Глава 16

День распределения выдался слишком солнечным. Противно солнечным. Свет заливал всё: стены, высокие окна, коридоры, в которых толпились студенты — шумные, оживлённые, кто-то смеялся, кто-то нервно грыз ногти, кто-то шёпотом повторял заклинания, чтобы хоть как-то согнать мандраж.

Я стояла в этом кипящем людском котле и чувствовала, как внутри всё сжимается в тяжёлый ком.

Как будто меня сейчас разденут на виду у всех — и я даже слова не смогу сказать в своё оправдание.

Элайн был где-то поблизости — я видела, как он переговаривается с другими целителями, кивает кому-то из преподавателей. Он развернулся ко мне и подбодрил коротким взглядом — мол, дыши, всё пройдёт.

А мне хотелось зашипеть ему в лицо: «Ты хоть понимаешь, что для меня это значит⁈»

Потому что как бы красиво ни говорили про свободу выбора — мы все знали: последнее слово всегда за Академией. Можно хоть упрашивать, хоть демонстрировать все свои таланты, хоть пыхтеть потоком до обморока — но если Кристалл Решения не признает тебя своим, ты туда не попадёшь.

Я сама слышала, как одна девчонка за углом хныкала подруге:

— Я хочу на Стихийников, но меня потянет к боевикам. Я чувствую! — и чуть не рыдала в платок.

И теперь это гудело у меня в висках: А куда потянет меня?

Ведь я даже не знала, какая во мне магия настоящая. Мои пальцы слабо дрожали, когда я вцепилась ими в подол формы.

Пожалуйста… пусть хоть сейчас всё будет правильно. Хоть раз.

Я сжала губы, закрыла глаза и выдохнула.

В голове стучало только одно:

«Что бы ни выбрал Кристалл — хотя бы не отчисление. Пожалуйста.»

Я стояла в коридоре вместе со всеми. Внутри всё звенело, пальцы дрожали так сильно, что я не могла унять дрожь даже прижав их к животу.

«Дыши. Просто дыши. Всё получится.»

Элайн мелькал где-то впереди — успевал перекинуться парой слов с преподавателями, поддержать кого-то из своих студентов. Я пыталась удержать его в поле зрения, как якорь — единственный живой знак, что я всё ещё здесь.

Но вдруг внутри что-то сместилось. Не резкий страх. Не паника. Скорее… странный холодок под рёбрами, который полз и полз, будто на цыпочках.

И вместе с ним пришло это чувство: уйти.

Без голоса. Без «не смей». Просто… уйти.

Развернуться и не стоять тут под этим ярким светом и назойливым гулом чужих голосов.

Ноги сами сделали полшага.

— Что ты творишь, — выдохнула я себе под нос и дёрнулась было обратно, но шаг вдруг казался невозможным.

Вся очередь, этот живой коридор, двери в зал распределения — всё будто расплылось в шумном мареве.

Я снова попыталась поймать взгляд Элайна.

Пожалуйста, посмотри сюда. Останови меня.

Но его не было видно. Только чужие лица, чьи-то шёпоты, которые не имели ко мне никакого отношения.

Я медленно повернулась.

Ноги шли сами — лёгкие, будто не мои. Коридор вытянулся в другую сторону. Я слышала стук своих шагов и пыталась придумать, как остановиться. Но не могла.

Я уходила.

Без крика, без борьбы.

Просто — шаг за шагом — туда, куда вдруг потянуло.

Дальше. Глубже. В другое крыло Академии.

И только когда стены стали холоднее, а голоса за спиной стихли совсем, до меня начало доходить:

Что, чёрт возьми, я делаю?

Когда я очнулась, воздух вокруг был странно глухим — пустая аудитория, голые парты, свет, разбивающийся о стены.

Я развернулась к двери, чтобы сбежать обратно туда, где шум и люди, где хоть кто-то увидит меня — но в ту же секунду попала в капкан.

Руки сомкнулись на моей талии, прижали спину к чему-то твёрдому и живому. Я дернулась, но хватка только крепче сомкнулась вокруг меня.

— Ты что творишь⁈ — рявкнула я, даже не оборачиваясь. Но его голос был уже у самого уха.

— Ничего, — отозвался он лениво, почти мурлыча. Я резко повернула голову — и, конечно же, уткнулась прямо в его ухмылку.

Аскер.

— Это ты меня заставил сюда прийти, да⁈ Меня же отчислят к демонам! — почти прошипела я, пытаясь вывернуться.

— У тебя ещё есть время, — сказал он спокойно, будто обсуждал расписание.

— На что⁈

— Вернуться. Они только начали. — Его пальцы скользнули по моим рёбрам, будто пробовали мою дрожь.

— Зачем ты влез в мою голову? — процедила я.

Он рассмеялся — мягко, с этим ленивым щелчком языка.

— Я не влез. Просто слегка повлиял. Заставил тебя уйти. Видишь, как хороша эта магия? — Он склонил голову, его губы почти касались моей щеки. — Реклама. Можно сказать.

— Реклама⁈ — я фыркнула, чувствуя, что ноги подкашиваются больше от злости, чем от страха, но на этот раз мне удалось развернуться и смотреть в его наглые глаза. Хоть рук он и не разжал. — Ты идиот? Отпусти меня! У меня есть парень!

— Не хочу, — сказал он медленно и ещё сильнее сжал меня за талию. — Знаешь, мне нравится вот какая идея. У тебя уже есть парень. Ну так что? Почему у тебя не может быть два парня? — Он нагло усмехнулся прямо в мои глаза.

— Ужасно. — Я оттолкнула его ладонями в грудь, но он не шелохнулся. — Отпусти.

— Нет, не сейчас. Хочу, чтобы ты выбрала мой факультет. — Его голос был таким хищно спокойным, что дыхание сбилось.

— Ты же светлый. Забыл? Добрый, пушистый. — Слова рвались сквозь колючее шипение. — Или ты темный после магического отбеливания? Тебя перепутали, так ты только скажи…

— Я светлый, Юкка, — он усмехнулся, наклоняясь ближе. — Просто чуть темнее остальных. Оттенки — незначительная штука.

Его нос скользнул по моей шее к уху. Я резко вдохнула — он почти вжался в меня всем телом. — Не могу понять, что в тебе такого. Не могу оторваться.

— К целителю обратись, — выдохнула я, дрожащая, но упрямая.

— К твоему целителю? — Он хмыкнул, чуть дотрагиваясь губами до мочки.

— Обязательно. Я вот так и сделаю. Сразу после того, как ты меня отпустишь.

— И что скажешь?

— Я⁈ — Я вцепилась ему в плечо, пытаясь оттолкнуть. — Расскажу ему, что ты приставал!

— Ну тогда тебе нужен веский повод, — хмыкнул он и прежде, чем я успела выругаться, его ладонь обхватила мою шею, а губы впились в мои.

Я вскрикнула в поцелуй, попыталась упереться ладонями в его грудь, но этот жар — жадный, глубокий, слишком знакомый по той ночи — накрыл меня с головой.

Я не заметила, как перестала отталкивать. Как сама потянулась ближе, открылась ему — так, будто это было всё, чего я боялась и хотела одновременно.

Его губы не оставили мне ни секунды на протест. Поцелуй был не просто тёплым — он был прожигающим, как хлыст пламени под кожей. Аскер прижал меня к себе так, что я едва дышала, ладони всё ещё зажаты его пальцами на моей талии.

Он поцеловал меня жадно, без осторожности. Глубоко, медленно вначале — и я ещё пыталась хоть что-то сообразить, зацепиться за злость или стыд. Но стоило его языку скользнуть по моим губам, как внутри всё оборвалось.

Мой разум где-то отодвинулся — осталось только тело, что будто само знало, как отвечать. Я раскрылась навстречу, впуская его глубже, позволяя этому поцелую стать ещё сильнее. Челюсти чуть свело, дыхание вырвалось из горла почти с тихим стоном.

Он шумно выдохнул в мой рот, сжал бёдра пальцами, будто хотел вдавить меня в стол или стену — всё равно куда, лишь бы ближе. Его язык скользнул по моим зубам, играя и забирая у меня остаток воли.