Глава 17

МАРКИЗ ВИ КРАНТ. Все еще день 5.

— Ну, какой отряд будем рисовать сегодня? — взволнованно хихикнула Ара Элеонора.

Ройза вперила в меня вопрошающий взгляд. Я пораскинула мозгами. Мозги не раскинулись. Я попробовала еще раз — с тем же результатом. Я решила дать мозгам последний шанс, и вот уж чтобы они заработали наверняка, даже остановилась на ступеньках и напряглась.

— Ар-ра Самара! — возмущенно кудахнула и опасливо огляделась Ройза. — Зачем же вы тужитесь у всех на виду?

«У всех на виду» — это перед каменными львами на перилах. Насчет «тужитесь» я не поняла. Зато Элеонора отчего-то счастливо-хохотно всхрюкнула в веер. Да, про леди так не говорят, но она именно, что всхрюкнула.

Неудача с мозгами меня слегка огорошила. В голову напрашивалось только одно объяснение: если мозги не раскидываются, значит, их нет. А раз их нет, значит, я медуза.

Расстроенная, я потащилась на улицу, поближе к жаркому солнышку и теплому Маркизу. Когда мы дошли до Ара Кранта, я убито сообщила ему:

— Я — медуза.

— Самая очаровательная на свете, — заверил меня Ар Крант.

Мутный Тип со звуком «чмоньк» закатил глазки

в банки

Генерал иронично задрал куст, который он отчего-то выдавал за бровь. Я радостно зарделась: раз Ар Крант говорит, что я самая очаровательная медуза на свете, то я отнюдь не против ею быть.

Пусть даже это и означает полное отсутствие мозгов!

Я послала Маркизу нежную улыбку. Маркиз послал лучистую в ответ. Искра, буря, безу…

Мутный Тип возругался. Мысленно и про себя, но я-то слышала, какие он там у себя в голове словечки употреблял!

— Как вам не стыдно, — пристыдила я его, — ругаться перед дамами!

Мутный Тип вытаращил глаза:

— Я не ругался!

— Да у вас все на лице написано, — приперла я его к стенке, — нечего отрицать. И вообще. Фи таким быть!

И снова обратила свой ласковый взор на глазные арочки Маркиза. Мутный Тип возмущенно хватанул ртом воздух.

— Матушка, — всшипел он, — погостили и хватит! Едемте домой!

— Не шипи на меня! — отрезала Ара Элеонора. — И девочка права: нечего ругаться, даже мысленно!

В районе правого глаза Мутного Типа запрыгали точки. Прям под кожей: вверх-вниз, вверх-вниз. Причем не синхронно: когда один подскакивал вверх, другой в это время уже падал вниз. Сам глаз при этом не плясал, плясала кожа вокруг него, и выглядело это так непрофессионально и смешно, что я хохотнула. Потом запереживала: ведь точки старались, прыгали. Ну и что, что в рассинхрон, ведь они же только учатся! А я их на смех подняла. Но выглядело это и впрямь так забавно, что я не удержалась и снова хихикнула. Потом вновь пригорюнилась и снова хихикнула.

Мутный Тип закрыл глаза и вздохнул. До-олго так, будто тренировался небо на плечах держать. А когда он открыл глаза, точки больше не плясали. Я даже обрадовалась. Теперь не придется их обижать своим смехом.

— Матушка, — сказал Мутный Тип, но при том бросил косой взгляд отчего-то именно на Сиятельного Маркиза. Сиятельный Маркиз в ответ выжидательно и насмешливо склонил на бок свою в высшей степени прелестную голову — будто приготовился увидеть какое-то представление. Я поняла, что сейчас будет зрелище и тоже приготовилась его вкушать. — Матушка, у Ары Самары сейчас забот полон рот. Ей некогда привечать гостей, особенно императрицу, потому что прием у себя в замке гостей такого уровня предполагает огромное количество приготовлений, церемоний и хлопот, заниматься которыми в текущий момент у Ары Самары…

Я озадаченно призадумалась. Как бы ни хотелось это признавать, но Мутный Тип- то, в принципе, прав. Ара Элеонора не просто какая-то там ара, а всё же Вдовствующая Императрица. И обращение к ней должно быть соответствующим: роскошные там опочивальни с шелковыми простынями, всяческие изыски на завтраки-обеды-ужины да купальни с благовониями.

Я тихонько оттянула Ройзу на шаг назад.

— Ройза, скажи, а в каких покоях сейчас почивает Ара Элеонора?

— В покоях вашего дедушки, — шепотом ответил та.

Я покивала.

— Это в тех, в которых кровать, стол, стул и паутина Григория Семеныча в углу?

— В них самых.

Я покивала.

— А что вы ей на трапезу подаете?

— То же, что и солдатикам.

Я покивала.

— А купается она где?

— Как и все: в пруду.

Я покивала, и мы вернулись в строй.