Глава 28

Илья

***

Яна принимает правила игры: лежит не шелохнувшись, приятно щекоча плечо дыханием. Ее волосы мягко оплетают мои шею и грудь. Стук сердца волчицы то набирает обороты, то сбрасывает свой ход. И я жду. Буквально пара слов, и мы перешагнем очередной рубеж – незримую границу недоверия.

Молчит. Облизывает губы. Указательным пальцем рисует поперечные полосы на простыне. Резко вскидывает голову:

– Я, – упирается ладонями по обеим сторонам от моей головы, – не ходила в туалет, – быстро-быстро шепчет в лицо. Меня же накрывает волной хохота.

– Это ужасно, – отвечаю я, не переставая улыбаться. – Сходи.

– Ты не понимаешь, я хочу тебе рассказать, – усаживается мне на бедра, перебирая ладонями от груди к талии, но быстро меняет провокационную позу.

– Про встречу с Бальво? Рассказывай.

На Злючку больно и одновременно забавно смотреть.

– Ты знаешь?! – она растерянно распахивает глаза.

– Знаю, Янка. Вампир и не пытался скрывать своего присутствия. Он сделал все, чтобы я его заметил.

Волчица подбирается, выпрямляет немного спину. Сквозь чуть приоткрытый аккуратный ротик втягивает воздух:

– Но… почему ты молчал?! Почему не сказал еще там, в магазине?

– Зачем?

– Как зачем? А если бы я тебя предала?

– Как твой отец?

– Да, как мой отец! – шипит, яростно хлопая ресницами. Я качаю отрицательно головой. – Что значит «нет»? Я же могла! Могу!

– Не можешь, – говорю я.

– Могу!

– Ян, ты сейчас кого обманываешь? Себя или меня? Почему же ты провела весь вечер, словно на иголках, не спала, дожидаясь меня и попыталась начать разговор? Наверное, от чрезмерного коварства и жестокости?

– Но разве так можно?

– Как?

– Ты что, не боишься?

– Янк, не боятся только дураки. Боюсь. Еще как боюсь. Ну а что мне еще оставалось делать? Стратегически Бальво сделал все правильно. Преподнес в выгодном для себя ключе, надеясь, что я стану тебя переубеждать, возможно, где-то перегну палку и сыграю ему на руку. А если бы я рассказал Альфе, то тот точно попытался бы с тобой обстоятельно переговорить и настроил только против.

– А ты не сказал ему? – спрашивает она.

– Альфе? Сказал, конечно. Или ты думаешь, я все это время наматывал круги по лесу?

– И?

– Он недоволен происходящим, – прыскает, подтверждая мои предположения, что оборотень в ярости. – Кстати, я тебя обманул, завтра придется встретиться со Светлыми, так что учеба откладывается. На день так точно.

– Ты больной! – она хлопает меня поперек живота. – Что ты смеешься?! – замахивается для следующего шлепка.

– Перенервничала, да? – хватаю за кисти и притягиваю к себе. – А теперь представь, каково было мне? Гадал, признается маленькая злючка или промолчит, подставлю себя и стаю или нет?

– А что было бы с тобой, если бы я отказалась?! Ты понимаешь? – упирается носом мне в бок и вырывает руки.

– Хрясь, и все. Не было бы больше Илюшеньки, – я захожусь хохотом от отчаянного рычания. – Щекотно, Янка. Хватит своим сопливым носом ребра мне считать. Не дергайся, – Перехватываю плотнее хрупкие плечи и вжимаю уже с силой в свой бок. – На девяносто и… пять процентов я был уверен, что ты сделаешь правильный выбор. Включишь мозг. – Яна сводит взгляд на моем указательном пальце, упирающемся в гладкую кожу на лбу. – Еще в клубе ты признала меня и зверя, только не поняла этого. Поцелуй был настоящий, Янка, и сомневаюсь, что ты облизываешь со стонами каждого встречного-поперечного.

– Я не стонала, – возмутилась она.

– Но язык свой засунула с удовольствием. Вкусный, кстати.

– Вампир сказал, что стая мешает ему. – Она встревоженно изучает мою реакцию, увеличивая между нами расстояние.

– Еще бы, – я отпускаю ее из объятий. Все же пара дней не тот срок, чтобы подмять аккуратную мраморную статуэточку под себя. Раньше эти мысли меня не посещали, смеюсь над собой. – Мы давно мешаем кровососам. Они потребители. Если Темные во главе с Александром сдерживают свои аппетиты и, прошу заметить, не бедствуют, то Светлым все мало. Жратеньки хотят, денежек, власти, желательно абсолютной. Больные чудики. Я рад, что мы поговорили. Спи.

Яна возвращается в изначальную позу и ложится набок. Чувствую колючий взгляд, что сверлит между лопаток. Что сейчас творится в ее крохотной головке, внутри которой адская неразбериха с самого рождения?

Ложится. Сворачивается в привычную позу, поджимая ноги. Придвигается ближе, еще немного – и тепло льется вдоль позвоночника, наполняя собой. Зверь расслабленно принимает близость пары как само собой разумеющееся. Довольно урчит, ожидает момента встречи и полноценного знакомства.

Яна

***

Мои руки чешутся хорошенько приложить по блондинистому затылку, в идеале причиняя хоть какую-то боль самодовольному дерзкому хозяину. Только своим присутствием он доводит до нервных покалываний на подушечках пальцев. Я бестолково таращусь, рассматривая мужскую спину, и от этого желание ударить усиливается в несколько раз.

Дергалась. Переживала. Боялась. А он все знал! Знал…

И сейчас как ни в чем не бывало размеренно сопит, не обращая внимания на напряжение.

Непробиваемый!

Хочется развернуть блондина лицом и высказать!

Дернув край одеяла, я заворачиваюсь, накрывшись с головой, ложусь, повернувшись к оборотню спиной. От обнаженного тела исходит тепло, специально или нет, но Илья спит не укрываясь. Немного еложу, укладываясь, лишь капельку сдвигаюсь вглубь кровати, будто случайно так вышло, и блаженно засыпаю, чего совершенно не ожидала…

***

– Ну что, идем? – Дверь внедорожника приветливо распахивается. Блондин щелкает сигнализацией, развязно кладет руку на мое плечо, и мы, не сговариваясь, поднимаем головы. Высокое зеркальное здание в деловом центре города манит своим блеском и респектабельностью. – Нам, естественно, на последний. Если что, красиво полетим, не находишь? – весело хохочет, вкладывая в объятия силу. – Но на реку было бы шикарно. Представь, раскинем с тобой конечности. – Блондин изображает из себя аэроплан, вытянув длинные руки. – Ба-а-ах! – сопровождает мерзким звуком, словно кто-то высморкался. – Ну и все в принципе…

– Замолчи! – шикаю я.

– Не дрейфь, волчица. – Наши шаги смешиваются с чужими торопливыми. Илья нахально улыбается, глядя мне в глаза. – Знаешь, чего хочу?

– Не умереть? – Шутка вырывается рефлекторно.

– Не-а. Сожрать тебя. Никогда такого не ощущала? Вот прям до трясучки. – Эскалатор медленно поднимает нас к лифтам. Не стесняясь, блондин открывает рот и прихватывает мою макушку зубами. – Сожрать. – Кусает еще пару раз и приглаживает взъерошенные волосы ладонью. – Нравится? Ну же, должно нравиться. Мне очень нравится. Смотри, – раскрывает ладонь. Длинные пальцы подрагивают.

– Помолчи, пожалуйста, – прошу я, входя в лифт.

Цифры на ярком табло лифта сменяются одна за другой. После двадцатого этажа металлическая коробка периодически останавливается, сменяя присутствующих.

– Янк, – шепчет Илья на ухо. – Красивая пара, – стреляет глазами, указывая на наше отражение.

– Замолчи, – цежу я сквозь зубы. – Шут, – шиплю, не моргая и отводя взгляда от теплых глаз, лучащихся смехом.

– Не шипи, змеюшка. – Он обнажает белоснежные зубы в улыбке и склоняется, прижимаясь колючей щекой к моей. – Ты чего разнервничалась? Сейчас быстренько скажем друг другу «да» в окружении кровопийчиков, и домой. Ты зубрить, я дурь свою выгуливать. Пойдешь со мной гулять?

– Пойду, – хриплю, волнуясь после упоминания о вампирах. – А мы одни будем?

– Нет, конечно. Альфа с племянником уже наверху, не хотел я с ними в лифте подниматься. Задушат своей дружелюбной энергетикой и не заметят, – покусывает блондин мой затылок, улыбаясь. – Знаю, что нравится. Не благодари.

– А вот и мы. – Илья объявляет громогласно, привлекая внимание красивой шатенки за столом и двух оборотней. Мужчины поднимаются, и мне хочется сжаться, стать совершенно незаметной. Если энергетика блондина плещется, словно теплая вода, окутывает, обнимает и мягко накрывает, то сила, исходящая от Альфы, подгибает ноги в коленях, запрещая поднимать голову и встречаться прямым взглядом. Я рассматриваю носы трех пар мужских ботинок, ощущая поглаживания горячих ладоней на талии.

– Почти все в сборе, – произносит шатенка с придыханием, распахивая перед нами двустворчатые двери темного дерева. – Проходите.

Она человек, но насквозь пропитана сладковатым флером вампиров. Ее движения уподобляются неторопливым движениям ее хозяев, девушка даже смотрит с превосходством, мягко сложив идеальные губы в профессиональной улыбке, но без намека раболепия и низкопоклонства.

Альфа входит первым, останавливается, давая понять, где наше место. Я всегда считала себя высокой, часто неуютно чувствовала, разглядывая чужие макушки, а сейчас ощущаю себя настоящим ребенком. Блондин возвышается сзади, закрывая спину, и справа от нас брюнет – племянник Альфы. Думаю, еще не достигший полного расцвета физической формы, но уже имеющий внушительные габариты даже по меркам оборотней.

– Чуть не опоздали. – Александр под руку с девушкой шагает из пустоты. В свободном помещении смешиваются запахи. Терпкий от оборотней: они пахнут лесом, хвоей, влажной землей и какой-то чистотой. И обволакивающий аромат вампиров: обманчиво мягкий, заполняющий дурманом легкие, если бы не тяжелая примесь металлических ноток, то можно забыть, кто перед тобой и поддаться легким гипнотизирующим движениям и тихим голосам. – День добрый, господа. – Темный князь сверкает крупными клыками. Протягивает ладонь для рукопожатия каждому, начиная с Альфы, и заканчивает у идеально отполированного стола хозяина: – Бальво, почти рад видеть.

– Я не ожидал твоего визита. – Вампир говорит неохотно, превозмогая себя.

– Не мог пропустить. Да и меня пригласили. Нас пригласили. – Девушка в руках Темного князя кажется такой неестественной красоты и легкости, что невольно приковывает взгляд. Она не отводит глаз от его лица и полностью поглощена вампиром.

– Я пригласил, – обозначает Альфа. – Думаю, никто не против третьей стороны в решении спора.

– Конечно. – Бальво отвечает с пренебрежением, приподнимая верхнюю губу. – Особенно когда третья сторона – пара твоей горячо любимой племянницы.

Оборотень кивает и пожимает неопределенно плечами, не отрицая. Я выпадаю из дальнейшего обмена колкостями, сосредотачивая все свое внимание на стоящих у окна. Они находятся в другом измерении, полностью поглощенные друг другом. Темный что-то шепчет на ухо и указывает вдаль, подкрепляя слова касаниями губ к виску зеленоглазой княгини, а моего слуха достигают два биения сердца. Их удары звучат в унисон.

– Я почему-то не вижу меток. – Слова сказаны холодно и громко, чтобы акцентировать на себе внимание. – Твой Бета головой клялся в справедливости произошедшего. Но… не вижу пары. А вижу лишь двух оборотней в объятиях друг друга. – Я пропускаю тот момент, когда за спиной Бальво появляется еще пятеро Высших вампиров. Светлый князь, оставив свиту, поднимается и приближается к нам вплотную. – Это смешно! – Вампир смотрит мне в глаза. Склоняет чуть голову и произносит: – Пара, что не имела близости. Пара, что не носит меток. Пара?! – вопросительно вскидывает брови.

«Мне нужно ответить?» – мечется в голове.

Вампир словно по воздуху подходит все ближе, я вторю его движениям и отступаю, впиваясь пальцами в предплечье оборотня, ища защиты.

– А в чем проблема? – Александр оставляет свою княгиню, бережно передавая девушку Альфе, вкладывая ее ладони в огромные смуглые кисти.

Александр копирует позу Бальво, чуть склоняя голову, и замирает рядом.

– Извините, господа, но близость оставим за кадром. Я не фанат больших компаний в сексе. – Илья отвечает с насмешкой. Но каждая мышца его тела, налитая сталью, подтверждает, что спокойствие искусно разыграно. – А метку – пожалуйста. Ты же потерпишь немного? – шепчет мне.

– Нет, – вмешивается вампир. – Волчица первая, оборотень. Что-то мне подсказывает, нет доброй воли в ее действиях.

– Загнете тоже, Светлейший. «Нет доброй воли». – Илья разворачивает меня в своих объятиях.

– Что делать? – спрашиваю я. Меня лихорадит от происходящего.

– Ты же хотела сделать мне больно? Настал момент. – Блондин оттягивает ворот водолазки и склоняется. – Только артерию не прокуси, Янка. – Мои губы несмело касаются кожи. – Поцелуй – это хорошо, но сейчас нужно чуть жестче.

Голос блондина проникает в расплавленный страхом разум. На языке ощущается солоноватый привкус, перед глазами плывет, сердце оглушает и дезориентирует. «Кусай», – слышу голос внутри себя. – «Мой!» – проносится требовательно. Блондин с шипением втягивает воздух, чертыхаясь сквозь зубы.

– Острые у тебя зубки, змеюшка, – он растирает ладонью шею, удерживая меня под спину. – Теперь моя очередь. Закончим с этим по-быстрому?

Киваю болванчиком, совершенно не соображая, где я и что сейчас происходит. Лицо блондина приближается, мужские губы мажут по моим и влажным поцелуем втягивают кожу у основания шеи. Острый момент боли – и горячий язык проходит от основания до самого уха, но не останавливается на этом и поднимается по скуле, щеке…

– Кажется, мы с княгиней молоко на плите забыли. Еще немного, и подгорит, чувствую уже этот запах. Такой пряный! Терпкий! Сумасшедший аромат…

Я распахиваю глаза, стараясь сосредоточиться на присутствующих. Илья удерживает мой подбородок пальцами, тяжело дыша, глядя поверх головы.