8

Это была прекрасная ночь без сновидений. Я проснулась отдохнувшая, выспавшаяся и в отличном настроении. Потянулась и от души зевнула, а потом сообразила, что что-то идет не так.

Ощущение чужого, внимательного взгляда заставило тут же вспомнить слова Эгилла о вливании в коллектив. Я судорожно пожарила рукой справа, пошарила рукой слева. И там и там ощущался край узкой кровати и никаких дополнительных храпящих тел.

Медленно открыла один глаз. Потолок выглядел похожим, пришлось открывать второй глаз. Стены оказались своими родными! И я, осознав, что нахожусь в своей комнате и облегченно выдохнув, села на кровати.

И тут же поняла, что чужой взгляд принадлежал не любопытной Эмме, а команде аэрена в полном составе.

– Ты глянь, она даже не зеленого цвета! – нарочито громким шепотом заявил Стефан.

– Еще бы, ты же не выдавал ей рулады на ухо всю ночь, – буркнул весьма помятый Микаэль.

– Кто бы говорил вообще, – пробормотал бледный Эгилл.

– Что вы здесь делаете? – хмуро спросила я, прервав разговор.

Нашла глазами Эмму и возмутилась:

– Ты почему их пустила пялиться на меня?!

– Я их пустила? – округлила глаза девушка. – Да они вообще меня не спрашивали!

– Так, давайте-ка кыш отсюда, – нахмурилась я, сделав рукой соответствующий жест. Как будто выгоняла цыпляток из комнаты.

– И не подумаем! – вдруг заявил Микаэль.

– Виктор! – обратилась я ко все это время молчавшему капитану.

Виктор за происходящим наблюдал немного отстраненно. Я бы даже сказала с некоторым любопытством естествоиспытателя, но никак не участника событий.

– Я одного не понимаю, – произнес капитан, задумчиво смотря на меня. – Вчера вечером мы всем составом проводили тебя в комнату и передали твоей подружке с рук на руки. Ты была бодра, весела и ничем не выдавала коварных замыслов. Когда ты успела все это провернуть?

– Что провернуть? – спросила я, чувствуя легкое беспокойство.

– Ты издеваешься?! – взвился внезапно обретший человеческий цвет Эгилл. – Меня уже из комнаты выселили!

– За что? – растерянно спросила я, совершенно сбитая с толку.

– Ну тут скорее не «за что» и «из-за кого»… – задумчиво протянул Виктор.

– Так! – строго проговорила я и даже хотела встать, чтобы выглядеть повнушительнее. Но вспомнила, что мое «внушительнее» одето лишь в ночную сорочку, так что пришлось поплотнее завернуться в одеяло и повторить, чтобы настроиться на серьезный диалог: – Так. Или вы объясняете мне все человечески языком или…

В дверь постучали. Настойчиво так и почему-то радостно.

– Кто там?! – раздраженно рявкнула я.

Дверь распахнулась и в комнату влетела девчонка с ворохом темных мелких кудряшек на голове.

– Ой, ты еще не выехала? А я думала уже все… Комендант говорила, что вы очень торопитесь…

– Да что происходит-то?! – воскликнула я, чувствуя, что в том кусе, где отсутствует моя память, был не только прекрасный сон без сновидений.

– Да в принципе ничего особенного… – Виктор улыбнулся. Как-то так даже слишком искренне и радостно, что я почувствовала легкую панику. – Просто ты вчера каким-то образом прорвалась к ректору…

– Вечером? – пискнула я в ужасе.

– Ну почему же вечером, – вздохнул Виктор, – ночью!

Папочки…

– …Прорвалась к ректору, – продолжил капитан, – и заявила, что у тебя есть отличное решение по улучшению наших перспектив на победу в императорском турнире.

– Да? – слабо спросила я. – И что это за решение?

Парни переглянулись. Пару минут назад они меня явно хотели прикопать, а сейчас как будто даже немного сочувствовали.

– Видела сторожевую башню за полигоном? – туманно спросил Виктор.

– Нет, – честно ответила я.

– Ну, это ничего, – хмыкнул Микаэль. – Скоро увидишь.

– И почему же? – спросила я, хотя шестым чувством понимала, что ответ слышать вот вообще не хотелось.

Виктор улыбнулся:

– Потому что, дорогая наша лучница, команда по аэрену с сегодняшнего дня для повышения нашей боеспособности живет вместе. В той самой башне.

Мне конец.