Глава 24

Символы Консуэло я зубрила ежедневно, но пока все равно приходилось подглядывать в таблицу, поэтому я взяла с собой тетрадь и села на ковёр перед двумя так и болтавшимися в воздухе корабликами. Идея моя была проста: проверить, как количество рун будет влиять на поведение деревянных изделий, и смогу ли я ими быстро управлять и маневрировать.

Консуэло писала, что когда я достигну высшего мастерства, а все символы плотно отпечатаются у меня на подкорке, я смогу их использовать на автомате, даже без рук. Нити бытия станут подчиняться силе моей мысли даже на расстоянии — вот где мощь, до которой мне еще расти и расти!

Однако я решила попробовать довести до автоматизма хотя бы несколько базовых рун. Выплела на одном из корабликов ещё две закорючки «полет» привычным пока способом — повторяя узор пальцем. Итог — кораблик взмыл вверх и ударился о потолок. Я вскочила на ноги и попробовала расплести одну из рун только взглядом, и у меня получилось! Корабль опустился ниже. Ага, значит, дальность магии зависит от остроты зрения. То есть я должна видеть знаки, иначе не смогу ими управлять.

Следующим я на несла на нос корабля символ «движение» — посудина поплыла вперед. Нанесла его на корму — медленно закружилась. В общем, принцип мне стал ясен, но управление большим кораблём на данном этапе показалось настолько сложным, что практически нереальным. К тому же как я этот большой корабль внезапно покажу? Ведь это должно быть неожиданно и поразительно. Задача передо мной стояла невыполнимая, однако я чувствовала, что есть что-то, чего я не знаю, способное сдвинуть мой план с мёртвой точки.

Всё дело в том, что, рассказывая детям земные сказки, я поняла, что, скорее всего, все эти живые колобки, деревянные орлы, ковры-самолёты, искусницы, что за ночь строили дворцы — все было делом рук прях, и на Земле раньше тоже была магия. Попробовала ещё раз воздействовать силой мысли сразу на несколько рун — вышло криво, и кораблик перевернулся вверх дном. Я вздохнула разочарованно. Да, тут придётся долго тренироваться. На этом стряхнула зрение пряхи и погрузилась в дневник Консуэло. Может, я что-то пропустила? Хотя, по ощущениям, я уже знала его чуть ли не наизусть.

В очередной раз пошла по табличке: полет, движение, тепло, жарко, легко, мягко, жидко, твёрдо, невидимо… Хм, а вот это может пригодиться…

— Мам, пойдём завтракать, няня зовёт. — В комнату заглянул Марк, и пришлось оторваться от экспериментов.

Зато, увидев сына, мне захотелось внимательно рассмотреть плетение его картин и понять, за счёт чего они оживают. Раньше мне почему-то в голову не приходило в этом разбираться, а сейчас я решила понять механизм. Возможно, там есть знакомые мне символы из нитей бытия, но подобранные в комбинации, создающие эффект живой картинки. А если понять принцип, то, может, и что-то новое и необычное получится спрясть.

Но это все позже.

Я поднялась.

— Как спалось? Что на завтрак? — спросила, улыбнувшись, и обняла мальчишку за плечи.

— Каша с ягодами. Представляешь, мам, мне снился летучий корабль, и мы все на нем куда-то летели.

— Здорово! Знаешь, сынок, а можешь нарисовать этот полёт?

— Конечно, я и сам хотел.

В груди заворочалось предвкушение, как будто я оказалась на пороге решения сложной задачки. Пришлось изо всех сил сдерживать желание плюнуть на завтрак и другие дела, чтобы продолжить исследования. Забывать о еде не стоит, тем более скоро явится модистка.

И госпожа Фильдеперс оказалась дамой пунктуальной. Едва мы поднялись из-за стола, сигнализация сообщила, что кто-то ждёт у ворот. Гресия отправилась открывать, Марк умчался рисовать, а мы с Софи чинно уселись на диван дожидаться гостью. Я обещала дочке, что новое платье сошьют и ей. Точно такое же, как сошьют мне, но маленькое.

Вскоре в холле раздался приглушенный щебет и редкие реплики Грес, а за ними и сама модистка появилась на пороге гостиной.

— Дорогая госпожа Абигаль! Привет вам от госпожи Изабель, госпожи Виланы и госпожи Хелены, — явно с каким-то намёком пропела милая молодая женщина в потрясающем лазоревом платье. Видимо, Абигаль эти имена должны были о чём-то говорить, поэтому я изобразила заинтересованное лицо. — Рада с вами наконец познакомиться лично и попросить прощения за то, что не смогла вас принять в прошлом из-за огромной очереди, — продолжила она с таким выражением лица и таким тоном, что мне стало не по себе, и заинтересованность с лица я стёрла.

— Ничего страшного, госпожа Фильдеперс, — ответила ровно. — Зато теперь у нас будет возможность наверстать упущенное. Я хочу заказать платья для себя и для дочери.

Грес, стоящая за спиной модистки, принялась подавать знаки, сигнализирующие о том, что с этой госпожой нужно держать ухо востро.

Да я и сама уже поняла, что эта Фильдеперс — магичка и сплетница, а Абигаль ни во что не ставила.

Модистка прошествовала в гостиную, а за ней устремились три летающих саквояжа. Дамочка замахала руками, как дирижёр, и из распахнувшихся баулов стремительно вылетели рабочие инструменты, ткани, журналы и всякие шкатулки.

А я, просто умница, вовремя догадалась перейти на зрение пряхи, потому что разглядела, что магичка выплетает знакомые мне руны: «движение», «порядок» и «полёт», накладывая их друг на друга. Но только не из нитей бытия, а просто из воздуха, вкладывая в них собственную энергию.

Это заставило меня задуматься о том, что я все же имею только однобокие знания, мне даже в голову не приходило, что можно так колдовать. Это открывало передо мной новые горизонты, которые срочно хотелось опробовать, но госпожа Фильдеперс закончила хвастаться своими умениями и перешла, так сказать, к работе.

— А это и правильно, что вы, моя милая, решили не теряться. Ваш покровитель бюджет не ограничивал. Советую заказать даже не по одному, а по три платья впрок. Век бессильной вдовы как объекта мужского интереса, даже аристократки, недолог, — повела свою кривую рекламную компанию модистка. — Не упускайте момент. Тем более генерал скоро женится.

Я скрипнула зубами. Вот все же странные у них тут в Велиссии устои. Создаётся впечатление, что несчастные аристократки без магии стоят на самой низшей ступени социальной лестницы, и их могут шпынять все кому не лень. Даже работница сферы обслуживания. Портниха! Которая, казалось бы, должна угождать денежной клиентке.

— Грес, милая, напомни, мы приглашали модистку или консультанта по жизням безмагических вдов? — вырвалось у меня, и няня, разумеется затрясла головой, призывая меня остановиться.

Но слово не воробей, да и я вообще не раскаивалась в том, что сказала. Сидела на диване с гордым видом и тушеваться не собиралась.

— Модистку, госпожа Абигаль, — глядя, что заминать инцидент я не спешу, вынуждена была ответить Грес.

— Прекрасно. Может быть, тогда займетесь работой, госпожа Фильдеперс? А то у меня дел много, на пустые разговоры времени нет.

Госпожа, конечно, знатно обалдела, но поджала губы и перестала пытаться меня задеть.

— В этом сезоне в моде шёлк всевозможных оттенков и вырезы в форме сердца. Пышность отходит в прошлое, а длина юбок ползёт вверх. Королева заказала пять платьев с юбками выше щиколотки, — сообщила модистка, усаживаясь на диван со стопкой журналов на коленях.

Работа закипела. Я выбрала шёлк цвета топленых сливок, к нему шоколадные кружева, костяные пуговки и определилась с фасоном. Потом дело дошло до плаща.

— Вот эта модель пользуется популярностью и прекрасно себя зарекомендовала, — ткнула модистка в объемную накидку с глубоким капюшоном, которая скрывала манекенщицу с головы до пят. — Цвет можно выбрать любой.

— Прекрасно, пусть гармонирует с платьем.

— С утеплением? Влагоотталкивающий? Ночью бывает прохладно, — уточнила госпожа Фильдеперс слегка ехидно.

Тут я осознала, что дамочка думает, будто плащ мне нужен, чтобы тайком бегать ночами к генералу, и злость меня взяла с новой силой. На него, на заказчика! Полагаю, Доминга даже не понял, как меня подставил, пригласив эту госпожу ко мне в дом и обозначив свои пожелания. Мужчины вечно так! Они прямые, как палки, и редко мыслят объёмно. А мне теперь выслушивай и красней!

— Нет, пусть будет лёгкий. Я не собираюсь носить его на улице, — сказала, вызвав лёгкое удивление модистки.

Но тут явно заскучала Софи.

— Мам, а можно я пойду играть? Я уже не хочу новое платье, — громким шёпотом спросила малышка, которая до этого сидела тихонечко и рассматривала пуговицы, насыпанные в большую круглую шкатулку.

— Потерпи, милая. Сейчас госпожа снимет мерки, и пойдёшь, — сказала, глядя пристально на модистку, мол, пора пошевелиться — дите устало.

Госпожа Фильдеперс поднялась и встряхнула руками — ага, значит, будет опять магию применять. И я перешла на зрение пряхи.

— Встаньте, пожалуйста, прямо, госпожа Софи, — попросила она малышку ласково, чем заработала малюсенький плюсик от меня в карму.

Но три жирных плюса получила госпожа Фильдеперс за другое. Она показала мне новое направление в использовании силы! Модистка сделала слепок фигуры Софи, используя парящие в воздухе частицы пыли! При этом даже Софи не раздевая! Она опять грубо выплела руками три простейшие руны одну на другой — «форма», «твёрдость» и «движение» — и, влив в них свою силу, толкнула воздух на Софи, а потом потянула на себя, и — вуаля! — перед модисткой стоит мерцающий серый манекен, копирующий мою малышку. Меня буквально затрясло от желания попробовать подобные фокусы самостоятельно, поэтому я встала и выпрямилась, намекая, что пора снять мерки и с меня.

Госпожа Фильдеперс намёк поняла и быстренько проделала со мной тот же фокус, что и с Софи. Но, к моему разочарованию, на этом наша встреча не закончилась, так как творила модистка, оказывается, не отходя от кассы. Никаких нескольких дней на работу, никаких предварительных примерок. Пряха создавала наряды прямо на глазах у заказчиц при помощи магии.

Я отпустила Софи играть под присмотром Грес, а сама осталась наблюдать за модисткой. Это было очень ценным и познавательным занятием, руки так и зудели от желания повторить её методы. Чем дольше я наблюдала за Фильдеперс, тем сильнее осознавала, что начала свой путь пряхи не с азов, а с высшего пилотажа. Как будто умею вывязывать крючком сложные узоры, но понятия не имею, как их использовать, кроме как для украшения.

А вот модистка работала на базовых знаниях, с ограниченным набором рун. Нитей бытия, как я поняла, она вообще не видела, но за счёт того, что захватывала в символ большие объёмы, задействовала и их чисто прицепом. А магическая энергия, которую пряха вливала, не скупясь — не то что я по капельке, — позволяла творить настоящие чудеса. На моих глазах госпожа Фильдеперс накинула на манекены отрезы ткани и принялась кроить, резать и сшивать платья при помощи дара пряхи. Выходило шедеврально хотя бы потому, что на изделиях не было швов. Ткань просто-напросто срасталась в нужных местах. А с плащом вообще всё оказалось очень просто — модистка приколола к нему заранее приготовленные броши с символом «незаметно» в трех местах.

Вся работа заняла у Фильдеперс часа два, но выглядела она под конец изможденно — из этого я сделала вывод, что такая щедрая раздача магии даром не проходит.

— Я пришлю счёт генералу завтра, — устало сообщила модистка, сложив свои вещи в саквояжи руками.

У неё даже ехидничать сил не осталось, не то что фокусы мне демонстрировать, хвастаясь тем, что она магичка, а Абигаль нет.

— Не нужно. Я сама все оплачу, — сказала я, поднимаясь, — генерал всего лишь мой сосед и помог по-соседски, добившись вашего приезда. Платить за меня он не будет.

Почему-то мне захотелось прояснить этот момент, и я не удержалась.

Модистка посмотрела на меня с интересом, который пробился даже через магическое истощение, и усмехнулась.

— Знаете, Абигаль, сегодня вы меня сумели удивить. По рассказам знакомых, я вас представляла совсем другой: тихой, покорной, слабой, но не дурой. То есть самым логичным на вашем месте было бы принять покровительство генерала и заключить с ним договор. Поверьте, вас бы все поняли и не осудили. А сейчас я даже теряюсь в догадках: то ли вы лишились ума и инстинкта самосохранения, то ли с вами произошло что-то выходящее из ряда вон.

— Я просто сильно болела и чуть не умерла, — поспешила я оправдаться.

Роль мямли Абигаль Иниго никак не хотела во мне приживаться, и я опять забыла, как должна была себя вести. Все же прошедший месяц я общалась только в узком кругу тех, кто меня не выдаст, и невольно перенесла свою манеру и на модистку. Вот черт! Если вдруг братец Антонио надумает обвинить меня в неадекватности, у него только что появился новый свидетель. Я прикусила губу и потупилась, а модистка задумчиво продолжила:

— Так вот, хоть вы моего совета и не ждёте, позвольте мне его всё же дать: даже если вы переосмыслили свою жизнь и решили стать другой, у вас ничего в Велиссии не получится. Все наши роли давно расписаны, а вы — лишнее звено. Отдайте детей опекунам и уезжайте, начните новую жизнь в другом месте.

Я сжала зубы, чтобы ничего не ляпнуть. От этого совета мне захотелось в этой их Велиссии перевернуть все вверх дном ещё сильнее.

— Сколько с меня, посчитали? — процедила я.

— Шесть тысяч, — объявила модистка насмешливо, явно планируя меня этой цифрой шокировать.

Ей это удалось, но немного в другую сторону. Я подумала, что мы слишком дёшево свои поделки продавали! Оказывается, такая работа стоит куда больше.

— Минуту, — невозмутимо ответила я и отправилась за деньгами.

Шесть тысяч — ощутимая сумма, но если у меня все задуманное получится, нам и оставшихся денег хватит.

Я рассчиталась с госпожой Фильдеперс и проводила до ворот, где её ждал личный магический транспорт. Когда модистка укатила в столицу, я пошла к забору, к тому месту, где мы в первый раз встретились с генералом. Там наши владения имели общую границу, и оттуда до особняка Доминги добираться было ближе всего, но и опаснее — из-за мантикор. Но зато именно в том месте на заборе не дежурили вороны и была видна крыша особняка. Я подумала: а что будет, если я прямо сейчас выплету из воздуха большую руну «перемещение», волью в неё магию и шагну внутрь? Если получится переместиться в дом, значит, я смогу строить порталы, а значит смогу на приёме незаметно сгонять за кораблем.

Но как же страшно было пробовать! Вдруг я ошибаюсь?

Поискала глазами что-нибудь подходящее и наткнулась на упавшую с яблони ветку. Пойдёт.