Глава 6

На этот раз Анри не стал завязывать своему спутнику глаза.

– На случай, если тебе придется возвращаться самому, – беззаботно пояснил он, словно речь шла не о жизни и смерти, а о рыбалке.

Дайон нахмурился.

– Собираешься сражаться?

– Только если придется.

Анри усмехнулся так, что герцог понял: непременно придется. Он тяжело вздохнул, пытаясь решить, как лучше удержать спутника от очередной заварушки. Не то чтобы парень много для него значил, но это был кузен Виолы, и девушка явно дорожила родственником.

Пока на ум приходило только подкрасться сзади и огреть дубиной по голове. Дайон даже огляделся вокруг в поисках подходящей палки, но по здравом размышлении отмел эту заманчивую идею. Однако рассчитывать на рассудительность Анри тоже не приходилось – парень был как раз в том возрасте, когда любое безумство кажется захватывающим приключением. Герцог тяжело вздохнул, опять чувствуя себя стариком.

Погруженный в свои мысли, он не сразу понял, что переливчатый свист над головой – это не птица. Анри так же заливисто просвистел в ответ и кивнул:

– Пойдем!

– Они не доложат о нас Жюсту?

Дайон вглядывался в раскидистые кроны, пытаясь отыскать часовых.

– Пока доложат, мы уже вернемся, а победителей не судят! – самоуверенно отозвался парень.

Герцог мрачно подумал, что в данном случае, если они проиграют, то о них тоже можно будет отзываться только хорошо, поскольку они будут мертвы.

Вынырнув из леса, они пересекли просеку и оказались у знакомого Дайону поворота. Вернее, петли, которую делала дорога, чтобы обогнуть охотничьи угодья герцога. Дайон направился было по знакомому пути, но Анри остановил его:

– Надо подождать!

– Чего именно?

– Когда кто-нибудь пойдет в город. В толпе легче затеряться, и стража не так внимательна, – охотно пояснил парень.

Герцог кивнул. Анри постелил плащ и растянулся на нем, закинув руки за голову. Дайон присел рядом и тоже посмотрел на небо, по которому неспешно плыли объемные облака. Многие умудрялись высматривать в их очертаниях животных или же мифических существ, но для герцога облака были просто белой пеной.

Ждать пришлось не слишком долго, и Дайон даже не успел почувствовать раздражение от бессмысленной траты времени. Скрип колес возвестил о том, что по тракту едет телега. Анри моментально вскочил и подобрался.

– Говорить буду я, – предупредил он герцога.

Тот кивнул, совершенно не представляя, как можно уговорить хозяина телеги позволить двум незнакомцам вместе войти в город.

– Люди добрые, помогите! – затянул Анри, как только телега показалась из-за поворота.

– Что стряслось? – возница, судя по виду зажиточный крестьянин, натянул поводья.

– Да вот… – Анри тяжело вздохнул. – У него сестра сбежала…

Дайон окаменел, гадая, откуда его спутник узнал о Денизе.

– С каким-то дворянчиком, он-де жениться обещал, – как ни в чем не бывало продолжал Анри.

Крестьянин вопросительно посмотрел на Дайона. Пришлось кивнуть. Возница сокрушенно поцокал языком.

– Вот ведь незадача! – с сочувствием произнес он.

– Мы в погоню и кинулись, – продолжал Анри, воодушевленный вниманием слушателя. – Собирались спешно, а тот дворянчик девушку в город утянул… Мы – туда, а документов у нас нет…

– Таперича всех проверяют. После вчерашнего взрыва на тракте, – подтвердил крестьянин.

– Что за взрыв? – словно невзначай поинтересовался Дайон.

– Да кто ж его знает. Говорят, герцога нашего не то убить, не то освободить хотели.

– А сам что думаешь? – спросил герцог, прежде чем Анри успел его остановить. Крестьянин насторожился, на круглом румяном лице появилось глупое выражение:

– Мое дело маленькое, господин, – протянул он. – У меня урожай скоро, куда мне еще думать!

– И правильно, пусть господа думают! – поддержал его Анри. Крестьянин выдохнул и закивал.

– Верно. Наше дело маленькое!

Дайон скривился. Он никогда не жаловал тех, кто с легкостью менял убеждения в угоду новой власти.

Резкий толчок под ребра заставил вздрогнуть. Герцог обернулся. Анри выжидающе смотрел на него, для пущей убедительности вытаращив глаза.

– Простите, – вздохнул Дайон, обращаясь к хозяину телеги. – Я слишком беспокоюсь о сестре. У нее неплохое приданое, а в эти времена все так и норовят…

Крестьянин опять расплылся в улыбке.

– Конечно, конечно! – закивал он.

– Так что не могли бы вы… Впрочем, думаю, это будет не слишком правильно…

В пальцах Анри мелькнула серебряная монета.

Блеск благородного металла отразился в глазах возницы. Он пошевелил губами, явно прикидывая, как бы распорядился щедрым вознаграждением. Дайон лениво следил за ним краем глаза, прекрасно представляя, что сейчас творится у крестьянина в голове.

– Говорят, в таверне на площади неплохое пиво, – словно бы невзначай заметил он.

Фраза оказалась решающей. Крестьянин шумно сглотнул и мотнул головой:

– Залезайте! У меня в подорожной аккурат два батрака записаны!

Анри не надо было упрашивать дважды. Он радостно вскочил и протянул руку Дайону, чинно подошедшему к незамысловатому средству передвижения.

– Думаю. Мне лучше сесть на козлы. – Герцог скептически осмотрел свободный край телеги, судя по пятнам, изгвазданный куриным пометом.

Не дожидаясь возражений, он присел рядом с возницей. Тот хлестнул вожжами и причмокнул. Кони нехотя двинулись вперед. Колеса скрипнули, и из-за поворота показались знакомые очертания городских стен. Дайон задумчиво скользнул по ним хозяйским взглядом, заметил разрушения и поморщился, прекрасно помня, сколько времени и средств пришлось потратить на их восстановление.

– Господин, вы только это… – пробормотал крестьянин.

– Что? – недовольно отозвался герцог.

– Спину-то согните. Слишком уж ровно вы ее держите. Так сидеть – только внимание привлекать.

– Да, конечно.

Герцог усмехнулся, вспомнив, что Дениза пару раз говорила ему о том же.

Чтобы ссутулиться, пришлось опереться локтями о колени. Телегу потряхивало, колеса то и дело подпрыгивали на ухабах, от непривычной позы плечи и поясницу свело. Но физический дискомфорт был сущей ерундой в сравнении с душевным, ведь ровная спина, как и сдержанные манеры, служили щитом, которым он прикрывался, чтобы не выдавать окружающим свои слабости.

От крестьянина пахло луком и потом, скрип колес угнетал, и Дайон уже готов был отказаться от плана проникнуть в город, когда телега остановилась. Краем глаза герцог заметил огромные ворота, обитые железом, на которых был отчеканен герб Левансии.

– По сторонам лучше не оглядываться, – прошипел возница и сразу же громко воскликнул. – Добрый день, господа!

– Куда едете? – Охранники подошли, внимательно рассматривая путников. – Где-то я тебя уже видел!

Слова адресовались Дайону. Он поднял голову и встретился взглядом с одним из тех стражников, которые гнались за Виолой. Блюститель порядка наморщил лоб, пытаясь вспомнить обстоятельства предыдущей встречи.

– Это вряд ли, господин, – засуетился крестьянин, доставая подорожные. – Работники мои в город нечасто ездят…

– Может, и так, – стражник еще раз внимательно взглянул на герцога и взял документы, зашевелил губами, явно читая по слогам. – Все верно. В город зачем?

– Так это… моркву продать, домой кой-чего купить.

Возница слишком резко махнул рукой, в которой были зажаты вожжи, лошади дернулись, телега подалась вперед, едва не сбив с ног читавшего документы стражника.

– Ты чего? – набычился он. – Ты это! Это!

Стражник поднял палец вверх, пытаясь подобрать слова.

– Вы же видите, что кобыла застоялась! – некстати возмутился Анри, которому надоело молчать. – Читали бы быстрее!

Крестьянин вздрогнул, а Дайон заскрипел зубами, прекрасно понимая, что сейчас начнется. Лицо стражника стало пунцовым, а глаза налились кровью.

– Учить меня вздумал? – прошипел он, брызжа слюной во все стороны. – Да я вас всех…

Что будет дальше, Дайон слушать не стал, перехватил вожжи и хлестнул несчастную клячу. Она рванула вперед, телега с грохотом помчалась по булыжной мостовой под крики и улюлюканье прохожих.

Пронесясь по центральной улице, ведущей к ратуше, у самой площади герцог свернул в едва заметный переулок, и притормозил лошадей. Немного поплутав по узким улочкам, телега выехала в северный район города. Дома здесь стояли так близко друг к другу, что перекрывали солнечный свет.

– Приехали, – Дайон остановил лошадь и спрыгнул, кинув вожжи хозяину телеги. Тот сидел, вцепившись в доски облучка и выпучив глаза. – Лошадь распряги, телегу брось. Продай свою морковку в ближайший трактир и верхом уезжай из города. Понял?

Тот кивнул, все еще находясь в состоянии шока.

– Анри, расплатись и пойдем! – герцог произнес это таким тоном, что кузен Виолы не посмел возразить. Он сунул в руку крестьянина не одну, а несколько серебряных монет, и поспешил за компаньоном, отправившимся обратно к ратуше. По мере того как они подходили к площади, до их слуха стали доноситься звуки, свидетельствующие о том, что за нарушителями была отправлена погоня: ржание лошадей, бряцанье оружия, грубые голоса, спрашивавшие о телеге и троих мужчинах.

– Повезло, что сейчас ярмарка, и этих телег видимо-невидимо, – первым заговорил Дайон.

– Да… – Анри помолчал, но любопытство взяло верх. – Йонатан, а где ты научился?

– Чему? – насторожился герцог.

– Управлять экипажем! Ты ведь не задел ни одного дома!

– А это… да так, – усмехнулся Дайон.

– И город ты знаешь, – Анри, наконец, догнал его и легко подстроился под шаг.

– Я же говорил, что вырос здесь.

– Точно. А как ты оказался в Лексонии?

– В Эвендейле, – Дайон остановился так резко, что Анри по инерции еще прошел несколько шагов. – Хорошая попытка…

– Какая?

– Поймать меня на несоответствиях. Но она не сработает.

– Почему?

– Потому что я говорю правду. Пойдем, надо переждать всю эту заварушку.

– И куда же мы направимся?

– Туда, где нас не будут искать… – Дайон сделал вид, что задумался. – Наверное, в городскую библиотеку?

– Ты еще скажи – в здание инквизиции, – хмыкнул Анри. – Нет уж, давай действовать по моему плану!

План Анри состоял в том, чтобы добраться до ближайшей таверны и затаиться там, пока стражники рыскают по городу. Дайон скептически отнесся к подобной идее, недоумевая, почему стражники не могут заглянуть в таверну, пока не вспомнил о погроме винных погребов на рынке. Это произошло в самом начале Смуты, когда городская стража, воспользовавшись неразберихой, упилась до беспамятства и проморгала несколько крупных краж. Часть этих людей были повешены, часть – бежали, а лорд Маркус лично подписал указ, запрещающий стражникам при исполнении переступать порог таверны. Странно, как он не подумал о том, что в таверне будут прятаться неблагонадежные личности…

Оказалось, последнюю фразу Дайон произнес вслух.

– Все равно из таверны никуда не денешься, – охотно пояснил Анри. – Ну, день посидишь, ну, два… дальше хозяин сам тебя скрутит и стражникам сдаст, как лицо подозрительное.

– А комнату снять нельзя?

– Для этого подорожная нужна. Без нее никак. Так что не беспокойся, к вечеру уйдем!

Дайон подумал, что лучше бы Анри мечтал напиться: это избавило бы их от необходимости освобождать пленников. Но парень был настроен на приключения. Герцог тяжело вздохнул. Конечно, оставалась надежда на чудо…

– Пришли!

Анри указал на деревяшку над дверью с неровно выведенной надписью «Счастливая птица». Рядом было нарисовано нечто, более всего напоминающее голубого баклана. Судя по косым глазам, птица выпила столько, что посетителям оставалось лишь завидовать здоровью пернатого алкоголика.

Дайон задумчиво посмотрел на Анри. Будь у герцога деньги, он бы попытался напоить компаньона до состояния баклана и тем самым удержать от безумных поступков, но денег не было. И тут взгляд его упал на соседнюю вывеску «Банкирский дом Козимо».

Переселившиеся в Левансию южане вели дело с незапамятных времен, передавая бизнес от отца к сыну. Во времена Смуты они сохранили нейтралитет, и их дом не тронули, особенно после того, как они клятвенно пообещали лорду Маркусу выдавать средства по чеку, подписанному юным герцогом Левансийским. Главное, чтобы подпись совпадала.

Уже далеко не юный герцог усмехнулся. Его подпись не изменилась, разве что стала более размашистой, но это можно и исправить.

– Йонатан, ну что ты! – поторопил Анри.

– Извини, задумался.

Войдя в таверну, они сделали заказ, после чего Дайон потребовал писчие принадлежности. Их принесли не сразу: по всей видимости, в таверне подобные заказы были редкостью.

– Кому ты собрался писать? – нахмурился Анри.

– Банкирскому дому Козимо. – Дайон решил не скрывать правду. Все равно ему пришлось бы объяснять, откуда взялись деньги. – Они хранят мои средства, и выдадут мне небольшую сумму.

Кузен Виолы кивнул, вполне удовлетворенный объяснением. Оформив вексель, Дайон подписал его, старательно, как в детстве, выводя каждую букву. Это оказалось не слишком сложно, сложнее было закрыть документ от компаньона. Покончив с этим, герцог аккуратно сложил вексель и встал.

– Мне пойти с тобой? – Анри подорвался с места.

– Лучше не надо. Не стоит пугать банкиров и вынуждать их задавать неприятные вопросы.

– Тогда я подожду у банка, – настаивал парень. Дайон устало взглянул на него:

– Анри, не глупи. У меня уже было огромное количество возможностей сдать тебя страже.

– Может, ты просто передаешь им информацию, – заупрямился он.

– И как твое присутствие на пороге этому помешает? – парировал герцог. – К тому же банкирский дом Козимо хранит нейтралитет и вряд ли станет помогать лорду Маркусу.

– Почему-то он их не тронул, – проворочал Анри.

– Потому что у них его деньги. Как и деньги герцога. – Дайон криво усмехнулся. – Нет, если хочешь привлечь внимание, разумеется, можешь отправиться вместе со мной, но где гарантия, что, заметив на пороге незнакомца, управляющий банком не позовет стражу?

Анри упрямо сжал губы и выдавил:

– Ладно. Иди.

– О, благодарю за дозволение.

Дайон издевательски поклонился и вышел.