Глава 30
Нэтали стояла неподвижно, напоминая королевского гвардейца, охраняющего крепость Тауэр. Она не знала сколько уже прошло времени с момента, как Харли дрожащими руками протянул ей кольцо. Но всё происходящее, казалось, ей каким-то бредовым сном. Любовная игра снова вышла за пределы установленных ими правил.
Она дрожала, но не от холода, а от нахлынувших эмоций и мыслей. Нэтали должна сказать «нет». Должна! Но молчала, продолжая дальше загонять себя в ловушку. Обманутая надежда. Обманутые чувства. В её голове без остановки вспыхивали обрывки их первой встречи, его нелепый подкат и спасение от назойливого незнакомца. Харли… Харли… Лучше бы она не разговаривала с ним в тот день. Но прошлое не изменить, и назад дороги уже нет.
Харли продолжал ждать ответа. В его глазах горела надежда, а по щекам катились слёзы. Он не хотел верить, что Нэтали выбрала Алфи. Так неправильно! Несправедливо! Предложение руки и сердца — вот доказательство его любви.
— Не молчи! — отчаянно сказал Харли.
Он был готов бороться с собой, бороться с её сомнениями. Даже был готов перебороть внутреннего демона, которого то ненавидел, то принимал. Но она продолжала молчать.
— Нэтали Миллер... — снова заговорил он, пытаясь удержать её внимание. — Знаю, я не идеален. Да, я вспыльчив. Да, я часто говорю глупости, которые потом сам ненавижу. Но... я люблю тебя. Люблю больше, чем жизнь. Прошу тебя, выходи за меня замуж!
Нэтали растерянно смотрела на Харли. Её сердце сжалось от жалости и вины. Он открыл ей душу, а она... Она предала его.
— Харли… Мы же всё решили…
Нэтали робко коснулась его плеча. Но Харли резко поднялся с колена и отошёл на пару шагов назад.
— Решили? Или решила? — злобно бросил Харли, отряхивая колено.
Нэтали уже надоело кататься на его эмоциональных качелях. Она устала бороться, объяснять, пытаться найти общий язык, а затем снова и снова ставить точку в их «лживых» отношениях.
— Мне показалось, что ты принял наше расставание.
— Да, конечно, принял! — Харли нервно зашагал из стороны в сторону, вытирая слёзы. — Глупая попытка позвать тебя замуж… Прости… Я понял. Значит, всё… Жаль… Очень жаль. Я мог бы сделать тебя счастливой.
— Харли… — Нэтали подошла ближе, но он снова отошёл.
— Хватит! Не нужно больше слов! Ты слишком много говоришь, Нэтали. Я устал от твоего бреда. — Харли спрятал коробочку с кольцом в карман брюк. Он тяжело вздохнул, пытаясь удержать в себе остатки терпения, и с усмешкой сказал: — Когда Алфи бросит тебя, а он бросит, можешь не сомневаться, тогда приходи. Я открою дверь… Как друг. — Харли плечом слегка толкнул её в сторону и направился к дороге.
Нэтали осталась стоять на месте, чувствуя, как холодный ветер пробирается под пальто. Обхватив себя руками, она наблюдала за исчезающим силуэтом Харли.
— Прости меня...
Слова, брошенные в пустоту ночи, ничего уже не изменят. Они не долетят до Харли, не затронут его душу, не смягчат боль, которую она ему причинила. Всё закончилось… Нэтали была уверена, что поступила правильно, хотя внутри осталась огромная зияющая пустота. Да, она любила Харли, но как брата, как когда-то любила свою бабушку. Любимый друг, но не мужчина…
Нэтали расплакалась.
— Вот и сказочке конец, — тихо говорила она, едва справляясь с болью. — Карета исчезла… Принцесса превратилась в тыкву… А принц...
Она не успела договорить, потому что из темноты донёсся знакомый голос.
— А принц нашёл свою принцессу.
Нэтали резко обернулась и увидела Алфи. Он стоял в полумраке с бутылкой в руке, которую тут же отбросил в сторону.
— Почти полночь, Мисс Миллер. Теперь ты только моя!
Нэтали бросилась к нему и обняла. Она дрожала, но не отпускала его. Все возведенные ею стены рухнули. Внутренняя сила исчезла, оставив только усталость от страхов и постоянных сомнений. Нэтали так долго была одна, но сейчас она хотела быть слабой девушкой, которую очень сильно любят.
Алфи крепко обнимал Нэтали, разделяя её состояние. Он слышал разговор с Харли — наконец идиотская история «лживых» отношений закончилась. Плевать Алфи хотел на кодекс, на дружбу, и на всё, что могло бы помешать им быть вместе. Он больше никогда её не отпустит.
— Я люблю тебя, — прошептал он, проводя рукой по её спине, стараясь успокоить.
Но Нэтали не могла успокоиться. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с первыми каплями дождя, который начал моросить. Воздух наполнился свежестью. Похолодало, но они продолжали стоять, обнимая друг друга. Вокруг слышались звуки проезжающих машин и музыка, доносящаяся из особняка. Но Алфи слышал только её всхлипы.
Нэтали выплакивала всю ту боль, которую так долго носила в себе. Боль за родителей, за своё прошлое, за ошибки. Но больше всего её душу раздирала боль от того, что она предала Харли.
Алфи нежно провёл рукой по её мокрой щеке, убирая прядь волос, прилипшую ко лбу.
— Нам лучше поехать домой. Дождь усиливается, и я не хочу, чтобы ты простудилась.
— Я не хочу домой, — всхлипнула Нэтали и неуклюже вытерла нос, как это делают маленькие дети, когда плачут в истерике. Трогательная она, и он счастливый.
— Ко мне?
— Куда угодно.
Алфи не смог сдержать улыбку. Его лицо озарилось такой радостью, что даже дождь стал вдруг теплее. Он сможет сделать её счастливой. Сможет!
Нэтали вцепилась в его губы, и стало легче.
* * *
Харли влетел в квартиру, словно буря, срываясь с цепи. В голове звучал пронзительный крик обиды, разрывающий сознание. Злость, словно удав, сжимала грудь. Глубокий вдох. Не успокоился. Схватив с полки бутылку виски, он сорвал крышку и сделал несколько больших глотков, пытаясь утопить в алкоголе отказ Нэтали. Напиток не помогал — ядовитая любовь продолжала отравлять разум.
Тогда он резко схватил телефон. Набрал всего одно слово: «Rosso!» (в переводе с итальянского языка «красный») и отправил это сообщение мистеру Пагуро — исполнителю всех его безумных желаний. Без лишних вопросов, быстро и на высшем уровне. Отбросив телефон в сторону, он почувствовал солоноватый вкус слёз на губах.
«Тряпка! Мужчины не плачут!»
Но они текли, напоминая ему о том мальчике, который ждал материнской любви и тепла. Только всё внимание дарилось переделанным пластическими операциями подружкам, но не сыну. Холодная мать, и Нэтали такая же …
— Ненавижу! — Бутылка виски полетела в стену. — Сука, Миллер! — закричал он, срывая голос. — Су-ка-а-а-а-а-а… — он надеялся, что Нэтали услышит его через километры. Прочувствует на себе эту сверлящую боль. Но Нэтали здесь не было. Он один. Совсем один. Одиночество, как стая голодных львов, медленно пожирало его изнутри. А Нэтали… Она уже давно сожрала его сердце.
— Лживая тварь! — прошипел он сквозь зубы, схватив коробку с кольцом. Дурацкая попытка. И он дурак. Швырнул её в стену, как и мечту о браке с ней.
Отчаянный Харли рухнул на холодный пол и обхватил голову руками, сжимая волосы так сильно, что казалось, ещё немного, — и вырвет их с корнем. Он хотел кричать, но уже не мог. Месть — вот его спасение. Только отомстив, Харли успокоится.
В дверь постучали. Ну наконец-то внутренний демон оторвётся.
Харли быстро встал, хлопая себя по щекам. Лицо, искажённое отчаянием, сменило выражение на холодное.
Открыв дверь, увидел девушку — его заказ от мистера Пагуро. Всё как он любит: длинные пепельные волосы, пышная грудь, чтобы можно было просунуть между бугорками член, минимум одежды и много переделанного пластическими операциями. Такие женщины никогда не пробьют его на чувства, только на желание трахать и не останавливаться. Она улыбнулась, и его позыв заткнуть ей рот кляпом за наигранную любезность набирал обороты.
— Куда пальто можно кинуть? — спросила проститутка, проходя внутрь.
Харли закрыл дверь и, не обращая на неё внимания, направился на кухню. Там он открыл шкаф и достал бутылку с «особым» содержимым — секретный ингредиент для приятного секса на его условиях. Налив немного жидкости в стакан, он обернулся. Девушка уже стояла рядом, её длинные ноготочки коснулись его груди.
Харли схватил её за руку.
— Без нежностей! Пей! — скомандовал он, протягивая ей стакан.
Красотка растерянно посмотрела на него.
— Для эмоций, — коротко пояснил Харли. — Плачу тройную цену.
Незнакомка замешкалась, но жадность победила разум. Взяв стакан, она медленно облизнула его языком. Глоток и сладковатый вкус напитка приятно заполнил рот. Ещё один. В комнате заиграла музыка, и, поддавшись настроению, она начала плавно двигать бёдрами, которые слегка прикрывала короткая джинсовая юбка. Последний глоток напитка — пустой стакан на столе. Игра началась.
Харли грубо схватил её за волосы.
— Хочешь меня?
— Да-а-а-а, — протянула она, улыбаясь. «Волшебный» коктейль веселил.
Он натянул её волосы сильнее.
— А так? Всё ещё хочешь?
— Да-а-а-а… А-а-а-а-а… — простонала она, чувствуя, как контроль над телом ускользает.
Харли прижал к себе «заказ», впиваясь губами в её шею, словно голодный вампир. Девушка, едва держась на ногах, задрожала. Но Харли не останавливался. Он покусывал сильно пахнущую духами кожу, оставляя красные следы зубов. Наскучило. Быстро подхватил незнакомку на руки и понёс в спальню. Она постанывала, а он наслаждался. Ему нравилось, когда не сопротивляются и играют по его правилам.
Вдох. Харли швырнул девушку на кровать. Её полупрозрачный топ задрался, обнажив торчащие соски и «искусственную» грудь. Выдох. «Лекарство» готово, и он готов его «принять».
Харли навис над ней, касаясь её шеи.
— Ты всё ещё хочешь меня?
Проститутка простонала — зелёный свет, сигнал к действию. Внутренний демон жаждал поскорее выплеснуть наружу всё то дерьмо, которое оставили Нэтали и Алфи. Харли схватил девушку за шею, и она захрипела. В её глазах отразился страх — этого и добивался. Убрал руки. Её судорожный вдох — бальзам для его ушей. Снова наскучило.
Харли уложил девушку в позу, чтобы её голова свисала с края кровати, обвел пальцами её влажный ротик и быстро засунул в него член. Толчок, и внутренний демон зарычал…
Прошёл час. Харли сидел на полу в спальне, прислонившись спиной к стене. Он пил жадными глотками воду и смотрел на обнажённое тело проститутки. Она тихо постанывала, а на её коже краснели отметины его ладоней. Успокоился, но не принял.
Харли потянулся к телефону, лежавшему рядом, и набрал номер мистера Пагуро.
— Farfalla! (в переводе с итальянского языка «бабочка») — и сразу сбросил вызов.
Прошло не больше получаса, как в квартиру вошли двое мужчин. Они, не задавая вопросов, подошли к девушке, подняли её под руки и потащили к выходу. Харли провожал их взглядом, наблюдая, как его «успокоительное», исчезает за дверью. Внутри вспыхнуло дикое желание повторить это с Нэтали. А он сделает! Он трахнет её!
* * *
На улице Оклей-стрит, напротив скульптуры сэра Дэвида Винна «Мальчик и дельфин», остановился чёрный Range Rover. На заднем сиденье сидели Айви и Сет. Они молча смотрели в разные стороны. Мысли путались, а решимость заговорить уползала. Слишком много произошло за этот вечер и каждый пытался переварить случившееся.
Прошло двадцать минут, но ничего не изменилось. Айви всё не уходила, а он и не торопил. Лишь монотонный звук дождевых капель, падающих на крышу, нарушал тишину в салоне и немного отвлекал. Через мокрое лобовое стекло пробивались световые блики от моста Альберт. Они играли на лице Сета, подчёркивая его строгие, но такие сексуальные черты. Сокрушительное обаяние этого мужчины притягивало, но Айви быстро осекла себя. Внезапное проявление плотских чувств — много выпитого шампанского.
Айви потянулась за сумочкой, но случайно коснулась его руки. По её коже прокатились мурашки, похожие на лопающиеся мыльные пузыри — знакомое ощущение. Всё, как и в тот день, когда она по-детски влюбилась в него. Но сейчас ей не десять, а он не рыцарь, спасший её игрушку. Она повзрослела. Сет — просто старый друг. Никаких чувств. Никаких глупостей.
— Спасибо, — наконец сказала Айви и потянулась к фиксатору замка двери.
Сет дрогнул губами, но ничего не сказал, продолжая смотреть на капли дождя. Он тоже боролся с внутренним голосом, который уговаривал остановить её или пригласить поужинать. Айви — подруга детства. Никакой слабости! Никакой сентиментальности!
— Доброй ночи, Сет Эванс! — Айви улыбнулась, надеясь, что он хотя бы посмотрит на неё. Но очередная попытка задержаться в его жизни потерпела провал. Она ненавидела навязываться, но ещё больше ненавидела, когда её игнорировали. А Сет Эванс умел это делать лучше всех. — Надеюсь, в следующий раз ты оставишь своё занудство дома!
Сработало — Сет повернул голову. Его удивлённый взгляд встретился с её — строгим, но в то же время бархатным. Он сглотнул подкативший к горлу ком. Даже растерялся, но старался держать марку. Айви… Она уже не та пухленькая краснощёкая девочка, которая когда-то обозвала его первую девушку «родственницей Пиноккио», и из-за детского упрямства перестала с ним общаться. Айви превратилась в хитрую обольстительницу, которую нельзя сравнивать с временными моделями, мелькающими в его спальне.
— Мистер Чепмен, проводите мисс Патель до её дома, — сухо обратился Сет к водителю. Тот кивнул и вышел из машины, приготовив зонт для Айви.
Она сжала сумочку в руке. Всё-таки показалось. Алкоголь и братья Эванс — её проклятие.
— Спокойной ночи, Айви! — бросил Сет, отвернувшись к окну. Отстранённость — единственный способ не поддаваться.
Айви не выходила из машины. Обида, ревность и разбитые чувства переполняли её до краёв. Она хотела выключить все свои эмоции. Сделать один шаг и оставить за спиной чувства к Алфи. Закрыв глаза, пыталась понять, что делать дальше.
Секунда — столько Айви думала, чтобы принять решение. Швырнув сумочку на переднее сиденье, она быстро пересела на колени Сета. В его глазах отразился шок, а в её — хитрость. Медлить больше нельзя.
Айви отчаянно впилась в его губы, но тут же остановилась. Сет — неправильный выбор. Но стоило ему крепко обнять её и ответить на поцелуй с такой же пылкостью, как все сомнения исчезли. Боль, страх и неуверенность растворялись в этом французском поцелуе. Внутри неё вспыхнул жар — взмах руки, и меховая накидка полетела к сумочке. Айви не думала, что будет завтра или через минуту — она хотела его.
Дождь не переставал барабанить по крыше машины, сливаясь с бешеным биением сердец старых знакомых. Их губы, словно улитки, присасывались друг к другу — настойчиво и неотвратимо. Сладострастные стоны наполняли салон, смущая стоявшего у машины под зонтом водителя.
Сет всё крепче прижимал к себе Айви, чувствуя, что ещё немного, и вслед за меховой накидкой полетят его штаны.
Айви отлипла от его пьянящих губ и посмотрела ему в глаза, ища в них проблеск надежды. Но увидела всё то же непокорное выражение, с которым он всегда смотрел на мир. Сет Эванс — никогда не прогнётся. Зануды не меняются.
— Извини за порыв! — тихо буркнула она, пытаясь подняться с его колен.
Сет обхватил руками её подбородок и снова поцеловал.
«Просто секс», — дал себе установку, прерывая поцелуй.
Раскрасневшаяся Айви слезла с него. Поправляя волосы, она сдерживала улыбку. Нет, всё-таки что-то есть в нём — романтичное.
Сет постучал в окно, давая знак водителю вернуться, и тот быстро сел обратно за руль.
— Мистер Чепмен, закажите себе такси. Я задержусь. — Сет не отводил взгляда от Айви. Он коснулся её руки, а в ответ она положила голову ему на плечо.
* * *
В половине второго ночи, на улице Лондон-Бридж-стрит в одном из офисов редакции скандально известной газеты «The Sun» продолжал гореть свет. За большим столом, заваленным кипами бумаг, журналов и книг, сидела Дженни Кол — опытная журналистка с острым чутьём на сенсации. Она рассматривала фотографии со свадьбы Люка Эванса, пытаясь выбрать тот самый кадр, который идеально подойдёт для её очередной «острой» статьи.
Дженни обожала грязные сплетни. Её колонка пользовалась огромной популярностью — от домохозяек до светских львиц. Прозвище «Вишенка на торте» журналистка заслужила за способность превращать пару слов в громкий скандал. Скорость, с которой Дженни публиковала информацию, поражала даже её коллег. Иногда казалось, что она узнаёт о событиях раньше, чем их непосредственные участники.
Отложив фотографии в сторону, Дженни взяла блокнот с пометками, сделанными её подругой, которая хорошо знала Алфи Эванса. Она несколько раз перечитывала строки, пытаясь найти в них ту самую «пикантную» деталь, которая заставит читателей ахнуть.
Журналистка постукивала карандашом по пятой чашке кофе, выпитой за последние два часа, придумывая в голове заголовок.
— Ну что ж, мистер Эванс, готовы получить порцию сладкой мести? — Дженни отбросила карандаш, и приступила печатать статью.
* * *
Около двух часов ночи Алфи и Нэтали вошли в его холостяцкую обитель. Едва переступив порог, она почувствовала необычный аромат — сочетание чистоты и его парфюма. Он словно перенёс её в те дни, когда отец уходил на работу, а в гостиной оставался едва уловимый шлейф его одеколона и средств для уборки. Тоска обняла Нэтали за плечи, а ностальгия пробудила желание вернуться в свою детскую комнату. Она очень скучала по дому, но не по родителям.
Квартира-студия сильно отличалась от того, к чему привыкла Нэтали — большая кухня плавно переходила в гостиную. Современная мебель и дизайн бросались в глаза. Больше всего впечатлил большой жёлтый диван. Всё вокруг отражало характер хозяина — простота, минимализм и порядок. Комнатушка на Уитта-роуд теперь казалась ей тесноватой.
На стенах висели картины с геометрическими фигурами, а также чертежи, вставленные в рамки. Ничего удивительного — квартира архитектора. Но её взгляд задержался на фотографии, висящей над каким-то дипломом — Алфи и несколько незнакомых ей людей. Она предположила, что это семейное фото. Сердце Нэтали пропустило удар. Она пока не готова лицезреть у себя на стенах фотографии своих родителей. Да, и большинство семейных снимков сожжены — протест против прошлого.
— Хочешь что-нибудь выпить? — спросил Алфи, снимая с Нэтали пальто и вешая его на вешалку.
— Нет, я хочу спать. — Нэтали устало вздохнула. Она мечтала поскорее завалиться в кровать и забыть обо всём: о событиях, о напряжении, и, конечно, о Харли и его поступке.
— Я вообще-то рассчитывал на кое-что другое, — Алфи обнял её, притянув ближе.
Нэтали аккуратно провела рукой по его щеке, рассматривая лицо: ссадины на лбу, кровоподтёки под правым глазом и мелкие царапины на подбородке. «Воинственную» свадьбу она никогда не забудет, как и предложение руки и сердца. Снова мысли про Харли. Хватит!
— Я думала, ты будешь отдыхать и зализывать раны, — произнесла Нэтали, убирая руку. — Есть перекись? Нужно обработать эти раны.
— Единственное лекарство, которое мне нужно, находится прямо в моих объятиях.
Алфи, не выдержав нахлынувшего желания, прильнул к её сладостным губам. Он почувствовал металлический привкус крови, смешанный с нотками алкоголя. Но это её нисколько не смутило. Закрыв глаза, он наслаждался успокаивающим поцелуем.
Несмотря на боль, пронизывающую тело после стычки с дядей, Алфи подхватил Нэтали на руки и направился к дивану. Одно неуклюжее движение — оба рухнули на подушки.
— Спишем это на твои ранения, — засмеялась она, обвив его шею руками.
Алфи начал осыпать её поцелуями, двигаясь от шеи к линии декольте. Ждать он устал.
Но Нэтали отстранилась, положив ладони ему на грудь.
— Можно я сначала приму душ?
Алфи неохотно встал, протягивая руку.
— Вместе примем! — сказал он с мальчишеской улыбкой.
— Нет, в душ я пойду одна. Прошлая попытка закончилась потопом. Кстати, спасибо за сантехника.
Алфи, словно обиженный ребёнок, изобразил на лице самое жалобное выражение. Его губы опустились вниз, а взгляд стал таким печальным, что Нэтали с трудом сдерживала смех.
— И ты оставишь меня одного?
Но Нэтали была непреклонна.
— Где у тебя ванная?
Алфи вздохнул. Спорить с возлюбленной — бесполезно.
— Налево. В комоде найдёшь чистые полотенца. Если нужно потереть спинку, зови! — Алфи с довольным видом опустился на диван, вытянув ноги. — Но, я готов помочь не только со спинкой.
— Ты можешь хоть на минуту перестать думать о сексе?
Алфи лишь хитро улыбнулся в ответ, но не успел ничего сказать, как в его лицо прилетело её платье. Он сжал его в руках и посмотрел на Нэтали. Любимая в одних кружевных трусиках — в штанах стало тесно.
— Могу… Но… не сейчас!
Алфи уже собирался встать с дивана и броситься к ней, но Нэтали остановила его строгим взглядом.
— Сиди и жди! — приказала она.
Подобрав слюни, он подчинился и снова уселся на диване, откинув голову.
Когда Нэтали вошла в ванную комнату, её встретило небольшое помещение с современной мебелью: мраморная раковина с позолоченным краном, серый унитаз, пепельный дубовый комод, круглое зеркало в тонкой металлической оправе с подсветкой и чёрная душевая кабина с прозрачными стеклянными дверцами. Стильно и характерно для мужчин, любящих минимализм.
Нэтали открыла верхний ящик комода, надеясь найти чистые полотенца, но обнаружила внушительный запас презервативов.
— Кобель... — прошептала она сквозь зубы, хлопнув ящиком.
Но быстро взяла себя в руки, напоминая себе, что не стоит копаться в прошлом Алфи. Всё, что было до неё, должно остаться там, где ему и место — в прошлом.
Она зашла в кабинку и, открыв кран, расслабилась под тёплыми струями воды. Вторая ночь подряд будет бессонной, но это того стоит. Вода щекотала, а в голове уже рисовались пошлые картинки.
После душа Нэтали обернулась полотенцем и вышла из комнаты. В гостиной Алфи уже задремал, развалившись на диване. Она подошла к нему на цыпочках и осторожно присела на краешек дивана, собираясь лечь рядом, но Алфи схватил её за руку, притягивая к себе.
— Ты собралась спать? — Он не мог оторвать взгляд от её тела, прикрытого махровым полотенцем. — Я расстелил нам в спальне. Любить тебя на диване — опасно и тесно.
— Но твой диван всё-таки побольше моего. — Нэтали поправила полотенце, которое грозило соскользнуть.
— А кровать ещё больше, — парировал он, чмокнув её в лоб. Алфи быстро поднялся и направился в душ, раздеваясь на ходу. Времени у него в обрез. Стояк уже не мог ждать!
Нэтали, улыбнувшись его спешке, снова поправила полотенце и направилась в спальню. Войдя в комнату, она осмотрелась. Спальня показалась ей бездушной, словно выставочный зал из каталога мебели. Пустые полки, ни фотографий, ни книг, ни каких-либо мелочей, которые могли бы добавить уюта. Окна были зашторены плотными серыми занавесками. В углу стоял высокий шкаф дымчатого оттенка, а рядом с ним угрюмый чёрный торшер — холодно и странно. Она попыталась оправдать это тем, что Алфи, вероятно, не нравится визуальный шум перед сном. Но в голове оправдания звучали не убедительно.
Нэтали подошла к большой кровати и медленно опустилась на неё. Мягкость матраса обняла. Раскинув руки в стороны, как ребёнок, рисующий ангела на снегу, она закрыла глаза. После её старого и жёсткого диванчика, эта кровать — рай. В её голову прилетела мысль переехать жить к Алфи. Но она тут же отмела бредовую идею, списав на усталость.
— Слушай, а почему у меня до сих пор нет твоего номера телефона? — вдруг раздался голос Алфи, и Нэтали приподнялась.
Он стоял в дверном проёме, опираясь на косяк. Влажные волосы спадали на лоб, а капельки воды стекали по его обнажённому телу, поблёскивая в свете торшера. Сексуальный он — в её животе защекотало.
Нэтали снова опустилась на спину, обдумывая его вопрос.
— А зачем он тебе?
— Ну, разве влюблённые не должны переписываться по утрам? — Алфи чуть сдержал смех от этой фразы, ложась рядом. Он никогда особо не переписывался с бывшими девушками в отношениях — только звонки по делу. Нэтали тоже не была из тех, кто отправляет любовные СМС на рассвете. — Я бы присылал тебе интимные фотографии, — соблазнительно шептал Алфи, касаясь губами её плеча. — Ты бы мне свои.
— Записывай, — сказала она, улыбнувшись.
Но Алфи решил, что обмен номерами — скучно. Он навис над Нэтали, его глаза заблестели от озорной задумки.
— Предлагаю сыграть в одну игру.
— Нет, играть я не в настроении, — Нэтали провела ногтями по его твердому торсу, и Алфи вздрогнул от нахлынувших мурашек.
— Тебе понравится, обещаю, — не отступал он.
— Даже боюсь представить, что ты задумал.
— Всё очень просто. Я буду нежно ласкать тебя пальчиком… медленно, а может и быстро. Твоя задача — считать каждое моё движение. Как только я останавливаюсь, ты называешь число. Десять правильных цифр и мой номер у тебя в телефоне.
Его губы, словно крылья бабочки, скользнули по её коже, спускаясь ниже, пока не коснулись клитора. Нэтали застонала, а волна тепла обожгла промежность.
— Это пока репетиция, — проворковал Алфи, облизывая свой палец.
— А как же мой номер? Мне тоже нужно будет ласкать тебя пальчиком? — Нэтали засмеялась, и Алфи тоже.
— Сначала ты получишь мой номер. А потом мы что-нибудь придумаем.
Алфи положил палец на клитор, но не ласкал. Нэтали зажмурилась, сжав губы. Ожидание, как иногда оно не выносимо. Лёгкое первое движение и томный стон вырвался из её губ. Ещё два, и Нэтали уже вздрагивала от удовольствия. Алфи, засмотревшись на её сочные губы, сбился со счёта. Остановился.
— Число.
— Э… девять? — выдохнула она, сжимая простынь.
Алфи тоже не знал ответа, но решил солгать
— Неправильно. Игра продолжается.
Каждое неспешное движение его руки, словно касание дарсонваля, отдавалось приятным трепетанием внизу живота. Нэтали пыталась сосредоточиться на подсчёте, но нежные касания Алфи сводили с ума. Она хотела только одного — стонать и получать удовольствие.
Алфи остановился, на этот раз он знал правильный ответ.
— Назови число, Нэтали, — повторил он.
— Э-м-м-м… семь?
— Ты специально отвечаешь неправильно?
— Нет! Твои пальцы отвлекают!
Алфи навис над ней, жадно впиваясь в её губы. К чёрту игры!
* * *
Лондон просыпался, как серый унылый ящер с колючками из серых деревьев. На утопающих в тумане улицах мелькали огоньки такси. Одни пассажиры возвращались домой после бурных ночных приключений, другие спешили в аэропорт, а третьи уже мчались на работу. Были и те, кто, несмотря на холодный ноябрьский воздух, решил начать утро с пробежки. Семь утра. Новый день. Новые возможности.
Только Алфи лежал в спальне, уставившись в белый потолок. Он боялся пошевелиться, чтобы не разбудить спящую у него на плече любимую. Затёкшая рука под её головой ныла, но ему было всё равно. Его волновал только один вопрос: как уломать Нэтали переехать к нему? С её дерзостью и непредсказуемостью воплотить спонтанное желание в реальность будет сложно. Нужны несокрушимые аргументы, и их Алфи пока не придумал.
Сонливость накидывала свои сети, и его веки медленно опускались. Он почти задремал, но раздавшийся звук дверного звонка разбудил. Сначала Алфи подумал, что ему это приснилось, и попытался снова заснуть, но в дверь позвонили ещё раз. Повернув голову и убедившись, что Нэтали спит, он медленно вытащил свою затёкшую руку. В дверь уже стучали. Мысленно ругаясь, Алфи быстро поднялся с кровати и направился в гостиную, растирая ноющую руку. Проходя мимо дивана, он на ходу подобрал лежавшие на полу штаны и натянул их.
Настырный стук продолжался.
Раздражённый Алфи резко открыл дверь. На пороге стоял старший брат. Мятая рубашка, тёмные круги под глазами и уставшее выражение лица, натолкнули его на мысль, что Сет похоже тоже не спал этой ночью. В одной руке он держал несколько газет, а в другой — бутылку виски.
Не утруждая себя приветствиями, старший брат ворвался в квартиру, направившись на кухню к ящику со стаканами.
— Выглядишь не очень, — подметил Алфи, закрывая дверь.
Сет бросил газеты на кухонную тумбу, достал стакан и плеснул туда виски. Сделав мощный глоток, он повернулся к Алфи и, окинув его взглядом, буркнул:
— Как и ты!
— Приехал любезностями обменяться или по делу? — Алфи потирал уже ноющую шею.
— А ты газеты посмотри! — выкрикнул Сет, ставя стакан на кухонную тумбу.
— Не кричи. Я не один. — Алфи сел на стул, пытаясь разобраться, что же так взбесило братца в столь ранний час.
Сет удивился. Железобетонное правило Алфи Эванса нарушено — что-то новенькое. Слишком много шокирующих новостей за утро.
— Почитай газетку, и всё поймёшь! — потребовал он.
Алфи, вздохнув, поднялся со стула и взял первую газету. На странице крупным шрифтом был напечатан заголовок:
«Свадьбу бизнесмена Люка Эванса испортил любовник его жены».
Бегло пробежав глазами по статье, Алфи ничего, кроме описания драки не нашёл. Даже имя любовника не упоминалось.
— И? — Он отложил газету в сторону.
— Следующую смотри.
Алфи взял вторую — «Скандал в компании «Эванс». От любви к разрушению семейного дела». Прочитав статью до конца, он тоже не нашёл в ней ничего, что могло бы объяснить бурную реакцию Сета. Сплетни из первой газеты, но, другими словами.
— Обычная статья, — невозмутимо заметил Алфи, складывая газету.
— Третью читай! — выкрикнул Сет, уже почти теряя терпение.
— Ты можешь не орать? — Алфи старался сохранять спокойствие. — Я, конечно, рад, что ты решил устроить мне утренний брифинг, но давай без крика!
— Читай! — снова потребовал Сет, игнорируя замечание брата.
Алфи нехотя взял третью газету. На обложке красовалась его фотография, причём неудачная, а над снимком провокационный заголовок:
«Алфи Эванс — новый Хью Хефнер? Семейные гостиницы превратились в бордель?»
В статье автор не стеснялся в выражениях:
«В компании «Эванс» пополнение. Новым учредителем стал младший сын основателя компании — Алфи Эванс. В прошлом успешный архитектор, но, как выяснилось, за его безупречными манерами скрывается весьма пикантная «вишенка». Мистер Эванс, как утверждают источники, питает слабость к девушкам по вызову и обожает вечеринками в стиле БДСМ. Нам также стало известно, что в скором времени новый «Хью Хефнер» забронирует несколько номеров в гостиницах семейной компании для удовлетворения своих извращённых фантазий. А вы бы хотели, чтобы ваши жёны или мужья оказались в соседнем номере с новым учредителем?»
Прочитав статью до конца, Алфи улыбнулся. Он скомкал газету и метко отправил её в мусорное ведро.
— Грязные сплетни.
Сет, нахмурившись, опёрся рукой о стол.
— Наши клиенты не будут разбираться, сплетни это или нет.
Алфи уселся на диван, потягиваясь.
— Ваши клиенты не читают дешёвые газетёнки.
— Ты ошибаешься. Весь интернет уже гудит о твоих «сексуальных утехах». Ты хоть понимаешь, какой это удар по нашей репутации?
— Семь утра, а я уже знаменит, — подметил Алфи, развалившись на диване. — Людям, похоже, совсем нечем заняться. Эти сплетни — чья-то неудачная шутка.
— Особенно сейчас, когда ты стал членом совета директоров! Ты хоть понимаешь, насколько это серьёзно? Обвинения в насилии и сексуальных фантазиях с проститутками — это не шутки.
— Если пара шлепков по заднице — насилие, то люди вообще ничего не понимают в сексе. Сет, в статье нет ни одного конкретного доказательства. БДСМ? Серьёзно? Банальная попытка раздуть скандал из ничего. — Алфи сделал паузу, внимательно наблюдая за подавленным братом. — Наш дорогой дядечка просто решил подлить масла в огонь. Сто процентов его рук дело. Ну, или Саммерс, — уверял он, вставая.
— Дело не в статье, Алфи, — устало выдохнул Сет. — У нас новый проект, совершенно другое направление. Ты же видел цифры и понимаешь, что из-за Люка мы на грани банкротства. Строительство баз отдыха в Шотландии — последняя надежда. Мы поставили на кон всё, что у нас есть. Рекламная компания проекта направлена на привлечение семей с детьми. А теперь подумай, кто будет бронировать номера, зная, что один из владельцев устраивает… бордель? Да ещё и избивает проституток! — Сет налил виски, но не стал пить. Сонливость и алкоголь затуманивали разум.
Алфи подошёл ближе к брату.
— Поправлю не бордель, а «вечеринки в стиле БДСМ», — бросил он, проводя рукой по правой щеке, которая зудела после вчерашней драки. — Что ж, в таком случае мне нужно срочно жениться и изображать примерного семьянина, — усмехнулся младший брат, наливая воду в стакан.
Сет не стал отвечать на эту реплику. Он спасительным глотком виски смочил горло.
— А не много ли ты пьёшь с утра? — Алфи немного отпил воды.
— А не много ли ты задаёшь вопросов? — резко огрызнулся старший брат. — Вся долбанная ситуация — твоя вина! Из-за твоей дурости и безответственности всё пошло наперекосяк. Ты можешь решать проблемы, а не создавать их? — Сет сорвался на крик. — Перестань совать свой член куда попало! — Но быстро замолчал, осознав, что перегнул палку.
Алфи не обиделся. К критике старшего брата у него давно выработался иммунитет. Больше всего он переживал, что их спор разбудит Нэтали.
— Прости, — буркнул Сет.
— Привык, — промямлил Алфи.
Сету почувствовал себя неловко. Беспомощность его душила.
— Алкоголь с утра... — он поставил стакан на стол, глядя на брата. — Таблетка, чтобы привести мысли в порядок.
— О, теперь ты понимаешь, как иногда сложно трезво смотреть на этот мир! — подметил Алфи.
Сет, не обращая внимания на сарказм брата, потянулся за телефоном, чтобы проверить время. Почти восемь. Обычно в это время он уже успевает позавтракать и приехать в офис, даже в выходной день. Но сегодня всё не привычно — бессонная ночь, секс не по расписанию, виски с утра и ненужные новости. Потеря контроля его бесила.
Сет быстро написал сообщение своей помощнице с просьбой отправить мисс Айви Патель корзину с розами, а к цветам попросил приложить короткую записку: «Спасибо!»
Нет женщин — нет проблем.
— Я найду того, кто заказал эту статью. Заставлю написать опровержение и публично извиниться, — нарушил тишину Алфи. — Если у тебя больше нет ко мне претензий, можно я вернусь в спальню к своей девушке? Обниматься можно? — попытался подшутить он, похлопав брата по плечу.
— Помни, работа всегда на первом месте, — сухо ответил Сет, игнорируя глупые шуточки брата.
— Конечно, конечно. И не совать свой член куда попало. — Алфи направился в ванную, на ходу снимая штаны и демонстрируя брату прелести и синяки на теле.
— Никакого стыда, Алфи… — пробормотал Сет, бросив взгляд на дверь спальни, а затем на дверь ванной, откуда уже слышался шум воды. — Беды не миновать, — вздохнул он, направляясь к выходу.
* * *
После душа Алфи тихо подошёл к спальне — Нэтали ещё спала. Осторожно прикрыв дверь, он отправился на кухню. В его голове всё ещё крутились мысли о статье. И снова Алфи дал обещание брату — пора прекращать их раздавать.
Алфи взял телефон и быстро написал сообщение старому приятелю, который как раз работает в газете «The Sun» и поможет узнать имя заказчика статьи. Отправив сообщение, он уже хотел отложить телефон, но на дисплее отобразилось имя — Артур.
— Воу-воу-воу, это звезда всех утренних газет, Алфи Эванс? Или новый Хью Хефнер? — раздался насмешливый голос друга в трубке.
Алфи не смог удержаться и рассмеялся в ответ.
— По делу или поиздеваться? — бросил он, наливая кипяток в кружку.
— А ты куда-то торопишься? — Артур зевнул.
— Нет, но я занят!
— С проституткой, что ли? — хохотнул Артур.
Алфи закатил глаза.
— Нет, с Нэтали!
Артур замолчал. Ему совершенно не нравилось, как складывались события в жизни его друзей.
— Твою ж мать, Эванс! — наконец выпалил он. — Ты хоть подумал о Харли? А как же наш кодекс?
— Артур, мы придумали кодекс в одиннадцать лет. Сейчас нам уже почти тридцать. Пора оставить детские договорённости в прошлом, — спокойно ответил Алфи, размешивая сахар в кружке кофе.
— Двадцать пять — это ещё не тридцать, — упрямо возразил Артур.
Алфи отпил кофе. Он прекрасно понимал, что другу потребуется время, чтобы смириться с ситуацией и принять его отношения с Нэтали. Но на чаше весов дружбы и любви последнее перевесило. Да, и дружба — это же не отрицать выбор другого, а принять и поддержать.
Дверь спальни заскрипела, и Алфи поднял глаза. В проёме двери стояла Нэтали, укутанная в одеяло. Она умилительно улыбалась, а в её глазах читалась такая неповторимая любовь, что он не мог оторвать взгляда от неё.
Нэтали медленно подошла, и Алфи обнял её, нежно касаясь губами макушки. В эту секунду он забыл обо всём на свете: о разговоре с другом, о его упрёках, о кодексе.
Но голос Артура быстро вернул его в реальность.
— Харли этого не простит, — упрямо твердил друг. — И, чёрт возьми, я не собираюсь быть вашим секундантом. Алфи, ну как так? Это же безумие! Все проблемы в этом мире из-за женщин!
— Артур, хватит, — твёрдо сказал Алфи, прерывая тираду друга. — Перезвоню.
Сбросив вызов, он отбросил телефон в сторону.
— Выспалась? — спросил Алфи, отходя от Нэтали и направляясь к кухонному шкафчику. Он достал оттуда белую кружку и насыпал в неё кофе.
— Вроде бы да, — ответила она, зевая. — Который час?
Нэтали, придерживая одеяло, потянулась к кружке, стоявшей на столе. Сделав небольшой глоток кофе, она тут же скривилась и, быстро подойдя к раковине, выплюнула напиток.
— Фу, сладкий кофе! — Нэтали с отвращением поджала губы. — Бе-е-е-е-е-е!
Алфи рассмеялся от её искреннего возмущения. Колкость Нэтали — награда.
— Уже делаю тебе несладкий, — сказал он, продолжая смеяться и наливая кипяток в кружку. — Время перевалило за восемь. Какие планы на сегодня?
Нэтали задумалась, присаживаясь на стул. Её взгляд скользнул по его лицу, и она заметила, что следы вчерашних событий стали выглядеть ещё хуже. Синяк на щеке стал темнее и заметнее. На переносице виднелись мелкие ссадины, а над верхней губой — небольшая рана. Но больше всего её беспокоил багровый синяк на его животе, который сразу напомнил о вчерашнем дне, о свадьбе и обо всём, что она не хотела бы забыть.
— Хочу домой, — наконец ответила Нэтали, вздыхая. Алфи удивлённо посмотрел на неё, но не стал задавать лишних вопросов. — Надо переодеться, — продолжила она, словно оправдываясь. — Платье, конечно, красивое, но я всё же больше люблю джинсы. И ещё... — Нэтали замялась, боясь реакции Алфи. — Я переживаю за Харли. Мне кажется, его сейчас нельзя оставлять одного.
Алфи, стараясь скрыть вспышку ревности, поставил перед Нэтали кружку кофе. Он натянул улыбку, пытаясь изобразить дружелюбие.
— Мы можем съездить к нему вместе. — Он больше не оставит её с Харли наедине. Никогда.
— Надеюсь, это шутка? — Нэтали отпила кофе. На этот раз напиток оказался таким, как она любила — терпкий, несладкий и горячий. — Может, просто позвонишь ему? Поговори с ним. Ну, по-мужски.
— Хорошо! — ответил он, затем, сменив тему, добавил: — Хочешь кушать?
— Да-а-а-а, — протянула она, словно ребёнок, ожидающий чего-то вкусного.
— Тогда собирайся, — сказал Алфи, допивая кофе. — Заедем в одно кафе, а потом я отвезу тебя домой. Или... — Он хитро улыбнулся, и Нэтали тут же покраснела, понимая, к чему он клонит.
— «Или» оставим на вечер. И давай без кафе. Завтракать в вечернем платье — дурной тон. Лучше отвези меня домой.
— Можем приготовить завтрак у меня. Только я быстро смотаюсь за продуктами. Знаешь ли, не привык принимать гостей.
— О, неужели ты нарушаешь главное правило холостяцкой жизни, Алфи Эванс? — Нэтали усмехнулась. — В холодильнике всегда должны быть яйца.
Алфи хотел бросить пошлую шуточку про яйца, но вовремя остановился. Он хитро улыбнулся, глядя на возлюбленную.
— В моем холодильнике можно найти только виски и воду.
— Тогда я, пожалуй, позавтракаю у себя дома. У меня-то всегда есть яйца, — отрезала Нэтали, игриво улыбаясь.
Алфи едва сдержался, чтобы не рассмеяться, прикрывая рот кулаком. Но в его голове уже начали мелькать пошлые картинки.
— А у тебя какие планы на сегодня? — бросила Нэтали.
Алфи задумался, но его мысли прервал звук входящей эсэмэски. Он взял телефон в руки — сообщение от приятеля, работающего в редакции. — Пока никаких, — ответил он, пробегая глазами по тексту сообщения.
Шок!
«Автор статьи — Дженни Колл, а информацию ей подогнала некая Айви Патель».
Алфи попытался взять себя в руки.
— Решить один вопрос… поговорить с Айви, — проговорил он, стараясь не выдавать растерянности.
Алфи быстро заблокировал телефон, и перевёл взгляд на Нэтали. Но скрыть обиду оказалось сложнее. Внутри у него всё зудело от злости на подружку. Женская месть, конечно, бывает коварной, но от Айви такого удара он точно не ожидал.
Нэтали, заметив, как изменилось его настроение, нахмурилась. Она не знала, что именно произошло, но её женская интуиция подсказывала, что что-то не так.
— Всё хорошо?
Алфи, понимая, что не хочет посвящать её в свои проблемы, решил успокоить её. Да и себя тоже. Он подошёл ближе и обнял её. Нэтали — его единственное лекарство от вспышек гнева.
— Да.
Не дав ей допить кофе, Алфи поднял её на руки. Нэтали вскрикнула от удивления, но тут же рассмеялась.
— Готовы завтракать, мисс Миллер? — спросил Алфи, направляясь в спальню.
Сейчас их время. Их момент…
* * *
Харли уже больше трёх часов сидел в своём автомобиле, припаркованном на улице Гладдинг-роуд возле дома номер два. Он выбрал это место не случайно, ведь отсюда открывался отличный обзор на окна квартиры Нэтали, а также на входную дверь её подъезда. Ожидание становилось невыносимым. Обстановка вокруг раздражала его всё сильнее. Фасад дома, который он уже успел изучить до мельчайших деталей, действовал ему на нервы. Постоянный грохот поездов, проходящих мимо станции Манор-Парк, резал слух, словно бесящий комар. Но, что действительно выводило его из себя: Нэтали так и не открыла дверь.
Харли уже много раз поднимался на её этаж, стучал, ждал, но неизменно уходил ни с чем. Три часа — и ноль результата.
Харли снова взял телефон и набрал её номер, но вместо любимого голоса, слышал равнодушные гудки. Её игнор сводил его с ума.
У обочины возле дома Нэтали остановилось такси. Харли насторожился. Он смотрел не моргая, как из машины вышел мужчина — Алфи. Ступор! Его дыхание словно остановилось, а живот пронзила ледяная боль.
Но всё стало ещё хуже, когда следом за другом вышла Нэтали. Харли словно оглушило. В его голове начался хаос, похожий на шум радиоприёмника, настроенного на неправильную волну. Этот гул заполнил всё его сознание, давя на виски.
— Сукин сын! — выругался он сквозь зубы, швырнув телефон на пассажирское сиденье. Его Нэтали, его недосягаемая любовь, стояла рядом с Алфи, и они обнимались, словно парочка из жвачки LOVE IS.
Ярость закипала в нём, как вода в кастрюле с пельменями. Внутренний демон подталкивал разорвать их, но это было бы слишком просто. Нет, его месть должна быть изощрённой, такой же жгучей и острой, как перец Каролинский жнец, который обжигает даже при лёгком прикосновении.
Разъяренный Харли вставил ключ в замок зажигания. Двигатель взревел, сливаясь с его оглушительным криком в салоне. Он резко повернул руль, и машина, визжа, сорвалась с места, поворачивая на Келлер-Кресент.
Алфи и Нэтали обернулись на звук визга, но машину так и не увидели.
— Кажется, кто-то спешит, — тихо произнесла она.
Алфи лишь грустно улыбнулся в ответ, и нежно провёл рукой по её щеке.
— Возле моего дома есть одно интересное кафе. Я как-то читал в интернете, что там можно не только насладиться бокалом хорошего вина, но и провести время за чтением книг. Всё как-то не получалось тебя туда пригласить, но теперь, надеюсь, мы наверстаем упущенное.
Нэтали улыбнулась, поправляя воротник его пальто.
— Звучит прекрасно! Тогда я пойду немного отдохну и буду с нетерпением ждать вечера. Спать рядом с тобой, конечно, приятно, но для этого нужны силы.
Она уже собиралась уйти, но вдруг остановилась, словно что-то вспомнила.
— Дай мне свой телефон, — неожиданно попросила Нэтали, протягивая руку.
Алфи, с игривой ухмылкой, достал телефон из кармана и молча передал ей.
— Я, конечно, поиграл бы ещё, — сказал он, наклоняясь к её уху. — Медленно ласкал тебя, слушая твои пьянящие стоны…
Нэтали толкнула его в бок, и Алфи рассмеялся.
— С тобой играть опасно. — Она добавила свой номер в список контактов. — Подпишешь сам, — добавила она, возвращая телефон.
Алфи взглянул на экран, где теперь красовался её номер.
— Подпишу тебя как «Кареглазка, — сказал он, вспоминая их первое знакомство.
— Ты назвал меня так в первый день знакомства, — мило сказала Нэтали.
Алфи был тронут её словами. Он нажал на кнопку вызова, чтобы сделать прозвон.
— Я помню все наши встречи… — Они переглянулись. — И хорошие и плохие… — Алфи вздохнул и Нэтали тоже. — Ну вот, теперь и у тебя есть мой номер.
Она улыбнулась, быстро поцеловала его в губы и побежала к дому. Алфи остался стоять на месте, провожая её взглядом, пока Нэтали не скрылась за дверью. Он вздохнул и сел обратно в такси, набирая номер Айви.
— Нам нужно поговорить, — холодно и отстранённо сказал Алфи.
— Это срочно? — спросила Айви, зевая.
— Да. Жду на нашем месте!
— Хорошо! — Айви сбросила вызов. — Он точно всё знает!