Глава 25

— Гааль, не переживай, все будет хорошо, я рассчитал правильно, — взяв меня за плечи, проникновенно пообещал Доминга, пытаясь меня подбодрить.

Мы с ним стояли в холле, ждали гостей, и меня действительно слегка потряхивало от волнения, но вовсе не из-за того, о чем думал генерал.

— Да-да, я помню, — пробормотала, продолжая думать о своём. — Снять плащ, когда сообщат о прибытии короля и королевы, и все гости поспешат во двор, чтобы их встретить.

— Да. И держись все время рядом со мной, а также старайся ни с кем не сталкиваться. Мы встретим короля и королеву, стоя рядом, и я представлю им тебя как пряху, главу рода Лианор и создательницу дизайна дома.

Я просто кивнула и накинула плащ. Первые гости уже поднялись на крыльцо и скоро войдут в дом, а мне пора исчезнуть.

Прошедшие до приёма дни были очень для меня сложными во всех отношениях. Морально — я терзалась и кидалась из одной крайности в другую. То мне хотелось просто сбежать вместе с Грес и детьми, то я с новой силой загоралась идеей с кораблём и сенсационном заявлении.

Следом мне начинало казаться, что затея моя — полный бред и дурость чистой воды, но потом я вспоминала, что люди любят сенсацию, а яркие потрясающие события могут влиять и на историю. Хотя бы вспомним превращение воды в вино или хождение по воде. Благодаря этому возникла целая новая религия, так, может, благодаря мне хотя бы правзамов перестанут притеснять?

Потом я начинала задаваться вопросом: а может, стоило рассказать о своей затее Доминге? Но слушала его рассуждения о политике и держала рот на замке. При всех своих достоинствах Доминга Элмо являлся продуктом своего мира и страны, а также менталитета и воспитания. Он планировал действовать по чёткой схеме и авантюризмом не страдал.

Физически я тоже порядком вымоталась, потому что летучий корабль всё же построила. Много времени уходило на эксперименты и исследования, я успевала поспать всего часов по пять. Зато усилия не были напрасными. Теперь я могла разрывать пространство и управлять кораблём. Да, магической энергии на это уходило много, но перелететь за границу, если что, сил хватит. А там я посажу свою посудину на воду и отдохну перед тем, как поднять её снова и направиться к островам.

Но я все же рассчитывала, что лететь никуда не придётся, что я смогу прекрасно устроится и в Велиссии. Периодически вспоминались слова госпожи Фильдеперс про то, что я — лишнее звено в их обществе, однако я отгоняла мрачные мысли прочь и готовилась сегодня пойти ва-банк.

— Господин Вито Дерио с женой госпожой Вероникой и дочерью госпожой Инес, — доложил Карлос, и в холл вошёл полный брюнет с пышными усами в окружении двух сдобных «булочек», обильно украшенных «розовым кремом».

Вернее, жены и дочери в воздушных платьях разных оттенков розового. Кстати, Инес — одна из невест. Молоденькая, миленькая и свеженькая.

— Генерал, чудесный дом! — восторженно пропела старшая из дам, выпрямляясь после реверанса.

— У вас потрясающий вкус. Я бы даже ничего не стала тут менять, — пролепетала кандидатка в жены, наверное, чтобы заработать себе этим пару дополнительных очков.

— Рад, что оценили, — ответил им Доминга без тени радости в голосе и, сделав приглашающий жест в сторону развлекательного крыла, добавил: — Прошу в бальный зал насладиться музыкой и напитками.

Семейство отправилось, куда послали, но на пороге возникли следующие гости, а потом ещё, и ещё, и ещё… Невесты были трепетными ланями и мило строили жениху глазки, а я на всё это смотрела и набиралась решимости. Я ведь точно не хочу подобное видеть изо дня в день.

Антонио Лианор явился с женой, но без кузена Мохиты — Доминга сознался, что у него был разговор с родственниками Абигаль, после чего рыжего любителя жениться отправили в родовое поместье за ненадобностью, так как содержать его в столице просто так было нерентабельно.

— Что за пряха занималась домом? Я чувствую родственную магию, — после приветствия спросил мерзкий братишка, принюхиваясь, как собака.

И у меня сердце забилось чаще. Наверняка он почуял кольцо, с которого я сняла прикрытие перед приёмом.

— Наберитесь терпения, я вас с ней познакомлю, — ответил на это генерал и послал Лианоров по единому для всех гостей маршруту — в бальный зал.

Донато Иниго тоже явился с женой, но вопросов не задавал и комплиментов дому не делал. Зыркал хмуро и всем видом показывал, как не рад оказаться у генерала в гостях.

А вот адмирал и главный лекарь — друзья Доминги — мне понравились. Статные, красивые мужчины с открытыми улыбками и хорошим настроением.

— Уже не терпится надраться и удариться в кутеж. Танцовщиц заказал? — спросил адмирал и хлопнул Домингу по плечу.

Хорошо, что я предусмотрительно встала подальше, а не жалась к генералу, а то бы и меня задел.

— Рехнулся? Барт с женой приедет. Всё будет чинно и прилично, — расстроил друга Доминга.

— Кстати, они выехали. Будут минут через пятнадцать, — вставил мэтр Стьяга, и это послужило мне сигналом.

Что ж, пора. Я тихонько двинулась на выход из дома.

Выходила через заднюю дверь во двор, чтобы не лавировать между прибывавшими дружным строем гостями. Добежала до места, в котором отработала переход до автоматизма, выплела нужные руны: «приближение», «перемещение», «скорость», и — оп! — я за своим забором. Корабль… ну как корабль… нечто деревянное с палубой, мачтой, парусом, трюмом и навесом над бортами типа каюты. Я, конечно, старалась все рассчитывать по чертежам из книги, но все же на воде я его не испытывала и надеялась лишь на руны «равновесие» и «оттолкнуть», выплетенные на днище.

В общем, свое творение, все исписанное знаками, в том числе и «отводом глаз», я могла увидеть лишь зрением пряхи. Забралась по лестнице через борт и там, за щитом, уже разглядела своих. Скинула плащ на перила и поинтересовалась:

— Готовы? Разместились удобно?

— Всё перенесли, госпожа моя, и еду, и вещи, — отчиталась Грес.

Они заканчивали грузиться и размещались уже без меня, а возможно, это стало благодаря тому, что Софи все прекрасно видела через «отвод глаз», и вообще у неё отлично работало зрение пряхи. Куда лучше моего, потому что, видимо, она им пользовалась с самого рождения, но на это никто не обращал внимания. Зато сейчас дочь была преисполнена важности, потому что получила от меня ответственное задание — быть проводником для няни и брата.

— Мамочка, я уже так хочу лететь, что даже суп есть не стала, — деловито сообщила малышка и подпрыгнула, словно пыталась взлететь самостоятельно.

А я, между прочем, верила, что у неё это когда-нибудь получится.

— Сейчас, сейчас полетим. Только помните, что нужно сидеть тихо, пока я не разрешу выходить, — наказала и скомандовала рассаживаться по местам.

Марк, Софи и Грес забрались под защищённый символами от всего, от чего только можно, навес и уселись на диван из подушек.

А я пошла на капитанский, так сказать, мостик. А если точнее — на пятак управления кораблём. Это была круглая сцена ближе к носу, крутясь на которой я могла доставать до любых символов и менять их по мере надобности. Подняла корабль на нужную высоту, чтобы не задел забор и верхушки деревьев, и повела к дому генерала.

Рассчитала все правильно и зависла над выстроившимися в две шеренги вдоль центральной аллеи придворными как раз, когда транспорт короля прибыл к воротам.

Доминга вышел вперёд, чтобы встречать монархов, но вёл себя нервозно, озирался — явно искал меня. Я тоже вдруг затряслась с новой силой и затараторила про себя: «Прости, прости меня, дорогой, но это было необходимо! Если я ничего не сделаю, ты ещё несколько лет будешь свой план осуществлять».

Король с королевой вышли из роскошного автомобиля, я перекрестилась и принялась одну за другой расплетать руны невидимости и отвода глаз.

Тень на гостей ложилась постепенно, и они не сразу решились пренебречь королём и задрать головы.

Зато Бартеломью и его венценосная супруга видели все от начала до конца. Ну и Доминга тоже. Потому что когда король и королева застыли, глядя ему за спину и вверх, разинув рот, он вынужден был обернуться.

В этот момент я поняла, что пора толкать речь, пока не струсила. Выражение лица генерала резало по живому. Кроме удивления в нем явно читались разочарование, боль и обида. Он точно моей задумки не понял и не оценил.

— Добрый день, ваши величества, — выведя перед губами руну «усиление», сказала я, слегка подрагивающим голосом. — Как видите, я пряха. Сильная пряха, наследница знаний самой Консуэло Лианор. Но дело в том, что я не Абигаль Иниго. Я Галина Морозова, попаданка или, по-вашему, правзам.

Раздались вскрики, ахи, охи, а кто-то даже в обморок упал. Придворные реагировали гораздо острее, чем дети, когда я им сказала, что явилась из другого мира, чтобы стать их настоящей мамой.

Король что-то сказал, и Доминга гордо расправил плечи, будто готовился принять удар. Я поспешила продолжить:

— Меня отправил в тело Абигаль Строгий Родитель по призыву Консуэло для того, чтобы я возродила её мастерство и вырастила детей великими магами. Пряха передала мне свой дневник и кольцо рода. — Я подняла руку, так, чтобы перстень блеснул на солнце. — Вы уже сейчас видите, что я вам не лгу. Этот корабль я построила сама, и дизайн дома генерала — тоже моих рук дело. Я готова и дальше продолжать трудиться на благо Велиссии, но у меня есть условия.

— Чего вы хотите? — хмуро крикнул король, а королева смотрела на меня, гневно раздувая ноздри.

Я ей явно совсем не понравилась по неизвестной мне пока причине.

— Я хочу получить гарантии безопасности для себя и детей. Полную над ними опеку, возвращение имущества, признание меня полноценной магически одаренной гражданкой Велиссии и отказ от фамилий Лианор и Иниго. Я — Морозова и возглавлять клан Лианор не стану. А вот моя дочь Софи это сможет, когда подрастёт и я передам ей кольцо.

Король опять что-то тихо сказал Доминге, и тот прикрыл глаза. Я быстро спряла руну «услышать» и толкнула к ним. Вовремя!

— Да, я знал, что она правзам, и скрывал это, — донеслись до меня слова генерала.

— Это измена, — процедил король, — я больше не могу тебе доверять.

— Я действовал в интересах Велиссии. Ты сам говорил, что стране нужна сильная пряха. Вот она.

— Неважно, генерал. Вы давали присягу соблюдать закон и клялись в верности короне, однако нарушили и то, и другое, — холодно парировал Бартеломью, перейдя на официальный тон.

Мамочки! Я что, подставила Домингу? Ох. Надо срочно исправлять.

— Ваше величество, суть пряхи — созидание. Я прошу вас во благо процветания страны не искать виноватых в моём появлении. Если я буду знать, что из-за меня кто-то пострадал, я не смогу творить.

Эти слова я сказала проникновенно, добавив в голос умоляющих ноток, но король не спешил смягчаться.

Зато выступила королева.

— Барт, дорогой, я знаю, как ты горяч, но давай думать сейчас в рамках государственной пользы. Нет никакого смысла отправлять нашего славного генерала в опалу, тем более в преддверии его женитьбы. Доминга Элмо — сильный маг и наш преданный подданный. А то, что он утаил правзама, вполне объяснимо. Вспомни историю его матери и то, что Доминга всегда был защитником правзамов.

— Дорогая, это создаст прецедент, — упрямился Бартеломью.

Похоже, противный он мужик, хоть внешне и приятый. Однако и Доминга радости от заступничества королевы не испытывал.

— Я не готов жениться, и в совет баллотироваться не стану. Но я готов отправиться в тёмные пустоши, чтобы доказать верность короне и искупить вину.

Что⁈ Какие ещё пустоши⁈ Какую вину? Что-то мое замечательное шоу проваливалось по всем фронтам в непонятные бездны.

— Давайте поговорим и все обсудим спокойно! — взмолилась я, внутренне готовясь перемещать Домингу на корабль и плыть на острова с ним.

А если будет сопротивляться — усыплю!

Но тут из ряда придворных вышел и подошёл к королю мэтр Стьяга.

— Барт, успокойся, — сказал он, положив ладонь на сжатый кулак короля.

И случилось чудо.

Наверное, прикосновение лекаря имело седативное воздействие, потому что король вдруг заметно расслабился и даже повеселел.

— Ну что ж, давайте поговорим, — выкрикнул он задорно. — Но только я прибыл на новоселье, а не на деловую встречу. Спускайтесь к нам, Галина, я клянусь, что никто не причинит вам вреда и не посягнет на вашу свободу. Посмотрим на ваш дизайн, обсудим всё в непринуждённой обстановке, примем решение и заверим договоренности нерушимыми клятвами.

И вот вроде бы именно этого я и добивалась, однако по спине пробежал холодок. Что-то мне подсказывало — итог переговоров мне не понравится.

— Благодарю, ваше величество. Сейчас посажу корабль и присоединюсь к вам, — тем не менее сказала я и принялась прясть руны невидимости.

Оставлять Грес и детей на корабле без присмотра на территории, где рыщут Лианор и Иниго, я не собиралась. Быстро перелетела в свое поместье, разрешила своим выходить, но вещи велела пока оставить — мало ли как пойдут переговоры? А сама перенеслась в поместье генерала и вскоре, войдя через заднюю дверь, пробежала по холлу и вышла из дома навстречу королю. Подошла к Доминге, встала рядом и присела в реверансе.

— Ещё раз здравствуйте, ваши величества, и прошу прощения за мой спектакль. Я преследовала лишь благие цели, — сказала, виновато опустив взгляд.

— Пройдём уже в дом, милый, — проворчала королева капризно и потянула мужа, вынуждая нас с генералом разойтись в разные стороны, чтобы их пропустить.

Я неотрывно смотрела на Домингу, а вот он на меня нет. Но я все равно надеялась, что он меня поймёт и простит, поэтому, пропустив королевскую чету вперёд на пару-тройку метров, шагнула к нему и взяла за руку.

— Доминга, прости. Я не сказала, потому что ты бы мой план отверг. А я бы не смогла жить в вечном страхе. Я бы не выдержала…

— Я все понимаю, Гааль, — сухо перебил меня Доминга и высвободил руку. — Я просто забыл главную характеристику правзамов и придумал себе то, чего нет.

Обиделся! Очень сильно обиделся.

— Какую характеристику?

Мы шли к дому за королевской четой вдоль гостей и переговаривались почти шёпотом.

— Выгода. Они всегда делают только то, что выгодно им. У правзамов гипертрофирован инстинкт самосохранения, поэтому они могут пойти по головам ради своего комфорта.

Стало обидно!

— Ты же сам недавно говорил, что они, мы то есть, любим детей сильнее, чем родные родители. Не вяжется.

— Очень даже вяжется. Правзамы растят себе тех, кто станет их опорой, щитом и гарантией безопасности в старости, поэтому и вкладывают в них душу. Инвестиции так сказать. — Доминга невесело усмехнулся, а я вспомнила нашу первую встречу.

Сейчас генерал стал таким же колючим и угрюмым, как тогда, и от этого моя душа тоскливо заныла. Неужели это всё, и пробежавшая между нами кошка навсегда оставила непреодолимый разлом в наших отношениях? Я прикусила щеку и уставилась в спину королевы, считая про себя драгоценные камни, украшавшие вырез её платья. Раз, два, пять, семь… Ну и пусть! Раз он такой обидчивый, пусть дуется дальше. Переживу. Главное, чтобы его в непонятные пустоши не услали.