Глава 7
В день своей свадьбы невеста должна быть самой прекрасной, неважно, юная дева или вдова.
Примочки на глаза, лосьон из розовых лепестков для кожи, леди Скай безропотно позволила гарьярдам колдовать над ее внешностью.
Потом наступил черед платья.
Расшитое серебряной нитью платье оказалось тяжелым, а рукава – узкими и длинными настолько, что белоснежные меховые опушки подметали пол.
– Какое красивое! – выдохнула Уна. – А вышивка! Словно морозные узоры на стекле!
– Странно, что вы никогда не надевали его раньше, миледи, – заметила Вайолет.
Анна передернула плечами. Не объяснять же девице все причины.
Она подошла к зеркалу, вгляделась в отражение.
Слабая магия гарьярд сделала свое дело. Темные круги ушли, глаза вновь стали яркими, а бледные щеки окрасил нежный румянец.
– Никто и не поймет, как вы провели эту ночь! – заявление Вайолет прозвучало двусмысленно. Анна нахмурилась, но отвечать не стала, не желая портить и без того непростые отношения.
– Не будем затягивать со сборами, – приказала она.
Девушки, чувствуя неловкость от высказывания подруги, поспешили подчиниться.
Пока они шнуровали платье так, чтобы было видно белоснежную рубашку, Анна рассматривала себя в зеркало. В голубом платье, с распущенными волосами самой себе она напоминала ундину, что пением заманивает путников в омут. Она так долго всматривалась в отражение, что показалось, что поверхность подернулась рябью. Пытаясь прогнать наваждение, Анна тряхнула головой. Золотистые пряди рассыпались, скрыв лицо.
– Надо убрать волосы и покрыть голову вуалью, – робко предложила Уна.
– Глупости! – вскинулась Фелисити.
Вайолет укоризненно взглянула на нее.
– Миледи – вдова, – сухо напомнила она подруге. – Распущенные волосы ей не к лицу! И не невинна, чтобы покрывать голову вуалью!
– Тогда заплетем косы!
Анна вновь была усажена на стул, а девушки под руководством Фелисити начали колдовать над прической. Гребешки, шпильки, суета – все это напомнило день свадьбы с Джонатаном Скаем. Только тогда трепетавшую от волнения невесту собирали и причесывали сестры. Если бы она знала, как все получится… Невольно вспомнился сегодняшний сон. Обгоревшее лицо, на котором ярко сверкали глаза цвета стали.
«Пока смерть не разлучит…»
Анна не была уверена, кого же она видела во сне – Джонатана или Раймона.
– Готово! – звонкие голоса ворвались в мысли.
Гарьярды отошли, любуясь на результат своей работы.
– Миледи? – окликнула Уна, заметив, что госпожа все так и сидит, опустив голову.
Опомнившись, Анна посмотрела в зеркало. Девушки постарались на славу: множество косичек, переплетаясь между собой, сеткой спускались вдоль спины.
– Красиво! – леди Скай покрутилась, стараясь рассмотреть тонкое плетение.
Они рассмеялись. Даже Вайолет.
Юные девушки… они на это время забыли обо всех неприятностях и наслаждались подготовкой к свадьбе. Глядя на них, таких веселых и беззаботных, Анна гадала, кто из гарьярд мог вчера подложить ей отравленную подушку.
"Всеединый, сделай так, чтобы это были не они, ни одна из них!" – мысленно взмолилась леди Скай. В дверь спальни требовательно постучали.
Вайолет вышла и сразу же вернулась вместе с королевским секретарем. На этот раз он был одет в цвета его величества. На груди блестела массивная золотая цепь.
– Миледи! – он поклонился Анне. – Мне приказано сопроводить вас!
– Но его величество…
– Будет ждать вас на ступенях часовни, – секретарь говорил сухо, словно речь шла не о свадьбе, а об обычной аудиенции. Впрочем, на аудиенции лорд Чисхолм наверняка держался бы более торжественно.
Смех стих.
– Пора… – Анна вздохнула.
Скоро она станет женой Повелителя драконов. Человека, который убил ее мужа и… спас ей жизнь.
– Миледи, еще не поздно… – тихо сказала Вайолет, по-своему истолковав замешательство госпожи.
– Можно не выходить, а отправить королю письмо, что вы не согласны! – подсказала Уна. – Или сказать "нет" у алтаря!
Лорд Чисхолм надменно приподнял брови.
– Вы в своем уме? – резко спросил он. – Вы понимаете, чем чреват отказ?!
В ответ леди Скай улыбнулась.
– Не стоит воспринимать слова моих девушек буквально, милорд. Мы с вами прекрасно знаем, что произойдет со всеми, если я откажусь… – она спокойно встала и расправила платье. – Главные ворота замка Скай не нуждаются в украшении в виде отрубленных голов!
– Именно, – сквозь зубы процедил королевский секретарь. – Рад, миледи, что вы, в отличие от своих гарьярд, проявляете благоразумие!
– Не волнуйтесь, я исполню свою часть сделки, – пообещала Анна со спокойствием, которого не испытывала.
– Остается надеяться, что король тоже сдержит свое обещание, – пробормотала Вайолет, скривившись, как от зубной боли.
– Вайолет, попридержи язык! – одернула леди Скай. – Прошу прощения, милорд! Мои девушки еще юны и не до конца обучены манерам!
Гарьярда вспыхнула, но ничего не сказала.
– Надеюсь, миледи, вы быстро исправите эту оплошность. Его величество не любит, когда дерзкие девицы обсуждают его решения, – королевский секретарь распахнул дверь и отступил. – Прошу!
Он взмахнул рукой, предоставляя леди Скай право идти первой.
Анне подумала, что никогда не видела более странную процессию на свадьбе. Невеста, позади которой шел королевский секретарь. Далее – гарьярды, а замыкали процессию стражники, присланные герцогом.
Под взглядами почтительно выстроившихся по обе стороны двора слуг и солдат, они подошли к дверям часовни.
– Жених ждет вас у алтаря! – сухо проинформировал лорд Чисхолм.
Анна внимательно посмотрела на него.
– Вы ведь не одобряете этой свадьбы, милорд? – прямо спросила она.
– Я не одобряю невесту, сама свадьба меня не беспокоит, – ответил королевский секретарь.
– Полагаете, сын короля заслуживает лучшего?
– Мне нет дела до бастардов, но жену мятежника следовало казнить! – отрезал он.
Анна вздрогнула. Вот и еще повод желать ее смерти. А ведь лорд Чисхолм не один думает так! Наверняка есть и другие…
Слишком поглощенная своими мыслями, она пропустила, когда во дворе показался король. Опомнилась, когда опустившийся на одно колено спутник потянул ее за рукав. Спохватившись, Анна склонилась в реверансе.
– Леди Скай, – Георг подошел и требовательно протянул руку. – Вы можете встать. Уважение монарху вы выказываете тем, что исполняете наш приказ и выходите замуж за герцога!
Анна выпрямилась и положила свою ладонь поверх королевской.
– Благодарю вас, – еле слышно выдохнула она, понимая, что этой фразой король унял все слухи о столь поспешной свадьбе.
Конечно, все еще будут строить предположения о том, чем вызвано это решение, но гораздо тише, опасаясь монаршего гнева.
Его величество улыбнулся и под звуки фанфар повел невесту сына в часовню.
Пахнуло воском и благовониями. На все это не поскупились, и запах был гораздо сильнее, чем в прошлый раз.
Звон колоколов, сменивший фанфары, заглушал перешёптывание придворных, собравшихся поглазеть на зрелище.
Опираясь на руку короля, леди Скай медленно шла вперед, к алтарному камню, у которого замерли две фигуры. Служитель Всеединого и её жених. Повелитель драконов.
Взгляды присутствующих были устремлены на нее, Анна знала, что зрители запоминают каждый ее жест, чтобы потом обсудить его. И среди этих людей затаился тот, кто желал леди Скай смерти.
Амулет на шее вибрировал, отгоняя от хозяйки злые чары. Интересно, сколько женщин сейчас желали оказаться на месте невесты? Анна повернула голову и встретилась взглядом с графом Нортриджем. Он пристально смотрел на нее, темные глаза полыхали, а лицо застыло, словно маска. Анне подумалось, что не только женщины желают занять ее место. Мог ли кузен мужа попытаться уничтожить соперницу, а когда не получилось, отвлечь внимание рассказами о таинственной любовнице Джонатана?
Королевы нигде не было. Анна предпочла не спрашивать его величество о супруге. Лучше потом поинтересоваться у Раймона. Наверняка Повелитель драконов с присущей ему иронией прокомментирует отсутствие венценосной особы. Она вдруг поняла, что с нетерпением ждет возможности посмеяться вместе с герцогом.
Отца Анна искать не стала, но не сомневалась, что он находится в числе гостей. Как бы не отзывался лорд Уэстерби о дочери, он не посмеет выказать открытое непочтение королю.
Белая расшитая золотом сутана священнослужителя переливалась в отблесках многочисленных свечей. Леди Скай с гарьярдами вышивали эту сутану к зимнему празднику Йоля. Кто бы тогда мог подумать, что одеяние послужит для свадьбы дарительницы. Анна вздохнула и перевела взгляд на жениха.
Он был традиционно в сером. Правда на этот раз дублет украшали алые вставки, богато расшитые серебром.
Герцог стоял спиной к входу и терпеливо ждал пока к нему подведут невесту. По традиции жених должен был узнать нареченную среди подруг.
Четыре года назад юная Анна беспокоилась, узнает ли ее среди сестер лорд Скай. Иначе свадьба могла сорваться. Джонатан узнал, хотя до этого они виделись всего три раза. Сейчас сомнений не было, Раймон Амьенский наверняка узнает невесту.
Король подвел невесту к алтарному камню.
– Кто отвечает эту женщину? – начал обряд священнослужитель.
– Я, – произнес его величество.
– Зачем ты привел ее в обитель Всеблагого?
– По его велению и зову двух сердец.
Древние слова обряда эхом разносились под сводами.
– Если это так, пусть жених узнает невесту!
Король выпустил руку Анны и отступил, позволяя гарьярдам окружить свою госпожу.
По знаку священнослужителя Раймон повернулся и внимательно посмотрел на девушек. От волнения дыхание перехватило.
Выдержав паузу, Повелитель драконов шагнул к невесте, церемонно поклонился:
– Миледи.
– Милорд, – от волнения голос стал хриплым.
Герцог ободряюще улыбнулся и повернулся к церковнослужителю.
– Я выбрал невесту!
– Уверен ли ты, сын мой? – вкрадчиво спросил священник.
– Уверен, святой отец.
– Сознаешь ли ты, что брак суть есть повеление Всеединого и Всеблагого, призванное не для плотских утех, но для усмирения плоти?
– Да.
Священнослужитель кивнул и обратился к гостям с пространной речью о святости уз и необходимости соблюдать таинство брака для продолжения рода.
– Ради Всеединого! – бесцеремонно перебил насмешливый голос. – Уверяю вас, невеста уже была замужем, а жених известен своими похождениями и прекрасно обойдется без наставлений!
Возмущенный гул не смог скрыть смешки. Анна вспыхнула, а Раймон нахмурился и пробормотал что-то сквозь зубы.
– Продолжайте, святой отец, – спокойно распорядился он.
Служитель продолжил, но уже менее торжественно, а конец речи и вовсе скомкал, перейдя к обряду.
– Нет ли среди присутствующих того, кто знает причину, почему эти двое не могут сочетаться священными узами брака?
Удар сердца, второй. Казалось, что служитель умышленно тянет время.
А ведь тело лорда Ская никто не видел…
Анна вспомнила свой сон, обгоревшее лицо рыцаря. Что если Джонатан сейчас войдет в часовню. Она беспомощно взглянула на жениха. Раймон стоял у алтарного камня со спокойствием человека, уверенного, что поступает правильно. Он сказал, что Джонатан сгорел, он это видел, и значит…
Служитель еще раз оглядел собравшихся и продолжил:
– Раймон, герцог Амьенский, Повелитель драконов берешь ли ты…
После пережитого волнения слова древней клятвы Анна повторяла, не задумываясь. Почитать, повиноваться…
Только сейчас она заметила, что в клятве не было слова "любить". Она не могла вспомнить, произносила ли в первый раз.
– Анна? – голос служителя ворвался в мысли.
– Да? – краем глаза она заметила, как хмурится герцог.
– Надеюсь, это согласие? – служитель даже не считал нужным сдерживать свое раздражение. Церемония явно шла не так, как положено.
– Разумеется, – холодно отозвалась Анна. – Вы же видите, святой отец, что я пришла сюда по доброй воле!
Она с вызовом взглянула на храмовника. К удивлению, он улыбнулся:
– Теперь вижу. Обменяйтесь кольцами.
Священнослужитель протянул открытую Святую книгу, на странице которой лежало два кольца: простые ободки, в которых золото переплелось с драконьей сталью. Раймон взял которое поменьше и надел на палец невесты. Кольцо село, как влитое. Анна взяла второе. Легкое покалывание древней магии на ладони, и кольцо заняло свое место на пальце герцога.
– Властью, данной мне Всеединым и Всеблагим, объявляю вас мужем и женой! Кого соединил наш создатель, да не разлучит никто! – радостно провозгласил священнослужитель и обратился к зрителям. – Помолимся!
Шум за спиной дал понять, что присутствующие встали на колени.
Молитва была короткой. То ли служитель боялся гнева монарха, то ли не желал выслушивать скабрезные выкрики, но все закончилось очень быстро.
Затрубили фанфары, возвещая о свершившемся обряде.
Герцог встал с колен, помог невесте подняться и подвел ее к своему сюзерену и отцу:
– Сир, позвольте представить вам мою жену, герцогиню Анну Амьенскую!
Анна склонилась в реверансе.
– Благословляю вас, дети мои, живите долго! – Георг улыбнулся, обнял сначала сына, потом поцеловал невестку в щеку и отступил в сторону, предлагая новобрачным идти во главе процессии.
Под звон колоколов они вышли из часовни.
При виде командира солдаты, выстроившиеся в две шеренги, разразились радостными криками, им вторил рев драконов.
Герцог провел Анну под скрещенными пиками солдат и остановился у дверей, ожидая, когда остальные покинут часовню. Последним был храмовник. Он плотно закрыл дверь, давая понять, что обряд свершен, и отныне никто не может разлучить новобрачных. Король подошел к сыну.
– Сир, вы позволите? – судя по тону, вопрос был, скорее, формальностью.
Георг взмахнул рукой. Раймон улыбнулся и пронзительно, по-мальчишечьи свистнул.
Шесть драконов вылетели из-за замковой стены и взмыли в небо. Анна с восхищением наблюдала, как огромные звери, переливаясь на солнце, грациозно кружат среди облаков, поднимаясь все выше и выше. Они то разлетались, то слетались, закладывая головокружительные виражи, пока не стали еле заметными точками. Точки устремились обратно к замку.
– Смотрите! – воскликнул кто-то из толпы.
Драконы сложили крылья и пикировали вниз прямо на толпу.
– Они нас раздавят! – истошно взвизгнула какая-то женщина.
Анна затаила дыхание.
Люди во дворе волновались все больше. Миг, и драконы, расправив крылья, на огромной скорости пронеслись над головами людей, с двух сторон обогнули высокий донжон и вновь взлетели. Небо полыхнуло золотисто-оранжевыми сполохами.
Крики сменились восхищенным оханьем. Один за другим шары драконьего пламени появлялись на небе, расползаясь цветами-искрами, пока облака не заволокло дымом.
Какое-то время над двором царила полная тишина, люди продолжали всматриваться в небо, потом все загалдели.
Анна повернулась к Раймону.
– Это… это восхитительно! Я никогда раньше не видела подобного!
Её глаза сияли.
– Надеюсь, теперь вы простите драконов за ваши розы, – еле слышно произнес герцог.
– Они не виноваты, – так же тихо ответила Анна, чувствуя, что именно этот ответ связывает ее с Раймоном больше, чем брачные обеты, произнесенные в часовне. Их взгляды встретились…
– Целуй ее! – вдруг выкрикнул кто-то из солдат.
Герцог нахмурился, но остальные уже подхватили, стуча пиками о вымощенный камнем двор:
– Целуй! Целуй!
Раймон беспомощно посмотрел на жену.
– Это такая традиция, – виновато пробормотал он.
Анна кивнула. Как жена хозяина земель, леди Скай бывала на многих деревенских свадьбах, отличавшихся от чопорных церемоний аристократов. Безудержное веселье, неприличные шутки, горячие поцелуи жениха с невестой на публике – все это считалось уделом крестьян. И вот теперь…
– Целуй!
– Они не отстанут, – герцог мягко привлек Анну к себе, заглянул в глаза, словно спрашивая разрешения.
Это было странно. Муж не должен просить позволения у жены. После брачного обряда, женщина принадлежит мужчине целиком. Это Анна знала очень хорошо, но Раймон спрашивал…
Его губы накрыли ее, и все вокруг потеряло смысл.
Поцелуй. Нежный и трепетный, он не был похож на тот, который она помнила. Сейчас губы герцога едва касались ее губ, опаляя горячим дыханием. Горьковатый запах полыни кружил голову, крепкие руки удерживали, не давая упасть.
Где-то за спиной слышались крики солдат, подбадривающих своего командира, недовольное перешептывание придворных. Все это было не важно. Все, кроме мужчины, держащего Анну в своих объятиях.
Когда Раймон, тяжело дыша, отстранился, она чуть не застонала от разочарования.
– Что еще ожидать от шлюхи и сына прачки? – донеслось из-за спины.
Анне не надо было оборачиваться. Она и так знала, кому принадлежит этот голос, напоминающий змеиное шипение. Маркиз Виллрой.
Герцог Амьенский нахмурился и собирался шагнуть к обидчику, но король едва заметно качнул головой.
– Змея шипит, когда не может ужалить, – тихо сказал он. – А ты и так достаточно потешил толпу сегодня.
Скрежетнув зубами, Повелитель драконов кивнул:
– Как прикажете, ваше величество!
– Брак пошел тебе на пользу, – хмыкнул Георг. – Ты учишься сдержанности!
Раймон не стал отвечать. Повернувшись к жене, подхватил ее на руки, еще одна деревенская традиция, и под овации солдат и слуг перешагнул через порог.
– Зачем вы злите короля, разве у вас недостаточно врагов и без этого? – тихо спросила Анна.
– Уже читаете мне нотации? – фыркнул герцог.
Он опустил жену на пол, но так и не убрал руку с талии, демонстрируя всем свои права, как супруга. Запоздало Анна поняла, что Раймон в ярости. Слова маркиза Виллроя слишком сильно задели его, и он еле сдерживался.
С бесстрастным выражением лица Повелитель драконов смотрел, как король заходит в замок. За монархом потянулись остальные. Анна, наконец, заметила отца. Лорд Уэстерби стоял в окружении своих людей и хмуро смотрел в сторону молодоженов. На мгновение он поймал взгляд дочери, и Анна поспешила отвернуться.
Королевский глашатай торжественно объявил о начале свадебного пира, но Георг не торопился садиться за стол.
– Приведите пленников! – приказал он, после чего подошел к герцогу и его жене.
– Миледи, – к удивлению всех, Георг обратился к Анне. – Вы просили пощадить тех, кто участвовал в мятеже лорда Ская. Мы готовы проявить свою королевскую милость к этим людям… при условии, что они принесут древнюю клятву верности!
Его слова были встречены возгласами и всеобщим шумом.
– Ваше величество! – лорд Пауэрли выступил вперед. – Разумно ли это?
– Считаете более разумным утопить эти земли в крови? – отпарировал Георг.
– Но эти люди…
– Клялись в верности своему сеньору и сдержали слово. Теперь я хочу, чтобы они поклялись в верности мне!
– Да, ваше величество! – лорд Пауэрли поклонился и отступил. Опытный царедворец всегда хорошо понимал, когда не стоит испытывать судьбу и гневить монарха.
Звон цепей заставил всех замолчать. Двери распахнулись, и в зал ввели пленников. Трудно было узнать в этих оборванных грязных людях с потухшими взглядами гордых дворян, часто пировавших в замке.
Анна повернулась к гарьярдам. Фелисити прижимала ладонь к губам, сдерживай вскрик, Уна побледнела, а Вайолет подалась вперед. Все еще надеясь на чудо, девушка жадно всматривалась в лица пленников.
По всей видимости, они решили, что их ведут на казнь, и теперь, оказавшись в празднично украшенном зале, растерянно озирались, пытаясь понять, что происходит.
– Милорды! – выдержав паузу, обратился к ним его величество Георг. – Вы прекрасно знаете, что совершили преступление, за которое положено только одно наказание – смерть!
От ледяного тона по коже пробежали мурашки. Анна стиснула руку мужа. В ответ он сильнее прижал ее к себе, успокаивая и обещая, что все будет хорошо.
– Итак, признаете ли вы свою вину, милорды? – король обвел взглядом весь зал. Анна заметила, что под пристальным взглядом многие опустили головы.
– Было бы глупо отрицать ее, ваше величество, – один из пленников, звеня кандалами, шагнул вперед. – Повелитель драконов взял нас в плен, когда мы подняли оружие против вас и вашего войска.
Анна ахнула, поняв, что это – лорд Блеквуд, сенешаль замка Скай и отец Уны. Она с сочувствием взглянула на девочку, вынужденную лицезреть своего отца в таком виде.
– И вы сознаете, что совершили преступление?
Сенешаль горько усмехнулся:
– К чему эти вопросы, ваше величество? Разве наша участь не решена?
– Еще нет, – заметив переглядывания пленников, его величество скупо улыбнулся.
– И могу я узнать, что ждет нас и наши семьи?
– Вы спрашиваете меня? – тем временем насмешливо продолжал король. – Интересно, какое наказание вы сами назначили бы за измену?
– Мятеж не измена, ваше величество! – лорд Блеквуд спокойно выдержал взгляд короля. – Вспомните право вассала поднять оружие против своего господина! Древний закон никто не отменял!
– Верно. Как и наказание проигравшему!
Анна напряглась. Насколько она помнила, проигравшего ждало четвертование, а его внутренности должны быть раскиданы по полю. Она представила себе эту картину, запах разлагающихся тел, и к горлу подкатила тошнота. Она бросила взгляд на гарьярд, гадая, знают ли они древнюю традицию. Судя по побелевшему лицу Фелисити, гарьярда знала. Девушка умоляюще взглянула на госпожу. Анна отвернулась, понимая, что не в ее власти остановить короля. Она выполнила свою часть сделки, но монарх мог и передумать.
– Лорд Блеквуд, вы хотите жить? – поинтересовался Георг.
– Было бы глупо отрицать это. Жизнь – ценный дар Всеединого…
– Которым вы старательно пренебрегли в угоду пустым амбициям и гордыне?
Анна не понимала, к чему ведет король.
– Лорд Скай был нашим господином, ваше величество! – вскинулся еще один пленник.
– Лорд Скай был моим вассалом! – король сурово взглянул на мятежников. – Он нарушил присягу, данную мне, и вынудил вас сделать это!
– К чему все эти разговоры, ваше величество? – устало произнес лорд Блеквуд. – Мы виновны и можем рассчитывать лишь на то, что наша смерть от руки палача будет быстрой.
– Я готов помиловать вас, если вы поклянетесь мне в верности древней клятвой.
– Магия которой убьет любого, кто ее нарушит, верно? – сенешаль грустно улыбнулся и с нежностью посмотрел на дочь. – Когда-то я уже давал такую клятву и не могу изменить ей.
В его глазах плескалось отчаяние, и Анна вдруг поняла, почему он, как и многие другие, без возражений пошел за лордом Скаем.
– Это невозможно, – прошептала Анна. – Раймон, скажите королю, что это невозможно…
– Что? – герцог повернулся к ней.
– Оммаж – древняя клятва, которая связывает вассала со своим господином навечно! Только смерть может освободить от данного слова! Они уже принесли клятву и не могут принести ее второй раз! – она осеклась, внезапно поняв, что должна сделать.
Прежде чем Раймон успел ее остановить, Анна шагнула вперед.
– Ваше величество! – звонко произнесла она, привлекая всеобщее внимание. – Лорд Скай был моим мужем, я унаследовала его земли и готова лично принести вам оммаж!
Слова были встречены оглушающей тишиной. Несколько десятков глаз уставились на хрупкую женщину. Чешуйка дракона нагрелась, отражая ненависть и злые мысли.
– Это немыслимо! – первым опомнился королевский секретарь. – Женщина не может принести оммаж.
– Почему?
– Потому что это клятва верности вассала своему сеньору!
– В самом обряде не указано, кто может принести клятву! – возразила Анна.
– Разумеется, ведь землями управляют мужчины! – лорд Пауэрли важно надул щеки.
– А как же леди Бетина, управлявшая маркграфством после смерти супруга? Она произнесла слова оммажа и всю жизнь верой и правдой служила королевскому роду!
– Она жила пятьсот лет тому назад!
В ответ Анна лишь улыбнулась и повернулась к королю.
– Решать вам, ваше величество, – негромко сказала она. – Вы сделали меня наследницей майоратных земель моего мужа. И теперь только вы можете сказать, достойна ли я принести вам оммаж.
– Миледи, вы жена герцога Амьенского, – напомнил королевский секретарь. – Отныне ему решать, желает ли он, чтобы его жена служила королю!
Тихие смешки вокруг дали понять, что фразу оценили по достоинству. Анна вонзила ногти в ладонь, чтобы не сорваться. Сейчас надо было спасти людей, а потом можно разобраться с наглецами.
– Леди Анна, подойдите! – приказал Георг.
Она подчинилась.
Шаг. Еще один…
– Анна, не смей! – выкрикнул лорд Уэстерби. – Ты навлечешь позор на всех! Подумай о сестрах!
Она проигнорировала его слова. Стараясь не оглядываться по сторонам, Анна подошла к королю. Руки подрагивали. Она знала, что рискует. Сеньоры нередко пользовались подобной клятвой, вынуждая вассалов, давших оммаж, приводить жен в опочивальню. С другой стороны, Повелитель драконов в любом случае обязан беспрекословно исполнять приказы короля.
– Ваше величество, – Анна склонилась в реверансе.
– Встаньте, – потребовал Георг и перевел взгляд на сына, – не возражаешь?
Раймон пожал плечами.
– Не думаю, что это что-то изменит, ваше величество.
Король кивнул:
– Вы готовы, миледи, доказать нам свою преданность?
– Да, ваше величество!
– Да будет так!
Как и положено по традиции рыцарю, Анна опустилась на одно колено, вложила свои ладони в ладони короля. Она прекрасно помнила слова клятвы, которые неоднократно слышала в этом зале. – Я, Анна Уэстерби, леди Скай, герцогиня Амьенская, вверяю себя в светлые руки его величества Георга, пускай воля Его ведёт меня. Клянусь своей кровью и жизнью в вечной и безграничной верности, уважении и послушании. И не послужат мои люди словом или делом никому другому. Заявляю во всеуслышание: отныне и довеку служить покорно, пока смерть не освободит меня!
После ее слов в зале воцарилась тишина. Анна замерла. Она изменила слова древней клятвы, сознательно убрав слова про то, что считает короля своим господином, это было бы неуважением по отношению к мужу.
И теперь оставалось гадать, проснется ли древняя магия.
– Я, Георг, король и сюзерен, принимаю вашу клятву леди Анна и беру вас на службу, – его величество говорил медленно, словно вспоминая слова. – Клянусь защищать вас, как положено сеньору, не посрамив вашу честь и честь вашего супруга ни словом, ни делом!
Анна широко распахнула глаза. Насколько она помнила, в ответе господина вассалу не было упоминания о чести. Король умышленно добавил эту фразу, давая понять, что ни он, ни его наследники не посмеют заставить Анну действовать против мужа или же нарушить брачные обеты.
Заметив ее удивление, Георг улыбнулся, и в этот момент их ладони вспыхнули. Ярко-голубой свет становился все ярче, окутывая короля и Анну светящимся коконом.
Она пропустила тот момент, когда голубой сменился алым. Сполохи пробежались по стенам замка, озарили лица присутствующих и пропали.
После яркой вспышки магии зал показался темным.
– Клятва принесена и принята! Отныне вассалы лорда Ская – вассалы его величества Георга, связанные с ним древней клятвой! – торжественно произнес лорд Пауэрли. – Всеблагой, да хранит нашего короля!
Присутствующие послушно подхватили последнюю фразу.
Повинуясь первому магу королевства, факелы на стенах вспыхнули, разгоняя темноту.
– Освободите пленников! – приказал его величество, помогая Анне подняться.
Раймон подошел к жене.
– Герцог, ваша жена доказала преданность королевскому дому. В вашей преданности мы не сомневались, посему примите это в знак нашего расположения, – Георг снял с пальца тяжелое кольцо с рубином и протянул его сыну.
Тот сдержанно поклонился и надел на палец. Огромный рубин сверкнул в огнях факелов.
– Как дешево нынче стоят чужие жены! – Виллрой сказал это громче, чем следовало.
Все вокруг замерли. Чеканным шагом Повелитель драконов подошел к обидчику.
– Где и когда? – от его голоса по коже поползли мурашки. Зрачки по-змеиному сузились.
Под яростным взглядом маркиз попятился, наткнулся на окружавших его друзей и встрепенулся:
– Я не стану марать руки о сына прачки!
– Маркиз! Выбирайте выражения! – взревел король.
Раймон поднял руку, останавливая отца.
– Предпочитаете, чтобы я проросту высек вас? – спокойно спросил он.
– Вы не посмеете!
– Хотите проверить?
– Довольно! Маркиз, если вы не ответите на вызов, согласно закону, вы будете помещены в тюрьму, после чего высечены кнутом на Ратушной площади, словно вор! – предупредил его величество.
Виллрой сглотнул и огляделся. Его друзья опустили головы, злопыхатели, напротив, с мрачным удовлетворением рассматривали неудачника.
– Хорошо! Я окажу вам честь, герцог, – прошипел барон сквозь зубы. – Время и место на ваш выбор!
– Как вам будет угодно! Через два дня на рассвете! – фыркнул Раймон.
– Хотите насладиться женой? – скривился маркиз.
– Хочу, чтобы вы хорошенько отдохнули и поели на свадебном пиру. Мы, лавочники, любим откармливать свиней перед убоем! И да продолжится праздник! – в наступившей тишине Раймон повел Анну к свадебному столу.