогда, пусть будет так! – говорят хором предки, и слабо пульсирующая нить связи между мной и невестой крепнет.

Белесый силуэт обхватывает наши запястья, и руку обжигает сильной болью. Под кожей вырисовывается брачная печать, лицо Камиллы становится прежним. Наконец-то. Кризис миновал, можно возвращаться. Я открываю глаза, и отрываюсь от девушки.

– Вижу, все прошло успешно, – Повелитель разве что ядом не плюется, – почему ты во второй ипостаси? Еще и такой спокойный, – он подозрительно сузил лавандовые глаза.

А мне нечего ответить. Мой демон спокоен, он получил желаемое, и теперь я спокойно прикасаюсь к девушке без желания тут же наброситься и овладеть ею. Смотрю на бледное лицо, к которому медленно возвращаются краски, заглядываюсь на ауру, переливы черного и голубого. С удивлением понимаю, что не только не стал слабее, а скорее приобрел от этого союза. Есть интересная теория.

– Страж! Доставь сюда измеритель! – приказываю в воздух и незамедлительно получаю отклик.

– Эйнар, ты мне игнорируешь? – заметно напрягается Азаил, но не спешит приближаться. Правильно. Он ведь не знает, что я полностью контролирую свою суть. Наверное, впервые за всю жизнь.

– Нет, Повелитель. Я стараюсь осмыслить все, что произошло.

Капля крови летит на плоский диск. И тот попискивает, а после выдает значение.

343 УМЕ – Дух, 365 УМЕ – Тьма. 401 УМЕ – Воздух. Но как такое возможно?

– Правильно ли я понял, – процедил сквозь зубы красноволосый демон, – что ты не только не отдал свою магию, но еще и приобрел? – он скрылся в подпространстве и вынырнул прямо возле меня, угрожающе надвигаясь. Облако огня трещало вокруг мага, подчеркивая его недовольство.

– Похоже на то, – многозначительно киваю на диск, – прибавил по пятьдесят единиц в каждой Стихии. Меня волнует другой вопрос.

Если бы Повелитель мог управлять молниями, я бы уже корчился от чувствительных электрических ударов. А так, лишь костюм подпалил.

– Меня тоже. Скажи-ка мне, ректор Двух Академий, Эйнар ан Тарен и мой бывший ученик. Что такого мы не рассмотрели в нашей человечке? – задумчиво осмотрел демон спящую Камиллу.

– Моей, – раздраженно рыкнул в ответ, – моей человечке, Азаил.

В больничной палате воевали Стихии. Огонь и Воздух. Две полусферы слились в напряженном противостоянии, прощупывая слабости противника, ища лазейку, малейшую брешь в защите. Но не было трещин. Монолитные плетения, плотные и идеально твердые лишь бились, сталкивались и пружинисто отскакивали.

– Казалось, мы уже все решили, – прорычал Повелитель, вливая силу в щит, – решать не нам.

– Хочешь сказать, брачные узы не определяют реальность? – отвечал я.

– Нет, – еще один глоток сырой энергии Огня, – даже стань она твоей женой, в этом мире не существует ничего вечного…

Силен. Всполохи синего пламени расчертили границу с моими молниями. Несмотря на непонятно возросшую магию, мне никогда не победить.

– Хорошо, – я сдаюсь, отмечая странное спокойствие своего внутреннего демона. Он будто и не сомневался в проигрыше. Но при этом, и ревности не испытывал. Что за?..