15

Как только силуэты моих самых любимых и родных людей скрылись из вида, я приступила к поискам пропавшего браслета.

Я искала везде: в игровой комнате, в автобусе, в спортзале, во дворе, но все это было безуспешным. Моя одежда покрылась пылью и грязью, а на улице начало темнеть.

Когда я уже собиралась рыться в мусорных контейнерах, крепко сжимая фонарик в руке, мой телефон зазвонил, на экране высветилось имя няни.

– Розалинда, вы еще в садике? – раздался встревоженный голос женщины.

– Да, ищу браслет. Что-то случилось?

– У Эллис поднялась температура. – осторожно выдавила миссис Мейн.

– Что? – в глазах тут же потемнело, сердце усиленно заколотилось. – Я сейчас же еду.

Я тут же вызвала такси и поехала домой к дочери. Когда я вошла в квартиру, то увидела пугающую и трогательную картину. Миссис Мейн обтирала тело Элис влажным полотенцем. Роберт стоял рядом, правой рукой он прижимал сверток со льдом ко лбу девочки, а левой держал градусник. Джимми держал стакан с водой и поил с ложечки сестричку.

– Эллис, это мама, – ласково позвала ее я, подойдя к кроватке.

Прикоснувшись к телу дочери я почувствовала жар, исходящий от нее.

– Мама, у меня же есть папа? – кое-как пробормотала девочка. – Я не ублюдок, правда?

От ее слов сердце сжалось, а по щекам покатились слезы. Я понимала, откуда такие мысли у моей дочери и такие слова.

– Это все мама Тимоти, – Подтвердил мои подозрения Джимми, сжимая кулачки. Он заговорил быстро и возбужденно. – Она обвинила нас в том, что у нас нет отца, и даже сказала, что мы…

Мальчик сжал губы и не смог произнести это мерзкое слово, его глаза покраснели.

Когда Рейчел и Амалия оскорбляли и унижали меня, я молчала, чтобы защитить своих детей. Но на этот раз они перешли все границы, и просто так я им это не спущу с рук.

– Бог их накажет, – пробормотала миссис Мейн.

– Какая у нее температура? – решила сменить тему я.

– Тридцать восемь и пять, – нахмурился Роберт.

– Давайте жаропонижающие, – скомандовала я.

Джимми тут же выбежал из комнаты, вернулся с коробкой в руках и передал ее миссис Мейн. Она нашла нужное лекарство и, отмерив необходимое количество, дала его Эллис. У девочки тут же начался сильный кашель и ее почти сразу же вырвало. Почти все принятое лекарство оказалось в тазике рядом с кроваткой.

Меня сильно беспокоило ее состояние. С самого рождения здоровье и иммунитет малышки были намного хуже, чем у ее братьев, поэтому я всегда относилась к ней с особым вниманием.

Я постоянно следила за ней и оберегала, благодаря тщательному уходу на протяжении всех этих лет, состояние девочки заметно улучшилось. Но сегодня она слишком много плакала, так что у нее воспалилась носоглотка и из-за этого поднялась температура.

Часы показывали уже половину девятого вечера, и мне нужно было собираться на подработку в бар. Мне не хотелось оставлять Эллис в таком состоянии, но без этого дохода я не смогу даже купить лекарства для дочери.

– Миссис Мейн, мне нужно идти на работу. Вы справитесь одна?

– Но сейчас уже поздно, вы куда? – озабоченно спросила миссис Мейн.

– Я нашла подработку. Сейчас нам просто необходимы эти деньги.

Я поспешно натянула на себя одежду и, схватив сумочку, выскочила из дома, на душе было неспокойно. Мальчишки тут же бросились вслед за мной.

– Мама, – я обернулась на их зов. – Ты же не ужинала. – Они протянули пакет. – Тут молоко и пара бутербродов.

– Хорошо, – на глаза навернулись слезы. – Спасибо, милые мои.

– Не переживай. Мы поможем миссис Мейн, – сказали хором дети. Ласково улыбнулись и попрощались.

Я поймала такси и отправилась прямиком в бар. В машине я съела перекус от детей. Всю дорогу я думала о них и том, что им приходится переносить из-за меня. Слезы больше не могли оставаться внутри, и я горько расплакалась.

«Я была готова вытерпеть любую боль и страдания, но мои дети здесь не при чем. Они не должны мучитбся из-за моего прошлого. Мои родственички просто отвратительны. Им не нужно работать, они богаты, но все равно не могут жить спокойно и хотят портить жизнь другим»

У меня больше не было сил с ними бороться. Эту войну нужно прекращать, иначе будут невинные жертвы.

«Может, действительно лучше перевести детей в другой садик? Но на это нужны деньги. Значит, мне придется их заработать и как можно больше».

На часах уже было десять,а я всё еще ехала в такси.Раздался звонок мобильного телефона, на экране высветился незнакомый номер.

– Слушаю, – ответила я на звонок.

– Розалинда, ну что такое? Ты решила нас подставить и не появиться на работе? – послышался голос директора клуба Криса.

– Простите. Дома случились неприятности, и я вышла чуть позже, чем планировала. Я уже еду, но мне нужно еще минут десять, – мой голос дрожал, что если меня уволят, где мне тогда взять денег.

– Хорошо. Я тебя заменю на это время. Ты выступишь в половине одинадцатого, – спокойно ответил Крис.

– Спасибо.

Когда я отключила звонок, то с облегчением вздохнула. Мне повезло, что Крис оказался таким понимающим и человечным. Если бы это был Закари, то все бы не прошло так гладко, наверняка бы придумал новую издевку или вообще уволил.

Время было десять минут одинадцатого, когда я была возле клуба. Я со всех ног вбежала внутрь, тяжело дыша. На сцене оказался какой-то парень исполнявший что-то подобное року. Он пел достаточно хорошо, но публика его приветствовала нерадостными восклицаниями.

– Эй, а где вчерашняя красотка? – громко крикнул нетрезвый мужчина.

– Точно! Мы сюда только ради нее пришли. – Поддержал его мужчина возле барной стойки.

Я поняла, что сейчас бежать через весь зал плохая затея и, выбежав из клуба, пошла к дверям заднего входа. По дороге в гримёрку я увидела Криса, который жестами показывал что времени у меня в обрез, я кивнула ему в ответ и пошла приводить себя в порядок.

Когда я открыла дверь, то боковым зрением заметила появившуюся рядом с Крисом мужчину. Фигура у него была точь-в-точь как у Альфонса. Он вальяжно стоял за спиной у директора и крутил бокал вина в руке.

Я быстро отвела глаза и во мне тотчас же вспыхнули сомнения.

«Может ли этот мужчина быть Альфонсом?»

Но времени на раздумья и выяснения у меня не было, я быстро шмыгнула в гримёрку и натянула на себя черное платье и кружевную маску. Распустив волосы и немного взбив их руками, я направилась на сцену.

Толпа сразу же взорвалась восторженными криками и аплодисментами. А в глазах парня, заменяющего меня, читалось облегчение.