Глава 3

— Что-о-о?! — закричала я. — Какая еще свадьба? Что-то я предложения не помню!

— В летописи говорится, что только брак владыки эльфов с Девой Леса, истинной таурэтари, королевой леса, поможет вернуть процветание всему племени лесных эльфов, а их дитя положит начало новой ветви нашего рода.

— Ни за что! — возмущенно выкрикнула я. — К дьяволу вашу летопись! Про мнение этой самой Девы там ничего не говорится? Она выступает в роли безмолвного сосуда для вынашивания эльфийских детишек?

— Мне это не нравится так же, как и тебе! — бросил Элрик.

— Рада, что ты это понимаешь! — в тон ему ответила я. — А как же сватовство? У тебя уже есть невеста!

— Ничего не поделаешь. Придется расторгнуть помолвку. Если нашлась Дева Леса, остальное неважно. Главное — благополучие нашего рода. — Элрик расхаживал по комнате, вслух строя планы: — Сначала нужно представить тебя моим подданным. Сделаем это на празднике в честь моего пятьсот пятидесятилетия через две недели, а потом можно сразу отпраздновать свадьбу. Нужно торопиться, пока ты еще может иметь детей. Алистер, за это время она поправится?

— Думаю, да.

Меня ужасно разозлило то, с какой уверенностью он рассуждал о моей дальнейшей судьбе и способности к зачатию. Да что он о себе возомнил? Очевидно, в его белобрысую голову даже не забрела мысль о том, что я могу отказаться.

— Прекратите говорить обо мне так, будто меня здесь нет! Я не выйду за тебя замуж, заруби это на своем точеном носу! И не буду рожать тебе детей!

— Ты уже замужем? — Элрик остановился и бросил на меня хмурый взгляд.

— Нет, но…

— Тогда у тебя нет выбора.

— Да почему ты так уверен, что я и есть та самая Дева Леса? Это же полный бред! А вдруг какая-нибудь эльфийка проходила мимо и стала свидетельницей покушения?

— Она права, Элрик, мы должны проверить, — поддержал меня Алистер.

Король указал изящной рукой на принесенные ветви.

— Сейчас мы это выясним. Пробуй.

— В каком смысле? Хочешь, чтобы я жевала листья?

— Алистер, она меня с ума сведет! — начал снова закипать Элрик.

— Дитя, проведи ладонью над ветвями, — поспешил заговорить лекарь.

Я сделала, как просил Алистер. Ничего не произошло.

— Вот видите, — обрадовалась я. — Никакая я не Дева Леса и никакой магической силы у меня нет!

— Задержи ладонь над ветвями и закрой глаза. Прислушайся к себе и ощути энергию природы, — голос Алистера странно убаюкивал.

Закрыв глаза и сидя с вытянутой рукой, я чувствовала себя довольно глупо. Ничего из того, о чем говорил Алистер, я не ощущала. Силы леса во мне было не больше, чем в старом ботинке. Приоткрыв один глаз, я увидела напряженно следящих за моими действиями короля и лекаря, и пожала плечами. Рана отозвалась тупой болью, и я поморщилась.

— Алистер, смертная оказалась права, мы напрасно тратим время, — протянул Элрик, а затем обратился ко мне, небрежно бросив: — Я ошибся насчет твоей матушки. Вряд ли она смогла заинтересовать представителя древней эльфийской расы.

— Я же предупреждала, чтобы ты не открывал свой большой рот! — зло выкрикнула я, взмахнув рукой. Ветви, до этого момента меланхолично лежавшие рядом со мной, рванулись к шее Элрика. Испугавшись, я резко опустила руку. Ветки упали на пол.

Лицо короля приобрело мрачное выражение. Я поняла, что он специально старался вызвать во мне гнев.

— Вэндэ Таурэ! — потрясенно воскликнул Алистер.

— Это ничего не меняет! — завопила я. — Я выйду замуж только по любви, и это точно будет не надменный тип с манией величия!

— У тебя нет выбора, — процедил король. — И у меня, к сожалению, тоже.

— Да что ты? — язвительно бросила я. — Я вернусь к своим, к смертным, и проживу счастливую, хоть и короткую, по вашим меркам, жизнь. Как тебе такое, а?

— Ты не посмеешь! — прошипел король. — Ты станешь моей женой, и точка! Кстати, ты девственна?

— Не твое дело! — заорала я, чувствуя, как зажгло щеки.

— Значит, девственна, — равнодушно подытожил Элрик. — Довольно неожиданно.

Скрипнув зубами, я попыталась слезть с высокой кушетки, чтобы отвесить нахалу крепкую оплеуху.

— Элрик, — Алистер мягко взял короля за руку и потянул к двери. — Прошу тебя, дай ей время. Вивиан, оставайся на месте, ты можешь навредить себе.

Они продолжали о чем-то шептаться, стоя в дверях. Я в это время обдумывала план побега. Интересно, смогу я самостоятельно отыскать выход из леса? Ведь Камелия сказала, что границы закрыты. А если попробовать пробраться через ту рощу, что я нашла? Сейчас встреча с самым черным злом казалась мне предпочтительнее свадьбы с королем эльфов. Наконец Алистер мягкими увещеваниями заставил короля убраться.

— Алистер, помогите мне. Молю вас. — Я подарила Алистеру самый свой жалобный взгляд. — Я не хочу выходить за него замуж и выдавать по маленькому эльфу каждый год.

Лекарь сел рядом и взял мою здоровую руку.

— Вивиан, послушай меня внимательно. Ты ведь бежала от своих, я прав? Они причинили тебе зло. Я видел шрамы на твоей шее, дитя, и я достаточно мудр, чтобы понять, как они появились. В Лоссэ Таурэ тебя никто не обидит. Здесь ты обретешь новый дом и семью. Ты будешь окружена почетом и — кто знает? — однажды сердце нашего короля дрогнет.

— А что до этого, Алистер? Бесконечная ненависть? Ты же видишь, что он на меня даже смотреть не хочет. Да и я не люблю его! А что со мной будет спустя пятнадцать-двадцать лет? Меня выгонят к смертным, чтобы я не распугивала своим морщинистым лицом молодых эльфов? Я состарюсь, тогда как все вы будете молодыми и прекрасными. Почему я должна пожертвовать своим счастьем ради лесных эльфов? Почему?

— На это у меня нет ответа, дитя. Но я знаю, что ты оказалась здесь не случайно. Ты владеешь древней силой, этого нельзя отрицать. Именно эта сила привела тебя к нам. Если тебя волнует бессмертие, я мог бы поискать в древних справочниках или поговорить с эльфами, владеющими магией.

Я понимала, что Алистер лжет, и он знал, что я это понимаю. Никакого волшебного заклинания, дарующего бессмертие, не существует.

— Почему же ваши владеющие магией эльфы все это время не могли снять проклятие?

— Его наложили в страшном гневе, — задумчиво сказал Алистер и начал еще что-то говорить, но я его перебила.

— Все, что осталось мне от мамы — это ее последние слова: «Пообещай, что не выйдешь замуж без любви. Любовь — та звезда, что поведет тебя. Держись этой звезды, следуй за ней и обретешь счастье». А я, как любой человек, хочу быть счастливой.

— Я знаю, дитя, знаю, — лекарь мягко погладил меня по здоровому плечу. — Отдохни, Вивиан, важные решения лучше принимать на ясную голову. На тебя свалилось слишком многое.

— То есть вы не поможете мне? — спросила я, глядя в ясные глаза лекаря.

— Иногда мы сами не ведаем, что для нас лучше. Самый неприятный выбор часто оказывается в итоге самым верным. Подчас лучше покориться обстоятельствам и принять предначертанное.

Ну конечно, мысленно фыркнула я. Если бы я следовала этой логике, то сидела бы сейчас голая в комнате Маркуса, под охраной его собак. Алистер проводил меня до комнаты, настоятельно посоветовав отдохнуть. Он пообещал зайти позже, после чего я вновь услышала провернувшийся в замке ключ. Получается, я здесь пленница? Я смотрела в стену, обдумывая свое положение. Не хочу я быть племенной кобылой Элрика! Глаза защипало, и по щекам поползли слезы. Я резко стерла их, приказав себе не плакать. Нужно из вредности выйти замуж за короля и устроить ему веселенькую жизнь! Идти мне некуда, Алистер прав, возвращаться домой не имеет смысла, Маркус не оставит своих грязных намерений, а заступиться за меня некому. Но чем мое положение у эльфов будет отличаться от положения там, дома? Только статусом. Здесь я буду законной супругой короля эльфов и матерью его детишек, а у себя дома… Даже если мне удастся сбежать от Маркуса, у меня нет денег, чтобы… Подождите-ка! А если я действительно владею магией? Я могла бы использовать ее, чтобы приструнить Маркуса и заставить его вернуть половину принадлежащего мне дома! Интересно, будет ли моя магия работать за пределами Лоссэ Таурэ, или она проснулась только под действием этого места? И в чем, собственно, заключается это древнее могущество? Только в способности бросаться ветками в короля? Я вспомнила, как удивился Алистер усиленному действию травяного эликсира, да выросшая внезапно трава под изгородью всплыла в моей памяти. Одно я поняла точно: если буду сидеть и пялиться в стену и дальше, ничего не узнаю.

Соскочив с кровати, я принялась лихорадочно искать одежду, ведь мое платье Алистер разрезал. Хвала всем богам, в шкафу нашлось еще одно простое зеленое платье, которое я, еле справившись со шнуровкой одной рукой, все-таки умудрилась нацепить. Сверху я накинула плащ. Капюшон надежно скрыл длинные волосы. Сбежав в сад, я припустила по знакомой тропинке к изгороди. А вот и она. Хорошо, что Алистер не додумался спросить, как мне удалось удрать из комнаты.

— И как, интересно, мне включить эту силу? Позвать короля, чтобы он меня доводил своей болтовней? — проворчала я, рассматривая свою перебинтованную правую руку, одновременно размахивая из стороны в сторону здоровой левой. Изгородь спокойно себе стояла. Минут двадцать я трясла рукой, словно в каком-то диком припадке, однако ни одна веточка даже не дернулась. Отчаявшись, я ударила по глупой изгороди кулаком, и — о чудо! — ветви с тихим шуршанием разъехались в стороны, открыв проход. Я с ужасом смотрела на свою руку. У меня есть сила! Я могу управлять… растениями? Нервно хмыкнув, я прошла в открывшийся проход и ударила по изгороди кулаком. И снова ничего не произошло. М-да, нужно будет потренироваться. Но это потом, а сейчас я должна выбраться из леса. Я в нерешительности остановилась. В какую сторону бежать?

Потоптавшись на месте и поняв, что это никак не способствует принятию решения, я рванула налево. Если все равно не знаешь нужного направления, так какая разница? Мне встретилось несколько эльфов, проводивших меня заинтересованными взглядами прекрасных глаз, но я велела себе не отвлекаться на каждое смазливое лицо и лишь поглубже натянула капюшон. На лес опустилась ночь, но полная луна и цветы тельпина калэ рассеивали мрак. Держась в тени массивных дубов и передвигаясь мелкими перебежками, я наконец оставила замок позади.

Когда светящиеся цветы стали встречаться все реже, так же как и отдельные группы эльфов, я поняла, что выбралась за пределы обжитой части леса. Оставалось самое сложное — понять, как найти дорогу в мир своих, смертных. Я бегала между абсолютно одинаковыми деревьями, путаясь в чересчур длинном для меня платье, но к цели явно не приближалась.

В замешательстве застыв около очередного дуба, я пыталась сообразить, куда же мне двигаться дальше. Бросив взгляд в сапфировое ночное небо с россыпью ярких звезд, я отчаянно пожалела, что не умею находить по ним путь.

Внезапно я услышала голоса и замерла, прильнув спиной к шершавому стволу. Очень бы не хотелось быть обнаруженной. Я надеялась, что говорившие быстро пройдут дальше, но они остановились прямо под этим же дубом, но с другой стороны.

— Почему он еще жив? — прошипел голос, похожий на женский. — Было заплачено за убийство, а король продолжает разгуливать, как ни в чем не бывало!

Я вытаращила глаза и прикрыла рот рукой, чтобы случайным возгласом себя не выдать.

— Наемник не вернулся, — ответил сиплый голос, явно мужской.

— Его поймали?

— Да. Я сам видел.

— Лучшего наемника? Но как? — первый голос был полон изумления. — Меня заверили, что воины вашего клана не знают поражений! Вы же для этого и выполняете заказы вдвоем! Если погибает один, второй завершает начатое!

— Сбылось предсказание о Вэндэ Таурэ.

— Что? Не может быть!

— Это так. Я сам видел, как погиб мой напарник. Древняя сила пришла в Лоссэ Таурэ.

— Значит, все сказки о наемниках — всего лишь сказки? — презрительный шепот напоминал змеиное шипение. — При малейшей опасности вы бежите, словно шакалы.

— Только глупец остался бы там погибать.

— Эти отговорки меня интересуют мало. Плата внесена и я хочу, чтобы работа была выполнена.

Я стояла и молилась всем богам, чтобы беседующим не приспичило прогуляться вокруг дуба. Одновременно я пыталась сдержать непонятно откуда взявшийся героизм (наверное, остатки после спасения короля) и не выскочить с криком: «Ага! Попались!» Останавливала меня лишь уверенность, что после этой встречи мне не выжить. А жить мне вдруг отчаянно захотелось.

— Она будет выполнена, — сипел голос, — в свой срок. Лучше всего это сделать в праздник, при большом скоплении эльфов.

— Я хочу, чтобы серебряный король сдох. И чем быстрее это произойдет, тем лучше. Если при этом пострадает кто-то еще, мне плевать.

Голоса затихли, а я продолжала неподвижно стоять. И надо же было оказаться именно здесь! Простояв изваянием, как мне показалось, целую вечность, я выдохнула и резко вышла из-за дерева. Конечно же, заговорщики уже уползли в свои змеиные норы. Я принялась обследовать траву в поисках какой-нибудь подсказки о говоривших. К сожалению, имен, фамилий или другой информации, что смогла бы пролить свет на заговорщиков, на траве не отпечаталось. Что же делать? Бегая вокруг дерева, я разрывалась между желанием спасти короля и со всех ног мчаться в свой мир. В мир, где были только чокнутые сводные братья и никаких заговоров против эльфийских королей с точеными скулами.

— Ты об этом пожалеешь, Вивиан! Очень пожалеешь, — пробормотала я и отправилась обратно в замок.

В задумчивости я брела, еле переставляя ноги — сказывалось нервное напряжение. Бежать к Элрику прямо сейчас? Рассказать ему о готовящемся покушении? Но я ведь не видела лиц, слышала лишь шепот. И хотя один из голосов казался женским, я бы не стала утверждать и обратное. Некоторые из виденных мною в Лоссэ Таурэ эльфов выглядели уж очень женственно. К тому же заказчик говорил о себе довольно безлико: «я хочу», «было заплачено», так что определить его половую принадлежность было довольно-таки затруднительно. Таким уликам — грош цена. Не выстраивать же всех жителей леса в шеренгу и, прохаживаясь вдоль ряда с плеткой, грозно спрашивать: «Ну, кто из вас, ушастых, надумал убить короля?» Я нервно хмыкнула, представив себе эту картину. А что, если понаблюдать самой, а проснувшаяся сила сама подскажет, когда понадобится моя помощь? Размышляя таким образом, я сама не заметила, как снова оказалась около входа в запретную рощу. Я немного постояла, рассматривая колючие заросли, а в следующее мгновение уже протянула к ним руку, закрыв глаза и сосредоточившись, как советовал Алистер.

Я представила, как сухие заросли расходятся в стороны, открывая уводящую вглубь тропинку. Приоткрыв один глаз, я чуть не завизжала от радости: появился небольшой лаз, достаточный для того, чтобы, встав на колени, проползти внутрь. Как я ни взмахивала рукой, шире он не становился. На всякий случай оглянувшись, я встала на четвереньки, оберегая больную руку, и проползла по чернеющей змеящейся дорожке. Поднявшись и отряхнув платье, я осмотрелась по сторонам, ожидая нападения эльфов-мутантов, банды злобных гномов или муравьев-убийц, — чего угодно. Однако полная луна ярко заливала светом довольно прозаичную картину: неширокий ручей, над которым склонили свои ветви многочисленные глицинии. Их узловатые стволы выглядели мрачновато, а ветви напоминали тянущиеся к земле тонкие руки. Никакого зла я в роще не почувствовала, хотя после случая с Маркусом своей интуиции я доверяла бы не больше, чем надумавшему перевоспитаться людоеду. Самым жутким в этой роще было только то, что все растения и деревья стояли засохшими. Живым это место точно не выглядело. Шурша сухой высокой травой, я прошла к ручью и села на берегу, прислонившись к стволу глицинии. Меня обступила такая тишина, будто я сидела в наглухо закрытой бутылке. Захотелось закричать, рассмеяться или издать хоть какой-то звук, который бы напоминал, что я живая здесь, в царстве застывшей природы.

Тут мое внимание привлекло какое-то движение между деревьями: там определенно мелькнул чей-то силуэт. Я напряглась. Эльфийки же сказали, что в эту рощицу никто не ходит. А вдруг здесь водятся какие-нибудь хищники? А я ведь даже не уточнила этот вопрос у местных. Будет ужасно весело, если меня найдут растерзанной неизвестным зверем посреди заброшенной рощи. Стоило ли бежать от Маркуса, чтобы сгинуть здесь?

Я настороженно следила за перемещением черного пятна среди деревьев. Когда моя готовность заорать от страха и броситься из рощи со всех ног достигла своего пика, на поляну, шурша сухой листвой, вышел…