Глава 24

Полночи Марго провела в слезах.

Кто бы мог подумать, что настанет тот день, когда она окажется на месте своих же девочек, которых подкладывала богатым мерзким пузанам… Игорь, конечно, пузаном не был, но смысл не меняется.

Какой он — Марго не могла себе ответить. Ей слишком страшно было даже думать об отношениях с мужчиной, который имел такое влияние в огромном мегаполисе. Она не могла его оценить, и не понимала, красив он для неё или противен — настолько она привыкла, что он Хозяин. Как будто без пола, только бесконечная власть.

Утром Марго проснулась от шорохов в комнате. Как не было ей тяжело, всё равно через время невесёлых дум провалилась в сон. Открыв глаза, она увидела Игоря, уже одетого в рубашку и брюки, и собиравшегося покинуть дом.

Сонная женщина села в кровати, голова разрывалась от недосыпа и стресса.

— Доброе утро, — сухо поздоровался мужчина, заметив её пробуждение.

— Теперь я могу уйти? — спросила она, проигнорировав приветствие. Кажется, любой страх в ней уже умер вчера, когда он без спроса брал её в этой самой комнате.

— Кто сказал, что я тебя отпущу? — поинтересовался мужчина, будто бы у них шёл исключительно деловой разговор.

— Но я думала… — осеклась она. И подняла свои ясные глаза, полные мольбы. — Вы же получили, что хотели…

Сглотнула опять накативший корм в горле.

— Мне этого мало, — жёстко ответил мужчина — Ты будешь здесь столько, сколько я тебя позволю. И давай уже без формальностей, хватит «выкать».

И не собираясь продолжать диалог, он покинул комнату, оставив женщину наедине с сотней вопросов без ответа.

***

Зиндорф.

— Бабушка!! — вскрикнула Вика, увидев в толпе родное лицо.

Они с Егором находились в аэропорту, ожидая прилёта бабушки, которая сразу же согласилась приехать, когда Волк вышел с ней на контакт, и сообщил, что её внучка находится рядом с ним.

И вот она вышла с коридора посадки и направилась в сторону прыгающей девочки. Персонал уже начинал косо поглядывать на Вику, но ей было неважно — впервые за это время она была счастлива.

Когда женщина вышла в зал для встречающих, девушку бросилась к ней, вдохнув тепло и запах родного человека. Уткнулась носом в её шею, и как маленький ребёнок заплакала.

— Здравствуй, птичка, — ласково сказала бабушка и нежно погладила спину рыдающей девушки. — Ну — ну, успокойся, всё хорошо!

Вика утёрла слёзы и попыталась задавить новые рыдания, но бабушку не отпускала, обняв руками.

— Я так понимаю, познакомиться нам придётся самим, — обратилась женщина к высокому мужчине, чуть поодаль наблюдавший за ними. — Марина, — кивнула она ему в знак приветствия.

Бабушка была не молодой, но следила за собой. Она специально никогда не представлялась с отчеством — не любила официоза. Волосы её, некогда светлые как у внучки, сейчас были собраны в аккуратную элегантную причёску. От этой женщины так и веяло теплом и уютом, она сразу же располагала к себе яркими голубыми глазами, вокруг которых собирались добрые морщинки, когда она улыбалась.

— Егор, — ответил он ей.

Бабушка улыбнулась ему, и вновь повернулась к заплаканной трогательной девочке:

— Поехали домой, Плакса! — и нежно потрепала её за худую щёчку.

— Бабушка, — с укором ответила ей внучка. — Я просто очень рада, не могу держать в себе это.

— Я тоже, милая.

Волк наблюдал эту сцену со стороны. Какая же она… он даже не знал, что именно в его душе вызвала эта реакция и искренняя любовь к женщине. Девушка рядом с ней расцвела в миг и стала ещё красивее.

На самом деле ему пришлось похлопотать, чтобы привезти сюда женщину. Это было неудобно, но он больше не мог смотреть на страдания девочки, к тому же, чувствовал огромный груз вины. И не пожалел — оно того стоило! Какая она сейчас счастливая, её свет выливался далеко за рамки хрупкого тела и невольно заражал и его. Хотелось бы ему, чтобы она так же любила его? Безумно… Но только не светит это ему никогда, даже если он вдруг скажет «Можно я тоже буду твоей бабушкой?»

В такси девушка и женщина сели сзади, нежно о чём-то щебеча. Мужчина сел впереди, и испытывал некоторую неловкость — не место ему было рядом с ними. Бабушка далеко не всё знает, иначе бы не улыбалась ему при знакомстве…

Приехав домой, они выгрузили бабушкины чемоданы и отпустили такси. Вика взяла на себя приготовление чая и перекуса, и крутилась в кухне, пока Егор заносил бабушкины вещи.

— Молодец твой парень, птичка. Даже просить ни о чём не пришлось, — сказала Марина, глядя на тащившего сразу несколько чемоданов мужчину.

— Парень? — Вика слишком громко поставила чашки на стол и в гневе уставилась на Егора, который, чуть не уронил себе на ноги тяжелый чемодан под взглядом милой девочки.

Мужчина, с лукавой улыбкой нашкодившего кота, поинтересовался:

— А что — надо было сразу сказать, что уже жених? — и сигнализировал ей, как мог, глазами.

— Кхм, не стоило, — сквозь зубы сказала она. — Да, бабуль, он такой. Хлебом не корми — дай помочь. Где надо, и там где не надо тоже.

Кинул многозначительный взгляд на неё. Задрала подбородок и отвернулась.

После чая Марина отправилась передохнуть с дороги, и как только шаги её стихли наверху, Вика коршуном повернулась к Егору:

— Что ты наговорил бабушке? — спросила она тихо.

— Что мы вместе, — ответил он, как ни в чём не бывало.

Вика молча изогнула гневно бровки, буравя его взглядом карих глаз.

— Надо же было что-то сказать. Как ты себе представляешь это сто стороны? Ты находишься за границей, под одной крышей со взрослым мужиком. И я не придумал ничего лучше, чем сказать, что я — твой парень. А познакомились мы, кстати, на работе. Почти не соврал даже…

Вика нервно закусила губу — сейчас ей тоже показалось это самым правдоподобным объяснением.

— Ладно. Только теперь нам придётся изображать наличие отношений.

— Я не против, — спокойно пожал мужчина плечами, невинно хлопая серыми глазами и явно наслаждаясь ситуацией.

— Егор, — грозно позвала его девушка.

— Ладно-ладно, ничего такого, просто подыгрывай мне, иначе наш маленький обман раскроется, и начнутся неудобные вопросы для нас обоих.

Вика продолжала смотреть осуждающе:

— Только в следующий раз, пожалуйста, предупреждай меня о своих планах. А то, может, у нас и дети уже есть, а я не в курсе?

Мужчина хохотнул:

— Да не. Так уж врать бы я не стал.

— Хорошо. А то я уже бояться стала, что ты достанешь из кармашка и покажешь бабушке семейное фото: ты, я, годовщина нашей свадьбы, трое детей и собака Матильда.

Развернулась и, гордо откинув длинные волосы за спину, ушла вверх по ступенькам, а мужчина остался молча прятать улыбку.

— Собака Матильда…. Почему бы и нет? — бормотал мужчина, наливая себе еще чая.

***

Москва.

Весь день Марго не находила себе места. Еда казалась пресной по-прежнему, да и вообще не лезла в горло.

Ей позволили покинуть пределы комнаты и свободно гулять по всему дому и даже выходить в сад. Но ни прогулки по красивому стильному дому, ни уютный сад не могли отвлечь женщину от невесёлых мыслей. Она угодила в самый настоящий капкан, который теперь защёлкнулся вокруг неё. Контроль над ситуацией был в руках Игоря, и только ему решать, где она будет находиться.

Господи, ну зачем она вообще с ним познакомилась? Зачем её бывший директор вдруг присоветовал именно её, и тем самым повязал навсегда с этим властным мужчиной. Работать на такого — это больше, чем стать родственником. Никто её уже не отпустит — она слишком много знала. Сейчас Игорь поразвлекается с ней вдоволь, а потом…

Нет, не стоит думать об этом… Оставался призрачный шанс, что, наигравшись, он всё же позволит ей уйти. Она не знала, что будет делать, если сегодня ночью он опять захочет быть с ней. Это не было противно, вопреки ожиданиям женщины, но всё же унизительно и против её воли.

Ближе к ночи вернулся Хозяин. Он снова заперся в комнате с Марго, попросив принести ужин наверх. Она молчала и вяло ковыряла еду, не понимая, зачем ему это нужно — хорошая компания для трапезы, однако. Но мужчине будто бы было достаточно её присутствия и их молчаливого диалога глазами.

— Если хочешь что-то у меня просить — спроси, — сказал мужчина, заметив острые взгляды женщины, которые она невольно бросала на него. Мужчина расслабленно курил дорогую сигару в своём любимом кресле.

— Сколько я ещё здесь буду? — осмелилась она озвучить мысли, витающие в воздухе.

— Столько, сколько я посчитаю нужным. Мы же говорили с тобой об этом утром, — тучи в глазах мужчины начали сгущаться. Повторять он не любил.

— Пока вы тешите своё эго, меня ждут дети, — твёрдо сказала она. — Они будут волноваться, что я слишком долго не выхожу на связь.

— Спокойнее, — осадил её пыл мужчина. Слова про эго ему явно не пришлись по вкусу. Он протянул ей свой смартфон. — Я знаю, что дети находятся с твоей матерью, и у них всё в порядке. К тому же, они уже взрослые. На, звони.

Блондинка недоверчиво посмотрела сначала на протянутый телефон, потом снова на мужчину.

— Бери — бери, — он положил разблокированный аппарат перед женщиной. — Скажешь им, что спешно уехала в длительную командировку в дальние страны. Будешь не скоро, выходить на связь только по телефону, и только на исходящие звонки. И без глупостей.

Нервно прикусив губы, Марго взяла в руки навороченный гаджет и, отойдя к окну, быстро набрала номер. Не прошло и нескольких гудков, как трубку подняли, и она услышала взволнованный голос мамы:

— Слушаю.

— Мама, это я…

— Рита, Рита, где ты?! Ты с ума сошла? Мы все телефоны оборвали! — посыпался поток вопросов на голову Марго.

— Мам, прости, пожалуйста, я просто закрутилась совсем, и не успела предупредить, что уезжаю.

— Куда?!

— В Европу, мам. Срочная командировка, я даже не успела за вещами заехать.

— В Европу? Странно, я вижу на экране московский номер.

— Это коллеги сим- карта, она с безлимитом по всему миру. Вот взяла позвонить, так дешевле.

— Рита, так нельзя, Витя уже переживать начал, что мама не звонит даже, — упрекнула её мать.

— Дай им трубку, — чуть дрогнувшим голосом попросила Маргарита.

— Витя, иди, мама звонит! — крикнула она вглубь комнаты.

Мальчик бегом кинулся к трубке:

— Мама, ну где ты? Бабушка уже собралась звонить по моргам — спросил мульчуган.

— Витя, зайчик мой, мама работает, — говорила, а сама утирала слёзы тыльной стороной ладони. — Я уехала, далеко. Заработаю денег и приеду.

— Да когда ты уже поймешь, что нам не деньги нужны, а ты, — совсем как взрослый сказал её младший сын.

— Сынок, надо потерпеть. Я буду звонить. Я очень тебя люблю.

— И я тебя… — грустно ответил мальчик.

— Дай трубку бабушке, милый, — попросила она его, и он покорно позвал к телефону женщину, отдав ей трубку.

— Мам, а где Данил?

— Ой, да увеялся гулять как всегда. Взрослый же совсем уже. Мы ему передадим привет. Ты только звони почаще, мы все переживаем.

— Конечно, я скоро снова позвоню. Пока, мам.

— Пока. Береги себя, дочь.

— Обязательно, — нажала на отбой, сил больше нет давить слёзы. Телефон упал на пол, пока Марго как безвольная кукла осаживалась на пол. Сильные руки подняли её с пола и поставили на ноги, а затем заключили в теплые объятия.

— Очень трогательно, Рита, — сказал он ни то с сарказмом, ни то с восхищением, и стал вытирать слёзы с лица женщины. Та только отвернулась. Снова твёрдым жестом заставил её смотреть на него. Она уже поняла, чего он хочет, и вновь сосредоточила на нём обречённой взгляд, только дыхание стало сбиваться от волнения. Нежно, но настойчиво поцеловал её губы, ещё и ещё…

Взяв на руки, бережно положил на кровать и продолжил дарить вынужденные ласки. Уже не просила отпустить, не вырывалась и молча принимала его, только глаза выдавали истинное её отношение да сквозящий холод. Насытив на сегодня голод по ней, отпустил в душ, а сам снова затянулся сигарой, пока в его душе всё переворачивалось вверх дном.

Игорь понял, что теряет контроль над ситуацией и над собой.

Да, он хотел её, и уже давно. Он мог бы и раньше надавить, и заставить её, но почему-то решился воспользоваться ситуацией только сейчас. Да, подонок, но другим он быть не умеет, иначе бы не добился того, что имеет сейчас.

Как справедливо заметила она — он же получил, что хотел. Так почему не отпускает?

Он и сам себе не ответил бы на этот вопрос. Поначалу он думал, что хватит раза, чтобы, наконец, попробовать её на вкус и избавиться от этого наваждения. Но он просчитался — всё стало только хуже. Теперь он хотел её ещё сильнее, и как ревнивый медведь никуда не отпускал. Может, влюбился? Да нет, чушь собачья…

А это разговор с сыном… её тон, полный любви и нежности, пробил в нём какую-то брешь. Он даже не мог подумать, что она может быть такой — милой, женственной. Да, она, как и он сам, пошла не по той дорожке, но это не мешало ей быть хорошей матерью своим сыновьям.

Марго вышла из ванной, снова облачившись в рубашку за неимением другой одежды. Неловко себя чувствуя под взглядом мужчины, задумчиво курившего у окна, она невольно остановилась, едва войдя в комнату.

— Иди, ложись, я пойду, поработаю в кабинете.

Мужчина не хотел еще больше мучить её сегодня своим присутствием, пусть отдохнёт без него. Да и ему теперь не особо хотелось спать.

Женщина молча юркнула под одеяло, и легла комочком на самом краю, чтобы как можно меньше иметь возможности соприкасаться с ним ночью. Это вызвало какое-то неприятное чувство внутри. С каких пор ему вдруг стало важно, как кто-то относится к его поступкам? Он хотел и брал, и плевать ему, что она об этом думает.

С хмурым лицом мужчина вышел из комнаты, потушив свет.