Глава 14

Я открыла дверь и тихо проскользнула в квартиру. В прихожей стояли два чемодана Сони, и я с досадой осознала, что не успела.

Сестра выглянула из ванной комнаты.

— Нина, это ты? — тихо поинтересовалась она, наматывая полотенце на мокрые волосы.

— Соня, ты вернулась? Почему так рано?

— А ты почему без верхней одежды, да еще и так поздно?

Я отмахнулась.

— Не спрашивай! Лучше расскажи, как прошел отпуск?

— Мне не нравится это твое «не спрашивай», — сбивчиво зашептала сестра. — Няню я отправила домой на такси, так что давай, идем на кухню, расскажешь!

Я скинула с ног туфли и поставила сумку на тумбу. Что ж, чем раньше мы с Соней обсудим происшествие на банкете, тем лучше.

— Так почему ты без верхней одежды? — как только мы оказались на кухне, переспросила сестра и впилась в меня острым взглядом.

— Я сбежала с банкета.

— Что значит — сбежала?

— Карпов… он…

Я села за стол и развела руками.

— Что «Карпов»? — наливая воду в стакан, насторожилась Соня.

— Он напился и начал ко мне приставать.

— Приставать?! То есть…

— Он пригласил меня на медленный танец и сказал, что я должна стать его женой.

— Кхм… кхм… — Соня поперхнулась водой и закашлялась. — Но почему женой?! Ты его падчерица!

— Да, падчерица… была ею до смерти мамы. А теперь он хочет, чтобы я подарила ему себя, и в обмен он даст свое имя моей дочери.

— Нашей Тане?! А не охренел ли Герман Алексеевич?!

— Я спросила у него, не слишком ли много он выпил, а он начал угрожать. Сказал, что, если я не соглашусь на его план, он уничтожит нас с тобой. Сказал, что ему раз плюнуть спалить твой магазин, а тебя отправить в тюрьму за махинации…

— Кхм… что-то наш батя совсем с катушек съехал… — Соня озадаченно покрутила пальцем у виска. — Далась ему наша Таня!

— Я не знаю, что делать! Я так боюсь, что ты можешь пострадать! Он же берегов не видит!

— Ладно, не нервничай так… надо подумать.

Отодвинув стакан в сторону, Соня начала расхаживать по кухне.

— Дело в том, Нина, что в понедельник я снова уезжаю, — виновато взглянув на меня, заговорила она. — Сава зовет меня познакомиться с его семьей. Он… он сделал мне предложение и предлагает уехать к нему домой.

Я напряженно сглотнула. Савелий был родом с севера, и, чтобы попасть к нему на родину, надо было лететь на самолете несколько часов.

— Соня, ты же… ты же не думала всерьез о том, чтобы уехать? — кинулась к сестре я.

Она отвела глаза.

— Думала, Нин… Прости меня. Карпов однажды уже сломал мою жизнь, помнишь, тогда, на выпускном? Сава — первый мужчина, с которым у меня все серьезно. Я готова уехать куда угодно, лишь бы с ним, понимаешь?

— А как же мы с Таней? Как мы будем без тебя?!

— Мы… мы могли бы уехать все вместе… Я продам здесь бизнес и открою новый магазин там, откуда Сава родом. В понедельник я отправляюсь на разведку. Прощупать почву, понимаешь? Там не так, как здесь, Нин. У Савы состоятельная семья, но там холодно и другой уклад. Но без Савы мне здесь не жизнь! Мамы нет, и кроме вас с Танюшей меня ничего не держит.

Мысль о Тане ударила током, и я схватила сестру за руку.

— Забери с собой Танюшу! — зашептала сбивчиво. — Забери, умоляю! Не знаю, что на уме у Карпова, но он кружит над ней, будто коршун! Я уверена, он знает, кто ее отец, и дело именно в этом! Сделай это для меня, Сонь! Спрячь мою дочку! Карпов не знает, с кем ты встречаешься, и пока он будет рыть землю, я успею написать заявление об уходе и приеду к вам!

Сестра перестала мерить шагами кухню и несколько мгновений с тревогой смотрела на меня.

— Да… — кивнула наконец. — Да, это можно! Я сейчас же поговорю с Савой. Думаю, он не будет против.

От сердца отлегло. Стало легче дышать. Если все получится, в понедельник Соня и Савелий увезут Танюшу далеко отсюда.

… Все воскресенье мы метались, как сумасшедшие. Собирали Тане вещи, документы, пытались заказать дополнительный билет на самолет. Пришлось сдать билеты, которые Соня и Савелий заказали на понедельник: не оказалось детского авиабилета с отдельным местом. В итоге нам повезло: удалось выкупить три горящих авиабилета на вечер воскресенья.

Потом мы ехали в такси до аэропорта, и у меня глаза были на мокром месте. Я не верила, что Соня уезжает навсегда и увозит с собой мою дочку.

— Мама, мамочка, а ты скоро к нам прилетишь? — Танюша цеплялась за мою шею. Для нее наши сборы больше были игрой, но сейчас, когда оказалось, что нас вот-вот разделит взлетная полоса, она была не готова меня отпустить.

— Скоро, — уверенно кивала я, а сердце рвалось на части.

— Нин, ты не волнуйся, — приободрил меня Савва, когда объявили посадку. — У меня там братья, у них дети Таниного возраста, скучать ей точно не придется. У нас семья большая, дружная. Поможем, чем сможем.

Он протянул руки и забрал у меня Таню.

— Сонь! — я в отчаянии схватила сестру за руку. — Сонь, обещай мне, что с малышкой все будет в порядке!

Она сглотнула ком и бодро кивнула.

— Обещаю, Нина! А ты обещай, что прилетишь к нам, как только уволишься!

— Обещаю… — кивнула я, крепко поцеловала сидящую на руках у Савы дочку и отошла в сторону.

Уже у стойки регистрации Соня обернулась.

— Нин… только без глупостей, ладно? Просто напиши заявление об уходе и уезжай. — Она строго взглянула на меня она.

Я кивнула, и они втроем пошли следом за другими пассажирами.

Я все стояла и никак не могла заставить себя уйти. Правильным ли был мой порыв?

Сердце медленно сгорало в пламени разлуки с дочкой, но почему-то я была уверена, что теперь она в безопасности. Я не проговорюсь, а без моей наводки Карпов долго будет выяснять, куда уехала Соня с ребенком, над которым ему для чего-то понадобилась полная власть.

Будто подтверждая мои мысли, завибрировал мобильник. Я осторожно взглянула на экран и ужаснулась: телефон пестрил пропущенными вызовами от Карпова. Нет, я была не готова говорить с отчимом! Недолго думая, отключила телефон и заторопилась к выходу из аэропорта.

У обочины дороги стояло пустое такси, и я оплатила двойной тариф, чтобы попасть домой.

Медленно поднялась на нужный этаж, открыла ключом внезапно опустевшую квартиру.

Я чувствовала себя жутко уставшей и расстроенной. Я осталась совсем одна — без поддержки Сони, без веселой Танюши.

Сбросив сапоги, прошла на кухню, нашу с Соней гордость. Достала из бара бутылку сухого красного вина и бокал. На подоконнике осталась пачка Сониных сигарет, и я без сожаления щелкнула зажигалкой.

«А ведь Ян мне так и не позвонил», — затягиваясь сигаретным дымом у кухонного окна, с сожалением подметила я. И воспоминания о нашей близости прошлой ночью вдруг стали зыбкими, как и все вокруг. Не ошиблась ли я, доверившись ему? Кто он вообще такой, этот Ян Бисаров?! Блестящий адвокат, гордый правдолюбец, который вернулся в город, чтобы разобраться с махинациями Карпова, или темная лошадка, у которой в рукаве свои козыри? Можно ли верить его обаянию, или он тоже лгал мне все это время?

Я отпила глоток вина, снова затянулась сигаретой и от нечего делать включила телефон.

Таймер показывал начало девятого вечера. От Яна звонков не поступало. Чувствуя себя уязвленной, я начала листать ленту новостей.

В следующий миг, меня будто ошпарило кипятком.

На первых страницах красовалось вчерашнее интервью Карпова на фоне роскошно украшенного банкетного зала. И фото, на котором я изображена в его «отеческих» объятиях. Только на фото это выглядело как объятия влюбленных.

«Господин Карпов признался, что в личной жизни у него много планов. И пункт номер один — это женитьба на любимой падчерице Нине, которая воспитывает его родную дочь. «Мы просто не могли объявить о наших отношениях раньше. Мать Нины погибла в авиакатастрофе, и заявить в тот момент, что Нина ждет ребенка, было бы чудовищным эгоизмом. Мы решили подождать. А теперь час настал. В скором времени Нина и дочка получат мою фамилию» Что ж, пожелаем счастья будущим молодоженам!»

— О, черт!

Прикрыв рот рукой, я отложила телефон в сторону. Было страшно осознавать масштаб заявления Карпова. Он заявил на весь мир, что Танюша — его дочь! Что я забеременела от него, когда мама еще была жива.

По спине пробежала волна противного холода, и меня затошнило.

Сразу стало понятно, почему мне не позвонил Ян. У него был доступ в интернет. Он видел новости еще утром.

Меня затрясло от унижения и отвращения. Как Карпов мог так со мной поступить?! Как теперь будут смотреть на меня люди, с которыми работала мама?! Ее ведь любили в «Эксперте»! А теперь получается, что Нина, подлая дочь, подсидела мать, заманив в постель собственного отчима!

Первым порывом было набрать Яна и все ему рассказать. Он ведь поверит мне! Мне, а не Карпову!

Дрожащими руками я нашла номер телефона Бисарова и нажала на вызов.

— Ты же не звонишь первой, — без приветствия заговорил со мной он. Но в этот раз в голосе сквозило колючее раздражение.

— Ян, нам надо поговорить…

— Знаешь, что я больше всего ненавижу в женщинах, Нина? — перебил меня он. — Я ненавижу, когда мне лгут! Почему вчера ты мне солгала?

— В чем именно?

— Не дури, Нина! За кого ты меня принимаешь? Ты сказала, что твоя дочь не имеет никакого отношения к отчиму!

— Да, это так!

— Ты солгала! А ведь я тебе поверил, Нина! — В голосе Яна звучала горечь разочарования. — Я даже на миг допустил мысль, что у нас с тобой могло получиться! Что это было вчера ночью в моей спальне?! Твоя паника перед свадьбой?! Хотела сравнить, кто из нас лучше?!

— Она не его дочь! — в отчаянии перебила его я. — Это чудовищная насмешка! Еще один шаг, чтобы подорвать доверие ко мне!

— Для чего твоему отчиму эти игры?! Что-то не сходится, милая моя! Если он не отец, в его поступке нет логики, а Карпов всегда просчитывает ходы наперед!

— Вот именно! Пожалуйста, давай встретимся! Мне надо сказать тебе кое-что важное. Это касается твоей семьи!

— Нина, не смей трогать мою семью! Ты не имеешь к ней никакого отношения!

К горлу подкатил колючий ком.

— Пожалуйста, дай мне шанс все объяснить!

— Завтра я буду в «Эксперте» в десять часов утра. У тебя будет всего пять минут, чтобы сообщить мне то, что ты хотела сказать. Постарайся быть в кабинете отчима в это время. Хотя где тебе еще быть? Ты ведь без пяти минут счастливая новобрачная!

В трубке раздался едкий смешок, а потом пошли короткие гудки, и я медленно отложила телефон в сторону.

Рухнув за стол, глоток за глотком я пила вино.

«А может, это и к лучшему, что мы с Яном расстанемся вот так, просто? Встретились и разошлись. Пока еще не так больно рвать связь… Все равно ничего бы не вышло. Нельзя построить отношения на пепле. Не буду я ему ничего объяснять! Напишу завтра заявление об уходе и уеду к Соне. Может, на новом месте меня, наконец, перестанут преследовать кошмары из прошлого?»

В сердце вспыхнула надежда. Сбежать из города вслед за сестрой и начать все с начала на новом месте, где никому нет дела до твоей дочери — разве это плохо?

«А потом Соня и Савелий найдут мне претендента в мужья, только на этот раз все будет хорошо. Да, все будет хорошо…»

Вино закончилось, и я с сожалением посмотрела на опустевший бокал. С вином было приятнее представлять, что все будет хорошо.

Не зная, чем себя занять, кинулась в спальню и начала собирать вещи: самое необходимое на осень и холодную зиму. Остальное можно будет забрать чуть позже, когда улягутся страсти между Бисаровыми и Карповым.

Я включила ноутбук и начала искать билет на самолет.

Сквозь пелену тревоги прорывались обрывки воспоминаний о прошлой ночи с Яном. Его поцелуи, наполненные страстью ласки…

Как же сильно он меня зацепил! Женская сущность во мне сгорала от желания быть рядом с ним. Она отчаянно не хотела лететь на Север, чтобы начинать все с начала рядом с Соней и ее избранником.

«Как я могла влюбиться в Яна?! Зачем впустила его в сердце?!» — кликая мышкой по экрану, сокрушалась я. — Нет, ничего не выйдет. Люди сходятся и расходятся. Мне было хорошо с Яном, и я сохраню воспоминания вчерашней ночи, чтобы иногда доставать их из памяти и украдкой наслаждаться… Дочка и Соня мне дороже».

Свободных билетов было несколько, рейс отправлялся в полдень.

Перед глазами встала Танюша. «Мама, мамочка, а ты скоро к нам прилетишь?»

«Очень скоро», — шепотом пообещала дочке я. Я выбрала Таню и Соню.