Глава 31

Нэтали легла на диван, завернувшись в плед, и смотрела фильм. Усталость от двух бессонных ночей и бокал вина сыграли свою роль — она незаметно для себя начала клевать носом. Но поспать ей так и не удалось, в дверь стали настойчиво стучать. Желание узнать, кто там, отсутствовало напрочь. Если бы это был Алфи, он уже давно бы позвонил ей по телефону. Значит, за дверью кто-то не настолько важный, чтобы прерывать её отдых. Она решила проигнорировать стук, надеясь, что этот «дятел» вскоре уйдёт. Но стук продолжался, и ей уже начало казаться, что незнакомец стучал не в дверь, а по её черепушке.

В конце концов, терпение Нэтали лопнуло. Она резко встала, случайно задев стоящий на подлокотнике дивана бокал с остатками вина. Красная жидкость выплеснулась и пролилась на чёрный плед.

— Чёртов стукач! — Нэтали, бормоча себе под нос ругательства направилась к входной двери, желая вылить на незваного гостя всю злость.

Резко открыв дверь, гнев тут же сменился удивлением. На пороге стоял Харли. Широко улыбаясь, он держал в руках горшок с небольшим деревцем, на ветвях которого висели красные плоды перца. Нэтали напряглась. Её интуиция подала сигнал тревоги, подсказывая, что этого человека лучше не пускать в дом.

— Знаю, ты не любишь обычные цветы, — сказал Харли, всё так же улыбаясь. — Кактусы я тебе уже дарил. Пришла очередь перцу!

Нэтали нехотя взяла подарок, но не успела она сказать ему «проваливай», как Харли, слегка толкнув её плечом, уверенно вошёл в квартиру.

— Миленько у тебя здесь, — сказал он, осматриваясь.

Нэтали остолбенела от откровенной наглости. Её пальцы сжались на горшке, и ей захотелось запустить подарок прямо в его нахальную физиономию.

— Ни капли уважения, — пробормотала она, закрывая дверь.

Поставив горшок на стол, Нэтали повернулась к Харли. Он расхаживал по комнате, время от времени бросая на неё острые взгляды. Его поведение раздражало.

Харли плюхнулся на диван, но тут же резко вскочил.

— Что за... — начал он, но осёкся, заметив красное пятно на своих бежевых брюках.

Нэтали не смогла сдержать злорадной усмешки.

— Это карма, Харли.

— Кому-то просто нужен клининг, — проворчал он, пытаясь рукой стереть пятно.

— Зачем ты приехал? — строго спросила Нэтали, скрестив руки на груди и прислонившись к стене.

Чувство вины, которое ей удалось немного подавить, вдруг вновь ожило. В голове всплывали события вчерашнего вечера, и Нэтали изо всех сил старалась выглядеть равнодушной.

— Я звонил тебе, — произнёс Харли. Ревность и жажда мести не давали ему покоя, и он с остервенением тёр злополучное пятно на брюках, надеясь, что вместе с ним уйдёт и его гнев.

— Если люди не берут трубку, значит, у них есть на это веские причины. — Нэтали не могла больше смотреть, как он портит свои брюки, бесполезно теребя ткань. Сжав зубы, она подошла к кухонной раковине и намочила полотенце.

— И какая же у тебя была такая веская причина? — Харли остановился тереть.

— Твоё поведение! — резко выпалила Нэтали, швырнув ему полотенце.

Харли успел поймать его, но и оно не помогло справиться с пятном.

— Я… я понимаю, почему ты злишься. И да, моё предложение руки и сердца — безумный шаг. — Он посмотрел на Нэтали, надеясь увидеть в её глазах хоть тень прощения. Но её холодный взгляд бесил. — Я просто... Я сам не знаю, что на меня нашло. Я был так зол на себя, что... — Он бросил полотенце к её ногам. — У меня нет оправдания, Нэтали.

— Ты совсем обнаглел, Харли! — выкрикнула она, поднимая полотенце с пола.

Нэтали снова подошла к раковине, намочила его и бросила ему обратно. На этот раз Харли не успел увернуться. Мокрое полотенце попало ему прямо на плечо, оставив на белой рубашке тёмное пятно. Он посмотрел на неё с обидой, но уже через мгновение на его лице снова заиграла улыбка.

— Харли проваливай! Я больше не хочу выяснять с тобой отношения!

Его присутствие давило на неё, а взгляд, словно удавка, сжимал ей горло. Собрав последние остатки сил, Нэтали подошла к двери, и указала на выход.

— Убирайся!

— Нэтали, прошу, выслушай меня. Мне очень нужна твоя помощь. Не выгоняй меня, пожалуйста. — Харли сказал это так жалобно и искренне, что его слова пробили стену её равнодушия.

Нэтали пыталась убедить себя в том, что ему нельзя доверять. Что его слова — очередная уловка и хитро продуманная игра. В её голове шла настоящая борьба. Она взвешивала все «за» и «против», а внутренний голос всё время шептал, что общение с Харли ничем хорошим не закончится. Но её доброта всё же перевесила.

— Это просьба друга, Нэтали. — Харли подошёл близко, задерживая взгляд на её губах. — Без твоей помощи я не справлюсь. — Он осторожно провёл пальцами по её щеке.

По телу Нэтали пробежала волна отвращения. Она резко отстранилась, словно он прикоснулся к ней грязными руками. Харли заметил её реакцию. Он стиснул зубы, изображая дружелюбие. Ему нужно было терпеть выходки Нэтали, ведь скоро она будет играть только по его правилам. Оставалось лишь сменить локацию.

— Харли, пожалуйста, уходи! — Нэтали сорвалась на крик. Она хотела выйти из квартиры, но он схватил её за руку.

Новый приступ страха окатил Нэтали ледяной водой. В её ногах появилась слабость, а во рту пересохло, словно она проснулась после бурной ночи.

— Тсс! — прошептал он, убирая руку, но его взгляд не отпускал её. — Сегодня прилетел мой дедушка. Я пообещал ему, что буду со своей невестой.

Его абсурдная просьба не укладывалась у неё в голове.

— Я тут при чём? — Нэтали быстро подошла к столу, рассматривая кустик перца. Уж лучше держать дистанцию, чем стоять рядом с ним.

— Я устал разочаровывать деда, — продолжил Харли. — Понимаешь, быть идеальным внуком — испытание. Он всегда ждёт от меня большего, чем я могу дать.

Нэтали молчала, пытаясь понять, что происходит в его голове, но Харли — книга, написанная на чужом языке.

— Каждый мой шаг, каждое моё действие — под пристальным вниманием. И стоит мне совершить малейшую ошибку, как тут же появляется целая команда «защитников». Долбанные спасатели, решающие за меня все проблемы. Иногда я совершал безумные поступки, которые даже мой дед не хотел обсуждать… — Харли замолчал, а Нэтали стало вдруг его жалко. После небольшой паузы он неожиданно сменил тему. — Кстати, тебе нужен новый диван.

— Мне нужно, чтобы ты свалил! — резко ответила она, с трудом подавляя внутренний порыв обнять его и попытаться утешить.

Харли резко обернулся, его глаза, наполненные безумным блеском, впились в выпирающие из-под майки соски. Он так хотел её трахнуть сейчас на этом диване. Но выражение лица Нэтали, в котором удивительным образом переплелись злость и проблеск доброты, заставило его остановиться.

Харли почувствовал, как внутри зарождается слабость, о которой он даже не подозревал. Это чувство раздражало его, злило, и он хотел поскорее увезти её к себе домой.

— Прости меня. Ты права, мне нужно проваливать. Но, пожалуйста, давай останемся друзьями. Мне нравилось быть твоим другом. Ты другая, не такая, как Алфи или Артур. Ты настоящая… А я… как всегда, всё испортил. Друзья?

Нэтали не спешила верить. Она внимательно смотрела ему в глаза, пытаясь понять, насколько он честен.

— Даже если я останусь с Алфи?

Харли не изменился в лице. Его выражение оставалось спокойным и уравновешенным. Он смотрел на Нэтали сдерживая ревность, и желание уничтожить друга.

— Конечно! — уверенно ответил он. — Алфи — мой лучший друг, а ты — моя лучшая подруга. Вы заслужили быть вместе. — Эти слова дались Харли с огромным трудом.

Чтобы не сорваться и не показать настоящие чувства, он незаметно прикусил кончик языка. Внутри него кипела ярость, но он знал, что сейчас нельзя допустить ни одной ошибки. Нэтали почти поверила ему, почти попалась в его ловушку.

— Если всё это правда, — осторожно начала Нэтали, — то, конечно, я буду рада дружить с тобой. Но, Харли, я не могу полностью доверять тебе. Все эти американские горки, которые ты устраиваешь, утомили. Где ты настоящий?

— Ужин с моим дедушкой, и ты узнаешь, какой я на самом деле.

— Харли, это бредовая идея. — Нэтали слабо улыбнулась, рассматривая бурое пятно на его штанине.

— Ты знаешь, что скажет мой дедушка, если я приду к нему один? — Харли поднял мокрое полотенце и аккуратно сложил его. — Perdente (в переводе с итальянского языка «неудачник»). Он будет весь вечер фыркать и бурчать себе под нос, что внук снова его разочаровал. Не подумай, что он меня не любит. Дед души во мне не чает, но у него свои странности. — Харли подошёл к Нэтали. — Понимаешь, найти простую девушку в наше время — проблема. Конечно, можно просто купить проститутку… но мой дед сразу всё поймёт… Тогда я окончательно потеряю его уважение.

Харли смотрел на Нэтали по-доброму, как и в тот день, когда они впервые встретились. Тогда она ещё не догадывалась, что за его масками скрывается столько боли. Его странности — способ скрыть пустоту и одиночество. Вот почему её всегда тянуло к нему. Они были похожи, словно смотрели друг на друга в кривое зеркало — одинаково потерянные, но по-своему одинокие.

— Нет, Харли! Я не могу врать твоему дедушке. — Нэтали подошла к двери и открыла её. — Найди себе другую «невесту» на вечер!

Харли такой ответ не устраивал. Вместо того чтобы продолжать спорить, он необдуманно опустился на колени, крепко обхватив её ноги руками. Нэтали впала в ступор от неожиданности. За всю свою жизнь она встречала самых разных людей, попадала в нелепые и странные ситуации, но ничего подобного ей ещё не приходилось переживать.

— Ты что, совсем идиот? — наконец вырвалось у неё. Нэтали попыталась оттолкнуть его, но потеряла равновесие, упав прямо на пятую точку.

Шок отразился на её лице. Она вскрикнула от негодования, и тут же стукнула его по плечу.

— Заслужил… — пробормотал Харли, виновато потирая место удара.

— Идиотский поступок! — буркнула Нэтали, надув губы, словно маленький обиженный ребёнок. Ей хотелось одновременно и смеяться, и бить его. Но она лишь сидела на месте, злясь не только на него, но и на весь мир.

— Да, я идиот, — Харли провёл рукой по её плечу, но Нэтали снова сердито толкнула его локтем в бок. Он скривился от боли. — Видишь, на что я готов пойти ради ужина? — Харли обнял её, а Нэтали закатила глаза. — Один час в компании меня и моего деда, и я лично отвезу тебя к Алфи. Обещаю.

Харли поднялся на ноги и, протянув руку, помог ей встать. Ошарашенная Нэтали смотрела на него с недоверием. Она чувствовала, как внутри неё борются два противоположных желания: одно — не соглашаться, а другое — всё не так уж плохо, как ей кажется.

— Ладно, — наконец выдохнула она, всё ещё сомневаясь в своём решении. — Давай сходим на ужин. Но учти, Харли, после этого мы просто друзья. И, пожалуйста, никаких больше внезапных визитов, как ты это любишь делать!

Харли засиял, словно выиграл джекпот в британской национальной лотерее.

— Я даже готов стать вашим регистратором брака! — усмехнулся Харли, но Нэтали не оценила шуточки. Она лишь покачала головой, давая понять, что ему стоит быть осторожнее с такими высказываниями.

— Я точно пожалею об этом! — пробормотала Нэтали себе под нос, направляясь в ванную.

Харли подошёл к подоконнику и уселся на него. Игра началась…

* * *

Алфи, расплатившись с таксистом, направился к галерее East Weston. На первом этаже здания находилось их любимое с Айви кафе — «Aundrey Green». Он толкнул стеклянную дверь и вошёл внутрь. Знакомый аромат кофе, смешанный с запахом свежей выпечки, напомнил ему о голоде.

Подойдя к мраморной кофейной стойке, Алфи поприветствовал девушку-бариста:

— Добрый день. Пожалуйста, один латте на кокосовом молоке и чёрный кофе с сахаром, но без сливок.

— Может быть, вы хотите что-нибудь к кофе?

Алфи задумался и, склонившись к витрине с пирожными, начал изучать ассортимент. Его взгляд остановился на аппетитном и любимом абрикосовом датском пироге.

— Тогда давайте один абрикосовый дэниш. — Алфи заметил любимое лакомство Айви. — И, пожалуйста, кусочек лимонной поленты.

Рассчитавшись за заказ, Алфи направился к столику у окна. Он сел на бордовый диванчик, положив на край стола газету «The Sun». В голове постоянно крутилось сообщение приятеля о поступке Айви. Алфи пытался составить строгую речь, чтобы высказать всё, что накопилось, но его взгляд то и дело возвращался к картине Одри Хепбёрн, висевшей на стене. Именно в этом кафе они с Айви заключили необычное соглашение — стать секс-друзьями. За одиннадцать месяцев многое изменилось. Жизнь закрутилась в вихре событий, оставляя за собой то сладкое, то горькое послевкусие.

На телефон пришло эсэсмс от Нэтали. Алфи прочёл его:

«Не злись. Я ужинаю с Харли и его дедом. После он привезёт меня к тебе. Увидимся скоро. Люблю тебя!»

Он тут же заблокировал экран, положил телефон на стол и попытался успокоиться. Но внутри всё кипело. Ревность разгоралась, словно неугасимый олимпийский огонь. Каждый нерв в его теле кричал: брось всё, поезжай к Нэтали, вырви её из лап Харли, не дай им провести этот вечер вместе!

Алфи схватил телефон и набрал её. Она ответила сразу.

— Ужин?! Ты серьёзно? — прорычал он в трубку, стараясь сдерживать голос, чтобы не привлекать внимания посетителей кафе.

— Да, ужин. Час, и после я твоя! — Нэтали говорила уверенно, но её слова не успокаивали Алфи.

— Нет! Никаких ужинов! — воскликнул он, чувствуя, как его терпение окончательно иссякло.

В этот момент девушка-бариста поставила его заказ на стол, но Алфи даже не обратил на это внимания.

— А потом что? Он попросит тебя переспать с ним, и ты тоже согласишься «на часик»?

— Алфи Эванс, мне не нравится твой тон!

— А мне не нравится, что моя девушка ужинает с другим мужчиной! — выпалил он, чувствуя, как его эмоции берут верх.

— Успокоишься — перезвонишь! — отрезала Нэтали и сбросила вызов.

— Чёртова Миллер! — прошептал он сквозь зубы, с трудом сдерживая себя, чтобы не швырнуть телефон в стену.

«Женщины… от вас с ума сойти можно».

Алфи отложил телефон в сторону, но чувство злости продолжало закипать внутри него. И всё же, он находил в этом гневе что-то полезное. Ему казалось, что эту энергию можно направить в нужное русло — устроить Айви настоящий разнос за её нелепую статью. Алфи отпил кофе, его сладкий вкус притупил гнев, но не успокоил…

В это время Айви подходила к стоящему у обочины такси, тоже кипя от злости. Она пыталась дозвониться до своей старой подружки-журналистки Дженни Кол.

— Да, подними ты уже трубку! — прокричала Айви, садясь на заднее сиденье автомобиля. Водитель, обернувшись, посмотрел на неё с недоверием, но она метнула в его сторону настолько злой и раздражённый взгляд, что мужчина предпочёл не задавать никаких вопросов.

— Национальная галерея на Чаринг-Кросс, — коротко бросила Айви, и водитель кивнул, запуская двигатель.

Наконец, после долгих гудков, в трубке раздался сонный голос Дженни. Айви тут же взорвалась:

— Дженни, ты вообще в своём уме?! Как ты могла такое напечатать?! Я ведь совсем не то тебе говорила!

На другом конце линии послышался смешок.

— Ох, Айви, ну не будь такой занудой. Твои сухие фразы не подходили для нашей газеты. Я чуток приукрасила полученную информацию.

— Немедленно напиши опровержение! — потребовала Айви, едва сдерживая крик.

— Нет, милая, никакого опровержения не будет. Благодаря этой статье наша газета бьёт все рекорды популярности!

Айви прокричала в трубку:

— Верни мне мои деньги!

— Айви, я свою часть сделки выполнила. Ты получила то, что хотела. А деньги... Забудь о них.

Дженни рассмеялась и сбросила вызов. Айви закричала на весь салон такси. Водитель, нахмурившись, бросил на неё недовольный взгляд через зеркало заднего вида. Чтобы заглушить её истерику, он прибавил громкость музыки.

Айви сразу замолчала и, тяжело вздохнув, облокотилась головой на стекло задней двери. За окном мелькали улицы Лондона, но она почти не замечала их. В голове рисовались картинки, как Алфи, узнав об этой статье, приходит в ярость, обвиняя её во всех смертных грехах. А если он ещё узнает про ночной секс с его братом, то вообще перестанет с ней общаться.

Айви снова закричала, сжимая в руках телефон…

* * *

Машина Харли остановилась у светофора на улице Мэрилебон-роуд. Нэтали, сидя на пассажирском сиденье, задумчиво рассматривала памятник сыщику Шерлоку Холмсу, который возвышался за автобусной остановкой. Ей хотелось быть такой же проницательной, чтобы принимать решения без доли сомнений и находить ответы на все вопросы, которые её тревожили.

— А где мы будем ужинать? — вдруг спросила Нэтали, обернувшись к Харли.

— В ресторане «Chez Antoinette Victoria», — ответил он, не отрывая взгляда от дороги. — Мой дед хоть и итальянец, но он обожает французскую кухню.

— А во сколько ужин?

— Скоро, — бросил Харли, улыбнувшись краем губ.

Нэтали почувствовала странное беспокойство, словно кто-то внутри подталкивал её выскочить из машины и вернуться домой. Но она тут же отогнала эту мысль, списав на глупое волнение перед встречей с его дедом.

— Не переживай ты так, — улыбнулся он, поворачивая на Олд-Мэрилебон-роуд.

— Я не переживаю, а уточняю. — Нэтали достала телефон и проверила сообщения. Алфи не звонил и не писал. Ей стало грустно.

Дорога до Страттон-Граунд казалась бесконечно длинной. Нэтали уставилась на экран телефона, наблюдая, как цифры сменяют друг друга. С каждой новой минутой её волнение нарастало. Она облокотилась спиной на сиденье, закрыв глаза.

Когда они наконец подъехали к знакомому повороту, Харли заметно оживился. Он резко затормозил, и Нэтали, не ожидавшая такого манёвра, вздрогнула. Немного растерянная, она повернулась в его сторону, но тот, сняв ремень безопасности, быстро вышел из машины. Дверь захлопнулась с таким рывком, что ей показалось, будто Харли ударил её в плечо.

Страх медленно заполнял её изнутри, словно жидкость, поступающая в организм через капельницу. Она крепко вцепилась руками в сиденье, глядя на вывеску ресторана японской кухни «ITSU». Ей вдруг захотелось зайти туда, спрятаться за стеклянными дверями и не подниматься в его квартиру.

Харли, натянув на лицо ехидную улыбку, постучал в окно.

— Помочь? — спросил он.

Нэтали медленно открыла дверь автомобиля.

— У тебя всё в порядке? — спросила она, избегая смотреть ему в глаза.

— Да! Просто думал, что надеть на ужин. Напугал тебя?

— Немного… — призналась Нэтали. — Послушай, может, я лучше подожду тебя в этом ресторане?

— Нэтали, не выдумывай, — отмахнулся Харли, уже направляясь к двери дома. — Догоняй!

Она неохотно вышла из машины и медленно пошла за ним, стараясь держаться на расстоянии. Шаг — выдох, ещё шаг — вдох. Сердце билось так быстро, что его удары отдавались в горле, напоминая работу швейной машинки.

Харли уже подошёл к двери подъезда. Остановившись, он обернулся. Его пристальный и изучающий взгляд пронизывал Нэтали. Вся её решительность исчезла бесследно. Теперь она выглядела растерянной и покорной, словно всегда была такой. Его ловушка вот-вот захлопнется. Оставалось лишь дождаться, пока «жертва» сделает последний шаг и переступит порог…

Как только они вошли в квартиру, Харли быстро снял обувь, расстёгивая на ходу пуговицы рубашки.

— Я скоро вернусь, — бросил он, направляясь в сторону спальни.

Нэтали осталась одна в гостиной. Она сняла пальто, повесив его на вешалку. В просторной комнате ничего не изменилось с её последнего визита — пусто и стерильно. Не квартира, а больничная палата в частной больнице для мажоров.

Подойдя к дивану, она села на него, откинувшись на большую подушку за спиной. Сердце постепенно успокаивалось, а дрожь в руках и ногах понемногу сходила на нет.

«Мне просто нужно выспаться».

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Нэтали вытащила телефон из заднего кармана и набрала номер Алфи, но в ответ услышала лишь тишину. Она поймала себя на мысли, что ей давно пора начать серьёзнее относиться к его словам и советам, иначе их отношения точно продлятся недолго.

Решив всё же дать ему знать о её место положении, Нэтали быстро набрала сообщение:

«Мы заехали к Харли домой. Скоро ужин. Надеюсь, у тебя всё хорошо».

Перечитав текст несколько раз, она нажала кнопку отправки.

Дверь спальни открылась, и в комнату вернулся Харли, расслабленный и уверенный в себе. Он был одет в чёрное поло и серые клетчатые брюки. Нэтали отметила, что светлые оттенки одежды гораздо больше подчёркивают его внешность, чем мрачные тёмные тона.

— Чай или кофе? — спросил он, направляясь на кухню.

Нэтали чуть выпрямилась, сев ровнее на диване, и откинула телефон в сторону.

— Лучше воду.

Харли кивнул, достал из шкафа стакан. Пока Нэтали не обращала на него внимания, он незаметно вытащил из кармана маленький пузырёк с «волшебным коктейлем» и капнул две капли в её стакан. Обычно для девушек лёгкого поведения он добавлял по пять капель, но для Нэтали — две. От такой дозы она будет в сознании, но не сможет сопротивляться. Ему хотелось, чтобы она чувствовала всю его месть на себе. Ведь ради этого «любимая» сидит в его квартире…

Закончив манипуляции с водой, Харли спрятал пузырёк обратно в штаны и повернулся к ней.

— Скажи, со мной же можно построить долгие отношения?

Нэтали нахмурилась, сделав вид, что не услышала его.

— Харли, мы не опаздываем?

— Скоро поедем. — Он протянул ей стакан с водой.

Нэтали смотрела на него, пытаясь понять, кроется ли здесь подвох.

— Ты же сама сказала, что будешь воду, — сказал Харли, улыбаясь.

Нэтали, немного поколебавшись, взяла стакан и сделала небольшой глоток. Поняв, что это обычная вода, она успокоилась. Ей точно нужно срочно отдохнуть.

— Ты вроде на ужин меня пригласил! Поехали! — Она сделала ещё один глоток.

— Не переживай, скоро я отвезу тебя к Алфи. Дедушка написал мне, что плохо себя чувствует.

Харли сел рядом с ней на диван. Нэтали бросила на него подозрительный взгляд. Что это? Совпадение или очередная ложь? Её охватила паника.

— Тогда вези меня к Алфи! Раз уж ужина не будет, я больше не играю роль твоей «невесты».

Но Харли не спешил. Он откинулся на спинку дивана, испытывая извращённое удовлетворение. В его голове уже рисовалась картина того, как через пару минут Нэтали превратится в покорную любовницу.

— Ты вообще слышишь меня? Или мне самой вызвать такси и уехать? — Нэтали допила воду и встала, направляясь к кухонной тумбе.

— Уезжай! Я не держу тебя, — холодно ответил Харли, поднимаясь с дивана.

Нэтали, не желая вступать в дальнейшие споры, поставила стакан на столешницу и направилась к вешалке, чтобы взять своё пальто. Оставаться здесь ей больше не хотелось.

Харли уже стоял у двери, поворачивая ключ в замочной скважине. Нэтали, не ожидавшая такого поступка, часто заморгала, пытаясь осмыслить увиденное. Её тело напряглось, каждая мышца слово закаменела, а на шее стали заметны выступающие жилы. Его зловещий взгляд пугал. Такого Харли она никогда прежде не видела.

— Что ты делаешь? — спросила Нэтали, сдерживая страх.

Харли поднял ключи вверх, подмигнув ей.

— Поиграем? — Он сунул их в задний карман брюк и облокотился на стену. Его глаза горели мрачным, пугающим огоньком, а на лице застыла дьявольская улыбка, которая могла бы заставить дрожать даже самого смелого человека. — Попробуй забрать.

Нэтали подошла ближе к нему, и вдруг почувствовала головокружение. Её ноги неожиданно ослабли, а перед глазами появилась мутная пелена. В ушах сильно зазвенело, и она потрясла головой надеясь, что это поможет, но, к её ужасу, всё вокруг стало расплываться, как и лицо Харли.

— Выпусти меня, — хрипло бросила Нэтали, облокотившись на стену.

— А водичка начала действовать, — с довольной улыбкой произнёс Харли, облизывая губы.

Ошарашенная Нэтали попыталась понять, что он имеет в виду, но голова кружилась, а мысли путались.

— Что? — с трудом выдавила она. — Ты… ты больной?

Но его ответ поразил её ещё сильнее.

— Обычно для секса на моих условиях я добавляю девушкам по пять капель, — его голос пробирал Нэтали до костей. — Но ты… ты не такая как проститутки. Тебе и двух достаточно, чтобы не сопротивляться, но при этом чувствовать всё.

Нэтали тяжело дышала, а внутренний голос призывал не сдаваться. Но каждое его слово вытягивало из неё последние силы. Тело становилось ватным, а ноги ужасно онемели. Вцепившись пальцами в стену, как в последнюю надежду, она изо всех сил пыталась не упасть.

— А ты сильная, — бросил он с насмешкой, наблюдая за её отчаянной борьбой. — Но это ненадолго. Очень скоро ты почувствуешь мои прикосновения... Мои ласки.

Нэтали чувствовала, как её живот скручивает неприятное чувство, словно она отравилась. Последний глоток воды подступал обратно к губам. Тело сдавалось, но разум сопротивлялся. Она надеялась, что он отпустит, что всё, что происходит — шутка.

Но Харли не отпускал. Он наклонился к её уху и коснулся его губами.

— Скоро ты почувствуешь мой член у себя во рту. Я буду совать его тебе так глубоко, чтобы ты задыхалась. Так же, как я задыхался от твоей лжи. Я покажу тебе свою власть… власть в сексе.

Харли сжал её грудь, и Нэтали сильнее вцепилась пальцами в стену, но уже ничего не чувствовала, кроме парализующего страха и отвращения.

— Знаешь, в чём твоя ошибка? — Он провёл языком по её щеке, оставляя липкий след, от которого Нэтали хотелось закричать. — Доверять мне!

От её лица отхлынули последние остатки крови, и она опёрлась на него. Подхватив её на руки, Харли направился в спальню.

Сломленная и безвольная Нэтали стонала, а он наслаждался.

Харли хотел «мести», и «любимая» её скоро почувствует…

* * *

Айви, натянув улыбку, неуверенно направилась к столику, за которым сидел Алфи. В голове крутились мысли только о предстоящем болезненном разговоре. Страх взял её под ручку, а собранная по крупицам уверенность провалилась под стол. Сделав вдох, она сняла пальто и повесила его на спинку стула. Он смотрел в окно, не обращая на неё внимания. Его игнорирование не предвещало ничего хорошего.

— Извини за опоздание, — пробормотала она, садясь напротив, но Алфи продолжал молчать.

Смущённая Айви перевела взгляд на стол, где стояли чашка с латте и тарелка с её любимым десертом — кусочком лимонной поленты. Трогательный жест со стороны Алфи внушил ей слабую надежду, что он не так уж и зол на неё. Но длительное молчание между ними разрушало эту надежду с каждой секундой.

Айви перебирала в голове варианты: оправдания, полуправду, даже откровенную ложь — лишь бы разрядить это невыносимое напряжение. Но чем дольше длилось молчание, тем яснее становилось: врать бесполезно.

— Я переспала с Сетом! — вдруг выпалила Айви.

Глаза тут же уставились в стол. Ладони вспотели. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно даже через шум кафе. Она ждала. Ждала взрыва, хлопка двери, ледяного «Как ты могла?» Но он всё также молчал. Любопытство в конце концов победило страх, и Айви посмотрела на него.

Алфи уже внимательно смотрел на неё, но не осуждающе, а наоборот, по-доброму.

«Сет и Айви… Кто бы мог подумать? Интересный поворот событий».

Удивление, недоумение, ревность и даже странное облегчение — все эти чувства смешались в сложный коктейль, который он не мог пока понять.

— Ну, братец… — наконец произнёс Алфи, бросив смешок.

Его смех стал для неё последней каплей терпения. Айви покраснела от злости и смущения.

— Лучше бы ты накричал на меня! — Она резко отодвинула стул и встала.

Алфи тут же встал следом и взял её за руку.

— Айви, прости.

Но она выдернула руку и села обратно, отвернувшись к окну.

— Признаюсь, ты меня реально шокировала, — Алфи улыбнулся, снова занимая своё место.

Айви продолжала смотреть в окно, наблюдая за потоком проезжающих мимо машин.

— Я думала, что ты поэтому и позвал, — наконец проговорила она, не отрывая взгляда от дороги.

— Вообще-то, я хотел поговорить с тобой о другом, — спокойно ответил Алфи.

Айви осознала это с горькой ясностью — она снова позволила эмоциям затмить разум. В бизнесе она давно усвоила: импульсивные решения ведут к провалу. Но в личной жизни словно нарочно шла по краю, снова и снова роняя себя в пропасть одних и тех же ошибок.

— Знаешь, я всегда представлял себе жену… доброй… мудрой, — начал говорить Алфи, и Айви повернула голову в его сторону. — Мечтал любить её так же безумно, как мама любила отца. Чтобы разлука выжигала душу, а её имя на экране телефона заставляло сердце биться, как после чуда. Чтобы каждая её улыбка была для меня воскрешением...

Айви слушала, но внутри не шевельнулось ни боли, ни ревности. Его слова, словно исповедь перед сном, впитывали её недосказанность, растворяясь в горьковатом аромате кофе. Она вдруг поняла: то, что она считала любовью, было лишь тенью — привязанностью ребёнка к другу, но не страстью женщины к мужчине.

— Любовь... — Алфи замолчал, глядя на Айви. Она кивнула, одобряя его речь, и он вздохнул. — Это когда её боль становится твоим дыханием. Когда ты готов превратиться в щит, в грушу для битья, лишь бы она не сломалась. Когда её слёзы для тебя — нож, а смех — единственный воздух. Так любила мама. Так умею любить я… — Он стиснул кулак, но не от боли — от ярости к самому себе. — Всё ради одного мгновения. Чтобы однажды увидеть, как она сидит напротив, спокойная, с чашкой в руках, и ты понимаешь: ты стал частью её мира. Вот она — любовь.

Алфи вздохнул, отводя взгляд в сторону окна.

— Но я — подонок, Айви, — он повернулся к ней и коснулся её руки. — Я не смог полюбить тебя так, как надо. Дал надежду. Предал. И твоя месть… та заказная статья... — Он замолчал, а она быстро убрала свою руку.

Айви напряглась, поняв, что Алфи узнал о её поступке. Стыд быстро подвинул страх, а смущение уступило неловкости. Чтобы не выдать себя, она взяла вилку и начала ковырять лимонную поленту на тарелке — точь-в-точь как его слова выковыривали из неё кусочки души.

— Дурацкая статья не сравнится с той болью, которую я тебе причинил, — тихо сказал он, делая глоток кофе. — Я хотел кричать на тебя… но не имею права. Даже за то, что ты… — Взгляд. Прямой. Жёсткий. — Даже за то, что переспала с Сетом.

Жар стыда охватил её лицо.

— Алфи… Нет ты…

Но Алфи не дал ей договорить.

— Мне нет оправданий. Ты вытащила меня из бездны. Была рядом, а я… Я вёл себя как последний мудак.

Алфи откусил кусочек любимой булочки с абрикосом. Он закрыл глаза, наслаждаясь вкусом, и на мгновение стал тем самым старым Алфи — тем, кто смеялся над её шутками, кто грел её руки своими.

— Боже, как вкусно! — его смех прозвучал неестественно, словно он пытался убедить самого себя.

Айви не могла расслабиться. Казалось, каждый мускул её тела застыл в ожидании — а вдруг за этим спокойствием Алфи скрывается буря? Вдруг он видит её теперь лишь как ту самую истеричку, что бросается в крайности, мстит, спит с его братом, лишь бы задеть, лишь бы заставить страдать так же, как страдала сама?

— Прости меня, — прошептала она.

— Я всё понимаю. Сет не узнает о твоей маленькой мести в мой адрес.

Айви натянуто улыбнулась.

— Ты как всегда лучший...

— Нет, Айви. Просто мне нужен был пинок, чтобы прозреть.

Алфи встал.

— Закажу нам ещё кофе. А заодно… расскажешь, как тебе… ночные беседы с моим братом?

Айви проводила его взглядом, но ничего не ответила. Она лишь вздохнула, чувствуя наконец свободу…

* * *

Харли провёл рукой по влажной от слёз щеке Нэтали. Её глаза, наполненные болью и безысходностью, смотрели на него с мольбой. Но даже сквозь слёзную пелену он уловил крошечный отблеск отвращения, который лишь подстёгивал в нём жгучую жажду мести.

Харли коснулся губами нежной кожи её шеи. От каждого его отвратительного прикосновения Нэтали мысленно умоляла найти в себе силы оттолкнуть его. Но тело занемело, словно ей вкололи спинальную анестезию. Она лежала неподвижно, терпела и ждала…

Слёзы продолжали стекать по её лицу, капая на подушку, и Харли испытывал дикое удовольствие от этого зрелища. Слабость Нэтали — его афродизиак.

Он расстегнул пуговицу на её джинсах, и жалобный, едва слышный шёпот сорвался с её губ.

— Не надо... Пожалуйста... Не надо...

Но Харли лишь улыбался, пытаясь стянуть с неё джинсы. С первого раза у него ничего не вышло, ведь полупьяные проститутки всегда носили юбки.

— Харли… — слабо промямлила она, но он резко дёрнул за ткань, срывая джинсы с её бёдер.

Униженная Нэтали смотрела на белый потолок, как на портал, впитывающий все её слёзы. Ни холода, ни чувств… Только пустота…

— Как тебе идут чёрные трусики, — пробормотал он, бросая джинсы на пол.

Харли провёл рукой по её ноге, но не почувствовал ни мурашек, ни дрожи. Нэтали лежала, словно кукла, которую можно было вертеть и таскать как угодно. И такая «игра» его не устраивала.

— Ты же хочешь меня? — спросил Харли, нависая над ней.

Нэтали продолжала смотреть в потолок. Её мутило от его омерзительного запаха. Она зажмурилась, надеясь хоть немного отгородиться от происходящего. Но он грубо схватил её за подбородок, заставляя снова посмотреть на него. Каждую черту его лица, каждую морщинку, каждый волосок на его щетине ей хотелось вырезать острым скальпелем из своей памяти.

— Алфи-и-и-и-и-и-и, помоги, — с трудом выдавила она.

— Нет! Сука, помогать тебе буду я!

Харли резко вскочил с кровати. Он подошёл к тумбочке, схватил лежавшие там ножницы и, сжимая их в руке, снова навис над стонущей Нэтали. Страх полностью заполнял её мысли, а во рту пересохло. Хриплые стоны причиняли боль в горле, и она замолчала.

Харли разрезал на ней кофту, и звук рвущейся ткани отдавался дрожью на её губах. По телу прошла волна мурашек, но она их не чувствовала.

— Ну вот, первая реакция на коже. — Он остановился и, наклонившись, поцеловал её в губы. Но Нэтали нашла в себе силы укусить его. Харли лишь рассмеялся, медленно водя ножницами по её шее. — Колючка умеет сопротивляться. Всё-таки надо было добавить три капли.

— Алфи… Харли… не на-а-а-а-до-о-о-о-о, — прошептала она, но её мольба тонула в его смехе.

Харли стянул с неё разрезанную кофту, отшвырнув на пол.

— Нэтали, ты хочешь меня? — спросил он, хватая её за плечи и встряхивая.

Молчание «любимой» выбешивало. Харли привык к покорности, к сладким, пусть и натянутым стонам, к фальшивым улыбкам проституток. Разозлившись окончательно, он засунул руку в её чёрные трусики, грубо касаясь её клитора. Нэтали вскрикнула.

— Нэтали ты хочешь меня?! — закричал он.

— Нет! Нет! Нет! — отчаянно выкрикивала она, закрыв глаза.

Внутри Нэтали всё оборвалось. Она понимала, что это конец. Конец всему, что она знала и любила. Конец её отношениям с Алфи. Она совершила роковую ошибку, доверившись чудовищу. И вот её расплата: кровать, потолок и омерзительный мужчина…

— Нет! — снова выкрикнула Нэтали, и Харли схватил её за горло, слегка сжав. Тяжёлое дыхание «любимой» успокаивало, но всё равно чего-то не хватало. Она не стонала и не хрипела, так как ему хотелось.

— Принесу тебе ещё волшебной водички, — сказал он, вставая с кровати и направляясь к двери.

Как только дверь закрылась за ним, Нэтали выдохнула. Она попыталась пошевелить рукой, но ничего не получилось. Попытка номер два, и снова нет. Она напряглась изо всех сил — рука слегка пошевелилась. Вот она, крошечная победа. Огромный знак, что действие «волшебной водички», которую ей дал Харли, начинает ослабевать.

Нэтали закрыла глаза, набираясь сил…

* * *

Алфи помог Айви надеть пальто, его пальцы на мгновение задержались на её плечах. Когда она обернулась, он прочитал целую историю — ту, что они больше не напишут вместе.

— Мы всегда умели красиво заканчивать, — хрипло сказал он, проводя пальцем по её мокрой реснице.

Айви сделала шаг к выходу, но замерла у портрета Одри Хепбёрн.

— Помнишь, как всё начиналось? Прямо здесь...

Алфи приблизился, убирая с её лица непослушную прядь.

— Я сказал, что ты чертовски красива. Но соврал.

Она подняла брови.

— Ты красивее.

Айви фыркнула, но Алфи уже обнял её, чувствуя, как дрожит её спина. Его губы коснулись лба — лёгкое прикосновение, печать на закрытой книге.

— Финал нашей истории с эпиграфом в виде Одри. По-твоему, изысканно? — Он заставил себя улыбнуться, а она крепче прижалась к нему. — Я буду скучать, будущая миссис Эванс.

Айви резко отстранилась от него.

— Прекрати нести чушь!

Но он только рассмеялся, снова притягивая её к себе.

— Друзья? — спросила она, глотая ком в горле.

— Клянусь Одри, наш священный союз нерушим.

— Ты невыносим! — Она быстро чмокнула его в щёку и поспешила выйти на улицу, не желая показывать свою слабость. Алфи Эванс — лучший друг, не более.

Алфи достал из кармана телефон и бегло пробежал глазами по сообщению от Нэтали. Ревность, как громкий глашатай, тут же появилась рядом, нашёптывая ему на ухо зловещие приказы.

— Ну, ты и подонок, Харли… — прорычал Алфи, набирая её номер.

Но она так и не ответила. Вторая попытка — снова тишина. В третий раз также. Внутри всё сжималось от тревоги, но он старался сохранять хладнокровие.

Понимая, что ждать ответа от Нэтали бессмысленно, он открыл на телефоне приложение для вызова такси и быстро ввёл адрес Харли. Время ожидания машины показалось ему бесконечным. Каждая минута длилась как час, а ревность и гнев, словно неуправляемые моторные лодки, носились по бурным волнам его нервов. В его голове мелькали самые разные картины, одна страшнее другой. Он снова и снова набирал номер Нэтали, надеясь, что она наконец ответит, но телефон упорно молчал.

В отчаянии Алфи даже попробовал позвонить Харли, но и там слышал лишь гудки.

— Сукин сын! — выкрикнул он, продолжая набирать её номер. Ещё немного, и он точно сойдёт с ума.

Не желая ехать к Харли в одиночку, Алфи набрал номер Артура.

— Ты всё-таки передумал насчёт вечера? — спросил друг.

Но у Алфи не было времени на долгие разговоры.

— Мне нужна помощь! Встретимся у Харли!

— Но…

— Всё объясню потом! — Алфи сбросил вызов, садясь в такси. Он чувствовал, что что-то не так, и необъяснимая тревога мешала ему дышать…