Глава 33

Все стихло около получаса тому назад. Сначала исчез дракон, метнувшись по саду на балконе в последнем забеге. Он пропал в воздухе уменьшившимся черным пятном и кажется, что мир преобразился. В него ворвались совсем другие звуки нежели стоны и рык. Воздух наполнился ароматами роз, влагой и далекими кострами.

– Соскучилась говоришь?

– Да.

Дракон что-то рычит в ответ, поднимаясь с травы. Он подходит к перилам, глядя в ночь, наполненный огнями город.

– Что тебя так смущает, господин?

– Исфандияр.

Шаадия не спешит поправляться. Видимо у нее тоже серьезные загоны по поводу тех, кто стоит на положение выше ее, а может причина в чем-то другом. Вэл обязательно выяснит в чем дело, потому что эта змея может выходить из дворца. Ей нужно знать как.

– Я всегда скучаю по тебе, мой император, – Шаадия поднимается, прижимаясь к нему и повисая на его плече. – Это ты перестал любить меня.

Она не долго балует его своими объятиями, отступая. Все происходящее, кажется, Вэл какой-то постановкой. Мужчина как будто не замечает… Плевать! Пусть будет круглым дураком! У императоров видимо так принято. Плевать-плевать-плевать!

– Ну-ну.

Голос дракона теперь больше, чем прежде похож на нормальный – из него исчезло это рычащее и взбешенное нечто.

– Не пойму только зачем это надо тебе, Шаадия. Ты ведь лучше подтолкнешь, чем заслонишь собой.

Женщина легко и звонко хохочет. Вэл пятится, зарываясь в землю, и не перестает поражаться ее актерским способностям. Конкретно ее бы оскорбили подобные слова. Исфандияр вменяет ей вполне определенные вещи и как на ее вкус они несколько оскорбительные.

– Найдется она! Куда денется? Ты ведь запер ее в своем дворце-ларце, как меня и всех остальных?

Исфандияр не отвечает ей, а Вэл это кажется подсказкой. Горькой, страшной и очень даже показательной. Она совсем расслабилась. Ушла ее магия и она перестала чувствовать острые грани некоторых существ и ситуаций так как это было раньше. Что она делала в гостях у Тристана? Она жалела себя, злилась на Сфайрата, а могла бы узнать об этом драконе побольше. Что до сейчас… Глупо злиться на Тристана, особенно после однажды оброненных им слов:

«Я не могу думать обо всем и обо всех и давай будем честными? Я не обязан делать это.»

Отец. Сулдемир. Тристан. Эонейрнер. Сфайрат.  Она все никак не возьмет в толк за что они вечно пеняют ей на ее неугомонность и потрясающую способность встревать в ситуации, когда сами не могут поделиться информацией?! Но сейчас она и в самом деле виновата сама. Не могла включить мозг и вытянуть нужные ей сведения у Тристана.

– Буду позже.

Вэл слышит хлопанье крыльев. Поднявшийся ветер смахивает с нее песок и землю, но она не шевелится, боясь спугнуть удачу и привлечь внимание дракона. Сфайрат в свое время не смог объяснить ей этого, но привел в пример орла, что парит за многие километры от своей добычи.

– Можешь вылазить!

Вэл не торопится. Не стоит идти на поводу у паранойи врага. Ей может казаться, что она тут не одна. Это одно из правил Тристана.

– Где бы ты не пряталась я знаю, что ты здесь! Ты слышишь меня ящерица?

– Слышу.

Вэл выходит из своего укрытия, но не медлит ни секунды, превращаясь в эльфийку.

– Ты должна мне теперь.

– Ну и зачем вы сделали это?

Нагайна оборачивается к ней в одну секунду, превратив в хвост и став выше, как минимум на две головы.

– Я и не хотела этого.

Вэл понимает какое обстоятельство повлияло на изменившиеся планы женщины – Шаадия узнала в ней саламандру. Слуги не обращали на нее внимания, а любовница двух драконов мигом сделала соответствующие выводы. Дурой надо быть, чтобы не понять этого либо быть очень наивным персонажем северной сказки.

– Что теперь? Вы поможете мне выбраться?

Шаадия вьет вокруг нее кольца, осматривая со всех сторон.

– Тебе не говорили, что одеваться вот так неприлично?

– Я спала, а уж в каком виде я это делаю, то исключительно мое дело.

– Ну-да. Удивили тебя братья драконы?!

Вэл поджимает губы. Не то слово! Она не понимает почему Антве не владеет ничем, занимает пост советника, желает смерти брату и выглядит так словно он древняя развалина.

– Более чем. Зачем Антве хотел убить меня?!

Вэл старается не вздрагивать и никаким образом не показать ей, что ей неприятно такое близкое взаимодействие. Колокольчики тревожно звенят на нем, обещая ей пренеприятные ощущения и еще один сюжет для ночных кошмаров.

– Он хотел избавиться от тебя.

– Я так и сказала.

– Нет. Он хотел избавиться от тебя, отдав ангелам. Твой дражайший женишок обязательно бы бросился в погоню и не догнал, не смог бы сделать ничего, вернулся и согласился со всеми условиями только бы вернуть тебя живой и невредимой.

Вэл задумывается. Ногти с болью впиваются в ладонь от негодования. Она так боялась этого.

«Дура! Надо было послушаться драконицу! Остаться в Хорругарисе и научиться плести макраме!»

Усложнила бы она жизнь Антве? Самую малость.

«Он бы все равно подсунул ему кого-то! Та девчонка с рынка появилась там неспроста!»

Ей бы о другом подумать, но Вэл не может так просто проигнорировать эти мысли. Ей не страшно, но она бы не отказалась от бокала вина, чтобы привести в порядок потрепанные нервы.

– Тогда кто? Неужели вы?! Но зачем?!

Страшные глаза с вертикальным зрачком совсем близко от нее.

– Этого тебе знать необязательно.

Как она и думала. Настоящие злодеи не спешат выкладывать карты на стол словно они закоренелые идиоты. Но она поймет это.

– Я бы убила двух зайцев.

Она не говорит каких именно зайцев имеет в виду.

– Что теперь? – Вэл трудно дышать. – Вернете меня обратно?

Хвост змеи слишком велик и кажется, что Щаадия занимает слишком места вокруг.

– Нет, милая.

Она берет ее в тиски и приподнимает к себе, так, чтобы Вэл смотрела ей прямо в глаза. Пусть думает, что она впала в ступор и ничего не может сделать с ней. Она уже раскрыла одну ее тайну, незачем обескураживать тетку всеми знаниями сразу.

– Ты останешься здесь.

– Но зачем? Разве я не нужна Антве?

Змея пытается загипнотизировать ее, заливая свои глаза светящейся радужкой. Что учат делать в таких случаях учебники? Они советуют смотреть в переносицу и посчитать волоски моно брови, морщинки, пора, родинки, отодвинув назад шелестящие интонации.

– Мне ты нужна больше.

– Зачем?!

Шаадия неожиданно поднимает голову, взглянув на небосвод.

– Может и успеем.

Перед глазами начинают мелькать коридоры, перегородки, ткани, стены, картины, рябит от разнообразия цветов и ярко вспыхивающих светильников.

– Я слышала, что тебе удалось попасть в сокровищницу.

– У вас очень тонкий слух.

Шаадия ставит ее на ноги, но Вэл ведет в сторону. К пережатым ногам прилила кровь и защипало от мерзкой колики.

– Это тронный зал.

Вэл оглядывается по сторонам, отмечая, что уже была здесь. Множество колонн, хрусталь в светильниках и…

– Смотри на меня!

Наганйна поворачивает ее к себе, вновь вперившись ярко-вспыхнувшими глазами.

– Ты должна войти в нее и найти мне…

Вэл освобождается из ее рук, отпихнув от себя огромное существо.

– Не стану делать ничего пока не получу ответы на всевозможные вопросы.

– У нас нет времени.

Она отходит назад, осматриваясь по сторонам.

– У меня его предостаточно.

– Ты не понимаешь.

– Конечно.

Вэл присаживается на стул. Она устала и взвинчена, а еще эти колики в ногах…

– Вы сейчас объясните мне все, и только тогда я войду в сокровищницу.

Она не уверена, что у нее получится сделать это. Поэтому лучше узнать обо всем сейчас, чем потом, когда ничего не получится.

– Пока он далеко. Пока связь с этим местом не так сильна. Ты должна войти и найти там одну вещь. Она изменит все.

Вэл откидывается назад, ерзая на неудобном сидении. У императора деревянный зад, раз он сидит вот на этом.

– В самом деле? Поэтому вы вдруг передумали подкладывать меня под вашего любовника?

Шаадия приближается к ней, а выглядит так словно плывет. У нее решительный вид, если не сказать, что угрожающий. Из-под верхней губы выглядывают острые клыки.

– Осмелела?! Ты забыла, что должна мне?!

Вэл усмехается и только потом вспыхивает. Не легко ей дается такое поведение. Ей ужас как не нравится столь долгое пребывание здесь и беспокоит скорое возвращение императора. Она не хочет встретить его. Ни здесь. Ни в таком виде. Ей нужна информация.

– Это ты должна мне, гадюка.

Она перебрасывает ноги через подлокотник.

– Это я могу рассказать императору о твоих свиданиях с Антве. Это я могу рассказать Рамадашену, что ты вьешь интриги за его спиной в обход его планов.

– В следующий раз никто не поможет тебе! – рявкает на нее Нагайна. – Ни я, ни этот дурак Мулик.

– Он жив? Жаааль, – тянет Вэл последнее. – Мне не понравился этот избалованный нерд[1].

Вэл усмехается, почесывая бедро. Змеи, как и прочие существа боятся огня. Тварь побоится броситься на нее вот так сразу.

– В следующий раз?! Ты испортила мне охоту и весь эффект от преследования.

Она замолкает, предлагая той додумать все самостоятельно.

– Удобное кресло, но пару подушек для комфорта не помешало бы, – сообщает она ей как бы, между прочим, торопя ее в брошенной ей догадке.

– Это императорский трон, – поправляет ее Шаадия тяжело и глухо.

Кресло захватывает голубым пламенем. Оно стелется по плитам и подползает к Шаадии.

– И я об этом, – Вэл не улыбается, фиксируя на ней свой взгляд.

– Хочешь стать императрицей?

Шаадия пятится, избегая касаться вызванного Вэл огня. Она не сводит с нее взгляда. Вэл уверена, что она не подумала о том, что саламандры – это не только ящерицы. Но правда в том, что не такой уж и грозный этот ее огонь. Вреда принесет немного, но ожоги и увечья – это всегда кошмар и для любой женщины.

– Считаю, что это не плохой вариант для простой эльфиечки. Как считаешь?

– Думаешь у тебя получится стать ею?!

Шаадия кривит губами, но Вэл легкомысленно жмет плечами.

– Считаешь, что у меня нет шансов? Если с моего горизонта исчезнет такая тварь, как ты, то все очень даже возможно.

Шаадия раздумывает, а Вэл радуется еще одному удачному попаданию. Она выяснила, что за покушениями на нее стоит Шаадия, а теперь и то, что вещь, спрятанная в сокровищнице, может помочь нагайне обрести свободу.

– А как же Сфайрат?! Он ведь любит тебя.

Вэл только закатывает глаза в ответ. Много она знает о ней и о Сфайрате. Имя бы его постыдилась произносить вслух, особенно после признания, что это она собиралась извести ее.

– Я уже здесь. Мной увлекся император…

Шаадия качает головой, дергаясь в ее сторону, но вовремя останавливаясь.

– Если Хелл не разлюбит меня после, то я уверена, что мы придумаем что-нибудь. Ты ведь понимаешь меня.

Вэл ухмыляется. Если у Шаадии есть любовник, то почему бы ей не завести его? Вот что значит эта гадкая ухмылка.

– Он не станет.

Нагайна усаживается на собственном хвосте словно обескураженный кот. Она скрещивает руки на груди, приподнимая ее в вырезе полупрозрачной туники. И это она говорила ей про одежду?

– Только не Сфайрат. Я знаю таких мужчин.

Вэл даже уязвляет ее уверенность в драконе. Она даже не знает его. Но саламандра не возмущается, продолжая играть роль и презрительно кривить грубы при этом.

– Серьезно?

Она поднимается со своего места, приближаясь к змее и обходя ее по кругу. Вэлиан замыкает круг огня, заключая женщину в ловушку.

– По-моему, они все одинаковы. Что одному, что другому, что третьему совершенно плевать на меня, мои мысли и желания. Похищения, покушения, покупки, горы золота… Уверена, что на публике император тоже лапочка. Так что…

Она приподнимая уголки губ в грустной улыбке.

– Пусть я стану императрицей, чем женой опального князька, – говорит она, поражаясь собственным злым словам, изнанкой реальности. – Он и сделать то ничего не может. Где он сейчас? Где?!

Вэлиан фыркает и отворачивается, разглядывая вышитые стяги рядом.

– Я выходит помогла тебе.

– Я еще не замужем, – она жмет плечами. – Так что нет.

Шаадия превращается в женщину. Вэл восхищена столь быстрой метаморфозой и нагайна замечает это, не сумев скрыть довольного выражения лица. Всем нравится, когда на них смотрят полными восхищения глазами.

– Зачем мне говорить…

Вэл обходит трон, обводя его резные выступы пальцем. В ответ на ее недоговоренный вопрос Вэл идет к себе. Она очень надеется на то, что Мулик жив и принесет ей что-нибудь поесть.

– Если я не ошибаюсь, то это ты притащила меня сюда. Но как знаешь.

– Стой! Стой! Достань мне ее, и я уйду!

Вэл почти что отчаялась услышать это.

– Ты должна войти в сокровищницу и взять одну вещь. Я уйду, а ты станешь полноправной хозяйкой всего этого добра.

Ага. Легко обещать то, что не принадлежит тебе.

– Какую?

Вэл возвращается, переступая через массивный хвост змеи.

– Это древний артефакт. Ты сразу узнаешь его. Не бери ничего, что увидишь там. Только ее.

– И все?! Ты отправляешь меня рисковать жизнью и даешь такие туманные описания?!

– Это лампа.

– Что?

Вэл не верится. Она не слышала о таких артефактах. Строго говоря им может стать любая вещь. Но о реально могущественных артефактах по типу ее легендариума знают если не все, то хотя бы те, кто написал книги и учебники.

– Ты разыгрываешь меня и решила подставить?! Отличный план!

Она совсем ее за дуру держит! Вэл тоже хороша поверила во что-то, а на самом деле заступничество нагайны – это не более чем чистая случайность. Шаадия хватает ее за руку и заглядывает в глаза, мигом растеряв весь свой самоуверенный вид. Она превращается в обычную несчастную женщину, готовую пуститься в слезы…

– Пожалуйста. Это правда! Это артефакт. Достань его. Я ведь спасла тебя!

– Ты спасла тебя, но именно благодаря тебя я в этих хоромах, – возражает Вэл чуть было, не выбившись из образа. – Ты так и не объяснила ничего.

– Пожалуйста! Я все расскажу тебе. Только иди!

Вэл пятится от упавшей на колени нагайны. Вот только этого ей не хватало. Только…

– Я все объясню. У нас правда мало времени! Пока Исфандияр летает среди звезд ты можешь не беспокоиться, что он вдруг почувствует тебя.

– Хорошо, но ты покажешь мне как выйти отсюда. Ты ведь можешь делать это. Как?!

– Кто-то передумал быть императрицей?!

Ох! Вот почему ей так нравится иметь дело с мужчинами. Они не такие болтуны.

– Кто-то передумал и ему уже не нужно в сокровищницу?!

– Хорошо. Я все расскажу тебе.

– Поклянись.

– Я клянусь провидением и светом звезд, что расскажу тебе, как покинуть дворец, как только ты принесешь мне лампу.

Вэл оборачивается в ящерицу. Она не может смотреть как плачут другие. Она сходит в сокровищницу. Вот только бы вспомнить, как она попала туда.

– Чего ты медлишь?!

Вэл сердится. У нее ничего не получается. Она бегает по контуру зала, собирая пыль вдоль стен и все эти попытки поторопить только сбивают ее с настроя.

– Тогда не было света. Потуши его и у меня быть может получится.

Нагайна мечется между светильниками и наконец наступает темнота.

– Ты обещала, что расскажешь мне все.

– Что?

Вэл соскальзывает с кучи, упав прямо на огромную монету величиной с блюдце.

– Ты нашла ее?

– Да. Я здесь и вокруг пока только одно золото.

Вниз с мелодичным звоном падает какая-то стекляшка. Вэл ловит себя на мысли, что ее поступок – это чистой воды безумие. Ей надо было вернуться в комнату, потребовать объяснений и только потом возвращаться туда, где ее поймали с поличным.

– Зачем ты хотела убить меня?!

Вэл не выдерживает, вновь обращаясь в женщину. Нагайна находится где-то рядом. Ее голос слышен очень даже хорошо, но вот только не понятно, где она находится сейчас.

– Я не хотела.

– Я сейчас вылезу отсюда и пойду в комнату, – угрожает Вэл, подсвечивая собой горы золота вокруг.

– Я хотела, чтобы Исфандияр забрал тебя. Он обратил на тебя внимание с самого начала.

– А та девчонка?

– Какая?!

Вэл с облегчением выдыхает, но тут же спохватывается. Она не видит лицо нагайны поэтому не стоит так уж и сразу доверять ей.

– Так и что дальше?!

– Ты не знаешь ничего, что произошло между мной, Антве и Исфандияром. Это случилось давно. Я была такой как ты. Исфандияр выкрал меня у брата, а тот вместо того, чтобы сразиться с ним и вызволить меня из его лап подчинился его воле…

– Быть может он не любил тебя.

– Любил. Но он был слаб. Он даже не попытался сделать этого. Антве только обещал мне что вызволит меня отсюда, а потом это перестало иметь значение.

Вэл отшвыривает металл, не находя ничего похожего на лампу.

– Почему? Почему?!

Шаадия не отвечает ей. Вэл неожиданно оказалась в полной тишине и это испугало ее.

– Ты вновь сделала это, – произносят сверху.

Сердце Вэл ухает в пустоту, вместе с опалившей сознание догадкой, что она была права, размышляя о случайностях и о том, что ей не надо было так просто возвращаться сюда, не выведав ничего заранее.

– Ты можешь бегать сколько угодно, – говорит император, приземляясь рядом. – Тебе никуда сбежать пока я здесь.

Вэл все же дергается в сторону, но мужчина сбивает ее с ног, катится вместе с ней по монетам и слиткам, наконец наваливаясь сверху и прижимая к сокровищам всей массой своего тела.

– Запомни, – он раздвигает ее ноги коленом. – Я всегда получаю то, что захочу.

___

[1] Нерд – слуга, раб у вампиров.