Глава 25. Яна

У папы был день рождения, поэтому мы снова поехали на дачу.

Спустившись вместе с Вадимом к парковке, я обнаружила только Пулю.

— А где Егор? Я думала, он с нами поедет – папа же приглашал его.

— Не знаю. Он передо мной не отчитывается.

Его ответ был настолько резким, что я оторопело застыла, глядя на то, как Вадим устраивается на мотоцикле.

— Что случилось?

— Все в порядке, – не глядя на меня, сказал брат и надел шлем.

Чувствуя, что что-то не так, я все же села с ним, решив оставить все вопросы на потом: вдруг Егор уже на даче, и мои переживания окажутся напрасными.

Но когда мы приехали, мотоцикла Исаева не было и там. Я стянула шлем и с досадой посмотрела на пустующее место под навесом у калитки, где Егор обычно оставлял Босса.

— Приехали, слава богу! – Мама вышла нам навстречу и принялась обнимать меня. Я рассеянно приобняла ее в ответ.

— А Егор не приедет?

— Как же не приедет? Обещал, – изумилась мама и ринулась обнимать припарковавшего Пулю Вадима.

Я заглянула в мобильный и обнаружила, что Исаев был в сети сегодня рано утром. Я не стала дергать его, решив подождать. Подняв глаза от телефона, обнаружила с недовольством покосившегося на меня Вадима. Но он не дал мне возможности ничего сказать, так как последовал за мамой в дом.

Мама расспросила Вадима о Юле, которая не смогла приехать из-за того, что у ее бабушки сегодня тоже день рождения, а я не переставая думала, куда пропал Егор и почему Вадим так остро реагирует на любые упоминания о нем.

Поздоровавшись с папой и вручив ему подарок, я прошла на кухню, чтобы помочь маме накрывать на стол.

— Яночка, ты чего такая грустная? – сразу поинтересовалась мама когда я устроилась за столом.

— Все хорошо, просто не выспалась, – постаралась искренне улыбнуться я.

— Вадька там дома не хулиганит? – Мама поставила передо мной тарелку с овощами для резки.

Я подумала о позавчерашнем вечере-сюрпризе, устроенном им для Юли и невольно усмехнулась:

— Он у нас как всегда…

Меня заставил замолчать приближающийся рев мотора. Я посмотрела в окно, выходившее на дорогу, и облегченно выдохнула, увидев подъезжающего к дому Босса.

— А вот и Егор! – радостно оповестила мама, тоже выглядывая наружу. – Пойду встречу.

Он приехал. С ним все хорошо. Я его увижу…

Я постаралась сконцентрироваться на нарезании овощей, чтобы унять внезапно возникшую в руках дрожь.

Я слышала, как Егор с мамой прошли в зал и как он поздравил папу с днем рождения.

Мама вернулась на кухню.

— Ну все, мальчишки занялись автомобильной болтовней, – заявила она.

Я немного расстроилась оттого, что Егор не подошел поздороваться, поэтому поспешно дорезала и заправила салат и понесла его в зал, где стоял накрытый стол. Только зайдя туда, я тут же заметила Исаева, что-то оживленно обсуждавшего с папой.

— Привет, – привлекла я к себе внимание.

Оглянувшись на меня, Егор широко улыбнулся, и мне сразу стало тепло и спокойно.

— Привет, Янчик! – Исаев, перед тем, как встать, бросил быстрый взгляд на Вадима, сидевшего чуть поодаль, с хмурым лицом уткнувшись в мобильный.

Егор приблизился ко мне, обнял и поцеловал в висок. Когда он отстранился, я принялась его рассматривать и обнаружила темное пятно на скуле, похожее на синяк.

— Что это? – встревоженно поинтересовалась я.

— Фигня, – отмахнулся Егор. – Крутил шуруп на багажнике и деталь отлетела.

Я неверяще нахмурилась.

— Брось, правда ерунда. – Исаев мягко улыбнулся, коснувшись моего плеча.

— У меня все готово! – В зал зашла мама с большой тарелкой дымящихся штрудлей с курицей и картошкой.

Весь обед я внимательно следила за Вадимом и Егором. Обычно разговорчивые и перекидывающиеся шутками парни, казалось, избегали даже смотреть друг на друга. Исаев старался быть общительным и дружелюбным, но беседовал в основном с родителями и со мной.

Вадим же предпочитал молчать и переписываться с кем-то в телефоне. Мама сначала пыталась вовлечь его в общую беседу, но, поняв, что это бесполезно, махнула рукой, решив, что, если он захочет, сам присоединится.

Чуть позже мы с мамой отправились на кухню мыть грязные тарелки и готовить все к чаю.

Она взглянула на часы и вдруг всплеснула руками.

— Господи! Совсем забыла, что обещала Юдиным сыр домашний отдать! А они домой скоро уезжают… – залепетала она и полезла в холодильник. Выудив оттуда завернутую в целлофан голову, присыпанную зеленью, мама умоляюще посмотрела на меня: – Янчик, ты шустрая, сбегаешь к ним? Или Вадьку попросить…

— Зачем пешком? Я могу отвезти.

Мы с мамой одновременно повернулись к двери, где, прислонившись плечом к косяку, стоял Исаев.

— Ой, Егор, ты так сильно выручишь! Лишь бы только они не уехали уже.

Мама принялась суетиться, доставать пакеты и заворачивать в них сыр. Я же снова взглянула на Исаева, который с лукавой улыбкой смотрел на меня. Он явно что-то задумал, но спрашивать, тем более, в присутствии мамы, я не решилась.

Когда мы вышли с ним из дома и двинулись к Боссу, я поинтересовалась:

— Ты рассказал Вадиму, да?

Егор, устроившись на мотоцикле, покосился на меня.

— Рассказал.

— Поэтому он весь день такой, – заметила я, усаживаясь позади и придерживая одной рукой пакет с сыром.

— Ничего, отойдет, – сказал Егор и завел двигатель.

Дорога до дома Юдиных была совсем недолгой, а на мотоцикле так и вовсе заняла полминуты. Мы успели вовремя, так как они уже грузились в машину, собираясь уезжать.

Отдав сыр, я вернулась к Боссу. Когда Егор вновь завел двигатель, я рассчитывала, что сейчас он развернется, и мы поедем обратно. Но Исаев вдруг дал газу и поехал в противоположную сторону.

— Куда мы? – попыталась я перекричать рев мотора и шум ветра.

Егор повернул голову вбок.

— Ты мне доверяешь? – донеслось до меня.

— Да! – крикнула я, и Егор кивнул, снова повернувшись к дороге.

Мы выехали к краю поселка и пруду, в котором в прошлый раз купались вместе с Вадимом и Юлей.

Сейчас пляж пустовал, и Исаев, осмотревшись, покатил мотоцикл в сторону ближайших густых кустарников, которые чаще всего использовались как место для переодеваний.

Егор припарковался на небольшой тропинке между двумя кустами и заглушил двигатель.

— Можно попросить тебя встать? – спросил он.

Я, пребывая в недоумении, поднялась с мотоцикла.

Егор сдвинулся назад, а затем, взглянув на меня с такой многообещающей улыбкой, что меня пробрала дрожь, похлопал по освободившемуся месту перед собой:

— Садись. Спиной ко мне, – уточнил он.

Я удивленно взглянула на парня, но он лишь ждал выполнения его просьбы.

Не задавая вопросов, я сделала как он сказал. Руки Егора тут же обвили мою талию, и он плотно прижал меня к себе. Так резко, что я ахнула.

Я почувствовала дыхание Егора на щеке, и он прошептал мне на ухо:

— Ты сказала, что доверяешь мне.

— Да… – выдохнула я. Он осторожно дотронулся пальцами до моей шеи и убрал волосы.

— Значит, ты позволишь мне делать с тобой все, что я посчитаю нужным? – На этот раз Егор коснулся моего уха губами. Он мягко прикусил мочку, и я судорожно вздохнула:

— Но ты же…

— Что? – тихо спросил он, опускаясь к шее и опаляя ее жаром.

— Ты же не собираешься…

— Что не собираюсь?

Егор едва ощутимо коснулся языком моей кожи, и она вновь покрылась мурашками. Видимо, заметив это, парень ухмыльнулся.

— Прямо здесь… – шепнула я, теряя голову от его едва ощутимых, но отдающихся предвкушающим трепетом в каждой клеточке тела прикосновений.

— Именно это я и собираюсь, – низким голосом произнес Исаев, и я почувствовала, как он принялся расстегивать ширинку на моих шортах.

Я часто задышала, когда его пальцы проникли под резинку трусиков.

— Егор, – одними губами произнесла я, прикрыла глаза и уронила голову назад, ему на плечо. Пока одна его рука неспешно ласкала меня внизу, второй он взял меня за подбородок и повернул к себе.

Распахнув глаза, я посмотрела на его лицо. Такое красивое и такое любимое…

— Ты же не против? – прошептал он.

— Нет, – выдохнула я в ответ.

И вновь ахнула, когда пальцы Егора опустились ниже, а он воспользовался тем, что я приоткрыла губы, и в ту же секунду накрыл их своими.

Движение его руки ускорилось, и мне едва хватало воздуха, но Егор и не давал возможности вдохнуть, жарко меня целуя. Водя языком по зубам и губам, обхватывая мой язык и посасывая его.

Он слабо подтолкнул меня, вынуждая чуть сильнее навалиться на него и приподнять бедра. После чего запустил пальцы внутрь. Я застонала, и Егор вновь ускорился, параллельно с этим запустив руку мне в волосы и принявшись с большим напором атаковать мой рот.

Тело словно охватил озноб, а по ногам от кончиков пальцев в самый верх, к бедрам, пробежала приятная дрожь. Мои стоны стали громче, и Егор, заглушая их, плотнее приник к моим губам.

Низ живота запульсировал вместе с ритмичными движениями Исаева, пальцы на ногах невольно сжались, а глаза закатились. Дыхание перехватило. В моей голове осталась лишь одна мысль. Мысль о том, что мне не хватит жизни, чтобы доказать Егору, как до невозможности сильно я люблю его.

Когда все закончилось, я обессиленно обмякла в его руках. Только спустя несколько секунд придя в себя я заметила, что пока пребывала в коротком беспамятстве, Исаев успел застегнуть ширинку и поправить мне шорты.

— А ты? – слабым голосом просипела я, глядя снизу вверх в его довольно сверкающие глаза.

— А я… – Егор чуть поерзал, и я почувствовала, как что-то уперлось мне в ягодицу. – А я, наверное, не сейчас. – Он хитро улыбнулся, чмокнул меня в губы и томно произнес: – Будешь мне должна. – Он вдруг присмотрелся ко мне внимательнее. – У тебя нет ни на что аллергии?

Удивившись смене темы разговора, я озадаченно моргнула:

— Да в-вроде н-нет.

— У тебя резко покраснел нос.

Я дотронулась до него:

— Странно. Может, на солнце перегрелась.

— Может. – Егор почему-то так хитро улыбнулся, что я даже отвлеклась от приятного томления, во власти которого находилась последние пару минут.

— Ты чего так улыбаешься? – с подозрением спросила я.

Вместо ответа Исаев рассмеялся, обхватил меня руками и прижал к себе, ныряя носом в волосы.

— Думаю о том, как мне с тобой повезло.

Нужно ли мне было что-то еще после этих слов? Да пропади все пропадом.

***

Когда мы вернулись, Егор вел себя как ни в чем не бывало. Я же при каждом взгляде на него вспоминала, чем мы занимались у пруда, и чувствовала, как между ног начинает скапливаться напряжение, требующее повторения разрядки.

После чая Исаев, несмотря на уговоры мамы с папой, засобирался домой. И хоть мне было грустно из-за его решения уехать, я понимала, что так будет лучше для всех. Кто знает, чем могла обернуться их совместная ночевка в одной комнате с Вадимом. Одно неосторожное слово – и их разлад станет явным уже не только для меня, но и для родителей.

Проводив Егора, мы отправились разбирать стол.

После того, как домыла последнюю тарелку, я хотела ополоснуться, но на выходе из кухни меня перехватил Вадим.

— Прогуляемся? – Брат был непривычно серьезным, поэтому я не раздумывая согласилась и прошла за ним на улицу.

Мы вышли за территорию дома и неспешно двинулись по обочине вдоль дороги. Машины здесь проезжали редко, поэтому мы спокойно шли бок о бок в тишине, нарушаемой лишь редким пением птиц и далеким детским смехом.

— Ты правда его любишь? – подал голос Вадим, шедший с задумчивым видом, спрятав руки в карманах штанов. Я ожидала, что он задаст подобный вопрос, а потому, не раздумывая, ответила:

— Да.

Брат запустил пальцы в волосы и взлохматил:

— Как ты вообще умудрилась? Когда?

— Почти сразу как он переехал.

Вадим резко остановился и ошарашенно уставился на меня.

— Серьезно?

Я остановилась вслед за ним.

— По-твоему, я это для большей драматичности выдумала?

Брат внимательно рассматривал меня, как будто видел впервые.

— То есть, целых четыре года…

Я кивнула.

— Но как? – повторил он, и мы возобновили движение. – Ты же знаешь его. Знаешь, как он ведет себя с девушками. Ты же… Ты же совсем другая…

— Ну какая, Вадь? – перебила я. – Какая я по-твоему?

— Мне всегда казалось, что ты такая правильная, прилежная, у тебя все разложено по полочкам. Ты, – Вадим потеряно качал головой, – ты в нашей компании всегда была совестью. Я думал, твой типаж – это какой-то ответственный серьезный парень…

Я улыбнулась:

— Вадим, мой переходный возраст пришелся на общение с вами. Какой серьезный парень?

— Ты не знаешь и половины того, что знаю я.

— Пытаешься меня отговорить?

— Нет, я пытаюсь понять. Как ты… И Егор… Янчик, я считаю тебя очень красивой и классной девчонкой не потому что ты моя сестра, а потому что ты такой и являешься. Но я, блин, абсолютно уверен, что ты не в его вкусе. И если у него это реально взаимно…

— Красота в глазах смотрящего, Вадь. – Я ласково коснулась плеча брата, и он повернулся ко мне. – Юля тоже долгое время была убеждена, что ты дурачок и раздолбай. – Лицо брата приобрело недовольное выражение, и я поспешила добавить: – Но ты раскрылся с ней с новой стороны.

Вадим на пару мгновений задумчиво прищурился, а потом, когда до него наконец дошел смысл сказанного, подтолкнул меня локтем, и я засмеялась, что хотя бы немного разрядило напряженный настрой беседы. Наше веселье было недолгим, так как брат остановился, взял меня за руки и снова посерьезнел:

— Ян, ты моя сестра. И я люблю тебя и переживаю за тебя. Егор – мой лучший друг. И несмотря на то, что мне близко далеко не все, что он делает, его я тоже люблю. Если у вас все получится – я буду безмерно рад. Но если нет… Я не знаю, что мне потом с вами двоими делать.

Я стиснула его ладони:

— Мы не чужие друг другу люди и все хорошо друг друга знаем.

— Настолько хорошо, что я даже не догадывался о том, что ты сохнешь по Герычу, – хмыкнул Вадим.

— Просто я этого не показывала. Он тоже не догадывался.

Брат активно закивал:

— Да уж! По части шифрования, как выяснилось, тебе равных нет.

Мы некоторое время молча смотрели друг на друга, пока Вадим не сказал:

— Янчик, пожалуйста, будь осторожна. Ты знаешь, что я всегда готов за тебя заступиться, но колотить Исаева желания у меня нет.

Я нахмурилась:

— Все-таки это был не шуруп.

— Ну а как ты хотела? Не каждый день прилетают такие новости.

— Пожалуйста, не надо его бить, он не сделал ничего плохого, – смягчилась я.

Вадим с сомнением покачал головой, а затем вздохнул и обнял меня.