14. Семейный ужин

Перед поездкой к родителям я волновалась едва ли не сильнее, чем перед экзаменами. Долго думала, что надеть, перерыла и перемерила половину своего гардероба и, наверное, перемерила бы и остальное, не постучись ко мне Дьен и не предупреди, что пора выезжать, а то опоздаем.

В итоге надела светлое платье, которое выбрала самым первым.

Родители в знак хорошего расположения, не иначе, прислали за нами экипаж, который успело неплохо замести липким снегом, пока он нас дожидался. В итоге мы же магией расчищали для лошадей дорогу, им и без того нелегко приходилось: колеса экипажа то и дело вязли в снежном месиве. Погода стояла относительно теплая, все таяло, текло и неприятно чавкало под ногами.

Как назло, возле нашего городского дома снег еще усилился и падал мокрыми хлопьями, оседавшими на всем крупными каплями. Сверху по улице текли ручьи, а то и полноценные грязноватые реки, которые не остановишь магией просто так. Разве что ставить какие-то заслоны…

Пока я экстренно придумывала, что делать и как выбраться из экипажа, не запачкав при этом светлое платье, Дьеналь отважно спрыгнул вниз, оказавшись по щиколотку в воде, и протянул ко мне руки.

Закусив губу, я почти спрыгнула к нему, представляя, как, наверное, некомфортно Дьену. Все же надо было как-то по-другому нам перебраться, сейчас будет сидеть с мокрыми ногами. И ведь гордый эльф не наденет теплые шерстяные носки и домашние тапочки.

– Ты обещала мне месяц мороза, – напомнил Дьен, будто это я заведую погодой.

– Завтра должно похолодать, и повсюду будет один сплошной каток. Тебе понравится.

Дьеналь улыбнулся, не спеша ставить меня на ноги, занес по небольшой лестнице к порогу, а там дверь резко распахнулась, явив нам родителей.

Папу заметно перекосило при виде дочери у эльфа на руках, а мама, напротив, понимающе улыбнулась.

Дьен осторожно опустил меня вниз, обхватив мою ладонь своей и не собираясь отпускать. Он смотрел прямо и твердо, они буквально схлестнулись взглядами с папой, от которого так и веяло враждебностью.

– Лета, мы очень рады, что вы смогли к нам выбраться, – выступила вперед мама, прекращая молчаливый поединок мужчин.

– Спасибо, что пригласили, – улыбалась я маме, попеременно посматривая на обоих.

– Добро пожаловать, – все-таки произнес отец, но так, что в его настрое можно было и не сомневаться.

Ох, чувствую, вечер пройдет нелегко.

– Папа, это мой муж, Дьеналь Варнао, – на слове “муж” щека у папы дернулась. – Дьеналь, это мой отец – Джозеф Сарнад.

Папа, пересилив себя, протянул эльфу руку, которую Дьен осторожно, словно опасаясь подвоха, пожал.

Мы зашли в дом, где нашу подмокшую верхнюю одежду подхватили и отнесли сушиться. Я с грустью покосилась на сапоги Дьена, понимая, что предлагать ему разуться в данной ситуации бессмысленно. Попробовать незаметно подсушить бытовой магией? Когда сядем за стол, надо будет попытаться.

Стол был накрыт так шикарно, будто мы не на тихий семейный ужин пришли, а попали на полноценный званый вечер. Я даже тайком порадовалась, что на мне нарядное платье.

Дьеналь абсолютно равнодушно оглядел стол, пусть я и знала, что вкусная еда – его слабость. И речь не только про сладости. Видимо, будущих хранителей держали в черном теле. Но эльф спокойно сел на предложенный ему стул и на плотно расставленные блюда даже не смотрел.

Сидя рядом, я осторожно положила руку на его бедро, поймав удивленный взгляд эльфа. Незаметно подмигнув ему, я потянулась вниз, к голенищу сапога, привалившись к Дьену плечом. Тот не преминул возможностью обнять меня за плечи. Смотрелось это со стороны очень мило, что подтверждала сдержанная улыбка мамы и неодобрительный взгляд папы.

Горячий воздух сорвался с моих пальцев, и Дьен вздрогнул и напрягся. Кажется, я слегка переборщила.

– Это было горячо, – шепнул на ухо Дьеналь, подтверждая мои опасения.

– Прости, – бытовые заклинания сушки предназначались для ткани. И я затруднялась сказать, не испортят ли они кожу сапога.

Пришлось отсаживаться от Дьена, так и оставив моего эльфа в мокрой обуви. Зато целой, нам ведь еще назад добираться.

– Дьеналь, мы ведь можем обращаться к тебе как к члену семьи на “ты”? – осторожно спросила мама, наверняка неплохо знакомая со сложной системой общения эльфов между собой.

– Конечно, – подтвердил он. – Вы вправе даже сократить мое имя до “Дьен”, я не возражаю.

– Дьен, – мама ласково посмотрела на него, – как тебе живется среди людей? Не скучаешь по лесам? К тому же сейчас, зимой, тебе, наверное, нелегко приходится.

– Пожалуй, я немного скучаю по лесам, – согласился эльф. – Но зима меня не смущает. Напротив, я раньше и не подозревал, насколько это интересное и прекрасное время года. Особенно когда на улице чуть холоднее, чем сегодня.

– Значит, тебе комфортно у нас? – что именно имеется в виду под “нас”, мама не уточнила.

Лично мне у нас было как-то некомфортно. А еще странно, чего это родители так взялись за Дьена?

– Вполне. Уверен, я легко адаптируюсь среди людей, – заявил Дьеналь, чем удивил всех, и меня в том числе.

– Но, насколько мы в курсе ситуации с вашим браком, он закончится через год, – осторожно заметила мама. – Или ситуация изменилась? – и вопросительный взгляд на меня.

– Мы пока не загадываем так далеко, – поспешно ответила я, чувствуя, что Дьен собирается сказать что-то совсем другое.

– То есть ты не планируешь возвращаться обратно в лес? – прямо спросил молчавший до этого папа.

– В леса, – поправил его Дьен, заставив меня напрячься в ожидании папиной реакции. – Не планирую.

– И чем же ты планируешь заниматься? – продолжил наседать на Дьена папа.

– Папа, это пока просто гипотетические планы, – влезла я, но у Дьеналя на это имелся свой ответ.

– Я полностью обученный маг, – в его голосе чувствовался вызов. – Эльфийские целители высоко ценятся у людей, и я бы мог им стать. Также сейчас я занимаюсь артефакторикой, в здешней академии это очень сильное направление. И мне нравится работать с предметами. Возможно, я смогу достичь чего-нибудь и в этой области.

– Ты посещаешь занятия в академии? – задала следующий вопрос мама, наверное, чтобы папа еще чего-нибудь не спросил.

– Целительство, чтобы увидеть человеческий подход к лечению, и артефакторику, – подтвердил эльф.

– Это очень похвально, – заметила мама.

Нас выручило принесенное горячее, сменившее холодные закуски.

– Дьен, сильно не наедайся, – предупредила моего мужа мама. – У нас впереди чудесный торт.

“Чудесный торт” прозвучало весьма многообещающе, и Дьеналь с благодарностью посмотрел на леди Патрицию. Она явно была настроена к нему благосклоннее, чем ее муж.

Впрочем, настрой Джозефа Сарнада был Дьену понятен. Мало кто обрадовался бы столь внезапному замужеству любимой дочери, а Виолетту родители любили, хотя ее отец старательно держал свои чувства в узде и даже пытался игнорировать дочь. Но при этом исподволь разглядывал ее. Стоило Джозефу улучить момент, когда Лета отворачивалась, как он тут же переводил на нее взгляд. И его глаза наполнялись теплом и любовью.

Но на Дьена он, разумеется, смотрел исключительно враждебно и холодно.

Дьеналь с трудом не улыбнулся, подумав, что ему нравятся эти люди хотя бы тем, что они разделяют его чувства к Виолетте. Все остальное, в общем-то, ерунда.

Будь на месте Джозефа и Патриции родители самого Дьеналя, они бы вели себя куда отчужденнее. Пожалуй, на семейный ужин в эльфийском кругу Дьен бы свою жену не повел. Ему самому сложно давалось общение с отцом, тот был прекрасным знатоком душ, легко находил слабости и всегда бил по самому больному. Дьен помнил их последнюю встречу и хлесткие слова отца. Они не примут Лету в семью, а значит, в леса Дьеналь вернется не скоро. Так что о будущем он сам думал часто.

О будущем с Летой, другого будущего ему было не нужно.

И то, что жена еще не до конца поверила в него и его чувства, Дьена не пугало. Он обязательно докажет ей свою любовь и добьется взаимности.

– Ты участвовал в войне с пришельцами? – этот вопрос тоже не стал неожиданностью.

– Нет, – Дьен поймал очередной пристальный взгляд отца Леты, кажется, он стал чуть мягче. Или ему бы хотелось так думать? – Я был слишком молод по эльфийским меркам. Но я неплохо помню те события.

Дьеналь был готов получить обвинения за свой народ, пусть и не собирался с ними соглашаться. Заслуживать уважение и доверие он предпочитал делами, а не подхалимством.

Как ни странно, Джозеф только кивнул и вернулся к еде.

А после ужина случилось и вовсе странное.

– Ты играешь в бильярд? – прозвучало как предложение выйти и поговорить по-мужски.

– Нет, папа, Дьен не играет, – опередила его Лета.

Дьеналь удивленно посмотрел на нее. Что же там за игра такая, что его жена так занервничала?

– Значит, научится, – рассудил Джозеф. – Не к карточным же играм приучать твоего мужа, правильно? – Идем, – скомандовал он Дьену и направился на второй этаж, чуть припадая на правую ногу.

Подъем по лестнице дался ему не слишком легко, он остановился после первого пролета, перевел дух, потер колено и пошел дальше.

– Чего? – грубо спросил Джозеф, когда они преодолели лестницу.

– Ничего, – Дьеналь мотнул головой.

На мгновение он и правда подумал предложить свою помощь, но быстро отказался от этой не самой здравой на поверку мысли. Такой человек вряд ли согласится принять от него, чужака и эльфа, помощь. Скорее оскорбится, сочтя подобное предложение унизительным и указывающим на его слабость.

Когда-нибудь Дьеналь обязательно попробует ему помочь, ведь эльфийская магия отличается от человеческой и способна лечить даже то, с чем не всегда могут справиться здешние целители. Но стоит подождать, когда отец Леты будет готов принять его помощь.

В большой комнате по центру стоял стол с выдающимися вверх бортиками и обтянутой зеленой тканью столешницей. В треугольной форме покоились разноцветные шары.

– Бери кий, – Джозеф указал на длинную гладкую палку, сужающуюся к концу. – И смотри, как играют профессионалы.

– Лета, прекрати нервничать и кусать губы, – строго сказала мама. – Твой отец, конечно, временами бывает просто невыносим, но эльфу ничего не сделает.

– Он может его обидеть, – заметила я, вспоминая, как неприветливо папа встретил моего мужа.

– У Дьена такая тонкая душевная организация? – судя по подрагивающим губам, мама насмехалась над моим волнением.

– Как думаешь, есть шанс, что они поладят? – с надеждой спросила я.

– Твой отец очень упрям, ты явно пошла в него, – вздохнула мама. – И Дьеналь, кажется, не готов во всем идти на уступки. Ты видела, как уверенно он отвечал?

– Да, – особенно ответы про будущее меня впечатлили, Дьен их точно не на ходу придумывал, наверняка много размышлял об этом.

– Тем лучше. Твой отец уважает сильных, а в Дьенале чувствуется стержень. Знаешь, ему ведь точно нелегко среди людей, к тому же если он всю жизнь проходил этот свой путь. Но он не жалуется и отлично держится, – похвалила мама Дьена.

Я же почувствовала гордость за своего мужа, но быстро опомнилась.

– Он все равно должен будет уехать, – я сглотнула и отвернулась. Тема оказалась для меня болезненной.

Эльфийская клятва в силе и требует от меня исполнения условий.

– А ты бы сама хотела, чтобы он уехал? – мама внимательно следила за мной, ожидая ответа.

– Мам, а как папина нога? – спохватилась я, надеясь, что удастся сменить тему. – Я заметила, что он по-прежнему хромает.

– Его нога намного лучше, такие сильные боли, как прежде, его уже не мучают. И я первая про Дьена спросила, – улыбнулась мама.

– Ты дала ему лекарство? – я подозрительно взглянула на маму.

– Конечно, – мама прямо посмотрела на меня, а потом нахмурилась. – Лета, за кого ты меня принимаешь? Я дала ему лекарство, и нога его уже лучше, поверь. Я, конечно, не маг, но поклясться могу.

– Не надо, извини, – я схватила со стола чашку с чаем, чтобы хоть чем-то занять руки. А то опять начну губы кусать и расстраивать маму отсутствием выдержки.

К тому же я точно знала, что мама не врет. Маги обладали особым чутьем, и я была уверена в ее словах.

– Так что там с Дьеном? – напомнила мама.

– Он уедет, – я опустила глаза на чашку, в которой плавали по кругу крупные чаинки. – Я стараюсь не привязываться к нему слишком сильно.

– И как? Получается? – мамины губы вновь дрогнули в улыбке.

– Не очень, – честно призналась я.

От лестницы послышались голоса, и я тут же подскочила на стуле. Мама осталась сидеть, опершись о подлокотник.

– В следующий раз сыграем в шахматы, – сказал папа Дьену. – Правила только заранее выучи, их там много, не хочу тратить время на объяснение. Ты ведь умеешь читать на всеобщем человеческом?

У меня глаза распахнулись как-то сами собой. Папа намекает, что это не последний наш визит?

– Умею, – лаконично ответил Дьеналь. – И в шахматы играть умею. Нас учили.

– Хоть чему-то вас там в лесу научили, – проворчал папа, но в его словах слышалось одобрение.

Как ни странно, вечер прошел очень неплохо, я готовилась к худшему. А Дьен и вовсе не жалел о поездке, ведь уезжал он с большой корзиной сладостей, которую бережно держал на коленях всю обратную дорогу в экипаже.