Глава 41

Артем

Я не отпущу её, чего бы мне это ни стоило. Даже если сейчас она оттолкнет меня, скажет нет, пусть. Я все равно добьюсь, чтобы Вера стала моей. Мне срывает крышу, я парю рядом с девчонкой, которую не помню.

Кажется, весь смысл существования сосредоточен в ней. Она – мой центр тяжести, от которого не оторваться.

Разве так бывает? Что никто не нужен, только этот человек?

– Мы не можем, – ответила Вера, запыхавшись, после полного страсти поцелуя. Я надавил на нижнюю губу большим пальцем и вновь поймал её. Мед. Приторная сладость. Нектар.

– Еще как можем. И не только это, – провел в нетерпении языком и присосался, не принимая отказа, не давая время на сомнения. Закрыл рот, чтобы Вера не смогла отвергнуть меня. Проглотил слова и вместо них, получил ласкающий уши стон.

Она хочет меня. Хочет так же как и я её.

Обычный перепихон. Слова Бизона сразу показались мне бредом. Наш секс много значил для меня, а почему не поцеловал её? Наверно, был тупым бараном, напыщенным козлом, ставящим из себя слишком много, чем и обидел девчонку. Поэтому она сказала, что я считал её недостойной себя…

Вера нашла пуговицы на моей рубашке и расстегнула пару. Ого! Моя девочка готова к дальнейшим действиям.

Смяв упругую попку ладонью, я толкнулся пахом, нетерпеливо потираясь стояком. Приятно. Но этого недостаточно. Мне необходимо оказаться в её сладкой киске.

Черт. Мне бы поднять Веру и отнести в кровать, но мы упадем на первом же препятствии. Дебильная слепота!

– Пошли в спальню, – проговорил, кусая её губы. Пальцы пробежали по гладкому бедру, нащупывая границы дозволенного и проникли под юбку. Никакого сопротивления…

Они скользнули выше, отчего на секунду я затаил дыхание. Дотронулся сквозь мокрую ткань трусиков до клитора и тут же волна бешеного возбуждения обрушилась и затопила. Сначала затраха… Нет залюблю как следует, а потом вылижу киску, наслаждаясь ароматами её соков.

Ох, девчонка совсем с ума свела. Хочу её до изнеможения.

– Артем, погоди, – проговорила Вера, хватая меня за руку, чтобы я остановился и не ласкал её клитор, но в то же время отпуская, чтобы я продолжил.

– Любимая моя, желанная, – начал льнуть губами к шее, только бы продолжить соблазн. Я не переживу отказа. Химия между нами поразительна. – Не отталкивай. Не гони. Я люблю тебя.

До чего легко признание сорвалось с языка. И мои слова не ложь, не попытка затащить Веру в кровать, они – это истинная правда. И я хочу, чтобы она знала о моих чувствах. Хочу услышать такое же признание в ответ.

– Наше время бесповоротно ушло, – произнесла шепча, борясь сама с собой. Я уперся лбом в её. Не это она должна была сказать. – Артем, то что сейчас происходит – это… Не ты…Ты … другой…

Ледяная пропасть начала раскрываться под моими ногами, грозя разделить нас. Нет, нужно пересилить это своей страстью и напором.

– Что за бред? Это я и ты хочешь меня, – смял грудь, умирая от желания сорвать ненужные тряпки, и остаться с Верой голышом. Тело к телу.

– Хочу, но это неправильно.

Пытаясь побороть ревность, я вспомнил мужской голос, пробудивший во мне животные инстинкты, заставивший почувствовать близость соперника, всколыхнувший готовность к противоборству, и еще большее желание присвоить себе Веру.

Вот почему я накинулся на неё с самого порога. Она моя. И я не отдам её никому, а кто посмеет посягнуть на Веру, того уничтожу.

– Это все из-за него? Из-за того парня с которым ты была? – прошипел и еще больше прижал хрупкое тельце к себе.

– Он тут ни при чем. Это только между нами с тобой, – она уткнулась лицом в мою грудь, тяжело дыша.

От этого я моментально успокоился, расплавился, потек. Злость улетучилась, осталось только тепло маленького родного тела под руками.

– Дай мне шанс все исправить. Прости. Я не знаю, в чем виноват перед тобой, но прости меня, – произнес умоляюще, чувствуя, что говорю правильные слова, которые, возможно, никогда не произносил, но это было важно для неё.

– Такое не прощают, – ответила скручивающим все мое нутро голосом.

Колючий вихрь, кромсая острыми льдинками тело, поднялся из середины сердца. Злость и ненависть к себе старому огненным пульсаром заполнила голову, грозя разорвать череп.

– Да, что блять я сделал? Ответь, – я ударил кулаком по стене, желая вспомнить, чем мог обидеть Веру, но пусто, непроглядный черный экран.

– Поставил на нас большой жирный крест. И я хочу оставить все в прошлом, забыть обо всем. Отпусти меня, – но я не разжал рук, тогда Вера вцепилась в них ногтями. Боль ерунда, ради того, чтобы быть с любимой, я бы вытерпел, даже если меня резали на части, но я поддался, позволил ей скинуть руки.

Выскользнув, она оставила между мной и стеной пустоту.

Момент упущен. Я вздохнул и постарался сбросить возбуждение.

– Почему ты не сказала, что у нас с тобой был секс? Для чего скрыла?

– Был и был. Это просто потребность, ничего серьезного.

Специально провоцирует.

– То есть для тебя это ничего не значило?

– Нет.

Как же. То как она плавилась в моих руках от касаний, поцелуев…

– Врушка.

– Да, мелкая лживая тварь, вот кем я была для тебя.

Я свел брови.

– Почему я так говорил?

Может, она мне изменяла? Даже не видя ее лица, нетрудно догадаться, что в ухажёрах у нее недостатка не должно быть. Один такой хер уже появился сегодня на горизонте.

– Потому, что я переехала в одиннадцать лет в другую страну и не сказала тебе о том, что сделала это навсегда.

Что за ерундовая причина оскорблять ее? Остановите поезд, я сойду.

– А мне сколько было?

– Четырнадцать.

– Ты была совсем маленькой.

– Но это не стало снисхождением для того, чтобы ты возненавидел меня на долгие годы.

– А когда ты вернулась?

– Совсем недавно.

– И у нас все-таки случился секс?

– Да, как ты назвал его – по старой дружбе. Ничего серьезного, – она постаралась придать голосу храбрости, но сквозь нее я все равно распознал жгучую боль и обиду на меня. – Давай закроем эту тему. Как ты попал сюда?

– Брат привез, – облокотившись спиной о стену, я сполз по ней и сел на пол, поджав колени к груди. – Я думал, что ты на вечеринке, но когда понял, что тебя там нет, попросил отвезти меня к твоему дому.

На тусовке было много всего – выпивка, веселье, куча девок и предложение с порога – сделать расслабляющий минет. Не было самого главного – моей девочки.

– Тебе лучше вернуться к своим друзьям. Я устала и хочу спать.

– Позволь мне остаться, – тихая просьба, осенним листом, сорвалась с губ и закружила подхваченная ветром надежды. Готов спать тут на пороге, только быть рядом с Верой.

– Нет. Это ни к чему, – лист упал в мерзлую лужу. – И Артем… Нам больше не стоит общаться. Забудь меня, – припечатала Вера, сминая и вдавливая в грязь все светлое, что готов отдать ей без остатка. – Завтра я возьму билет и покину страну. А ты останешься здесь, – она всхлипнула и проглотила ком в горле, мешающий говорить. – На этот раз я сообщила о своем отъезде.

Она же несерьезно?

– Зачем уезжать? Не понимаю. Из-за меня? – я подался вперед.

Вера просто ошарашила.

– Нет. Просто так надо. Так сложились обстоятельства… Алло, Жень, забери Артема, ему пора домой… Нет, я тебе уже говорила… Как завтра… Ты специально? Тогда я наберу твоему отцу… Да, постарайся уж… Все, Женя приедет за тобой.

– Избавляешься от меня? – я поднялся, чувствуя себя полнейшим дураком, паяцем, раскрывшим душу перед королевой и получившим в ответ оплеуху. Знай свое место, не прыгай выше головы, слепое чучело.

– Артем, – Вера приблизилась и положила ладонь на мою щеку, но я отпрянул. – Пойми. Я не выдержу еще одного удара. Итак с трудом поднялась и продолжила жизнь. А теперь я тем более не могу рисковать. Когда ты обо всем вспомнишь, поймешь, что я поступила правильно. Так лучше, для меня, тебя и … Для всех. Нам надо держаться друг от друга как можно дальше.

– А как же наши чувства? – я поймал её ладонь, так и не поняв причин отказа.

– Даже они не помогут построить нам то прекрасное будущее, о котором каждый из нас мечтал…