Глава 15

На этот раз Сумеречный край встретил нас абсолютным безмолвием. Уж не знаю, что так повлияло, но только тени при нашем появлении бросились врассыпную. Коротко мяукнул, а потом зашипел кот на моей груди, царапая меня когтями, дуэргар сильнее стиснул мне руку. Я закусила губу, подавляя вскрик.

Всего пара шагов, через силу сделанных в стелящемся тумане, и мы вынырнули на поверхность в трех шагах от частокола, за которым нас, по всей видимости, уже не ждали.

Отпустив меня, Райзен сделал непонятное движение рукой, и его тут же окутал странный голубоватый ореол. Через мгновение сияние пропало, а передо мной стоял пресловутый Олан Перт.

– Заберем лошадей и поищем, где остановиться, – сказал он. – У меня мало сил, в таком состоянии мне в Брингвурд нельзя, тем более с демоном. Любой маг раскусит, но нам придется вернуться. Если ты, конечно, не передумала выполнять волю отца.

– Не передумала, – тихо ответила я.

Дуэргар в человеческом обличии подошел к калитке и решительно постучал. Прислушался к тихой возне за забором, а потом оглушительно свистнул. Калитка немного приоткрылась, Райзен тут же дернул ее на себя, распахивая во всю ширь.

– А вот и мы! – ухмыльнулся он с напускным весельем, входя на территорию деревни.

Я вошла вслед за ним, все еще держа кота на руках. За забором нас поджидало человек двадцать селян, в основном мужчины: молодые, крепкие ребята, с вилами и косами наперевес.

– Инструмент-то не по сезону, – сострил мой спутник.

По толпе пронесся вздох облегчения, люди опустили свое импровизированное оружие, а до меня внезапно дошло, что они действительно собирались отбиваться. Только вот от кого?

– Милостивые тирны, простите старика, демоны попутали! – нам под ноги из толпы бросился тот самый хромой, который указал путь к ведьме. – Можете жалобу на меня написать префекту за содействие Темным силам, только деревню не трогайте, умоляю! Сохраните жизни!

Он полз на коленях, барахтаясь в дорожной пыли, а потом обхватил Райзена за ноги и начал целовать его щегольские ботфорты, не утратившие первоначальный блеск. Да и вообще вид у Олана Перта был такой, будто он только что вышел из салона модной одежды.

На улыбающемся лице тирна Перта задергался мускул. Райзен изобразил кривую улыбку и отстранил старика, заставляя того встать на ноги.

– Как тебя зовут? – спросил дуэргар.

– Колумом люди кличут.

– Так вот, Колум, никаких жалоб мы писать не собираемся, – пояснил Райзен. Люди вокруг нас застыли в напряженном молчании. – Но нам нужен сытный обед и крыша над головой на эту ночь.

– Ужин, – мрачно поправила я, указывая на сереющее небо. Безумные сутки подходили к концу.

– Да, ужин, – Олан Перт опять улыбнулся.

– Если милостивый тирн соизволит… – залебезил старик, угодливо сгибая спину, – я и лошадок ваших почистил и напоил, все чин чинарем, как договаривались.

Кот притих на моей груди, прижал уши и не шевелился. Уснул, что ли? Я с сомнением глянула на его зажмуренные глаза. Хвост демона слегка подрагивал.

– Вот сюда, извольте, милостивые тирны, – старик, припадая на одну ногу, повел нас сквозь толпу односельчан, которые молча расступились, не спуская с нас напряженных взглядов. За спинами мужчин я увидела растерянных женщин и детей, которые выглядывали из-за мамкиных юбок.

По всей видимости, эти люди не ждали, что мы можем вернуться. Отправляя путников к ведьме, старик-привратник был твердо уверен, что уже не увидит их никогда. Вот только Райзен не человек, а фейри, да и со мной случилось какое-то чудо, по-другому я это назвать не могла.

– Ведьма больше неопасна, – сказала я вслух, – но у нее в хижине остались два человека, которым нужна помощь. Если кто-то из вас поможет им добраться сюда и даст приют, я заплачу.

Райзен с сомнением покосился на меня.

– Не деньгами, – пояснила я, игнорируя его взгляд, – я целитель. Отплачу делом.

– Так сейчас вот зятя отправлю, – старик явно приободрился, когда понял, что мстить ему и деревне никто не собирается. – Воган!

Из толпы вышел широкоплечий детина с мрачно насупленными бровями. В руках он держал топор – ни много ни мало.

– Собирай людей, да возьмите нашу телегу. Везите сюда этих горемык.

– Только осторожно, – предупредила я. – Они не в себе после того, что с ними случилось.

Селяне пристыженно завозились: кто отвернулся, кто опустил взгляд, а кое-кто вообще поспешил исчезнуть за спинами других.

Райзен все это время поглядывал на меня с легкой усмешкой. Так смотрят взрослые на несмышленого ребенка, которому вдруг удалось самому завязать шнурки – с добродушным снисхождением. Интересно, сколько ему лет? Неужели он и в самом деле воспринимает меня как дитя?

Эта мысль почему-то неприятно кольнула.

– А что с ведьмой-то делать? – спросил Воган, хмуро поглядывая на дуэргара в образе городского щеголя.

– Да делайте с ней что хотите, – Райзен ухмыльнулся, – но только когда мы уйдем. Пока можете посадить ее в погреб под замок, все равно теперь она не опаснее своих жертв.

Больше никто не задал ни одного вопроса. Старик Колум отвел нас в свой дом, оказавшийся одним из самых добротных в этом забытом богами месте. Пять человек во главе с Воганом запрягли в полурассохшуюся телегу сивую лошадь с облысевшими коленями и отправились по пыльной дороге в сторону частокола. Калитка в нем уже не была заперта, но при ней на всякий случай дежурили двое молодцов с вилами в руках.

Вилы против Черной магии! Я невольно поежилась. Чем думали эти люди, привечая у себя ведьму и ее демона? Или у них просто не было выбора? Я покосилась на кота, чья тяжесть уже оттягивала руки. Появилось желание сбросить его на землю. Тайруг будто почувствовал это, коротко мяукнул и вцепился в меня сильнее. Райзен покосился в нашу сторону, иронично выгнул бровь.

– Хороший воротник получится, – кивнул на кота. – Главное, теплый.

Колум оказался местным старостой, чему я не слишком-то удивилась. Догадывалась о чем-то таком, слишком уж по-хозяйски он себя вел. А вот кто настоящий владелец этих земель, мне просто не терпелось узнать. Как благородный этирн мог позволить в своих владениях поселиться ведьме? Всем известно, что эти отродья Балора используют Черную магию, а в качестве источника этой магии им обязательно нужен демон, которого они привязывают к себе особым ритуалом. Чем сильнее демон – тем сильнее ведьма, но демона тоже надо кормить. Одних – человеческой плотью, других – кровью девственниц или детей, наш Тайруг питался энергией жизни, и его бывшая Хозяйка тоже. Идеальная пара!

В доме уже суетилась молодая женщина. Изнуренная долгой болезнью, с глубоко запавшими глазами, в которых еще виднелся отблеск послеродовой горячки. Она быстро выставила на стол все, что только смогла найти в своих скудных запасах: ломоть подсохшего хлеба из овса, смешанного с ячменем, пяток яиц, кувшин кислого сидра и целая миска вареной чечевицы, приправленной топленым жиром. Мой дуэргар поморщился, глядя на угощение, не привык, видимо, к грубой пище. Интересно, а чем он вообще питается?

Я же была такой голодной, что набросилась на еду, бормоча слова благодарности с набитым ртом. К тому же пища этих селян не слишком отличалась от той, к которой я привыкла. Правда, в нашем доме на столе всегда была рыба: жареная, пареная, вареная – да какая угодно. И дня не проходило без рыбной похлебки, зато с мясом были проблемы: оно на нашем столе появлялось только по праздникам.

Утолив голод, я вспомнила, что обещала старосте осмотреть его внука и невестку, да и ему самому ногу подлечить. Тайруг, все это время тихо сидевший под столом у моих ног, поднялся вместе со мной. Теперь он бегал за мной по пятам будто привязанный, но от угощения отказался так же, как и дуэргар, который лишь слегка пригубил сидр. 152e1bc

Ребенок Малены действительно оказался очень слабеньким и таким хилым, что глядя на него, у меня от жалости перехватило дыхание. Крошечный сморщенный человечек с покрытой коростой головкой лежал за печкой, завернутый в старые тряпицы. Рядом с ним, в загородке, находилась овца с ягненком. Так часто делали – заводили животных в дом, чтобы они в морозы помогали согревать жилище своим теплом. Правда, и воняло тогда неимоверно, но когда есть риск замерзнуть насмерть во сне, неприятный запах становится меньшим из зол.

– Вы поможете ему, милостивая тирна? – прошептала Малена с неприкрытой мольбой.

– Тьерна, – привычно поправила я. Да, если девушка путешествует в компании мужчины, все сразу начинают считать их супругами. – Искупать бы его надо и завернуть в чистое.

– Мы боялись в лес выходить по дрова, – призналась женщина. – А деревья, что срубили заранее, – все пошли на ограду вокруг деревни.

– Почему вы не отправили гонца в Брингвурд? – удивилась я. – Почему не обратились к префекту, а кормили ведьму своими односельчанами? Среди них же наверняка были и ваши родственники или друзья!

Она опустила голову, пряча от меня залитое краской лицо.

– Простите, тьерна. Вы поможете моему сыну?

Разве я могла отказать?