Глава 14

Присев на корточки рядом с торговцами, я скинула грязную мешковину и быстро проверила пульс у обоих. Чернобородый хоть и выглядел крепче, но на деле оказался слабее своего приятеля. Судя по всему, ведьма тянула из них энергию для себя и для демона, ведь он не мог питаться от мужчин. Что касается способа питания, то мне даже думать об этом не хотелось. Тайруг вполне наглядно продемонстрировал мне его, хорошо, что не до конца.

Беднягам требовалось колоссальное вливание жизненных сил. Таких возможностей у меня не было. Даже если бы я сейчас использовала весь свой скудный резерв и иссушила себя, это всего лишь продлило бы их агонию на пару часов.

Я огляделась. Ведьма же притворялась знахаркой, может, у нее были какие-то травы? Если приготовить восстанавливающий отвар, добавить капельку магии и немного везения, то эти двое смогли бы пережить обратный путь в Брингвурд, а там ими займутся настоящие целители, а не такие самоучки, как я.

– Хозяйка хочет сохранить жизнь этим людишкам? – подал голос фомор, который все это время сидел в углу и исподлобья следил за моими передвижениями.

– Да. Где Яшемчиха держала свои знахарские снадобья?

– Их нет.

– Как нет? Селяне ведь принимали ее за знахарку, – неожиданная догадка заставила нахмуриться. – Или они все знали? Отвечай!

Я обошла лачугу вдоль стен, заглядывая во все углы и щели, но кроме паутины и грязи ничего не нашла. Вернулась к больным, кряхтя, перевернула на спину сначала одного, потом другого, покосилась на их ввалившиеся щеки, сухую, шелушащуюся кожу и выступающие ребра, опустилась на колени рядом с ними и потерла ладони, активизируя магию.

Тайруг молча наблюдал за мной, потом пожал плечами.

– Это была всего лишь иллюзия. Ведьма лечила не травами, а наговором и черной магией.

– Подожди! – я повернулась к демону. – Черная магия не лечит! И почему селяне прикрывали вас? Боялись?

Слабые огоньки человеческой жизни, готовые вот-вот потухнуть, словно почувствовали меня и потянулись в мою сторону, как пламя свечи, нагибаемое ветром. Несколько секунд я раздумывала, кого же спасать первым, ведь на второго может меня не хватить. Вспомнились ночные события: спор и драка в соседнем номере, побитый тирн Дейвел, бегство этих двух, бросивших своего приятеля в плачевном состоянии. Из них двоих именно Нейл вызывал больше симпатии, но как узнать, кто из них кто?

– Черная магия не лечит в прямом смысле, – ухмыльнулся Тайруг, опуская взгляд в пол, – но Яшме это и не нужно было. Она просто переводила болезнь на кого-то еще, и все.

– Яшма… – задумчиво повторила я. – Слушай, ты знаешь, как зовут этих двоих?

– Вон тот чернобородый – Агро Винн, а второй назвался Нейлом Гейртом.

Что ж, я почему-то так и подумала. Прикрыла глаза, сосредотачиваясь на своей внутренней сущности, отыскивая и призывая тонкие нити магии, пронизывающие мою душу и ауру. Удивительно, но с последнего раза их стало больше. Теперь уже не десяток, а не меньше двух сотен полупрозрачных золотистых искорок вспыхивали перед внутренним взором, говоря о том, что Силы во мне стало намного больше. Это вселяло надежду.

Привычным жестом я положила руки на грудь Нейла, ощущая ладонями, как лихорадочно бьется его сердце, как судорожно сжимаются легкие, через силу втягивая воздух. Я тоже вздохнула, будто перед прыжком в воду, и одним движением мысли направила животворящий поток прямо в сердце умирающего.

Мужчина вздрогнул, болезненно застонал, и я увидела, как затрепетали его веки, будто силясь раскрыться. Круговыми движениями ладоней я начала разгонять потоки магии по жилам, следя, как лицо бедняги постепенно светлеет, как к его щекам приливает кровь, как на скулах появляется румянец. Тирн Нейл открыл глаза и уставился на меня отсутствующим взглядом. Судя по всему, он не слишком понимал, где находится.

В этот момент над нашими головами раздался сильнейший удар грома. Я вздрогнула, подняла голову вверх и оторопела. На моих глазах что-то большое проломило хлипкую крышу лачуги и рухнуло вниз, едва не погребя под собой меня и тоненько заскулившего торговца. А вот его приятелю не повезло. Визжащий комок из двух переплетенных тел приземлился прямо на него. Это вернулись Райзен и Яшемчиха, причем дуэргар снова был в своем истинном облике. Иллюзия слетела с него так же, как и с лачуги, а по бледному лицу змеились, сияя как звезды, голубые линии татуировки.

Нейл истерично взвыл, с неожиданной для умирающего силой вскакивая на четвереньки и пятясь задом. Я, наоборот, рванула вперед, выкрикивая подслушанные у рыбаков ругательства, и ухватила за шкирку изрыгающую проклятья ведьму. Ее глаза горели безумством, рот был оскален, на губах пузырилась пена, словно у бешеной собаки. Она с маниакальным упорством пыталась вцепиться зубами в горло дуэргара, и при этом от нее исходили тяжелые, удушающие волны ненависти. Магии не ощущалось, видимо, она иссякла в Сумеречном краю.

Райзен извернулся ужом, ухватил ведьму за руки и заломил их ей за спину, вынуждая завывающую Яшемчиху развернуться к нему спиной. Теперь она оказалась лицом ко мне. Ее русые волосы растрепались, слипшиеся от пота пряди закрыли перекошенное ненавистью лицо, ворот рубахи оказался разорван, и грудь едва не вывалилась из него, когда боль в вывернутых суставах заставила ведьму нагнуться.

– Браслет! – крикнул мне дуэргар. – Сними с нее браслет!

Яшемчиха с рычанием дернулась из его рук, но Райзен упал на спину, увлекая ведьму за собой, и обхватил ее ногами, не давая вырваться. Ей оставалось только биться в бессильной злобе и хрипеть с пеной у рта.

Краем глаза я увидела, как вскочил на ноги Тайруг. Раздувая ноздри, он застыл в напряженной позе. Мышцы буграми обозначились под его черной кожей.

– Место! – бросила я ему как собаке, и он, что удивительно, послушно сел на колени, не спуская глаз с катающегося по земле клубка тел.

На левой руке Яшемчихи поблескивало украшение. Тонкий ободок из потускневшей меди, ничем не примечательный и дешевый, но именно его она почему-то упорно прятала от моего взгляда. Я ухватила ее за руку, дернула рукав, обнажая запястье. Ведьма заскрежетала зубами. В ответ раздался истерический смех. Это смеялся Нейл, забившийся в угол.

– Снимай! – прохрипел Райзен.

Я подцепила браслетик пальцами. Один момент – и медная безделушка уже лежит у меня на ладони.

– Надевай!

Даже не задумываясь, я послушно надела браслет. Он тут же вспыхнул всеми цветами радуги, словно бриллиант, подставленный под солнечный луч. Жаркая волна охватила мое запястье, пробирая до самых костей. Я закричала от боли, прижимая к груди пылающую руку. Райзен отпустил ведьму, вытолкнул ее вперед и ловко вскочил на ноги. Яшемчиха упала на колени, застыла, глядя прямо на меня, а потом вдруг начала медленно раскачиваться и тихонько хихикать, будто сумасшедшая.

Боль отпустила так же внезапно, как и возникла. Только браслетик теперь был вовсе не медный, а словно выточенный из горного хрусталя: абсолютно прозрачный и украшенный мелкой насечкой, в которой вспыхивали скудные солнечные лучи, проникшие сквозь дыру в крыше.

– Что это? – выдохнула я, все еще боясь шевельнуть пострадавшей рукой.

– Эриллиум Рианнон! – широко улыбнулся дуэргар. – Теперь ты его носитель.

– Что?!

Я опешила. Да как он мог наградить меня этой магической пиявкой?! Неужели думает, что я и вправду буду кормить древний артефакт собственными жизненными силами? Ни за что!

– Как вы могли! – это все, что я смогла выдавить из себя, охваченная возмущением и злостью.

– Ну, извини, – Райзен развел руками, – больше никого подходящего не оказалось. Я сам не мог даже снять его с нее, – он кивнул на хихикающую ведьму, – потому что один у меня уже есть, – и он завернул рукав на правой руке, демонстрируя тонкий ободок, выточенный из черного оникса.

– Эриллиум Балора, – мрачно усмехнулся Тайруг, подавая голос.

Дуэргар отреагировал мгновенно: выхватил откуда-то из-за пазухи обоюдоострый кинжал длиной с локоть и принял защитную стойку.

– Линн, отойди от него! – крикнул он мне.

Фомор приподнял брови, демонстрируя полное презрение ко всему происходящему, и молча отвернулся.

– Этирн Райзен, – прошипела я, вне себя от ярости, – надо было размахивать этим ножичком, когда ваша подружка науськала на меня своего демона! А теперь Тайруг принадлежит мне, и попрошу вас с уважением относиться к моей собственности.

Райзен подавился словами, которые уже готовы были сорваться с его губ, закашлялся, уставился сначала на цинично улыбающегося фомора, потом на меня. Обвел взглядом разгромленную лачугу и задержал взгляд на судорожно хрипящем Агро. Тирн Нейл все это время то скулил, то выл, то начинал смеяться, и этим безумным звукам вторило сумасшедшее хихиканье Яшемчихи.

Я зажмурилась, сжала руки в кулаки и задержала дыхание, медленно считая в уме до десяти. Мне нужно было срочно успокоиться и взять себя в руки.

Восстановив ровное сердцебиение, я под перекрестными взглядами Райзена и Тайруга подошла к хрипящему Агро и невольно поморщилась. Помогать этому типу совершенно не хотелось, но оставить его умирать я тоже не могла. Поэтому присела на корточки, потерла ладони и наложила руки на бочкообразную, с торчащими ребрами, грудь торговца. Магия веселым светлым потоком устремилась через меня, наполняя изможденное тело энергией жизни.

– Надо отсюда убираться, – констатировал Райзен после минутного молчания. – Прикажи этой твари обернуться котом, – он кивнул на фомора, который с неприкрытой тоской следил за Яшемчихой.

Ведьма уже не раскачивалась, стоя на коленях. Она легла на пол, свернулась калачиком, подтянула колени к подбородку и обхватила их руками. В этой позе она казалась жалкой и беззащитной, и я непременно бросилась бы ее спасать, если бы не подумала обо всех загубленных ею жизнях. Перед глазами встала деревенская улица с погребальными холмиками во дворах. Теперь я была просто уверена, что смерти этих людей на совести ведьмы и ее демона.

– Выполняй, – приказала я Тайругу.

Тот вздрогнул, бросил на меня странный взгляд исподлобья и послушно превратился в кота. Мне показалось, что в его взгляде горела ненависть, и невольно поежилась.

– А что с ведьмой делать? – спросила я. Оттянула Агро набрякшее веко, заглянула в мутный глаз. Кажется, вовремя успела: дыхание торговца выровнялось, сердцебиение тоже. Смерть отступила, недовольно ворча.

– Без демона она бессильна. Оставим ее здесь, селяне сами вызовут королевских псов. Этих я тоже предлагаю оставить, – Райзен кивнул на торговцев, которые понемногу приходили в себя и ошалело оглядывались по сторонам. – Переносить их не буду. А вот эту тварь придется забрать с собой, раз уж ты его привязала к себе.

У меня было много вопросов, но все они могли подождать. А вот нам действительно стоило поторопиться.

Я поманила кота. Тайруг нехотя запрыгнул ко мне на руки. Он оказался неимоверно тяжелым, но теплым и пушистым. Странное дело, я абсолютно не испытывала к нему неприязни после того, что произошло, но вот он, похоже, был не рад стать моим рабом.

Райзен ухватил меня за руку, я прижала кота к груди.

– Всего пара шагов! – шепнул дуэргар, и мы провалились в пустоту.