Глава 16

Виола действительно сумела вшить в швы тесьму, и камзол сидел пусть не как влитой, но весьма терпимо. На всякий случай Дайон несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул.

Карета ждала их у дороги. На козлах, изображая кучера, устроился Верт, Анри же досталась роль лакея.

Дайон лично настоял на их кандидатурах: ему не хотелось оставлять Виолу одну, когда он уйдет через портал.

«Если», – ехидно поправил внутренний голос, и герцог нахмурился, приказывая ему замолчать. Не хватало еще остаться в этом времени навсегда.

– Виола, вы готовы? – спросил он, приблизившись к палатке девушки.

– Да, конечно.

Она вышла. Дайон замер, внезапно понимая, что, кажется, он не против остаться в этом времени навсегда. При условии, что эта красавица, смущенно потупившая взгляд, будет рядом с ним.

Голубой шелк струился мягкими складками, подчеркивая фигуру. Глубокий вырез приоткрывал грудь, и Дайон с трудом нашел в себе силы отвести взгляд. Волосы девушки были собраны в замысловатую прическу, и оставалось только гадать, как ей удалось соорудить ее в полевых условиях. Мелькнула мысль, что герцогская корона вполне могла бы завершить наряд. Дайон тряхнул головой, прогоняя подобные мысли. Один раз он уже пытался изменить историю и только погубил Мэтью. Второго промаха он не допустит.

– Вы готовы?

Он галантно подал ей руку.

– Одну минуту. – Виола поспешила накинуть на плечи бархатный плащ. – Теперь готова. Пойдемте!

Она оперлась на его ладонь. Осторожно, стараясь следить за тем, чтобы девушка не споткнулась о корягу, герцог повел ее по тропинке.

До дороги они дошли быстро. Обшарпанная карета, явно видавшая лучшую жизнь, ждала их в назначенном месте. Лошади по виду были немногим лучше самого экипажа. Они стояли, повесив головы, и всем своим видом демонстрировали неодобрение предстоящей авантюры. Дайон недовольно поджал губы, но промолчал.

Анри распахнул дверцу:

– Прошу, господа!

Дайон вытянул руку, помогая Виоле подняться в карету. Потом запрыгнул сам, дверца захлопнулась, Анри, словно заправский лакей, вскочил на запятки.

– Трогай!

Хлыст защелкал в воздухе.

– Но, пошли! Вперед!

Экипаж очень медленно тронулся с места.

– Почему мне кажется, что эти клячи на стороне наших врагов? – пробормотал Дайон, глядя в окно. Судя по скорости, лошади просто перебирали ногами на месте.

– Потому что вы слишком торопитесь, – Виола откинула капюшон и внимательно посмотрела на него. – Что вы скрываете, Йонатан?

– Я? – Дайон натянуто улыбнулся. – Почти ничего.

– Почти… – она отвернулась и посмотрела в окно, за которым медленно проплывали кусты и еще медленнее – деревья.

Герцог вздохнул.

– Ладно, мне все равно пришлось бы сказать вам это…

– Вы все-таки женаты…

– Что? Нет! – Он покачал головой. – Просто… скорее всего, Виола обратно в лагерь вы вернетесь без меня.

– Откуда такие мрачные мысли? Вы что, собираетесь сдаться? Или геройски погибнуть? – испугалась она. – Надо остановить карету!

– Не надо. – Он положил свою руку поверх ее, успокаивая. – Я не собираюсь сдаваться. Просто я… видите ли, я обязательно должен вернуться домой. И как можно скорее. Я сказал вам не всю правду. Я не граф, я правлю одним из герцогств. И, как вы понимаете, сейчас должен быть со своими подданными.

– Да, конечно. – Виола смотрела на него внимательно, но не сказать, чтобы удивленно. – Но как это связано с сегодняшним балом?

– Портал, которым я перенесся сюда, находится в замке. Там есть туннель, он выходит недалеко от того места, где мы встретились.

– Вот почему вы там оказались?

– Да, я и сам не ожидал подобного.

– А теперь собираетесь вернуться тем же путем. Все ясно. – Она отвернулась к окну. – Полагаю, объясняться перед Жюстом придется мне? Вполне по-мужски!

– Виола! – с укором воскликнул Дайон. – Да поймите, я просто не могу остаться!

– Я же сказала, что понимаю вас, и давайте больше не будем об этом.

Она резко задернула занавеску на окошке. Дайон пожал плечами и прикрыл глаза. Оставшийся путь они проделали в гробовом молчании.

Стук колес по брусчатке возвестил, что они въехали во двор замка. Экипаж остановился. Дождавшись, пока Анри откроет дверцу, Дайон вышел и протянул руку Виоле. Она бросила на него мрачный взгляд, но сразу же ослепительно улыбнулась и чинно спустилась на землю.

– Трогай!

Герцог пнул локтем нахмурившегося Анри, которого не обманула улыбка кузины. Тот вздрогнул и быстро вскочил на запятки. Карета двинулась с места, а ее место занял следующий экипаж.

Дайон тем временем повел девушку в замок. Несмотря на внешнее спокойствие, сердце готово было выскочить из груди, а желудок скрутило от волнения. Виола, несомненно, беспокоилась не меньше. Тем не менее оба они с невозмутимым видом и идеально ровными спинами прошествовали по лестнице в зал, откуда доносились шум голосов и музыка.

В глазах привычно запестрило от разноцветных тканей и золотой вышивки. Драгоценные камни украшений переливались в свете свечей, а у окон стояли огромные вазы с цветами.

Сам виновник торжества еще не вышел к гостям. Не выпуская руку Виолы из своей, Дайон умело влился в толпу, стараясь при этом вести себя так, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Ему казалось, что он попал на бал мертвецов. Полузабытые лица всплывали в памяти. Большинство из них были уже мертвы. Кто-то в ссылке, кто-то в бою, иным герцог лично подписывал смертные приговоры. Теперь же они окружали его, смеялись и с нетерпением ожидали начала праздника.

– Ну когда уже он появится! Так хочется танцевать! – восклицала томная белокурая красавица, в которой Дайон узнал Шарлотту де Блуа, фаворитку лорда Маркуса. Еще в начале смуты ее отец, будучи советником герцога Левансийского, перешел на сторону узурпатора. Он был убит при штурме замка, а дочь сослана в монастырь, где впоследствии приняла постриг.

– Она красивая. – Голос Виолы заставил его вынырнуть из раздумий.

– Кто?

– Шарлотта де Блуа, вы же на нее так пристально смотрите!

– Глупости, – фыркнул герцог.

Он хотел добавить, что блондинки вообще не в его вкусе, но внезапно заигравшие фанфары не позволили продолжить. Гости расступились, и лорд Маркус вошел в зал. Стиснув зубы, Дайон заставил себя согнуться в поклоне. Пока узурпатор торжественно шел к стоявшему на возвышении креслу, герцог внимательно изучал его.

Зрелище было не слишком впечатляющим: он видел перед собой невысокого, склонного к полноте мужчину с залысинами на лбу. На рынке мимо такого пройдешь и не заметишь. А вот второго, того, кто шел на шаг позади, Дайон никогда бы не пропустил. Именно этот человек до сих пор являлся ему в кошмарах, его вкрадчивый голос заставлял просыпаться в холодном поту и потом долго ворочаться в кровати. Правая рука и фактический правитель Левансии, доверенное лицо главы мятежников и просто редкостный мерзавец ле Бриенн.

Он словно тень следовал за лордом Маркусом, цепкий взгляд скользил по гостям, которые приветствовали именинника поклонами и реверансами, словно тот был законным правителем Ленвансии. Дайон сжал кулаки, борясь с желанием метнуть нож в ненавистные фигуры. Он прекрасно понимал, что даже если это сделает, то не выйдет из зала живым, а значит, лорд Маркус все-таки победит.

К тому же была еще и Виола. Дайон не сомневался, что найдутся те, кто вспомнит, что они пришли вместе. Что будет с девушкой после того, как его убьют, он не хотел даже думать. Поэтому пришлось поклониться еще ниже, чтобы бдительный ле Бриенн не смог заметить ненавидящего взгляда гостя.

Лорд Маркус занял трон, полюбовался склоненными головами и подал присутствующим знак, позволяя выпрямиться.

– Рад приветствовать вас здесь, господа! И, конечно же, дамы!

Он снисходительно кивнул Шарлотте де Блуа, получил в ответ улыбку и взгляд, полный обожания. Герцог сильнее стиснул зубы. В этот момент он жалел, что мягко обошелся с дочерью предателя, считая, что она действовала по велению отца. Но нет, Шарлотта искренне наслаждалась своей ролью.

– Вы опять смотрите на нее, – невинно заметила Виола. – Хотя, думаю, иначе и быть не могло.

– Отчего же?

Заиграла музыка, и Дайон церемонно поклонился, приглашая Виолу на танец. Она вложила руку в его ладонь.

– Вы именно к ней отправились через портал. Ведь это она – ваша любовница?

– Что? – от изумления герцог остановился, вызвав неудовольствие тех, кто следовал за ним и Виолой: все хотели стать поближе к лорду Маркусу и его фаворитке.

Дайон, напротив, предпочел бы избежать подобной близости, поэтому безропотно замкнул ряд танцующих. Виола возражать не стала, прекрасно понимая, что им не стоит привлекать к себе внимание.

Первым танцем оказался полонез. Он был очень торжественным и изобиловал фигурами, которые Дайон с трудом помнил, слишком уж давно этот танец вышел из моды. Виола тоже не горела желанием продолжать разговор, и некоторое время они молча двигались в такт музыке. Наконец полонез закончился, но не успел герцог сказать и слова, как его спутницу пригласили на следующий танец. Поспешное согласие вызвало понимающую и не самую радостную улыбку, но возражать Дайон не стал. Кивнув, он отошел к окну, внимательно оценивая обстановку. Заметив, что лорд Маркус все еще в кругу танцующих, герцог усмехнулся – кто бы мог предположить, что его лютый враг настолько любит развлечения? Или всему виной белокурая красавица, капризно надувающая губки?

– Вижу, вы тоже не любитель этих нелепых телодвижений, – знакомый вкрадчивый голос заставил вздрогнуть.

Дайон резко обернулся и встретился взглядом с тем, кто до сих пор приходил к нему в кошмарах.

Астор ле Бриенн, главный советник лорда Маркуса. Тот человек, который лично приходил в камеру к четырнадцати-, пятнадцати- и шестнадцатилетнему герцогу, чтобы потребовать подпись на очередном документе. Человек, не терпевший отказов и с удовольствием за них каравший. Убивая на глазах юного л’Эстре преданных ему людей. Применяя (правда, всего дважды) особые средства убеждения. А потом подчеркнуто вежливо протягивая бумаги на подпись.

Дайон знал, что этот человек давно мертв, но кривая времени прочертила невообразимую петлю, и теперь герцогу довелось встретиться с главным кошмаром из своих снов. В животе неприятно тянуло, сердцебиение участилось. В нос ударил знакомый запах цитрусовых – ле Бриенн всегда использовал эту туалетную воду.

Дайон стиснул зубы, борясь с тошнотой, подкатившей к горлу. Хотелось протянуть руки и схватить мучителя за горло, а потом долго и медленно душить, наслаждаясь каждым хрипом. Он с трудом прогнал из головы эти мысли. Во-первых, в зале было слишком много людей, готовых вмешаться, и герцог бы просто выдал себя и Виолу, а во-вторых, Дайон знал, что ле Бриенн должен в скором времени погибнуть. Герцог уже получил горький урок и не собирался больше экспериментировать, пытаясь изменить историю.

Последний аргумент оказался решающим, и Дайон постарался взять себя в руки. Сейчас он – гость в замке, и вряд ли ле Бриенн заподозрит в случайном собеседнике резко повзрослевшего герцога Левансийского.

– Вы правы, я не поклонник балов, – подтвердил Дайон, заметив, что от него все еще ждут ответа.

– А ваша супруга?

– Ванесса? Как и все женщины. – Герцог снисходительно пожал плечами.

– Она молодо выглядит… по сравнению с вами.

– Да, совсем юная. – Дайон холодно улыбнулся. – Всегда осуждал браки с большой разницей в возрасте, а сам…

– Так часто бывает.

– Верно. Прошу прощения.

Танец как раз закончился, и Дайон воспользовался этим, чтобы ретироваться. Пока он шел по залу, то чувствовал, как пронзительный взгляд ле Бриенн буравит спину. Это заставило его расправить плечи.

– Что с вами, вы побледнели, словно увидели привидение, – взглянула на герцога Виола.

– Всего лишь старого знакомого.

– Астора ле Бриенна? Вы знакомы? – Девушка изумленно распахнула глаза.

– Крайне поверхностно. Несколько лет назад встречались при дворе. – Герцог почти не погрешил против истины. – Но он даже меня не вспомнил.

– Тем не менее вы разговаривали.

– Да, он поинтересовался, люблю ли я балы, и я ответил, что нет. Ну же, Виола, если бы я хотел заманить вас в ловушку, то вряд ли стал бы болтать с ле Бриенном у всех на виду. Впрочем, если вы опасаетесь…

– Я ничего, как вы изволили выразиться, не «опасаюсь»! – вспылила девушка. – И давайте, наконец, приступим к делу.

Музыканты на галерее снова заиграли, на этот раз вольту. Пожилые матроны недовольно поморщились: этот танец считался слишком фривольным. Те, кто помоложе, напротив, с радостью разбились по парам. Дайон подхватил Виолу под руку, выводя в центр зала.

– Думаю, от еще одного танца не убудет?

– Мы привлечем ненужное внимание, – пробурчала Виола, но было видно, что ей очень хочется танцевать.

– Наоборот, притупим бдительность шпионов лорда Маркуса. – Дайон предпочел не называть вслух имя советника узурпатора. – Наверняка они бродят в толпе.

– И составляют список неблагонадежных гостей, исходя из танцевальных предпочтений? – фыркнула девушка, обходя партнера в танце.

– В том числе, – кивнул он, подхватывая ее за талию.

Шаг, поворот, вращение рука об руку и снова подхватить партнершу – незамысловатый танец позволял парам сблизиться, за что и был презираем старшим поколением. Дайон никогда не танцевал вольту, хотя прекрасно знал фигуры. Слишком уж интимным был этот танец. Но сейчас герцог был благодарен тому, кто принял решение его исполнить.

Осознание того, что он скоро уйдет, оставив Виолу в этом времени, наполняло сердце грустью. Пусть хотя бы этот танец останется, как воспоминание о них двоих.

Музыка оборвалась так же резко, как и началась. Танцующие замерли, и через миг разошлись по залу, беседуя еще более оживленно.

– Пора! – Дайон потянул девушку за собой.

Они прошли галерею и, улучшив момент, юркнули в дверь, отделявшую парадные залы от личных покоев хозяина замка. Странно, но стражников, которые охраняли бы вход, не было видно. Дайон насторожился: лорд Маркус, а вернее, Астор ле Бриенн, были не из тех, кто пренебрегает элементарными правилами безопасности. Причина обнаружилась чуть дальше в креслах у окна, в которых, сдвинув каски на лицо, спали охранники. Судя по всему, они решили отпраздновать день рождения хозяина по-своему. Или же в вино что-то подмешали… вспомнился хитрый вид Анри, когда он вспрыгивал на запятки кареты. А ведь лакеи всегда проводили время на кухне, пока господа танцевали на балу. Осторожно, чтобы не потревожить спящих, Дайон обогнул кресла и направился к кабинету.

– Подождите здесь, – велел он Виоле, не желая объяснять, откуда знает все тайники, скрытые в стенах.

– Но…

– Просто подождите.

Не дожидаясь ответа, герцог вошел в кабинет и огляделся. Ненавистный запах цитрусовых витал и здесь. Стараясь не вдыхать глубоко, Дайон откинул гобелен и открыл тайник.

Он быстро просмотрел документы, отбирая то, что представлялось наиболее важным. Взгляд вскоре упал на список имен, с пометками, сделанными мелким, но аккуратным почерком. Два основных столбца: фамилии и адреса, большая часть из которых была перечеркнута. Поколебавшись, Дайон сложил список вдвое и засунул за голенище сапога.

Вернув ненужные бумаги на место (если повезет, благодаря этому пропажу обнаружат не сразу), он задвинул камень на место, оправил гобелен и поспешил выйти. Виола ждала у дверей, нетерпеливо притоптывая ногой.

– Ну что? – кинулась она к герцогу.

– Тише, – предупредил он вполголоса. – Все в порядке.

Все так же бесшумно они прокрались мимо стражников и выскользнули в галерею.

– Ступайте в бальный зал, – распорядился Дайон, убедившись, что никто не видел, откуда они вышли.

– А вы? – насторожилась девушка.

– Найду Анри и передам ему бумаги.

– А потом?

Она напряженно всматривалась в его лицо. Дайон улыбнулся.

– Я вернусь, чтобы попрощаться, – пообещал он.

Лицо Виолы превратилось в маску.

– Уверяю, в этом нет необходимости, – холодно отозвалась она.

– Но я все равно вернусь. А теперь давайте завершим начатое. Пропажи могут хватиться, и тогда под подозрением окажутся все гости.

– Да, конечно, – упоминание о причине их визита в замок заставило Виолу забыть о личных обидах.

Изогнув губы в улыбке, она направилась в зал, из дверей которого доносился шум голосов и звуки музыки.

Дайон неспешно направился к лестнице. Спустившись, он громко потребовал своего лакея. Антри появился почти сразу. На ходу застегивая ливрею, он вопросительно взглянул на герцога.

– Вы один?

– Да, госпожа фон Ами танцует на балу, но скоро захочет уехать, готовь карету! – приказал Дайон, отводя мнимого слугу к окну. Массивные пилястры защищали их от любопытных взглядов стражников, несших караул у дверей. Убедившись, что за ними не наблюдают, Дайон громко произнес несколько ничего не значащих фраз, делая вид, будто отчитывает слугу за излишнее любопытство и нерасторопность. Документы тем временем перекочевали за пазуху Анри. Еще раз напомнив про карету, Дайон направился обратно в бальный зал.

Кивнул выходящей оттуда паре и поискал взглядом Виолу. Девушки нигде не было. Нахмурившись, герцог еще раз внимательно всмотрелся в лица присутствующих в надежде, что просто не заметил спутницу среди многочисленных гостей. Но нет, Виолы не было в зале.

Сердце сжала тревога. Стараясь сохранять спокойный вид, он подошел к лакею, разносившему вино и поинтересовался, не видел ли тот его жену. Слуга помотал головой и поспешил дальше. Осторожные расспросы ничего не дали. Слуги пожимали плечами и отворачивались, пряча улыбки: эка невидаль, муж потерял жену на балу. Наверняка хорошенькой женщине просто захотелось развлечься с любовником, и она скоро появится в зале, немного растрепанная, но довольная.

Наконец, потеряв терпение, Дайон вышел к дверям, откуда слуги выносили вино и закуски. Улучив момент, он схватил одного из лакеев, щуплого мальчишку, который больше всего смеялся над ним в бальном зале, и, затолкав в небольшую нишу, прижал к стене:

– Где она?

Поднос полетел на пол и упал бы, не испепели его герцог при помощи магического шара. Лакей побледнел, прекрасно понимая, что он – следующий на очереди.

– Я… я не знаю, – пролепетал он.

– Врешь. – На пальцах заплясали искры.

В эту минуту Дайон почти ненавидел себя, понимая, что уподобляется ле Бриенну, но на кону стояла жизнь Виолы, и выхода не было.

– Где. Моя. Жена?

– Я действительно не знаю, где госпожа фон Ами, – взмолился парень, не сводя взгляда с руки разъяренного мужчины. – Я просто видел, как она уходила…

– Куда и с кем?

– С… господином ле Бриенном… Я, честное слово, не знаю, куда!

При упоминании этого имени Дайон побледнел. Слуга испуганно вжался в стену.

– Молодец, – похвалил герцог, выпуская парня, но, стоило тому отвернуться, нанес удар. Лакей закатил глаза и обмяк.

Дайон быстро снял с него чулки, чтобы связать руки и ноги, а в рот запихнул платок. Благо лакей тоже носил его с собой. Теперь парень не поднимет тревогу прежде времени. Покончив со слугой, он кинулся к лестнице, молясь, чтобы не было слишком поздно.