ГЛАВА 2

Волдар находился на грани отчаяния. Не думал он, что его жизнь оборвётся вот так нелепо. Сколько раз он — опытный воин и глава клана, пользующийся безоговорочным доверием и безграничным уважением соплеменников, обучая молодняк, говорил, что главное в лесу — осторожность. Сила, скорость, ловкость — всё это замечательно и совершенно необходимо будущему воину и защитнику. Но если не будешь внимательным и осторожным, тебе не избежать беды. Молодым оборотням свойственна излишняя самоуверенность, которая, в конце концов, уступает место накопленному с годами опыту. Вот только не всем удаётся пережить жестокие уроки судьбы.

Он хорошо помнил, как в юности рвался в бой, желая показать всем свою храбрость, и как часто более опытным товарищам приходилось рисковать собой, чтобы уберечь его от гибели. Осознание собственной глупости пришло слишком поздно. Один из воинов, спасая его в очередной раз, получил сильные увечья и теперь не мог оборачиваться волком. Волдар до сих пор винил себя за тот давний случай и не мог спокойно смотреть в глаза своему спасителю.

Поэтому и старался Волдар приучать будущих воинов к осторожности во всём, учил не путать заботу о безопасности с трусостью.

Его нынешнее состояние могло бы послужить наглядным подтверждением его словам. Мужчина представил насмешливые взгляды, которыми его станут провожать молодые оборотни, конечно, если ему удастся выбраться из этой западни. Однако, всё говорило о том, что это его последний день. Острый кол пропорол бок, и кровь вытекала из него по каплям, отсчитывая последние минуты жизни.

Боль была невыносимой, но что толку кричать и звать на помощь? Всё равно никто не придёт. Он сам во всём виноват. Слишком далеко отошёл от поселения. В этой части леса почти никто не бывал. В последние годы все в клане привыкли к его долгим одиночным прогулкам по приграничным территориям. Всем полагалось думать, что он проверяет целостность границ. К тому же, он всегда возвращался с добычей. А значит, не просто сходил с ума от тоски и одиночества, а заботился о пропитании своей семьи, как любой здоровый мужчина.

Вот только Волдар не был здоров. Нет, физически с ним всё было в порядке. Никто не мог сравниться с ним в силе и ловкости. Но его душа болела так, что ныли зубы и хотелось выть раненым зверем. Какая ирония, сейчас он имел на это полное право. Рана определённо была серьёзной и вряд ли совместимой с жизнью. Он не смог сдержать рвущийся наружу стон. Сознание не желало мириться с действительностью и постоянно стремилось ускользнуть в спасительный сумрак небытия. Там было хорошо и спокойно.

Почему-то вспомнилось детство: тёплая мамина улыбка, сильные руки отца, маленькая сестричка со смешными хвостиками, которые так и хотелось подёргать тайком от старшего брата — вечного защитника всех слабых и беззащитных.

Да разве мог он обидеть крошку Берниен? Так, немного подразнить. Да она и не сердилась на него никогда, тем более, что он всегда соглашался покатать её на своей спине, когда оборачивался волком. Друзья над ним потешались, предлагали нацепить седло, чтобы уж точно ничем не отличаться от лошади, но он и не такое готов был стерпеть, лишь бы услышать звонкий смех сестрёнки.

Ещё в памяти всплывали совместные ужины и ежевечерняя сказка бабушки Айгил, которая умела рассказывать так складно, что послушать её сбегались все соседские дети. Тогда Волдар ещё верил в сказки.

«Чудеса случаются, — говорила мудрая сказительница, — только мы слишком горды и ленивы, чтобы замечать их».

Сейчас Волдар готов был поступиться своей гордостью, лишь бы случилось чудо, которое помогло бы ему выжить.

Беспамятство почти поглотило его, боль больше не тревожила, звуки стихли, даже запах крови не беспокоил. Он почти примирился со своей участью, когда неожиданный душ вернул его к действительности. Только после этого он смог ненадолго очнуться и услышать женский голос, который раздавался не в его воспалённом сознании, как ему показалось в первый раз, а наяву.

Это был самый прекрасный голос в мире, потому что он сулил ему спасение. А когда волшебное создание спустилось с небес и залечило его раны, Волдар понял — вот оно долгожданное чудо, которого он так ждал. Права была бабушка Айгил — чудеса действительно случаются.

Сначала была боль, такая сильная, что он снова потерял сознание. Но даже сквозь кровавую пелену, застилающую его глаза, Волдар чувствовал, как к нему приходит облегчение, как чуткие пальчики забирают его боль и избавляют от страданий.

Он был настолько слаб, что не мог даже взглядом выразить свою благодарность за спасение.

Погружаясь в забытьё, Волдар каким-то шестым чувством ощутил, что его спасительница вот-вот исчезнет. В попытке остановить, задержать, он попытался схватить видение руками, но не смог.

Смешно было надеяться, что у него это получится. Как можно удержать солнечный свет или вольный ветер? Единственным утешением стали слова незнакомки: «Я не уйду». Больше он не смог ничего разобрать, из сказанного ею, сознание уплывало. Но ожидание новой встречи придало ему сил и уверенности. Она не могла его обмануть, а значит, они обязательно встретятся снова.

* * *

Гровер вёл свою пятёрку по следу вожака уже второй день. Это было не просто, даже с их чуткими носами. Волдар как никто другой умел запутывать следы и сбивать с толку преследователей. Недаром он был лучшим из лучших. Молодой волк надеялся, что со временем он станет таким же, как его учитель. И это не были пустые мечты. Гровер был настроен снова одержать победу в этом году.

Соревнования среди молодых оборотней позволяли не только выявить самых сильных воинов, но и подстегнуть остальных к достижению лучших результатов. Победителю доставалось всё: почёт, уважение, положение лидера в пятёрке. А самый сладкий приз — златоокая Адена. Она сама так решила, когда выслушала предложение Гровера стать его женой. Её имя, означающее огонь, отображало не только внешний вид девушки, огненные кудри которой слепящей лавой спускались ниже талии, но и её характер. В крови девушки бушевало пламя. Гордая и своенравная, она знала себе цену и выбирала себе пару уже третий год, не находя достойного. Поговаривали, что Адена положила глаз на вожака, но Гровер не верил этим сплетням. Зачем взрослому серьёзному мужчине вздорная девчонка?

Тут надо сказать, молодой парень лукавил, вряд ли нашёлся хотя бы один мужчина, не желающий получить Адену в жёны. Но Гровер успокаивал себя тем, что за три года девушке так и не удалось привлечь внимание Волдара. Какой бы ни была красавицей Адена, ей никогда не сравниться с Надайной.

Гровер прикрыл глаза, вспоминая погибшую пару вожака. Он тогда был ещё подростком, но помнил, как сильно любил Волдар свою избранницу. Если Адена была огнём, то Надайна была ласковым солнышком. Всегда весёлая, приветливая, в её сердце хватало тепла на всех. Не обжигающего пламени, а именно доброго уютного огонька. Волдар рядом с женой становился внимательным и заботливым, оберегая своё солнышко от бед и невзгод. Но видно кто-то так сильно позавидовал их счастью, что безжалостно разрушил его своей злобой.

Надайна погибла пять лет назад. Так глупо. Утонула, купаясь с девушками в жаркий полдень. Никто сразу не заметил, что её нет ни в воде, ни на берегу. А когда подруги стали собираться домой, вот тогда и спохватились. Да только было поздно. Тело женщины нашли лишь через несколько часов, без видимых повреждений. Что послужило причиной её гибели? Этого никто не знает до сих пор. Может быть, ногу свела судорога, а может быть, подвело сердце? Не хотелось верить, что среди них находится убийца этой светлой и всеми любимой женщины. Уж лучше думать, что это был несчастный случай.

Гровер даже сейчас помнит ту бессильную ярость Волдара, с которой тот пытался вернуть свою пару к жизни. Окружающие давно поняли, что всё кончено, но он не сдавался до тех пор, пока несколько сильных мужчин не оттащили его от бездыханного тела жены.

С тех пор Волдар стал сам не свой. Он больше не охотился со стаей, предпочитая уединение. И не смотрел на девушек, хотя многие красавицы были бы рады связать с ним свою жизнь.

Но он по-прежнему оставался самым сильным воином, да и вожак из него получился хороший, поэтому никто не спешил сразиться с ним за место Главы клана.

Гровер и сейчас не решился бы потревожить покой вожака, но произошло нечто странное, что требовало его непосредственного вмешательства. Вот и спешил молодой оборотень, боясь опоздать к намеченному сроку.

Клан гудел, как растревоженный улей, и только Волдар мог справиться с волнениями, охватившими всё поселение оборотней.

Наконец след вывел пятёрку оборотней к волчьей яме.

«Опять кто-то нарушает закон. Люди никак не хотят смириться с потерей охотничьих угодий. Вожак наверняка решил преследовать преступника. Возможно, ему пригодится их помощь. Но почему здесь так сильно пахнет кровью?» — Гровер осторожно приблизился к самому краю ямы и чуть было не свалился вниз, настолько его поразила открывшаяся его взору картина.

Это казалось невозможным, но там, на самом дне ямы лежал Волдар.

Живой или мёртвый? Понять было сложно. Но крови, судя по сильному запаху, из него вытекло немало.

Что же делать? Гровер даже заскулил было от растерянности, но вовремя спохватился. Он сейчас главный и от его способности сохранять хладнокровие в трудной ситуации, зависит многое.

Он быстро оглянулся на своих друзей, не слышал ли кто-нибудь из них его малодушный скулёж? Нет, кажется, обошлось и он не утратил свои позиции лидера. Но решение стоило принимать незамедлительно. Возможно, ещё есть шанс спасти вожака.

Молодой парень даже себе не признался бы в этом, но где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что спасение Волдара сделает его героем в глазах соплеменников и тогда Адена точно пойдёт за него. Конечно, славу придётся разделить с друзьями, но ведь он лидер этой группы.

В его мыслях не было ничего постыдного. Все мальчишки стремятся стать героями и заслужить благодарность прекрасной девы. А Гровер был так молод, всего-то двадцать лет. А вот проблема перед ним встала нешуточная, и решения приходилось принимать мгновенно.

Перекинувшись в человеческий облик, парни решили спуститься вниз, чтобы осмотреть раны вожака.

— Дерен и Мэйнер, вы страхуете сверху, остальные — со мной. — Гровер старался говорить спокойно и уверенно, подражая Волдару. Как ни странно, это помогло ему успокоиться окончательно. Он больше не отвлекался на разные глупые мысли, потому что понимал всю меру ответственности, которая на него свалилась.

Трое парней спустились вниз к раненому. Нащупав пульс, Гровер облегчённо выдохнул:

— Живой.

Так, теперь надо посмотреть, насколько сильно ему досталось. Но сначала нужно избавиться от острых кольев, чтобы самим не пораниться ненароком. Парни быстро расчистили площадку для себя. Теперь они тоже могли приблизиться к вожаку и оценить всю тяжесть его состояния.

Каково же было удивление оборотней, когда на теле их вожака не обнаружилось открытых ран. Вся одежда Волдара была в крови, да и на рубахе зияла огромная прореха, но на теле — ничего, только небольшое покраснение там, где парни ожидали увидеть глубокую рану. Это озадачивало. Во всём этом было что-то странное, но им никак не удавалось придумать хоть сколько-нибудь приемлемое объяснение увиденному.

Привести Волдара в чувство тоже не удавалось, он так крепко и безмятежно спал, как будто дитя у материнской груди.

Решив, что разобраться во всём можно и позже, парни начали поднимать вожака наверх.

Быстро стемнело, но это не стало помехой для волчьего зрения. Поэтому поляна была тщательно обследована. В попытке обнаружить чужие следы, прошло около часа.

Что же удалось выяснить?

Кроме вожака и их группы здесь оставили следы ещё трое: двое мужчин и одна женщина. Никогда прежде парни не слышали, чтобы человеческие женщины принимали участие в подобных забавах. Да и запах незнакомки имел странный сладковатый привкус. Дерен вспомнил, что так пахнет материнское молоко. Его сестра недавно родила двух крепких малышей, настолько горластых, что все в доме давно позабыли, что такое покой и сон.

— Кормящая мать в лесу устраивает волчью яму? Бред какой-то. — его друг Орвил недоверчиво покачал головой.

— Да я и сам понимаю, что это более чем странно, — Дерен развёл руки в стороны, как бы признавая правоту друга, — но что она могла здесь делать?

— А может быть, просто проходила мимо? — высказал ещё одно предположение Орвил.

— И куда же она направлялась по-твоему? До ближайшего селения два дня пути, да и то будет нашим. Так что мы бы ни за что не пропустили её появление.

— Куда же она пропала? Ведь мы не видели чужаков на наших землях довольно давно.

— Ну да, а яма сама тут выкопалась?

— Согласен, дозоры должны лучше выполнять свою работу, а то вот таких неприятностей нам не избежать. — Гровер был мрачен, не нравилось ему всё происходящее. Люди снова пытаются втянуть их в войну. А они ещё не восстановили свою численность настолько, чтобы успешно противостоять их нападениям.

— Я заметил ещё одну странность, — медленно растягивая слова, проговорил Мэйнер. Дождавшись, когда взгляды всех присутствующих устремились в его сторону, он продолжил:

— Мужчины пришли с запада и ушли туда же, а женщина пришла с севера и здесь её следы обрываются. — он выразительно хлопнул рукой по стволу раскидистого дерева.

Теперь все смотрели на дерево. Не может быть, чтобы там кто-то прятался всё это время.

В темноте, в густой кроне дерева трудно было хоть что-нибудь разглядеть.

— Дождёмся утра, никуда она от нас не денется. — озвучил своё решение Гровер. — Да и вожак возможно к утру придёт в сознание.

Все посмотрели на спящего Волдара. Придётся устраиваться на ночлег. Им то что, перекинутся, и волчьи шкуры защитят от ночного холода, а вот вожак может и замёрзнуть в человеческом теле, одежды на нём почти не осталось.

Окружив спящего плотным кольцом и прижавшись к нему потеснее, парни уснули, но, как учил их мудрый наставник, не забыли распределить время для караула.

* * *

Дестина спала, как младенец. Было с кем сравнивать, её умница-дочка проснулась всего один раз, но не кричала, а только недовольно повозилась, разыскивая материнскую грудь. Потом, вдоволь наевшись, спала до самого рассвета. Дерево заботливо укрывало их ветвями с широкими листьями, так что ночная прохлада до них не добралась.

Когда птичьи трели достигли своего наивысшего звучания, женщина поняла, что поспать больше не удастся. Да и раненого не мешало бы проверить.

Дестина задумалась. Вчера, будучи тяжело раненым, он не представлял для неё опасности. А что ожидает её сегодня? Разумно ли так рисковать, оставаясь один на один с этим человеком в глухом лесу? Кто знает, вспомнит ли он о том, кому обязан своим спасением? А если вспомнит, то сочтёт ли её помощь достойной его благодарности?

Неожиданная мысль, пришедшая ей на ум только что, напугала женщину ещё больше. Как она могла забыть, что находится теперь в другом мире и понятия не имеет, знают ли здесь о видящих? И если знают, то как местные обитатели к ним относятся?

Пальцы сами сдвинули нити плотнее, так, чтобы их с дочкой точно не было видно с земли. Дестина решила не спешить, а понаблюдать сверху за происходящим на поляне. Обнаружить своё присутствие она всегда успеет.

Увеличив немного просвет между нитями, Дестина осторожно посмотрела вниз и чуть было не вскрикнула от ужаса. Её вчерашний пациент мирно спал в окружении четырёх волков. Нет, волков было пять, недалеко в кустах она заметила ещё одного. Наверное, он охранял спящих.

Первым порывом было помочь, спасти любой ценой, но, посмотрев на дочку, женщина решила действовать осторожнее. Она больше не была свободна в своём выборе и не могла, как прежде отдавать все свои силы ради спасения чужой жизни. Теперь все её мысли были направлены на сохранение жизни дочери, она видела в этом свою главную цель.

К тому же Дестина успокаивала себя тем, что волки не проявляют никакой агрессии, а напротив, кажется, стараются согреть раненого мужчину своим теплом. Может быть, это его волки? Разыскали своего хозяина и теперь охраняют его покой?

Она всё ещё раздумывала, как ей следует поступить, как вдруг один из волков встал, потянулся и неожиданно превратился в мужчину. Нет, скорее молодого парня, мускулистое тело было слишком тонким и гибким для взрослого мужчины. Дестина даже глаза потёрла, ничего не изменилось. Теперь на поляне находились два человека и четыре волка. Более того, тот, что стал человеком, обратился к волку, сидящему в кустах:

— Харлин, иди отдохни, я тебя подменю, всё равно мне больше не уснуть.

Волк послушно выбрался из кустов и устроился на освободившееся место.

«Как интересно, никогда такого прежде не видела. — Дестина задумчиво покусала губу. — Какие ещё чудеса ожидают меня в этом мире?»

Она даже не подумала смущаться при виде обнажённого мужчины. В ней проснулся исследовательский интерес. Справедливости ради стоит сказать, что она старалась не смотреть ниже пояса, когда парень поворачивался к ней лицом, но это мало помогало. К тому же она давно перестала быть невинной девушкой, вот даже ребёнок имеется. «Ребёнок! Ох, когда же она научится думать прежде всего о дочери, а потом уже обо всё остальном?» — Дестина оправдывала себя тем, что матерью она стала всего двое суток назад и просто ещё не привыкла к изменениям в своей жизни.

Женщина повернулась к мирно спящей девочке. Какая же она крохотная. А кулачок всё-таки вытянула из тугих пелёнок и опять засунула в рот. Упрямая. Мать гордо улыбнулась. Всё у них получится, уже получается. Вот уйдут эти странные существа, и они продолжат свой путь.

Но время шло, а люди и волки не спешили покидать поляну. Раненый пришёл в себя и тихо переговаривался с тем парнем, что изменил свой облик рано утром. Дестине показалось, что они хорошо знакомы. От молодого парня не исходила агрессия, только почтительное отношение младшего к старшему. Неужели спасённый ею человек тоже может превращаться в волка?

В детстве она читала книги о сказочных существах непохожих на людей. Слишком маленьких или, напротив, могучих великанах. Были и такие, которые рассказывали о водных жителях или обитателях лесной чащи, больше напоминающих древесную корягу. Ей очень нравились истории о говорящих животных, помогающих людям своей силой, мудрым советом или нечеловеческой ловкостью. Но чтобы эти животные сами становились людьми? Нет, такого она не могла припомнить даже в сказках.

Тем временем на поляне начали разворачиваться события, которые напугали Дестину ещё больше.

Волки насторожились, нервно начали озираться и втягивать ноздрями воздух, словно пробуя его на вкус. Потом разом подхватились и скрылись в лесной чаще, оставив на поляне только раненого. Присмотревшись вторым зрением, женщина поняла, что звери не убежали далеко, а затаились в ближайших зарослях. Через некоторое время даже её человеческому слуху удалось уловить треск сухих веток и голоса приближающихся людей. Лес оказался не таким безлюдным, как показалось Дестине вчера. На противоположной стороне она рассмотрела оранжево-красные нити в зелёном плетении леса. Двое незнакомцев вышли на поляну.

Глухое ворчание, раздавшееся было в кустах неподалёку, тут же стихло. Волки были ещё слишком молоды и не могли сдерживать свои эмоции так же хорошо, как взрослые самцы. Но люди не обладали достаточно хорошим слухом и не смогли уловить звук, который насторожил бы любого зверя. Поэтому они чувствовали себя в полной безопасности, оказавшись перед окровавленным мужчиной. А когда поняли, что тот безоружен и вовсе развеселились и потеряли всякую осторожность.

— Смотри-ка, Санни, какая удача. Матёрый волк. — один из них пнул носком сапога, лежащего на животе мужчину, тот глухо застонал, потому что удар пришёлся как раз на то место, где совсем недавно была кровоточащая рана. — За такого нам хорошо заплатят. Не пойму только, как он смог выбраться из ямы? Ведь еле дышит. Видать сильно ему досталось. Как бы не помер по дороге, тогда плакали наши денежки.

Мужик присел на корточки, стараясь рассмотреть рану получше.

— Ты бы поосторожнее с ним, Гарет. Он может оказаться не таким слабым, как кажется. Давай поскорее свяжем его.

Второй не спешил подходить к добыче слишком близко. То ли был умнее своего товарища, то ли успел обзавестись парочкой шрамов от таких вот полумёртвых волков.

Первый же только презрительно сплюнул в сторону приятеля:

— Ты всегда был не самым храбрым, Санни, а после истории с той волчицей и вовсе пугаешься каждого шороха.

Он положил арбалет на землю и принялся разматывать верёвку, чтобы связать руки и ноги своей добыче.

— Иди лучше помоги мне. Не стоит здесь задерживаться дольше, чем это нужно.

Именно этого момента и ждали притаившиеся волки. Как только оба охотника оказались безоружными, неведомая сила опрокинула их на землю и у горла зловеще оскалились волчьи клыки.

Это было проделано с такой скоростью, что Дестина даже не успела уловить мгновение нападения. Вот мужчины переговариваются, а вот они уже лежат на спине, придавленные мощными лапами. Те верёвки, что предназначались их вожаку, теперь пригодились самим волкам. Двое сдерживали охотников, а двое, обернувшись людьми, связывали им руки за спиной. Ещё один подошёл к раненому, проверяя его состояние.

Мужчина был ещё слаб, но его жизни больше ничто не угрожало. Дестина видела, как хорошо восстановлено его плетение. Не зря она потратила годы на обучение, выплетая диковинные узоры. Сначала нитками, как обычная кружевница, а потом нитями, составляющими основу мироздания.

Пленники от ужаса, кажется, потеряли дар речи. Они боялись пошевелиться, понимая, что сейчас их жизнь висит на волоске и дразнить хищников лишний раз не стоит. Поэтому покорно позволили связать себе руки и безропотно пошли вслед за волками. Раненому соорудили некое подобие носилок, потому что он пока не мог передвигаться по лесу самостоятельно.

Дестина сверху наблюдала за удаляющейся процессией. Она была крайне растеряна. Увидев представителей двух совершенно разных рас, населяющих этот мир, женщина не могла решить, куда ей направиться дальше. То ли последовать за волками, в надежде на то, что спасённый ею мужчина окажет ей некоторое покровительство, то ли пойти по следам тех мужчин, которые оказались в плену у оборотней? Возможно, ей удастся найти дорогу к таким же людям, как она. Кто бы ей подсказал, где они с малышкой будут в большей безопасности? Вот так всегда бывает, как только появляется выбор, вслед за ним непременно приходят сомнения.

* * *

Волдар всё никак не мог поверить в своё чудесное спасение. Лёжа на носилках, он то и дело проводил ладонью по совершенно целому боку. Кожа на месте ранения была ещё очень чувствительной и немного саднила, но это было сущей мелочью по сравнению с той ужасной раной, которая должна была стать причиной его гибели. Он вспоминал слова своей спасительницы.

«Я не уйду» — сказала она.

Возможно ли такое, что она была рядом всё то время, пока братья охраняли его сон? Или всё-таки ушла до их появления, убедившись в его безопасности?

Один из пленников споткнулся о торчащий из земли корень и громко выругался. Волдар сразу переключил своё внимание на этих двоих. Давно в их лесу не было охотников за оборотнями. Лет двадцать назад здесь творилось что-то страшное. Люди относились к ним, как к диким животным, устраивая охоту на молодых волков. Выживших в той жестокой бойне, помещали в клетки и выставляли напоказ публике. А самых сильных оборотней заставляли сражаться за свою жизнь на ринге. О судьбе пленённых женщин даже думать не хотелось.

Тогда его отец, взяв на себя заботу о клане после гибели вожака, впервые поставил перед своими соплеменниками вопрос о сопротивлении непрекращающемуся насилию. Они сохранили свой вид только благодаря высокой рождаемости. Но в их поселениях всё реже можно было встретить взрослых опытных оборотней или дерзких подростков, которые лезли на рожон, несмотря на увещевания старших.

Ещё оставались женщины и дети — их главное богатство, которые почти не покидали границы поселения, предпочитая находиться в безопасности под надёжной защитой воинов.

Тогда и начались совместные тренировки, были организованы дозоры, размечены границы. Нарушителей убивали на месте, не слушая оправданий. Это была война без правил. Каждый чужак априори считался врагом. Не имея собственного оружия, оборотни пополняли свои запасы трофейными арбалетами и ножами. Когти и клыки были плохими помощниками в битве против вооружённых арбалетами людей.

Новые навыки приживались тяжело, слишком привыкли его соплеменники жить в ладу с природой. Они всегда пользовались только своими силами, полученными от рождения, считая слабаками тех, кто не имея собственных когтей и клыков, заменял их холодной сталью.

Однако жизнь вынудила даже самых отъявленных гордецов признать, что арбалетный болт гораздо эффективнее волчьего клыка. И когда удалось вооружить всех воинов оружием людей, война приняла совсем другой размах. Люди оказались лёгкой добычей, стоило только волкам начать использовать их методы ведения войны.

Оборотни стали нападать на приграничные территории, убивая каждого, в чьём жилище удавалось уловить хотя бы слабый волчий запах. Они уводили скот, уносили утварь.

Именно в этих поселениях обосновались охотники на оборотней, долгое время считая их лес своими охотничьими угодьями. Поэтому оборотни так немилосердно уничтожали тех, кто был причиной гибели их братьев и сестёр.

Никак не удавалось остановить этот беспредел. Почуяв свою безнаказанность, молодые отчаянные парни не желали возвращаться к своей прежней жизни, которая теперь представлялась им слишком скучной.

Старейшины клана были озабочены сложившейся ситуацией. Никто не знал, как взять под контроль опьянённых пролитой кровью юнцов. Отец Волдара отлично понимал, что молодыми оборотнями кто-то управляет. И когда удалось выявить нескольких зачинщиков, он, не сомневаясь, вызвал каждого из них на поединок. Власть вожака была восстановлена и нападения на людей прекратились.

В той войне погибли многие из соплеменников Волдара. Да что там говорить, из всей его многочисленной семьи остались только он, да малышка Берниен.

Но жертвы были не напрасны. Именно тогда определились границы их владений, а люди были вынуждены признать их право на жизнь и относиться к ним, как к разумным существам.

Провокации продолжались ещё несколько лет. В одной из таких стычек погибли отец Волдара и его старший брат.

До сих пор продолжается поиск и вызволение из плена похищенных сородичей. Только поэтому эти двое браконьеров были всё ещё живы. Они могли пригодиться для обмена.

Последние десять-двенадцать лет всё было спокойно, даже начали налаживаться торговые отношения с людьми. Пока существовал только натуральный обмен, такое положение дел устраивало обе стороны. Зачем в лесу деньги? Меняли шкуры и мясо диких животных на ткани, посуду и некоторые продукты. Большим спросом пользовался мёд диких пчёл, а в сезон немало необходимых в быту вещей удавалось выменять на грибы и ягоды, которыми были богаты их леса.

Так что же заставило этих двоих вернуться к старому занятию? Неужели решили, что волки успокоились и забыли о старых обидах, утратив бдительность? Конечно, ловушка была устроена далеко от их поселения, и в неё мог угодить молодой неопытный волк, которого не скоро бы хватились. Но зачем им был нужен смертельно-раненый зверь? Ведь шансы на выживание были бы минимальными. Да что там лукавить, их не было вовсе. Если бы не чудо, которое вернуло его к жизни, в клане появился бы новый вожак.

Эта мысль больно резанула. А может быть всё дело в этом? Кто-то решил с помощью охотников избавиться от вожака? Если это так, то в лесу может быть ещё несколько подобных ловушек. У него было несколько излюбленных маршрутов. Каждый, кто с ним охотился в прежние времена, знал, какими тропками он предпочитает ходить по лесу, выслеживая добычу. С тех пор ничего не изменилось. Вот только компания ему теперь была не нужна. Волдар, упиваясь своим горем, позабыл о том, как легко из охотника можно превратиться в жертву. Мирная жизнь притупила в нём чувство опасности.

Привал решили устроить, когда солнце стояло в зените. Слишком тяжело было передвигаться под невыносимо палящими лучами. К тому же прохладный хвойный лес сменился редким перелеском.

Расположились на небольшой поляне под раскидистыми ветвями спикаты. Она словно страж стояла на опушке хвойного леса — могучая и величественная, не позволяя лиственным деревцам проникнуть в свои владения. Воспользовавшись этим тенистым убежищем, путники решили переждать дневную жару.

Двое парней отправились на охоту. Следовало позаботиться о свежем мясе для вожака. Слишком неспокойно было сейчас в их поселении, поэтому Волдару нельзя показываться слабым перед своими соплеменниками.

Гровер так и не успел рассказать ему о последних событиях в клане, которые вынудили их отправиться на его поиски. Помешали появившиеся на поляне охотники. И вот сейчас настал самый удобный момент поговорить обо всём с Волдаром. С чего же начать?

Но вожак начал разговор первым:

— Как вы оказались на той тропе?

Этот вопрос волновал Волдара, потому что сейчас, с учётом новых обстоятельств, он хотел точно знать, кому можно доверять, а кому нет. Времени на размышление у него было предостаточно, и теперь он не сомневался, что покушались именно на его жизнь.

— Мы искали тебя.

Гровер смотрел прямо, не отводя глаз, и вожак облегчённо выдохнул. Ему всегда нравился этот парень — достойный наследник своего отца.

— Так зачем я вам понадобился? Неужели нельзя было дождаться моего возвращения?

— Боюсь, что уже сейчас может быть поздно.

Весь вид молодого воина говорил о том, что он чем-то сильно удручён.

— Да что случилось? Не томи, рассказывай. — Волдар разволновался, никогда прежде ему не доводилось видеть Гровера в таком отчаянии.

— Вернулся Торен, а с ним две волчицы из чужих.

Волдар задумался. Торен был другом его отца и пропал много лет назад. Его следы так и не удалось обнаружить. Жена и дети до сих пор надеялись на его возвращение.

— Так это же хорошие новости. — обрадовался Волдар, но, заглянув в глаза парня понял, что не всё так просто. — Так что тебя так взволновало, что ты поставил свою пятёрку на лапы?

Гровер стал мрачнее тучи.

— Что же хорошего в том, что он сбивает с толку глупых сопляков? Обещает им красивую жизнь в человеческих поселениях. Молодые волчата так и смотрят ему в рот. А он-то горазд сказки рассказывать, как там хорошо и вольготно живётся, да как волков любят человеческие самки.

— А волчицы, те которые с ним пришли, они что говорят?

— Да тоже хвостами крутят, только перед нашими девушками. Нарядами хвастаются, да тычут всех носами в нашу бедность. Вот ты скажи, Волдар, разве мы бедно живём? С тех пор, как мы наладили торговлю с людьми, в наших поселениях забыли, что такое голод. А одежда? Да каждый имеет столько нарядов, что и не переносить. Дома справные поставили — деревянные, с окнами и крышей, не как раньше, вырытые в земле ямы. С каждым годом нам всё лучше живётся, только силы да старания приложить надо. А эти пришлые заманивают дармовым богатством. Да разве так бывает, чтобы люди бесплатно что-то давали?

На самом деле Гровер больше всего переживал за свою ненаглядную Адену. Видел он, как сверкали её глаза, когда она примеряла ожерелье из цветных камушков, что подарил Торен своей жене. Не понравилось ему и то, с каким вожделением матёрый волк смотрел на его девушку. Нет, не удержать Адену в клане, если захочет она красивой жизни, даже строгие родители ничего не смогут сделать со строптивой красавицей.

— Всё ты правильно говоришь, парень. — голос вожака оторвал его от грустных размышлений. — Удивляюсь, откуда столько мудрости в твоей молодой голове? Не зря ты уже второй год возглавляешь пятёрку.

Похвала пришлась по сердцу молодому волку. Если бы он был в зверином обличье, непременно замахал бы хвостом и полез ластиться, как маленький щенок. Так редко Волдар раздавал похвалы, что любое доброе слово от него дорогого стоило.

А Волдар продолжил:

— Не пойму только, какую выгоду преследует Торен? Он ведь понимает, что на самом деле ждёт волчат в человеческих землях. Не хочется верить, что старый волк продал свою шкуру чужакам.

Оба надолго замолчали. Каждый думал о своём.

Время близилось к обеду. Вернулись с охоты парни, принеся двух жирных зайцев и молодого оленя. Мяса хватит на всех. Привычно разведя костёр и разделав туши животных, приготовили нехитрый обед — жареное мясо, да густая похлёбка. Благо котелок нашёлся в сумке одного из пленников. Там же оказался мешочек с крупой, да пара ложек.

Пленников по доброте душевной тоже накормили, правда, только после того, как сами наелись до отвала.

После сытного обеда навалилась сонная дремота. Волдар, как самый старший, пожалел молодняк и предложил себя в качестве караульного. Мол, отдохнул по дороге, лёжа на носилках.

А волки и спорить не стали, обернувшись, быстро улеглись тесным кружком и мгновенно отключились, смешно подёргивая лапами во сне.