Глава 15. Яна

Как и обещала, на следующий день в обед я достала из ящика в трельяже в прихожей запасной ключ от квартиры Егора и отправилась кормить Лиса.

Для меня это было довольно обыденным занятием, потому что за все время, что Исаев жил по соседству, ему часто приходилось ездить в родной город, который находился в трехстах километрах от нашего. Одним днем эти поездки не обходились, так как и он и его родители скучали друг по другу и нуждались в том, чтобы провести вместе побольше времени, поэтому Егора чаще всего не бывало по несколько дней.

Мне было совершенно не сложно помогать ему с Лисом, тем более, что я и сама чувствовала ответственность за кота, поскольку он поселился у Егора по моей вине.

Зайдя в квартиру Исаева, я по привычке первым делом глубоко вдохнула стоявший здесь запах.

Несмотря на то, что последние недели между нами происходило что-то очень странное, мне было так же тяжело без Егора, как и с ним. Мысли о нем не покидали меня ни на минуту, только теперь они казались в разы тяжелее и безнадежнее, чем раньше.

Не успев надышаться его запахом, пропитавшим всю квартиру, я увидела, как из спальни Исаева ко мне неспешно вышел виновник моего здесь появления. Я улыбнулась и поманила Лиса, который будто специально не торопился и на полпути остановился, выставив вперед лапы и отставив пушистый зад, потягиваясь и зевая.

— Ну иди сюда, пушистая морда, – позвала я, и Лис потрусил ко мне, тут же принимаясь бодать ладонь, прося ласки. Я безумно любила этого кота и была очень огорчена, когда выяснилось, что мы не можем оставить его себе.

Я нашла его еще крохотным котенком возле нашего подъезда. Тогда мы гуляли с подругами, и начался ливень, поэтому я спешила домой. Лишь случайно за шумом дождя я услышала какой-то жалобный писк. Оказалось, что под скамейкой приютился весь промокший, чумазый бледно-рыжий комочек.

Разумеется, я не могла оставить его так и, мысленно пообещав себе, что это ненадолго, – я просто его накормлю, помою и выхожу, а потом обязательно пристрою в какую-нибудь хорошую семью, – забрала с собой.

Мои планы разрушились в тот же день. Родители оказались не против оставить котенка себе, но ближе к вечеру мама начала чихать и задыхаться. Из животных у нас очень-очень давно был только хомяк, и я в свое время тяжело перенесла его смерть, а потому мы больше не рисковали никого заводить. Поэтому мы даже не догадывались о том, что у мамы может быть аллергия на кошек.

В панике и не зная, что еще предпринять, я тогда постучалась к Егору и спросила, не сможет ли он на время приютить котенка у себя. Пообещала ему, что буду сама его мыть, покупать корм и давать ему все необходимые лекарства, а потом найду постоянных хозяев.

К чести Исаева, он взял его к себе не задумываясь.

Тот период мне запомнился как один из самых чудесных. Я проводила у Егора почти все свободное время, занимаясь и играя с котенком. Разумеется, много общалась и с самим Исаевым. Носила ему всякие вкусняшки от мамы и тогда же узнала, что и он сам неплохо готовит, так как Егор часто угощал меня своей стряпней. Казалось бы: парень живет один и вряд ли будет заморачиваться насчет готовки, но нет. Исаев умел не только жарить яичницу и варить пельмени, но и на «отлично» справлялся с супами, вторым и даже выпечкой.

Котенок прожил у него около месяца и из-за своей проворности и цвета шерстки стал называться Лисом.

Мы оба настолько к нему привыкли, что Егор уговорил хозяйку квартиры оставить котенка у него дома. К счастью, тетя Галя была женщиной добродушной и к тому же не сильно беспокоилась о состоянии квартиры, поэтому сопротивлялась недолго.

С тех пор Лис и живет у Егора, и я уже, если честно, с трудом могу представить этих двоих по отдельности.

Погладив кота, я первым делом проверила лоток, оказавшийся чистым, и прошла на кухню, чтобы его покормить.

Я никогда не злоупотребляла доверием Егора и не шлялась по квартире в его отсутствие. Во-первых, я уважала его личное пространство, а во-вторых, старалась меньше глазеть по сторонам, боясь ненароком узнать какую-то подробность его интимной жизни. Мне хватило одного раза, когда я, вот так же присматривая за Лисом, выбрасывала пакетик из-под корма в мусорное ведро и случайно увидела там не только упаковку, но и использованный презерватив. С тех пор я, даже просто выкидывая мусор дома у Егора, старалась не смотреть в сторону ведра.

Я проследила за тем, чтобы Лис съел свою порцию жидкого корма, оставила ему немного сухого и, еще раз погладив и пообещав вернуться вечером, отправилась домой.

***

Следующим утром мы с Вадимом занимались тем, что подавали заявления в вузы. Брат решил и дальше изучать экономику и подал заявление на магистратуру в свой университет. Я же отправила документы на направление психологии в несколько вузов – два наших и один, наудачу, в Москву. У меня были неплохие результаты по ЕГЭ, а потому – много шансов пройти на бюджет.

Разобравшись с заявлением, Вадим тут же помчался на встречу с Юлей.

Я же, тоже не желая засиживаться дома, заглянула покормить Лиса и отправилась с девочками в торговый центр.

Мы прошлись по местным бутикам одежды, прикупив себе немного вещей.

— Как с Костомаровым дела? – поинтересовалась Ксюша у Светы, когда мы выходили из очередного магазина.

Та, недовольно цокнув, отмахнулась.

— Нафиг его, душнила. Как начнет что-то рассказывать, так обязательно нравоучительным тоном и полчаса его не заткнешь. Я еще слишком молода для того, чтобы встречаться с дедом.

Мы с Агаповой понимающе улыбнулись друг другу.

— И кто же, по-твоему, тебе подходит? – спросила я.

— Ну-у-у, – подруга мечтательно закатила глаза. – Может, кто-то вроде Кучера.

— Воу, – выдохнула я удивленно.

— Мы с ним на твоем дне рождения неплохо так пообщались, – пояснила Света и горделиво добавила: – И до сих пор переписываемся.

— Ян, извини, я знаю, что вы с ним дружите, но мне кажется, что Денис какой-то мутный, – вдруг заметила Ксюша.

— С чего это он мутный? – возмутилась Родионова.

Агапова пожала плечами:

— Он вроде бы все время где-то рядом, но при этом его почти не видно.

— Да у него, наверное, своя какая-то компания есть, – попыталась оправдать Дениса я. Хотя, если честно, отчасти была согласна с подругой. Особенно меня смущало поведение Кучера в последнее время: его неожиданный интерес ко мне на гонках и редкое появление в компании ребят.

— Мне иногда кажется, что он прибился к Егору с Вадимом только потому что это «Егор и Вадим», – сказала Ксюша, а Света недовольно округлила глаза:

— Ну давай, продолжай убеждать меня в том, что очередной понравившийся парень мне не подходит.

— Да не в этом дело, – начала оправдываться Ксюша. – Я просто говорю, что в нем есть что-то, что может показаться подозрительным, и тебе нужно быть с ним осторожнее…

— Вот как раз познакомлюсь с ним поближе и все выясню…

Пока девочки продолжали препираться насчет Дениса, я отвлеклась от них и, не задумываясь, бросила взгляд на фуд-корт, мимо которого мы в этот момент проходили.

За одним из столиков я заметила Сизову. К счастью, сама она меня не увидела. Девушка сидела в компании какого-то широкоплечего и светловолосого парня, – с моего ракурса не было видно его лица. Но зато довольную улыбку на лице Али я видела прекрасно.

И в самый последний момент, прежде чем мы с девочками отдалились от фуд-корта и повернули за угол, этот парень успел положить ладонь на лежавшую на столе руку Сизовой.

Я резко отвернулась и возмущенно выдохнула.

— Все в порядке? – спросила Ксюша, отвлекшись от спора со Светой и обратив внимание на мое странное поведение.

Слабо улыбнувшись, я кивнула. Мне стало ужасно противно, и поднимать и размусоливать эту тему я не хотела.

Недолго же Аля горевала после расставания с Егором. А строила из себя бог знает кого.

***

Егор пока никак не дал знать о том, что планирует возвращаться, поэтому на следующий день я в очередной раз отправилась кормить Лиса.

Едва я зашла в квартиру Исаева, как кот тут же выскочил мне навстречу, сразу сосредотачивая все внимание на себе.

— Эй, привет, – ласково произнесла я, присев на корточки и погладив предвкушающе мурчащего кота по спинке. – Сейчас мы с тобой будем кушать, да?

Услышав заветное «кушать», Лис тут же улизнул из-под моей руки и побежал в сторону кухни, требовательно помякивая.

Не сдержав улыбки, я проследовала за ним. Достала из холодильника упаковку жидкого корма, выложила в миску, и кот, не теряя ни секунды, тут же принялся его уминать.

— Я кормил его двадцать минут назад.

Я вмиг выпрямилась и обернулась. В проеме кухни, уперевшись плечом в холодильник и скрестив на груди руки, стоял Егор. С мокрой головой и в одном полотенце на бедрах.

Стараясь не смотреть на его покрытый татуировками торс и понимая, что ему прекрасно видно, как я отчаянно мечусь глазами по кухне в попытке задержать взгляд на чем-нибудь другом, я нашла спасение в пустом пакетике из-под корма, который держала в руках, и сконцентрировалась на нем.

— К-как давно ты вернулся? – промямлила я, нервно сминая упаковку. Я не видела Исаева несколько дней, а теперь мне было страшно на него смотреть.

— Полчаса назад, – голос Егора, в отличие от моего, звучал раздражающе спокойно. – Первым делом дал еды этому ненасытному чудовищу, испугавшись, что иначе он сожрет меня, и пошел в душ.

Я кивнула изображенному на пакетике корма коту.

Повисла неловкая тишина. Я собралась с силами, прошла к раковине, под которой стояло мусорное ведро, и выбросила упаковку. После чего повернулась к Исаеву, продолжавшему стоять на том же месте в той же позе и пристально смотреть на меня.

Стараясь изобразить невозмутимость, я хлопнула себя ладонями по бедрам и произнесла:

— Ну, моя помощь в кормлении Лиса больше не нужна… Я пойду, наверное?

— Иди, – просто сказал Егор, даже не шелохнувшись.

И я бы пошла, если бы между мной и выходом из квартиры не находилось препятствие в виде полуобнаженного мужского тела, от одного случайного взгляда на которое у меня начинали потеть ладони.

Я решила, что и дальше стоять посередине кухни в надежде, что Исаев все же посторонится, чтобы пропустить меня, было глупо, а потому направилась в его сторону, рассчитывая, что что-то изменится с моим приближением.

И кое-что действительно изменилось.

Стоило мне подойти к Егору, как он выставил передо мной руку, уперевшись ладонью в стену. Я еле успела остановиться, чтобы не врезаться в нее.

Я чувствовала на себе взгляд Егора, чувствовала жар его тела, чувствовала, как мою щеку обдает его дыханием.

Мы оба застыли на мучительно долгие несколько секунд. Я рвано дышала и не отрывала взгляда от татуировки в виде морды лисы на его предплечье.

— Можешь не провожать, я захлопну дверь, – прохрипела я, тут же пожалев о том, что вообще открыла рот.

Егор молчал, так и не опуская руку. А я пребывала в таком потрясении от его близости, что все мысли смешались…

— Я скучал, – прошелестело над самым ухом.

Я резко выдохнула, сжала ладони в кулаки и зажмурилась.

— Зачем ты так? – прошептала я.

Исаев шумно вздохнул, и волоски на моем виске зашевелились от его дыхания. Даже не открывая глаз, я почувствовала, как он наклонился ко мне.

И коснулся влажными губами моей щеки.

Я испуганно дернулась, распахнула глаза и спустя секунду оказалась прижата к стене, на которую до этого облокачивался Егор.

Теперь ладони парня упирались в стену по обе стороны от меня. Я часто дышала, глядя на его лицо, находившееся от моего в паре десятков сантиметров.

Мне было страшно пошевелиться, чтобы ненароком не коснуться Егора. А он спокойно рассматривал меня с безнадежностью во взгляде.

— Ч-что ты д-делаешь? – еле слышно выдавила я.

Взгляд Исаева остановился на моих губах. Он подался ко мне, и я снова закрыла глаза, отказываясь верить в происходящее и в целом не понимая, зачем Егору все это нужно. Почему он так поступает со мной?

Его губы осторожно коснулись моего лба, переносицы, кончика носа, щек, век, скул, подбородка…

Я замерла, в один миг решив, что мне снится сон. Что на самом деле я не стою на кухне Егора прижатой им же самим к стене, и он не покрывает мое лицо нежными поцелуями.

«Этого не может быть. Это невозможно. Мне все это кажется…» – беспорядочно крутилось в голове.

Горячая ладонь легла на щеку, и моих губ легко коснулись чужие.

Всего лишь на пару коротких мгновений губы Егора едва ощутимо накрыли мои.

Губы Егора Исаева. Накрыли мои.

Продлись это секундой дольше, мои ноги бы подкосились, и я соскользнула бы по стене. Но вдруг все пропало. Окружавший меня жар от тела Егора схлынул.

А мне понадобилось сделать пару глубоких вздохов, чтобы прийти в себя.

Когда я открыла глаза, Исаев уже сидел на стуле возле стола и, опустив голову, пустым взглядом смотрел на ластившегося к его ногам Лиса.

Чувствуя, как от кончиков пальцев по всему телу начинает расползаться лихорадочная дрожь и не произнеся ни слова, я метнулась прочь из кухни и из квартиры Егора. Кажется, я слишком громко хлопнула дверью, но не придала этому значения, поскольку торопилась как можно скорее оказаться дома.

Едва попав в свою комнату, я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Кожа в тех местах, где ее касались губы Егора, нестерпимо горела, руки тряслись, а грудь сдавливало от тяжелого дыхания.

В попытке прийти в себя, я не сразу вспомнила, что дома помимо меня есть еще один человек – мой брат, который стал свидетелем моего панического бегства. И дошло это до меня только после того, как он постучался:

— Янчик, что случилось?

Я закрыла рот ладонью, стараясь заглушить судорожные вздохи. С трудом сглотнула и, убрав руку, сдавленно произнесла:

— Живот скрутило.

— Тогда почему ты…

— Вадим, можешь дать мне пять минут?

За дверью стало тихо.

— Ладно. – Видимо, брат задумался над моей просьбой, но пришел к выводу, что беспокоить меня все же не стоит.

Как только звук шагов Вадима удалился в сторону его комнаты, я тихо выдохнула, после чего спрятала лицо в ладонях и сползла вниз по двери, все еще отказываясь верить в произошедшее.