Глава 8

Вику переместили в другую комнату, так как в старой теперь требовался ремонт: в порыве неуправляемой ярости девушка повредила обои и мебель. Когда будет сделан косметический ремонт, комната вновь примет в свои объятия другую девушку, но уже не нашу героиню.

Седовласый Доктор, тот самый, что осматривал её в первый день приезда в Клуб, внимательно изучил порезы, наложил какую-то мазь и бинты, и велел прийти завтра для смены повязки.

Пока врач осматривал Вику и проделывал манипуляции с её раной, она не произнесла ни слова.

Эмоций не осталось, они уступили место полной пустоте внутри, и даже какой-то отрешённости.

Внутри неё было выжженное дотла поле, на котором теперь больше ничего не растёт. Апатия захватила пленницу, хотелось просто лечь и забыться, чтобы все отстали от неё, наконец.

Девушка молча выслушала наставления доктора, глядя в одну точку, лишь раз кивнув, чтобы показать, что слышит.

Доктору достаточно было кивка, чтобы иметь возможность покинуть свою пациентку.

Как только дверь захлопнулась, девушка легла на кровать и, собравшись в комочек, закрыла глаза.

Силы оставили её, и волны беспокойного сна унесли сознание в свои тёплые края.

***

На следующий день Маргарита как обычно решала с утра пораньше насущные дела Клуба.

— Маргарита Николаевна? Позволите?

Марго подняла глаза от папки с документами и увидела в дверях местного эскулапа.

— Да, конечно, проходи, — указала она головой на стул возле её рабочего места.

Когда доктор пересёк комнату и сел, положив нога на ногу, женщина спросила:

— Что скажешь? Как девушка?

— Ничего серьёзного. Один довольно глубокий порез, но это не опасно. Я все обработал, заражения быть не должно, но заживать будет не меньше недели. В целом, она вся в царапинах, но опасаться нечего — их я так же продезинфицировал. Несколько дней девушке необходимо будет приходить ко мне на перевязки.

— Хорошо, — отозвалась Марго, когда Аркадий сделал паузу. — Пусть походит. Выглядит очень некрасиво?

— Да, шарма не добавляет. Рану под бинтом, конечно, не видно, но с платьем вечерним вряд ли увяжется. К тому же, мелкие царапины видны по всему телу, в том числе и на лице.

— Понятно, — хмуро сказала Марго. — Мало мне проблем, ещё теперь эта. Ладно, ты можешь быть свободен, у меня очень много дел.

Женщина молча вернулась к бумагам. Доктор не собирался провоцировать и без того явно взвинченного директора и просто молча покинул кабинет.

Оставшись в одиночестве, Марго отбросила бумаги, поняв, что сосредоточиться на них она не сможет. Достала сигарету, глотнула едкий дым…

Когда за окном уже стемнело раздался стук в дверь. Их стук.

Блондинка слегка улыбнулась уголками губ, лицо её стало менее напряжённым — хоть что-то хорошее за сегодняшний день.

— Входи уже, — спрятав улыбку, небрежно кинула она, подтянув ближе бумаги и делая занятой вид.

Волк вошёл своей стремительной жёсткой походкой и направился к столу.

Он ещё не успел и шага ступить, как до носа Марго уже дотянулся шлейф его замечательных духов — как же они нравились ей! Или это потому, что ими пользовался именно Он?.. Но духи классные!

Женщина краем глаза наблюдала за мужчиной — скалой, усердно читая одну и ту же строчку. Она знала, что как только покажет свою слабость — Егор потеряет к ней интерес.

Он молча сидел, женщина продолжала изображать трудовую деятельность.

— Привет, — сказал он ей.

— Привет, — коротко кивнула в ответ, не поднимая лица от документов.

— Что-то ты сегодня мне не рада.

— А с чего бы радоваться? — наконец, подняла глаза и встретилась с холодом серых мужских глаз. — Начальник охраны пришёл в кабинет директора. Что здесь необычного и радостного? Серые будни.

Волк ухмыльнулся — решила, значит, напомнить ему кто есть кто.

— Викторию необходимо поместить в карцер. Не давать есть три дня. Только вода. Без одежды, одно бельё — пусть помёрзнет.

— Когда? — спросил Волк, затягиваясь сигаретой из пачки Марго. — Сегодня?

— Прямо сейчас, — прошипела вдруг женщина. — Гадина такая. Теперь придётся переносить встречу.

Да уж, женщина не на шутку зла на девушку.

— Переносить? Всё так серьёзно? — поднял брови Егор.

— Да нет, просто царапины, — ответила она. — Но она же теперь вся подранная, да ещё с бинтом. Куда я её, такую красавицу, отправлю?

— Ну да, товарный вид повреждён… — усмехнулся Волк.

— А ничего смешного, — парировала Марго, глядя на него. — Хорошо, что мы ещё договор не подписали, иначе такую неустойку бы заплатили — мама не горюй!

— Да, действительно. Повезло. Ты по этому поводу так переживаешь?

— Не только. Меня в принципе её поведение беспокоит. Ненадёжная она, не поймёшь никак. Тихоня, а в итоге вытворяет вот что, не знаешь, чего ждать от неё.

— Это точно, — совершенно искренне согласился мужчина. — Она вовсе не такая мышка, какой кажется.

— Тоже заметил?

— Ага.

— Ну что ж, придётся учить девочку уму-разуму. Игра по её правилам меня вообще никак не вставляет.

— Что ты задумала? — спросил Егор непринуждённо.

Марго хищно оскалилась:

— Пока ничего. Обычно, хватает подвала. Надеюсь, этой тоже достаточно будет. А нет — я придумаю, как на неё повлиять.

— Ну всё, всё… Не надо так переживать.

Егор обошёл кресло сзади Марго и положил руки ей на плечи. Начал медленно массировать её шею, затем плечи. Ему мешал еёпиджак, но он быстро устранил преграду и продолжил ласкать плечи и шею женщины, на которой остался топ на тонких бретелях.

Марго прикрыла глаза и расслабилась. Мышцы сразу же обмякли и поддались ласковому массажу крепких горячих рук.

Постепенно рука Егора начала спускаться ниже от шеи до мягких округлостей Марго, и вот уже его рука сжала её грудь. Женщине хотелось большего, и он, словно прочитав её мысли, запустил руку под топик, отодвинул бюстгальтер и нащупал нежный сосок.

Егор дразнил и дразнил её умелыми пальцами. Марго знала эти приёмы и испытывала на себе их не один раз, и все равно каждый раз был как первый — такой же яркий, острый и вызывающий стоны против воли.

Внезапно всё прекратилось. Когда женщина открыла глаза, мужчина уже был на полпути к двери.

— Куда?.. — сорвалось с её губ возмущение.

— Работать, — ответил, как ни в чем не бывало Волк.

— Но… мы же…

— Милая, — оборвал её Егор. — На сегодня достаточно. Нам с тобой платят за работу, а не за то, чтобы мы занимались… не работой. Так что я пойду, ещё много дел.

Даже не оглянувшись, он в несколько шагов пересёк комнату и был таков, оставив после себя только запах одеколона. Стойкий какой, зараза!

— Сволочь! — процедила сквозь зубы Марго. — Играет со мной как с котёнком…

Она чувствовала себя униженной.

Ещё ни один мужчина не позволял себе такого отношения к ней. И ведь, идиотка, таяла как пломбир от его ласк. Этот засранец умел завести с пол оборота. Хоть бы раз сказала ему «Нет», но это было выше её сил.

Уже был вечер, и женщина позволила себе бросить служебные обязанности до утра и отправилась в свои апартаменты, чтобы засесть в душ, смыть с себя позор и вдоволь нарыдаться.

***

Дверь с грохотом распахнулась. Лежавшая на кровати девушка тут же подскочила как ошпаренная и уставилась огромными глазами на вошедшего мужчину.

Это был Егор, который просто-таки влетел в комнату и остановился напротив Вики, поставив руки в боки.

— Вставай, — приказал он довольно грубо.

— Что случилось? — спросила она, непроизвольно начиная сжиматься в комок.

— Ты мне ещё вопросы будешь тут задавать? Сказал — подъём, значит, встала и пошла. Живо!

Не дожидаясь, когда девушка соизволит всё же подняться с кровати, он крепкой рукой вцепился в её предплечье, будто краб, и заставил принять вертикальное положение.

— Да в чем дело?! Что вы меня хватаете? — возмутилась она, пытаясь вырвать руку, которую Егор даже и не думал отпускать.

— Я же тебе говорил, что ты будешь наказана — вот и я пришел наказывать. Не заставляй меня повторять дважды, — с этими словами мужчина начал выпихивать девушку в дверь.

— Я никуда не пойду! — она сопротивлялась, как могла, цеплялась свободной рукой за кровать, дверь, за всё, до чего удавалось дотянуться.

Устав с ней бороться, Волк многозначительно вздохнул и просто схватил девчонку за ноги, перекинул через плечо и потащил, словно неандерталец свою добычу в пещеру.

Всю дорогу Вика громко возмущалась и лупила по спине Егора кулачками, но мужчина-скала будто бы не замечал этого вовсе.

Их путь закончился в тёмном маленьком помещении, похожем на подвал или карцер.

Войдя внутрь, Волк скинул с плеча девушку, которая кулем свалилась на жёсткую лавку, являвшуюся единственным предметом мебели в данной комнате.

Вика тут же зажалась от страха в конец лавки, чувствуя спиной стену — дальше бежать некуда.

В помещении было довольно холодно и неуютно. Тусклая лампочка, отсутствие обоев и напольного покрытия придавало комнате вид бетонной коробки, бетонной тюрьмы.

Нависнув над девушкой, и насупив брови, Егор обратился строго к ней:

— Раздевайся.

— Ч-что?.. — еле двигала она языком от захватившего её сознание ужаса.

— Что слышала — снимай одежду, — приказным тоном ответил мужчина, недобро и совершенно по-волчьи сверкнув глазами.

Вика, находящаяся в состоянии шока, так и продолжила сидеть в углу, глядя на него безумными глазами и сотрясаясь так, что лавка, на которой она сидела, со стуком билась о бетонную стену.

— Да что ж такое-то… А ну, иди сюда, — прорычал он и твёрдым шагом двинулся к ней.

Эти секунды, пока он сокращал между ними расстояние, кажется, длились вечно. Вика, не помня себя от паники, смотрела в холодные глаза мужчины, который сейчас представлял для неё реальную опасность.

Её сердце билось мимо доли — намерения Волка легко читались в его жестком зверином взгляде.

Он легко схватил хрупкую девушку своей лапищей и заставил лечь на лавку. Сев на неё сверху, ногами он плотно зажал её бедра и принялся руками расстегивать пуговицы блузки.

Когда последняя петля выпустила пуговицу, Егор стал стаскивать рукава, приподнимая корпус девушки. Когда пленница осталась в лифчике, мужчина принялся за брюки.

Ловко расстегнув пуговицу, он стащил с Вики и брюки.

Всё это время девушка вырывалась и кричала, просила не трогать её, не прикасаться.

Но когда она осталась в одном белье, мужчина вдруг бесстрастно бросил её, словно куклу, на лавку.

Одежду он собрал с пола и молча уставился на неё.

— П-п-пожалуйста…не надо, — еле слышно умоляла полуголая девушка. Лицо её было заплаканным, губы дрожали — она действительно была напугана.

— Я не собираюсь тебя трахать, ты не мне неинтересна, — бросил он равнодушно.

В глазах девушки заплескался огонёк надежды, что возможно, ей удастся уйти от возмездия. Но в следующую секунду он затух, когда Егор снова заговорил:

— А вот моим бойцам ты очень даже приглянулась. Они когда смотрят на тебя по камерам — всё время облизываются. Ну, я и решил отдать тебя им в наказание. Может быть, так ты будешь более сговорчивая и менее проблемная. Жди, скоро придут к тебе, пообщаетесь.

Мужчина, не глядя на плачущую девушку, и не слушая её криков в спину, уверенным шагом ушёл, оставив её в полутьме рыдать в одиночестве, прихватив одежду пленницы с собой.

Следом за ним с лязганьем закрылась железная дверь.

***

— Жестковато ты с ней, Волк, — негромко заметил охранник, просматривающий камеры по дому после того как мужчина вернулся в комнату.

— Че? Еще поговори мне здесь — охереешь! — рыкнул мужчина на парня, который немедленно прикусил язык и осел: в такие моменты себе дороже встревать поперёк горла Егору — разнесёт и не заметит.

— Еду не давать, только воду. Никого не пускать без моего разрешения. Всё понятно? — спросил Егор ссутулившегося от морального напора парня.

— Понял, — только и смог выдавить из себя охранник.

Волку большего было и не нужно, получив обратную связь от бойца, он вихрем унёсся в свою комнату.

Паша уловил сразу настроение начальника и решительно уселся за пульт сам — в таких ситуациях он был замом Егора, и не мог оплошать. За это Волк особенно ценил парня — тот без слов всё понимает и чувствует его плохое расположение духа.

Закрыв дверь на замок, Егор открыл бар и достал коньяк, хотя вряд ли он ему сейчас поможет. То, что творилось в его душе не смыть даже слезами самого дьявола.

Он и сам не мог себе объяснить, какие чувства его захватили больше всего.

В первую очередь, он, конечно, злился.

На неё.

Она всё делала наперекор. Боялась, но спорила и огрызалась.

Она стала для него его личной костью в горле, которая мешала жить нормально. Постоянные с ней заморочки и стычки, когда она не выказывает ему обожания и подчинения как все остальные, а даже наоборот — неприязнь и непокорность.

Ну, ничего, Егор преподал ей замечательный урок, который девочка точно усвоит. Возомнила о себе!

Это она заставила не лучшие черты характера в нём проснуться и активизироваться. Идя к ней, он не собирался настолько все утрировать, но она опять начала возникать и упираться.

Он злился на себя.

Что эмоции взяли верх, и он стал делать то, чего не было в планах изначально.

Почему эта девочка так действует на него? Она будто отравляет его своими словами и поступками.

Надо признать, еще никто не смел противиться его воле настолько.

И женщины, и мужчины сразу чувствовали кожей его мощную энергию и старались не нарываться, понимая, что Волк шутить не будет.

Она же, трясясь от страха, все равно пытается с ним бороться. Это вызывает уважение, и даже как то…будоражит.

Ответ был найден, и Егор немного расслабился — ну конечно, да это все просто от того, что она идёт против него, и его это бесит — и только.

То, что здесь уже примешались какие-то совершенно другие эмоции, он принимать отказывался. Не могло такого быть с ним, только не здесь, не в этом Клубе!

Мужчина ещё плеснул себе коньяка, затягиваясь дорогими сигаретами.

Приходится все же признать, что девушка странно на него действует, и с этим надо научиться справляться.

Руки сами собой потянулись к монитору и, найдя нужную комнату, Егор стал смотреть в экран.

Съёжившаяся девушка лежала на лавке в одном белье, тонкая фигурка подрагивала — она плакала, наверное, еще с того момента как он бросил её там.

Сердце защемило непонятное чувство — может, и правда, погорячился он с ней вот так?.. Она же реально думала, что он сейчас её изнасилует, а потом поверила, что придут бойцы и изнасилуют толпой.

Егор взял телефонную трубку и, зажав сигарету в углу губ, набрал номер. Когда на том конце провода ответили, мужчина вынул сигарету изо рта и сказал:

— Слушай, Паш… Иди, дай ей воды… и скажи… Ну, скажи, короче, что никто не придёт, чтоб успокоилась уже. Чё-то я, правда, борща дал.

— Хорошо, — ответил охранник, и Волк тут же положил трубку.

Да что за херня с ним происходит?! Только посмотрел на неё, увидел, как она плачет и весь растаял.

Размазня!

С этими мыслями Егор продолжил заливаться коньяком, а душевные метания от этого не становились менее ощутимыми…

***

Девушка лежала на деревянной скамье, подобрав под себя коленки, и тихо плакала.

Ей было страшно, холодно, но больше больно именно морально.

Что она лично ему сделала, что он так с ней обращается?

Теперь она понимала, о чём говорили девочки, когда разговор заходил о жестокости Егора, и прозвище Волк прилепилось ему вовсе не из-за фамилии одной. Волчара, самый настоящий.

Её до сих пор не отпускала крупная дрожь даже после его ухода. Места на теле, где он касался, горели огнём и не на шутку саднили, на коже остались красные следы крепких пальцев. Вике казалось, что она до сих пор ощущает его грубые руки на себе.

Он ушёл, но легче не стало. Теперь она в смятении ожидала дальнейшего развития событий — обещанных парней, о которых говорил Егор. Она даже думать боялась, что начнётся, когда они всё-таки прибудут в эту тесную каморку, где ей никто не поможет и не услышит криков. Самая настоящая пыточная камера…

Поток её сознания оборвал звук отодвигаемого затвора.

В комнату вошёл охранник, и девушка резко вскочила и забилась в угол, затравленно глядя на него огромными глазами оленёнка.

— Да не бойся ты, я просто воды тебе принёс. На, — и он протянул девушке пластиковую бутылку.

Та все еще пребывала в состоянии шока и никак не отреагировала на протянутую воду, продолжая, не мигая, смотреть на молодого парня как кролик на питона.

Он вздохнул и молча поставил бутылку на лавку.

— Расслабься. Никто не придёт…Это он так, просто напугать хотел.

Девушка по-прежнему тряслась и молчала. Парень еще немного постоял, глядя на неё, и покинул карцер, закрыв дверь за собой.