Глава 15
Когда Анна очнулась, голова раскалывалась от боли, а перед глазами все еще плясали разноцветные искорки. Она с трудом поднесла руку к затылку и нащупала огромную шишку.
Попытка призвать магию не увенчалась успехом: она бурлила внутри, но не могла выплеснуться, все время натыкаясь на невидимую стену.
Анна шевельнулась, солома в матрасе, на котором она лежала, зашуршала, а на запястьях звякнуло железо. Скосив глаза, она увидела уже знакомые браслеты-кандалы из маголита.
– Миледи, вы очнулись? – дородная женщина склонилась над ней. Знакомое красное лицо с сеточкой сосудов обрамляли засаленные пряди. Имя удалось вспомнить не сразу. Сара, сестра кухарки.
– Что ты здесь делаешь? – хрипло спросила Анна.
– Так его лордство просил присмотреть за вами!
– Его лордство?
Мысль о том, что лорд Скай все-таки жив, заставила подскочить. Голова отозвалась пронзительной болью, но Анна проигнорировала ее. Во все глаза она смотрела на служанку.
– А кто ж еще? Стала бы я просто так бросать все и бежать сюды стремглав! – Сара всплеснула руками. – Да вы лежите, миледи, вам нельзя вставать!
– Его лордство… он жив?
– Слава Всеединому! – служанка сотворила привычный знак. – Не хватало вам кроме вдовы еще сиротой стать! Это ж какие слухи пойдут.
– Вдовы? – липкий страх закрался в душу. – Что с Раймоном?
– С Раймоном?
– С герцогом Амьенским!
– Безбожник он! – выпалила Сара. – Виданное ли дело, с драконами якшаться! Вон давеча один чуть овин не спалил!
– Он жив? – процедила Анна сквозь зубы. В этот момент она готова была придушить служанку.
– Дракон?
– Герцог Амьенский!
– Да что ему сделается-то! – отмахнулась она. – Все с этим… – губы презрительно скривились. – Графом, что наследником милорда считается, ходит. Срамота одна, а не лорд!
– Глупости! – Анна решительно выпрямилась, застонала и снова откинулась на жесткую подушку. – Дай воды!
– Извольте!
Кружка была сомнительной чистоты. В любое другое время герцогиня Амьенская побрезговала бы пить из такой, но сейчас выбора не было. Делая вид, что пьет, Анна внимательно осматривала комнату. Почти как в замке: гобелены со сценами охоты на стенах, массивная мебель, кажется, она узнала несколько старых стульев из замка.
– Где мы? – поинтересовалась она у служанки, отдавая кружку.
– Так это же охотничий домик милорда Ская! Неужто не признали?
– Нет, – она покачала головой. Джонатан всегда уезжал на охоту с друзьями, оставляя жену в замке.
– Оно и видно! Коли уделяли бы больше времени мужу, так он сюда и меньше бы наведывался! – назидательно произнесла Сара. – Я-то здесь часто прислуживала и видела, что за девки сюда шастали.
– Да какая мне разница! – огрызнулась герцогиня. Слова прислуги отдавались в голове тяжелым гулом.
– Как это какая! Да ублажай вы мужа, глядишь, он меньше из замка уезжал…
Анна бросила на нее злой взгляд:
– Пошла прочь!
– Да, миледи! – служанка обижено поджала губы, но не посмела ослушаться. Это внушало надежду. Анна попыталась воссоздать события, предшествующие тому, как она очнулась. Воспоминания возвращались с трудом. Последнее, что она помнила, как спускается по лестнице, а лорд Пауэрли идет следом. Дальше была темнота.
Но зачем первому магу королевства понадобилось похищать леди Скай, вернее, герцогиню Амьенскую. Или он тоже стал жертвой, как и она сама? И что они делали на лестнице для слуг?
Вопросов было больше, чем ответов. Не в силах оставаться на месте, Анна сползла с кровати. Пошатываясь, подошла к окну и вскрикнула. Амулет, подаренный Раймоном, обжег кожу. Она нахмурилась и на этот раз внимательно взглянула по сторонам. По стенам комнаты мерцали магические сигнальные нити, наподобие тех, которыми она в свое время закрывала дверь в смежную спальню. Они легко пропускали Сару, но Анна не обольщалась. Коснись она нитей, в комнату наверняка ворвется охрана. С кандалами, сдерживающими магию, это означало злить тюремщиков, поэтому о побеге пока стоит забыть.
Герцогиня медленно прошлась по комнате, отмечая пыль на мебели и высохший тростник, которым устилали пол. Домиком не пользовались достаточно давно. Но кто-то знал о нем.
Кто-то, кто смог похитить Анну и поставить магические ловушки. Любая попытка вспомнить отзывалась головной болью, а сердце сжималось от предчувствия неотвратимой беды.
Неизвестность пугала больше всего. Это было то, чего Анна всеми силами стремилась избежать, когда умоляла Раймона не отсылать ее в Амьен. Надо было послушаться мужа. Сейчас она была бы в безопасности, а не кружила бы по комнате, гадая о своей дальнейшей судьбе. Сара сказала, что Раймон жив…
Звук шагов заставил ее замереть. Скрипнули петли, дверь распахнулась, и, встретившись взглядом с пронзительно-синими глазами вошедшего, Анна вспомнила все.
– Все-таки это вы, – обреченно прошептала она.
– Когда ты поняла? – лорд Уэстерби вошел в комнату.
– Когда вы упомянули про приказ Джонатана разрушить замок, – она с горечью взглянула на отца. – Я хочу знать одно: чье это было решение: его или ваше?
– Какая разница? Твой муж мертв. А ты вместо того, чтобы отомстить, вышла замуж за его убийцу! – скривился он.
Анна в отчаянии прикрыла глаза.
– Это вы подбили Джонатана на заговор, – она не спрашивала, а утверждала. – А когда он потерпел неудачу, заставили его выступить против короля, зная, что у него нет ни единого шанса!
– Он сам виноват! – лорд Уэстерби закружил по комнате. – Глупец! Он был слишком самонадеян! Увлекся этой южанкой! Внучкой торговцев шерстью, намеревавшейся прибрать к рукам все, после смерти муженька!
Она вздрогнула, вспомнив слова графа Нортриджа: «Птица высокого полета…»
– Вы говорите о королеве?
– О ком еще? Хватило же Георгу ума взять в жены эту… – лорд Уэстерби скривился. – Хотя, признаться, приданое того стоило!
– Интересно, что сказал исповедник ее величества, – язвительно заметила Анна. – Или богобоязненная Мария предпочла скрыть прелюбодеяние и от него?
– Пауэрли все знал. Именно он сказал, что Скай собирается жениться на вдове короля и получить всю власть!
– И тогда вы предали Джонатана! Вот почему его войска стояли у границ, а не пошли на столицу! Они ждали вас! А вы… – она осеклась, вспомнив тот ужас, который охватывал ее в дни мятежа, как она истово молилась, прося отвести беду, не от мужа, но от нее и ее гарьярд. А ведь лорд Уэстерби все знал. Он мог позвать дочь к себе, защитив ее от насилия и смерти, но он не сделал этого, предпочел оставить все, как есть.
– Что же вы за человек? – с горечью прошептала она.
Обрюзгший, с лихорадочным блеском в глазах, отец, казалось, сошел с ума. Она не понимала, почему раньше боялась и уважала этого старика с ярко-красной сеточкой сосудов на щеках.
– А что мне еще оставалось делать, милая? Ты не поняла: Скай намеревался отправить тебя в монастырь и жениться на вдове. Я бы понял, попроси он у меня одну из твоих сестер, но предпочесть роду Уэстерби чернявую южанку!..
Анну передернуло от тона, которым это было сказано.
– И поэтому вы спокойно допустили, чтобы я осталась в замке Скай, а потом, когда поняли, что я жива, попытались убить меня?
– Всего лишь выкрасть, моя дорогая! – лорд Уэстерби рассмеялся. – Ты стала пленницей, и я опасался, что король повернет дело именно так, как оно и случилось!
– А подушка? Кто пропитал мою подушку ядом? – Анна не понимала, что испытывает к человеку, стоящему напротив нее. Когда-то он был ее отцом, господином, которого надо было почитать и которому надо было повиноваться. Сейчас же…
– Какой яд? – он нахмурился. – О чем ты?
– Вы приказали меня отравить! – она выкрикнула это.
– Тебя пытались отравить?
– А вы не знали? – ангельским голосом пропела Анна. – Неужели что-то ускользнуло от внимания всесильного лорда?
Лицо отца исказилось от гнева.
– Думай, что говоришь, Анна! – предупредил он тоном, который бы заставил непокорную дочь задрожать. Раньше.
Герцогиня Амьенская еще больше выпрямила спину и одарила стоявшего перед ней лорда надменным взглядом.
– Иначе что, милорд? Выпорете меня, как в детстве, или убьёте? – она усмехнулась, заметив тень удивления в глазах отца. Впервые в жизни лорд Уэстерби осознал, что дочь может противостоять ему.
– Нет, вы не собираетесь убивать меня! – продолжала Анна. – Иначе вы не стали бы заковывать меня в кандалы и тащить сюда. Кстати, милорд, как вам это удалось провернуть под носом у моего мужа?
– Бывшего мужа! – поправил её лорд Уэстерби, опомнившись при упоминании о Раймоне.
– Бывшего?
– Ты подпишешь прошение о расторжении брака с бастардом!
– Нет! – Анна покачала головой. – Раймон – мой муж, и я не отрекусь от него!
– Муж, навязанный против воли!
– Неправда! – она улыбнулась. – Я желала этого союза с той самой минуты, когда впервые увидела его!
Хлёсткая пощечина обожгла. Анна вскрикнула и с ненавистью взглянула на того, кто когда-то был ей отцом.
– Я не откажусь от этого брака, – зло предупредила она. – Никогда!
– Тогда он умрет! Он и так умрет, этот выродок! – орал лорд Уэстерби, брызжа слюной.
«Я его задела. Все-таки я его задела!»
Мысль о том, что она смогла вывести отца из себя, придала сил.
– Вам придется убить и меня, милорд! Я не буду молчать о ваших деяниях! – предупредила Анна.
– Не думаю, что кого-то заинтересуют слова женщины, потерявшей рассудок от горя! – многолетняя выдержка взяла свое, и он быстро успокоился. Только правое веко дергалось, выдавая злость его обладателя. – Подумать только, два брака, и оба мужа мертвы… тебя запрут в комнате, а я получу земли Ская!
– Вы сумасшедший! – ужаснулась Анна. – Вы просто сумасшедший!
– Возможно! Но именно я буду править королевством! – представляя себя в короне и мантии, лорд Уэстерби торжествующе взглянул на дочь.
Анна подавила в себе порыв истерично расхохотаться. Она задумчиво смотрела на отца, понимая, что ей представился шанс. Если она постарается, то сможет убедить его, что разделяет эти порывы.
– Ваши планы потрясают, милорд, – произнесла она, вспомнив, как девочкой слушала планы о своем замужестве с могущественным лордом. Имена менялись в зависимости от ситуации, царившей при королевском дворе, но идея замужества оставалась неизменной. Тогда юная Анна Уэстерби с воодушевлением вторила отцу. Сейчас ей понадобилось гораздо больше сил, чтобы сказать хотя бы одну фразу.
Лорд Уэстерби подошел к дочери и, взяв за подбородок, приподнял голову, заставляя смотреть прямо в глаза.
– Неужели тебе вдруг захотелось примерить корону принцессы, Анна?
«Примерить… корону» – зашелестел ветер гулким эхом отдаваясь в ушах. Она дернулась. Слишком поздно. Анна и забыла, что отец всегда увлекался запретной магией. И сейчас лорд Уэстерби явно намеревался подчинить ментальным вмешательством. Магия забурлила в теле, но ударилась о браслеты и схлынула, впитавшись в металл.
– Нет! – Анна попыталась оттолкнуть отца, но он легко удержал ее. Гул в голове нарастал. Сознание ускользало. Она словно проваливалась в дыру, парила во тьме. Множество образов мелькало перед глазами: тронный зал, корона, Анна чувствовала вес мантии на плечах.
«Забудь обо всем.!» – вкрадчивый голос звучал в ушах. Он обволакивал, обещая спокойствие и забвение. – «Просто забудь!»
Точно так же с ней говорил когда-то серебристо-серый дракон. Как же его звали? Блеск? Или вспышка? Проблеск! Имя само всплыло в памяти. В ту же минуту голос пропал, а тело окатило волной жара. Где-то вдали раздался вопль.
Цвета снова стали яркими, а звуки резкими, словно Анна вынырнула из омута, в который погрузилась с головой.
Тяжело дыша, она огляделась. Лорд Уэстерби лежал у стены, словно его отшвырнули и с ненавистью смотрел на дочь. Кожа на руках и лице вздулась волдырями, как будто он держал ладони в огне.
Амулет на шее Анны вибрировал, чешуйка дракона переливалась, надежно охраняя свою хозяйку от чужеродной магии.
– Думаю, нам больше нечего сказать друг другу, милорд, – она опомнилась первой. – Если вы отпустите меня сейчас, то обещаю дать вам возможность скрыться.
Она знала, поступает неправильно, но все-таки это был ее отец, и герцогине Амьенской не хотелось знать, что от умер от рук королевского палача.
– Отпустить тебя? – лорд Уэстерби с трудом поднялся. Было видно, что ожоги причиняют боль. – Ту, ради которой этот королевский выродок сделает все, что я ему скажу? С какой стати?
– Раймон не станет выполнять ваши требования! – Анна все-таки присела на край кровати, после пережитого напряжения ноги не держали ее. – Мое предложение остается в силе до заката солнца. Потом я уже ничего не смогу сделать для вас.
– Побереги свои силы для другого! – лорд Уэстерби вышел, хлопнув дверью.
Анна выдохнула и прислонилась лбом к резному столбику, поддерживающему побитый молью пыльный балдахин. Как она не старалась оставаться спокойной, слова отца задели ее. Хотелось бежать за ним, попытаться объяснить, доказать что-то.
Бессмысленно. Лорд Уэстерби давно выбрал свой путь. И этот путь приведет его на плаху. Отчаяние заполнило душу. Анна обхватила себя руками.
– Раймон! Ну где же ты, когда мне так нужен? – тихо прошептала она. – Пожалуйста, найди меня…
Ей никто не ответил.