Глава 26. Егор

Прошло три дня с поездки на дачу к Макаровым. Я почти никуда не выходил и ни с кем не общался, так как на меня свалился трудоемкий и дорогой проект. К тому же, заказчик оказался из тех, кого сначала все устраивает, и ты продолжаешь работать дальше, а спустя время тебе приходит два десятка правок по первой задаче, и ты вынужден без конца возвращаться к исходной точке. Я имел неплохой опыт сотрудничества с подобными заказчиками и знал к ним подход, но все равно это сильно выматывало и порой раздражало, поэтому я хотел разобраться с этим проектом как можно быстрее.

Наконец отправив согласовывать очередной вариант, на подготовку которого у меня ушло полдня, я потянулся и взглянул на часы. 22:17. Сегодня я точно больше работать не буду.

Я сходил в душ, подумывая о том, чтобы лечь раньше, так как глаза болели от долгой концентрации, а голова ничего не соображала после мозгового штурма.

Помывшись, я покормил Лиса и подхватил оставленный на кухонном столе мобильник. На нем светилось сообщение от Яны. Я улыбнулся. Все-таки она чудесная. Узнав о том, что я занят работой, она пообещала меня не беспокоить без причины, и лишь ждала когда я напишу первым или же интересовалась ближе к вечеру, как прошел мой день. Я знал, что она проверяет, все ли у меня в порядке, по тому, онлайн я или нет, поэтому старался мелькать там как можно чаще, таким образом давая понять, что переживать не стоит.

Но это сообщение сбило меня с толку и даже заставило немного обеспокоиться.

Яна: «Егор, ты дома?»

Я: «Да»

Яна: «Ты занят?»

Я: «Уже нет, только что закончил работать. А что такое?»

Яна: «Можно к тебе зайти?)»

Я: «Конечно!»

Уже спустя пару минут ко мне постучали и, открыв, я увидел на пороге Яну – такую уже привычно очаровательную в этом своем костюме с кошачьими лапками.

Пропустив девушку внутрь и закрыв за ней дверь, я спросил:

— Все в порядке?

Яна прислонилась спиной к стене и подняла на меня неуверенный взгляд.

— Вадим с Юлей уехали на всю ночь, и я одна и… – Она немного помялась. – Я соскучилась.

Я притянул ее к себе и обнял:

— Малышка, я тоже скучаю. Но чем быстрее я разберусь с этим проектом, тем больше времени мы сможем потом проводить вместе. – Я хмыкнул. – Я даже на мотике эти дни не гонял, представляешь?

Яна с таким рвением прижалась ко мне, что я всем телом прочувствовал степень ее тоски.

— Сегодня весь день про тебя думала, – пробормотала она мне в грудь.

— Что же, если не секрет?

— То, что если раньше мне достаточно было просто тебя видеть, то теперь мне необходимо тебя чувствовать.

— Эй. – Я обхватил ее лицо ладонями и заставил взглянуть на меня. Невероятно. Как глаза могли быть одновременно грустными и счастливыми? – Если вдруг ты почувствуешь себя одиноко, то можешь писать, звонить и приходить ко мне в любой момент, слышишь? – Я нежно поцеловал ее, и Яна заметно расслабилась. Заметив на ее губах намек на улыбку, я улыбнулся в ответ: – Ты не голодна?

Мелкая покачала головой, не отрывая от меня влюбленного взгляда. Не понимаю, чем я заслужил, чтобы на меня так смотрели…

— Если хочешь, можем кино какое-нибудь глянуть.

Яна думала совсем недолго прежде чем скромно кивнуть.

Я взял ее за руку и провел в свою спальню. Пока я доставал из шкафа вторую подушку и устраивал на постели, Яна успела приласкать подошедшего к ней Лиса.

— Что будем смотреть? – поинтересовался я, включая телевизор. – Что-нибудь страшное? Смешное? Драматичное? Или романтичное? – Я с хитрой ухмылкой покосился на Яну, которая улеглась на кровати вместе с котом.

— Романтично-драматичное, – улыбнулась она.

Я принялся листать список фильмов в похожем жанре. Остановившись на «Моей вине», вопросительно взглянул на гостью.

— Серьезно? – Ее брови удивленно поползли наверх. – Ты будешь со мной это смотреть?

— Ради тебя – все что угодно, – со всей искренностью ответил я.

Янина улыбка стала такой очаровательно-смущенной, что я чуть не кинулся целовать ее.

— Давай «Мою вину».

Я включил фильм и двинулся к постели:

— Насмотримся на красавчика Гевару.

Мелкая засмеялась:

— Не знала, что ты к нему неровно дышишь.

— О-о-о, тебе еще много чего предстоит обо мне узнать, – многозначительно заявил я и устроился полусидя на соседней подушке. – Например, то, что я страшный собственник и не потерплю дележки своей девушки с каким-то пушистым прохвостом. – Я потрепал по голове лежавшего на животе Яны кота и тот недовольно на меня зыркнул. – Серьезно, Лис, время прогуляться. – Я подтолкнул его, вынуждая спрыгнуть с Яны и с высокомерным видом двинуться прочь из спальни.

— Зачем ты так? Меня бы на всех хватило, – шутливо возмутилась Яна, на что я приобнял ее за плечо и привлек к себе.

— Ну уж нет. Ты нужна мне полностью, с головы до ног. – Мелкая устроилась у меня на груди, и я вдохнул исходивший от нее аромат сливок и зеленого чая, теперь казавшийся мне самым невероятным на свете.

Я продержался минут десять от начала фильма, прежде чем возобновить разговор с Яной. Честное слово, общаться с ней мне было гораздо интереснее, чем смотреть на Гевару.

— Так куда Вадька с Юлькой поехали? – спросил я.

— Он сказал, что в клуб.

— Значит, это надолго…

— Лишь бы только не съел опять чего по пути и его откачивать не пришлось. Болеющий Вадим – это пытка.

Я усмехнулся.

— Ты с ним после дачи не разговаривал? – вдруг спросила Яна.

— Нет, а должен был?

— Мы говорили с ним по поводу нас… С тобой.

Я напрягся.

— И к чему пришли?

— Он сказал, что не против того, чтобы мы встречались, но придушит нас, если мы рассоримся.

У меня вырвался тихий смех.

— Я же говорил, что он остынет.

Я принялся осторожно поглаживать плечо Яны, и тут же улыбнулся, почувствовав, как на ее коже под моими пальцами проступили мурашки.

— Все хорошо? – тихо спросил я.

— Угу, – промычала она и теснее прижалась ко мне.

Мы пролежали так еще некоторое время, наблюдая за происходящим на экране. Не знаю, как Яна, но я мало вникал в суть фильма, больше сосредоточившись на том, чтобы незаметно приподнять край ее майки и начать гладить поясницу.

Мелкая тяжело задышала и принялась водить пальцами по моему животу.

Сейчас, сам спровоцировав ее, опьяненный ее запахом, чувствуя пальцами ее нежную кожу и ощущая, как она ласково и робко выводит на мне узоры, я не знал, кому молиться, чтобы у меня не случился стояк. Потому что мой пах располагался между Яной и телевизором, и девушка не смогла бы его не заметить.

Я запустил средний палец примерно на фалангу под резинку ее штанов и провел под ней по всей ширине поясницы.

Яна чуть прогнулась в спине и рвано вздохнула, а я, услышав это, замер, все же почувствовав, как к низу живота начало скатываться возбуждение.

— Ты не против, если мы ляжем немного по-другому? – выдавил я.

— Конечно.

Яна привстала на локте, давая мне возможность повернуться набок. Я подумал о том, чтобы попросить ее лечь ко мне спиной и приобнять, но стоило мне открыть рот, как Яна легла на подушку лицом ко мне.

Я улыбнулся тому, как пристально она меня рассматривала.

— Думаешь, так будет удобнее? – Я попытался перевести все в шутку, но вмиг посерьезнел, заметив в глазах Яны то, чего никогда не видел в них раньше. Увиденное одновременно меня насторожило и возбудило еще больше.

Яна не ответила на вопрос, а лишь перелегла ближе. Я позволил себе смелость вновь положить ладонь ей на талию. Никогда бы не подумал, что нахождение девушки в такой интимной от меня близости будет вызывать во мне настолько смешанные чувства: робкую неуверенность и страстное желание ее поцеловать.

Хотя… Подобное со мной уже бывало, но уже очень давно, и все эти годы я старательно глушил в себе даже отдаленно похожее смешение чувств.

И то, что сейчас они стали возобладать над разумом – сбивало с толку еще больше и делало из меня не опытного в интимных вопросах парня, а кроткого боязливого мальчишку.

Все, что я сейчас мог себе позволить – это придерживать Яну за талию и с трепетом наблюдать за тем, как она, не отрывая взгляда от моего лица, касается моей щеки и обводит кончиками пальцев линию скулы и подбородка.

А затем медленно приближается и целует меня. Первая.

Пусть это было осторожно и ненавязчиво. Пусть прикосновение ее губ к моим больше походило на дыхание. Но это легкое прикосновение вселило в меня уверенность, и я осмелился поцеловать ее в ответ.

Осмелился. Егор Исаев осмелился поцеловать девушку. Уму непостижимо.

Наш поцелуй из невесомых касаний превратился в нежную ласку, постепенно перерастающую в нечто более чувственное и жаркое. Мои пальцы впились Яне в талию, и я плотно прижал ее к себе, вместе с этим по-собственнически исследуя языком рот. Яна же запустила пальцы мне в волосы и отвечала с такой страстью, будто испытывала жажду, которую способен утолить только наш поцелуй.

Я привстал и подался к ней, вынуждая лечь на спину, и навис, не отрываясь от губ. Опираясь одной рукой о подушку, второй я принялся гладить Янины бедра, талию, коснулся груди и чуть сжал, вместе с этим поймав сладкий стон девушки.

Фильм оказался успешно забыт, мы с Яной оказались полностью сосредоточены друг на друге.

Она гладила мою шею и цеплялась за плечи в попытке притянуть к себе еще ближе, хотя это было уже физически невозможно.

Запустив руку ей под майку, я понял, что начинаю терять контроль. Я резко прервал поцелуй и немного отстранился от Яны, продолжая нависать над ней.

— Чем дальше мы будем заходить, тем меньше шансов на то, что я смогу остановиться, – прохрипел я, тяжело дыша и вглядываясь в ее осоловелые от возбуждения глаза. – Если ты сейчас не готова…

Она обхватила мое лицо ладонями, притянула к себе и прошептала прямо в губы:

— Я хочу этого, Егор… И хочу, чтобы это был только ты…

Я не дал ей продолжить, вновь впиваясь поцелуем и чувствуя, как мне окончательно сносит крышу от ее протяжного стона.

За губами последовали скулы и шея. Приподнявшись, я стянул с Яны майку, чтобы получить доступ к плечам, ключицам и груди. Я неоднократно видел ее в купальнике, но этот кружевной бюстгальтер…

Оттянув одну чашечку, я припал губами к соску, и Яна выгнулась мне навстречу, впиваясь ногтями в спину.

— Егор, – выдохнула она, и я застонал от нетерпения и желания как можно скорее оставить ее без одежды и заставить не просто шептать, но кричать мое имя.

Не обделив вниманием и второй сосок, свободной рукой я нырнул под Яну и расстегнул застежку лифчика, после чего стянул его и, не глядя, отбросил в сторону.

Такая бесконечно нежная и идеальная…

— Яна, – то ли проскулил, то ли взмолился я и снова поцеловал ее в губы, вместе с этим лаская и сминая ее грудь.

Несмотря на то, что вся кровь от головы схлынула в паховую область, жалкими остатками здравомыслия я хватался за мысль о том, что я у Яны первый и должен держать себя в руках. Срань господня, да я никогда не имел дела с девственницами.

Осторожно, бережно, заботливо…

Я куснул ее за губу и оттянул зажатый между пальцами сосок, заставив Яну ахнуть.

Контроль, Исаев, контроль! У нее нет опыта, ты должен быть внимательным…

Я снова начал покрывать поцелуями ее грудь, втянул губами сосок и обошелся с ним точно так же, как пару секунд назад с ее нижней губой. Тело Яны дернулось от, я знал, прострелившего все ее конечности электрического разряда.

Я едва не матернулся от нетерпения.

Поднявшись, я потянул резинку штанов и помог Яне их снять.

— Как же я мечтал избавить тебя от этого костюма, – пробормотал я, гладя девушку по бедрам и талии и наслаждаясь видом ее форм.

Такая совершенная…

Где были мои гребаные глаза все эти годы? Как я не замечал это воплощение женственности, хрупкости и безукоризненности, находившееся все это время рядом со мной?

Я стянул свою футболку, и Яна вдруг приподнялась и коснулась ладонями моего живота. Я застыл. Она передумала и решила остановить меня, поняв, насколько все далеко заходит?

Всмотревшись в ее лицо и ища там отголоски сомнения, я почувствовал лишь, как моя спина покрылась мурашками от бесконечного восхищения во взгляде Яны.

Она обводила кончиками пальцев мой пресс, гладила мою грудь и… У меня перехватило дыхание, когда она наклонилась и принялась целовать мои татуировки.

Ее прикосновения были до темноты в глазах неспешными и нежными, и я закусил губу и задрал голову к потолку, глубоко дыша и собирая все силы, чтобы удержаться и не подхватить ее, не сорвать с нее трусики и не покончить уже с этой пыткой.

Осторожно. Бережно. Внимательно.

И пускай сейчас я был чертовым богохульником, но каждый Янин поцелуй подобен поцелую ангела. Каждое ее легчайшее поглаживание моей кожи походило на прикосновение кого-то, кто точно не принадлежал этой пропитанной пороками и грязью планете.

— Яна, – глухо прорычал я, опустил голову и встретился с ее горящим взглядом.

— Я могу прикасаться к тебе, – неверяще прошептала она, и у меня перехватило дыхание. Она погладила мои плечи. – Могу целовать тебя. Могу быть с тобой.

С трудом сглотнув, я прохрипел:

— Ты можешь делать со мной все что захочешь.

Возможно, мне только показалось, и это был всего лишь случайный блик в ее глазах, а не слезы. Яна обняла меня за шею и тихо произнесла:

— Я просто хочу любить тебя, Егор. Открыто, не прячась и не боясь последствий.

В ее голосе было столько смешанной со счастьем горечи… И я почувствовал себя самым последним ублюдком на Земле из-за того, что все это время лишал эту невероятную девушку, смотревшую сейчас на меня с таким искренним благоговением, всей той взаимности, которую она заслуживала.

Я обхватил ее за талию и крепко прижал к себе.

— Не бойся и не прячься. Я весь твой. Я весь принадлежу тебе, – сказал я и поцеловал ее.

Яна казалась частью меня – продолжением моих действий и чувств. Что бы я ни делал – она безропотно откликалась и поддавалась на все мои телодвижения. И сейчас я опустил ее спиной на кровать и, обведя ладонями изгибы тела, на мгновение остановил пальцы на резинке ее трусиков, а Яна тут же приподнялась и позволила стянуть их.

В очередной раз уделив несколько незабываемых секунд изучению ее великолепного тела глазами, я уступил место губам.

Начал с шеи и принялся медленно спускаться. На уровне груди я с немыслимым трудом оторвался от ее головокружительно возбуждающе пахнущей кожи и прошептал:

— Яна, ты невероятная.

Ее тело подо мной взволнованно встрепенулось.

Я продолжил едва ощутимое путешествие по коже, не касаясь, но обдавая ее горячим дыханием и шепча:

— Ты – лучшее, что случалось в моей жизни.

Живот девушки начал часто и мелко вздыматься, когда я своим шепотом добрался и до него:

— Самая красивая. – Я скользнул ниже. – Самая нежная. – Еще ниже. – Самая сексуальная…

Яна тихо и до безобразия сладко застонала. А я оказался уже между ее ног и, прошептав:

— Я никогда и никого не хотел так сильно, как тебя, – коснулся губами ее внизу.

Стон Яны стал громче, и я не удержался и вторил ей, наслаждаясь ее вкусом и реакцией ее тела на меня. Она была уже такой влажной, боги…

Впившись пальцами в бедра, я жадно собирал языком все ее возбуждение.

— Какая же сладкая… – выдохнул я и, обхватив губами клитор, принялся его посасывать.

Яна вскрикнула и зарылась пальцами мне в волосы. Ведомая шестым чувством или инстинктами, не знаю, – но она вела себя так и делала именно то, чего я от нее желал. Извивалась, стонала, подавалась ко мне бедрами, оттягивала мои волосы.

— Да-а-а, малышка, – протянул я, оставив в покое ее набухший клитор и проведя пальцами по половым губам, смачивая их во вновь проступивших соках. – Я хочу слышать, как громко и с каким жаром ты поешь.

— Егор, – жалобно всхлипнула Яна.

Взглянув исподлобья и поймав ее полный мольбы взгляд, я медленно ввел в нее средний палец.

Яна запрокинула голову, жадно хватая ртом воздух.

— Вот так, – довольно произнес я, продолжая неторопливо двигать рукой.

Едва не кончая от одного только ощущения полной власти над ней, в следующий раз я ввел уже два пальца.

— О боже, – судорожно вздохнула Яна и, отпустив мои волосы, схватилась за покрывало.

Продолжая движения, я наклонился и снова принялся ласкать ее языком.

Я знал, как доставить удовольствие партнерше, но зачастую не сильно церемонился. Если я хотел девушку, то добиться взаимности и завести ее не составляло труда. И будь на месте Яны сейчас другая, я бы не стал тратить время на долгие прелюдии, а уже достал бы презерватив и приступил к делу.

С Яной же все, буквально все было иначе. Я старался быть аккуратным, сдержанным. Мне хотелось, чтобы свой первый раз она запомнила как нечто страстное, но в то же время полное ласки и бережного отношения. Я сам волновался не меньше, понимая, какого уровня на мне ответственность.

Это не случайная интрижка после гонок. Это не быстрый перепихон в баре.

Это Яна. Моя Яна. И мысль о том, что она настолько сильно мне доверяла, что позволила стать ее первым, доводила до исступления.

— Е-Егор… – выдохнула она, и по ее напрягшимся бедрам я понял, что Яна близка к разрядке.

Улыбнувшись про себя, я отстранился и замедлил движение рукой. Подняв глаза, пересекся с расплавленно-раздосадованным взглядом Макаровой. Продолжая смотреть на нее, я показательно вытащил два пальца и облизал их.

Чайные глаза Яны вспыхнули смущением, и она прикрыла их ладонью.

— Егор, господи… – застенчиво пролепетала она.

Приподнявшись и оказавшись вновь рядом с ее лицом, я томно произнес:

— Тебе нечего смущаться. Ты невероятно вкусная…

— Перестань. – Яна поднесла к лицу вторую ладонь, а я не удержался от тихого смеха и принялся целовать ее руки, пока она не убрала их и не открыла для поцелуя губы. Посвятив им еще некоторое время, я потянулся к тумбочке у постели и вытащил из верхнего ящика пакетик с презервативом.

Заметив, что Яна чуть напряглась, сколь бы я не противился сам себе, все же решил уточнить:

— Ты уверена?..

— Да, – поспешно ответила Яна и слабо улыбнулась.

Сняв штаны и боксеры, я принялся надевать презерватив. Пальцы непослушно подрагивали от волнения и нетерпения.

Устроившись между ног Яны, я наклонился к ней, мягко поцеловал и прошептал в губы:

— Я буду осторожен.

Яна слабо покивала.

Я взял ее ладони и уложил на подушке, переплетая наши пальцы.

Сначала вошел совсем ненамного, помогая ей привыкнуть к ощущениям.

Затем начал едва заметно двигать бедрами, всматриваясь в ее лицо и отслеживая малейшие реакции.

Отметив, что Яна снова напряглась, я склонился и принялся целовать ей шею, помогая расслабиться. Стоило ее телу самую малость обмякнуть, как я толкнулся сильнее и, отстранившись, замер, глядя на нее.

Яна еле слышно заскулила и прикусила губу.

— Как ты? – обеспокоенно спросил я.

— Все хорошо, – она улыбнулась.

— Только не притворяйся…

Яна сжала мои пальцы.

— Правда, все хорошо.

Я поцеловал ее и начал медленно двигаться.

— Ты обалденная, – вырвалось у меня. Нужно быть идиотом, чтобы не признать это, почувствовав ее внутри.

Мне не хотелось применять подобные слова в отношении Яны, но она была такой… узкой. И так туго обхватывала меня…

Я освободил одну руку и положил большой палец на ее нижнюю губу. Яна тут же обхватила его и начала посасывать, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. Я едва не взвыл от удовольствия, которое мне доставляло одно только это зрелище.

Отпустив вторую руку, я взялся за ее бедро и чуть приподнял, чтобы оказаться глубже.

Мне так хотелось войти в нее полностью, увеличить темп, взять ее за шею… Чтобы кровать ходила ходуном, а Яна кричала от наслаждения и хваталась за покрывало, подушку, за все, что попадется под руку, в предвкушении головокружительного финала.

Но это в другой раз, обязательно.

Я убрал палец у нее изо рта и помог еще немного приподнять бедра.

При смене положения по комнате начал разноситься характерный влажный звук, и Янин взгляд сначала стал удивленным, а затем – смущенным. А щеки… Как же охренительно порозовели ее щеки…

Я довольно ухмыльнулся и позволил себе наглость немного ускориться, чтобы так смутивший ее звук стал громче и явственнее. Она не понимала… Не знала о том, что этот звук – один из лучших, которые мог бы слышать мужчина.

У нас впереди много времени. Я научу ее всему. Со мной она перестанет стесняться и будет получать настоящее удовольствие.

Смоченным ее же слюной пальцем я коснулся клитора и начал его ласкать.

Яна прикрыла глаза и застонала.

— Пой, малышка, не стесняйся, – подбодрил я и активнее задвигал рукой.

Янина голова запрокинулась, губы приоткрылись, и ее стон стал громче.

— Да-а-а, – выдохнул я, любуясь безупречными изгибами извивающегося подо мной тела. Она была такой пластичной, как я и представлял.

Краем сознания я поймал мысль о том, что не стоит в первый раз мучить ее слишком долго, хотя я готов был посвятить ей всю сегодняшнюю ночь, утро, день…

Закинув ноги Яны себе на плечи, чтобы оказаться еще немного глубже, и вернувшись к стимуляции пальцем, я сосредоточился на том, чтобы довести нас обоих до финала.

— Давай, Янчик, кончи для меня, – произнес я и поцеловал ее лодыжку.

Я сделал пару резких движений и прикрыл глаза, наслаждаясь Яниными вскриками. Она вцепилась ногтями мне в бедра, притягивая ближе к себе.

— Егор, да… О боже… Да… – задыхаясь, лепетала она.

Когда ее глаза закатились, а внизу все сжалось, я зарычал и, уже не сдерживаясь, наклонился вперед, заходя глубже и заставляя Яну изогнуться больше, сделал еще несколько мощных толчков и под ее восхитительно-мелодичные крики испытал такой феерический оргазм, что перестал дышать и потерял связь с реальностью на добрых секунд пять.

Шумно выдохнув и проморгавшись, сквозь упавшую на глаза мокрую челку я посмотрел на Яну. Ее хвост разболтался и выскользнувшие из него волосы разметались по подушке. Яна тяжело дышала с приоткрытым ртом и смотрела не то на меня, не то сквозь меня расфокусированным взглядом. Только сейчас я понял, что, увлекшись процессом, не вышел из нее, прежде чем кончить. Не припомню, чтобы до этого хоть раз позволял себе подобную оплошность. Хвала богам за то, что на мне презик…

Я осторожно опустил Янины бедра и наконец вышел из нее, а затем прилег рядом на локте и убрал налипшие ей на лицо волоски.

— Ты как? – прошептал я.

Яна, глядя все еще куда-то вверх, протяжно вздохнула, медленно повернула голову ко мне и улыбнулась так блаженно и ласково, что мое еще не успокоившееся сердце пару раз взволнованно встрепенулось, сбиваясь с ритма.

— Лучше, чем когда-либо, – ответила Яна. Я потянулся к ней и нежно поцеловал в губы, а затем, отстранившись, усмехнулся. Мелкая, все еще улыбаясь, чуть нахмурила брови. – Что?

— Сегодня мы на солнце не были, – заметил я.

— И что это значит?

— А то, что твой нос опять покраснел. Да еще и поярче, чем в прошлый раз. – Яна перестала улыбаться, а я, наоборот, рассмеялся и легонько щелкнул ее по этому самому носу указательным пальцем. А затем наклонился к губам и шепнул: – Кажется, теперь я знаю, как определять, действительно ты кончила или нет. – Не позволив уже насупившейся Мелкой возмутиться, я принялся ее целовать.