Глава 32

Он оказывается рядом. Быстро. В мгновение ока. Взмахивает своей черной накидкой, словно старается накрыть ею. Всего на секунду становится темно, а потом тепло. Они оказываются в совершенно другом помещении – в протяженном, с такими же высокими стенами и бесконечным рядом колон.

– У меня вопрос: как вы тогда попали сюда?

– Девушка, что видит магию, но не владеет ею, – говорит он ей тихо в темном укрытии своего плаща.

Вэл отводит полог импровизированного шатра.

– Так было не всегда.

Император усмехается, отпуская ее из своих горячих объятий. Вэл делает шаг назад, а потом еще один, стараясь справиться с учащенным пульсом и свалившимися на нее ощущениями. Этот дракон вызывает у него какие-то не такие чувства. Этого быть не должно.

– Верните меня обратно. В ту комнату, из которой забрали.

Он оглядывается по сторонам.

– Ты задала мне непосильную задачу.

– Серьезно?

Вэл только приподнимает бровь в ответ. Он перемещается в мгновение ока! Все это отговорки и попытка рассмотреть ее в тусклом пламени ламп?

– Верните меня обратно к Сфайрату!

– Ты хочешь умереть? Спешишь погибнуть такой невозможно юной, прекрасной и…

Он одаривает ее оценивающим взглядом, задерживая его на ее груди. Вэл чувствует, что ее окатывает жаром.

– Притягательной.

– Я не хочу погибнуть, но прошу вернуть вас в ту спальню, где остались мои вещи, – произносит Вэл, стряхнув наваждение и скрестив руки на груди.

– Я же сказал тебе, дева, что с этим могут возникнуть проблемы.

Вэл закатывает глаза.

– Это мне говорит император!

Фыркает Вэл, отворачиваясь и оглядываясь по сторонам, решая в какую сторону от белых колонн ей бросится.

– Ладно, поищу сама.

– Что за женщина…

Она спешит выйти из этого просторного помещения не только потому, что боится, что мужчина передумает и решит задержать ее, а потому что сейчас он опомнится позовет слуг и тогда у нее не получится сбежать, воспользовавшись отсутствием народа.

– Мулик! Слуги!

За ее спиной раздаются громкие хлопки в ладоши, стук каблуков и уже знакомое аханье.

– Позаботься о купальнях.

– Господин! Они всегда ждут вас!

Вэл подбирает край платья, оголяя ноги и спешит попасть в коридор. Она уже видит резные окна и самую темную ночь из всех виденных ею.

– Еще чуть-чуть!

Ей так не хватает магии для легкой поступи и вообще для мгновенных перемещений. Она перемахивает через каменные перила, метя прямо в кусты с расцветшими на них ночными цветами. Она спешит обернуться, чтобы исчезнуть с глаз долой, но вместо того, чтобы упасть в колючие ветви, а с них скатиться на влажную или еще разгоряченную землю. Вэл задыхается.

«Вода!»

Ее слишком много для простой лужи или чаши. Мир вокруг окрасился всеми оттенками бирюзового и черного, миллиардами взмывших вверх пузырьков. Она рвется вверх, нахлебавшись воды.

– Решила, что я так просто отпущу тебя? – раздается где-то позади знакомым и кажется , что уже ненавистным голосом.

Вэл не отвечает, барахтаясь на поверхности. Она умеет плавать, но причина ее замешательства и паники конечно же не в этом.

– Это, по-вашему, смешно?!

О, да! У нее нет совершенно никакого почтения к власть имущим. Она напугана и напилась воды на несколько дней вперед.

– Я могла не уметь плавать! Идиот!

Вэл выкарабкивается из бассейна, что совсем не похож на ту ванную комнату, в которую ее привели служанки. Это какой-то каменный грот с неизвестно, где расположенной подсветкой.

– Ты можешь составить мне компанию!

– А ты можешь расчесать мне волосы и заплести пару косичек! Придурок!

– Замолчи, женщина! Знаешь ли ты с кем ты разговариваешь?!

Дракон раздевается, не обращая внимание на ее присутствие и возмущенный вид.

– Заткнись! – рявкает она на «подушку для иголок». – Вы не имеете права держать меня здесь.

Вэл возмущена. Выйти из себя окончательно ей не позволяет предельно серьезный вид императора. Она напоминает себе рассерженное дитя рядом с больше нее знающим взрослым. Вот только все портит его обнаженный вид. Честное слово Она как девчонка

– Ты помнишь, что я сказал тебе? – голос Исфандияра невозмутим и даже преступно холоден. – Всё, что не пожелаем.

Вэлиан убирает волосы с лица, выхватывает из рук ага огромное полотенце и, взглянув на обнаженного мужчину, что так и застыл подле нее, разворачивается и идет к выходу. Ее щеки пылают. Она зла и возмущена подобным положением дел. Этот дракон в самом деле предусмотрел все!

– Приготовь ее комнату, – слышится ей в след. – Покажи нашей гостье ее новые покои.

Вэл удивляется, а заодно и благодарит Богов за то, что дворец не кишит челядью и стражей.

– Уже все готово, господин.

Она бежит из этого царства воды, спеша остаться в одиночестве и привести в порядок свои мысли, но через пару шагов ей в голову приходит другая идея.

– Пришли кого-нибудь составить мне компанию.

– Налево! Я говорю тебе налево!

Пухлый ага выскакивает вперед, прямо на ее пути и открывает рот, чтобы сказать что-то возмущенное.

– Прокляну, – говорит Вэл тихо, вспомнив разговоры в коридоре.

Он замирает на добрую секунду, тут же кланяясь ей, и шепчет вполголоса:

– Пожалуйста, госпожа, ваши покои в этой части дома.

– Что там? Женская часть? Гарем? Общие покои?

– Что вы?.. Что вы?! Светлейшая! Вы ведь не жена, не любовница и не одалиска…

– Слава Богам!

Вэл врывается в комнаты, оглядываясь по сторонам. Она находит взглядом лампу и тут же успокаивается. Ее план имеет все шансы для своего исполнения.

– Принеси мою одежду, пожалуйста.

Она захлопывает двери, опираясь на стену и сползая по ней. Она допрыгалась. С ней не произошло ничего страшного, но вот только Фэйт не знает об этом.

«Пока ничего страшного! – шепчет ящерица осторожно, начинает говорить и не договаривает: – Этот змей…»

Ей нужно уйти. Права саламандра – с ней пока не произошло ничего ужасного и непоправимого, но это может случиться в любую секунду. Интуиция подсказывает ей, что этот дворец, как и дракон полон секретов и откровений.

«А что будем делать потом?»

Хороший вопрос. Она будет строить отличную мину при плохой игре, а этот коронованный засранец пусть скажет Фэйту о всех своих соображениях безопасности лично.

– Давай же!

Лампа дрожит и чуть было не падает на ковер, выронив несколько угольков на высокий ворс.

– Минаре!

– Госпожа?! – слышится озабоченный голос Йо-Йо.

Вэл не слушает, представляя кухоньку драконицы и стенки знакомой ей печи, но на деле. Она кашляет и плюется, набрав полный рот и легкие воды. Она вновь оказалась в этом прохладном и даже сказать холодном гроте, вновь нырнула и оказалась на самой глубине, едва выбравшись от холодных источников.

– Ты решила присоединиться или так и не поняла всю тщетность своих попыток?

Ее обнимают и притягивают к себе. На нее смотрят чужие и одновременно такие знакомые глаза.

– Отпусти меня, – цедит Вэл, оставив попытки выбраться.

Она старается не замечать скользящих по телу обжигающе горячих рук, силится не удивляться и не задумываться над тем почему вода стала неожиданно теплой и от нее идет пар. Это что-то значит, но Вэл не хочет знать, что именно. Только не от этого дракона, не здесь и еще раз – не с ним.

– Здесь глубоко, – замечает Исфандияр также серьезно, как и прежде.

Вэлиан не отвечает, отворачиваясь. Ей не хочется огрызаться. Щеки горят и дело вовсе не в потеплевшем воздухе. Ее злит произошедшее, но умом она понимает, что сделанного уже не воротишь. Она поспешила, а надо было переждать и разобраться в чем дело. Все, что ей хочется сейчас – выбраться из этого бассейна и остаться одной. Думать о том, каково же сейчас Сфайрату просто-напросто невыносимо.

– Тебе придется обнять меня.

– И не подумаю.

Вэл не просто жарко. У нее все вспыхивает внутри и дело не в горячей воде, а в бесцеремонно шарящих по телу руках.

– Тогда мы проведем несколько незабываемых часов в столь тесной и горячей обстановке. На мне уже ничего, а ты все еще одета.

Вэл кусает губы от досады. Она и без него заметила это. Не надо видеть ничего достаточно чувствовать его отношение к себе поверхностью живота.

– Тогда отпустите меня, – произносит она, заглядывая в темные глаза мужчины. – Не понадобится никого обнимать.

– Видишь ли в чем дело… Я не хочу этого. Мулик не торопится.

– Может все-таки дождетесь его? Уверена, что он будет рад подставить вам свой пухлый и наверняка лохматый зад.

Ее передергивает от отвращения. Исфандияр только усмехается в ответ. Дракон пользуется всем, что в его власти – моментом, силой и магией. Он тянет наверх ее сорочку.

– Мне нравится твоя дерзость, отвага и чувство юмора.

Тут больше попахивает слабоумием нежели всем остальным, но надо бороться с тем, что есть, сделав всевозможные выводы на будущее. Вэл ударяет его по лицу, не просто царапает и метит в глаза, бьет лбом ему в переносицу. Ее и саму ведет в сторону и чуть было не вышвыривает из реальности. Стены бирюзового грота осыпаются камешками от его рыка.

– Боги! – она плывет к ступеням. – Ас! Ас!

Клинок поможет ей только в первые минуты. До тех пор, пока дракон не сообразит превратиться в ящера, а дальше…

– Бестия!! – в голосе позади слышится злость, раздражения и... О, Боги! Удовольствие!

Цепкие пальцы, оказавшиеся на ее лодыжке, тянут ее и утаскивают под воду, через несколько мгновений извлекают на поверхность.

– Так ты делаешь только хуже! Ты ведь знаешь это?!

Пальцы мужчины тянут наверх сорочку.

– Не дразни моего дракона.

Вэл мотает головой, стараясь освободиться от матовой пелены в глазах.

– Ему оказывается нравятся такие игры, – его пальцы скользят по ложбинке вдоль позвоночника. – Куда больше, чем овечья покорность.

Горло дерет от кашля. Она цепляется за его шею, нащупывая золотое украшение.

– Нет! Отпусти меня! Я прошу тебя, пожалуйста!

Его руки уже не гладят, а задирают сорочку, останавливаются на белье и тянут вниз.

– Я не знаю!

Кожу лица обжигают капли брызнувшей крови. Помещение сотрясает рев, но дракон и не думает внять ее просьбам. Он прижимает ее к себе с такой силой, что выбивает дух. Вэл вдавливает ожерелье-клинок еще глубже, тут же вскрикивая. Металл плавится в ее руках, растекаясь по плечу мужчины, запечатывая его рану.

– Решила убить меня?! Золотом?!

Дракон улыбается, а там и вовсе – хохочет, притягивая к своему лицу, прикасаясь в первом поверхностном поцелуе.

– К черту! – говорит она ему в губы. – Твоя взяла!

Она не пытается повторить удар со лба в переносицу. Мужчина держит ее за волосы, запустив в них пальцы. Вэл кусает его, дергаясь в сторону, за пытающимися отлепить ее руками.

– Что же ты, душа моя?! – выкрикивает она. – Как же милая сердцу непокорность?!

Вэл обращается, выскальзывая-выпадая из его рук. Она плывет ко дну, чтобы избежать столкновения с рассерженным и также как она преобразившемся существом.

– Не уйдешь!

Она плывет, не обращая внимания на то появляющиеся, то пропадающие руки; уворачивается от падающих камней и бьющих потоков воды, а там и вовсе от хвоста и лап.

– Не уйдешь! – вода в бассейне приподнимается на пару сантиметров, обнажая гладкое дно, но тут же возвращается обратно. – Куда подевалась?!

Вэл все же сделала это! Она добралась до бортика, вылезла наружу, даже добежала до порога и попятилась обратно. Обнаженный мужчина настиг ее и там. На нем нет ни крови, ни ран. Золотое пятно так и украшает его плечо, ключицы и грудь. Он в ярости и совсем не похож на того инфантильного вида мужчину с площади. Император небольшого королевства огромен, страшен, зол и возбужден.

– Иди сюда! – велит он ей.

Вэл качает головой, думая, что ей предпринять дальше. Она не может остаться, но и не может не сопротивляться. Все приведет к одному – она потеряет свою девичью честь. Плевать на то, что там будет Исфандияром! Больше не будет ее и Сфайрата. Про них вообще можно будет забыть. Навсегда. Она знает это, как и то, что Аглан и Мио никогда не встрется на их небосводе.

– Нет, – она поднимает руку, отгибая палец в неприличном, но неизвестном для этого мира жесте.

Император понял ее, делая шаг ей навстречу. Вэл страшит его увлеченность. Ей бы упасть на колени и просить смилостивиться, но она не в том состоянии, чтобы лобызать чьи-то стопы. Она уверена, что это не поможет теперь. Так что нечего унижаться!

– Господин?! – его развлечение поспело как нельзя кстати, мелькая позади него. – Вы звали меня?!

Он полу оборачивается к пришедшей девушке с великолепными, толстенными косами, что лежат у нее на груди. Этого достаточно. Дракон на короткое мгновение потерял концентрацию и Вэл упала ему в ноги, как если бы собралась сбить какого-нибудь гиганта.

«Он и есть гигант!»

Превратившись в ящерицу, она проскальзывает между его ног, прямо к сандалиям женщины, что визжит от соприкосновения их тел.

– Мышь! О, Боги! Мышь!

Саламандру заносит и чуть было не отшвыривает обратно. Женские визги, рык, грохот откалываемого камня превращают мир в один сплошной кошмар.

– Куда!!! Куда она подевалась?

Эти слова успокаивают часть ее сознания. Исфандияр страдает дальнозоркостью и совсем не видит того, что происходит у него под носом. Впрочем, это состояние не длится долго. Дворец и не думает помогать ей в ее бегстве: коридору кажутся слишком длинными, извилистыми и бессмысленными. В некоторых она видит только кучи подушек, лежанок, ламп и матрасов, в других золотые столики, стулья и цветастые ковры. В них пахнет дымом кальянов, сладостями, табаком и лимонами.

– Где она?

В какой-то момент ей кажется, что пространство начинает сворачиваться. Это очень похоже на ту магию, что она творила когда-то на земле, сбежав от Сфайрата. Ей кажется, что все повторяется и она уже была здесь в лабиринте с картинами, чеканкой, взмывающими бабочками, разносящими светящуюся пыльцу и птицами, роняющими звонкие перья.

Звонкие?!

Так и есть! Птички живые, но вот крылышки у них не простые, а золотые. Остается догадываться каким образом им удается подниматься в воздух. Вэл бы с удовольствием отрастила пару крыльев, если бы это только было возможным.

– Я вас спрашиваю? Не смей прятать ее от меня!

Это не дворец! Это лабиринт! Это сокровищница в которой нет никого кроме слуг и ничего кроме золота.

– Повелитель!

Вэл вбегает в свою комнату, замирая и не зная, что делать дальше. Если она побежит на балкон, то вновь окажется в гроте, если останется здесь, то создаст тепличные условия для собственного изнасилования.

– Повелитель! Ее никто не прячет. Она всего лишь дев..

– Пшел вон!

Ее сердце испуганно екает стоит только услышать звонкий вскрик, в котором без труда можно узнать голос Йо-Йо.

– Найди мне эту деву! Сейчас же!

Мулик не откликается. Она не слышит стука его обитых золотыми пластинками тапок. Вэл бежит в сад, повторяя про себя, что она не собирается сбежать из дворца, а только от преследующего ее психопата. Стены и купола «верят» ей. Она бросается в корни деревьев, а не попадает в уже ненавистный всеми силами грот. Ее то и дело засыпает землей, придавливает ветвями и опаляет жаром преследующего ее дракона. Он еще не превратился в ящера, но горит и источает жар не хуже хорошо раскаленной печки. Она не понимает, что происходит, точнее:

«Какого черта он так разошелся?!»

Если император (именно с маленькой буквы!) обнаружит ее в таком виде… Ей страшно представить, что будет тогда. Вряд ли он успокоится, сядет и задумается о сохранности редких животных. Кажется, что у всех драконов пунктик на редком, дорогом и штучном товаре. Какие доказательства, что и этот дракон не исключение? Стоит вернуться во дворец и рассмотреть все то, что он насобирал в нем!

– Ты не скроешься от меня!

Помощь пришла неожиданно и откуда не ждали. Вэл ударяется о что-то и ее отшвыривает в сторону, засыпав светящимися камешками и мокрой землей.

– Повелитель мой!

Этот голос принадлежит женщине. Она говорит, нараспев и со знакомыми свистящими интонациями. Ее голос похож на песнь пустыни. Он тих, кроток и наполнен нежными интонациями.

– Я так рада видеть вас!

– Уйди, Шаадия! Не лезь мне под руку!

– Вы не рады мне?

Вэл таится. Она дрожит. Ей страшно. Ее сердце стучит, как бешенное и ей кажется, что это видно невооруженным взглядом. Вэл она зрит и чувствует, как осыпаются мелкие комья земли. Сквозь все более и более истончающуюся пелену такого хрупкого убежища она наблюдает борьбу чего-то золотого со странно закружившейся ночью.

– Я так скучала, господин!

– Уйди!

– Где вы пропадали на этот раз?!

Кажется, что женщина специально отвлекает его на себя. Вэл и хочется, и не хочется надеяться на это. Хотя, она готова пожертвовать своей тайной, но уж никак не здоровьем и не Фэйтом.

– Исфандияр!

Раздается звук похожий на удар хлыста, смешанный с приглушенным звоном колокольчиков. Вэл вздрагивает еще раз. Звук повторяется еще и еще, раздается шипенье и рык, а потом просто стоны и крики женщины. Не надо быть провидцем и гением, чтобы понять, что происходит там – Шаадия отвлекла дракона на себя и остается только догадываться сделала она это специально или все же, потому что действительно истосковалась по нему.