Глава 8

Вивиан

— Просто убирайся вон. Я устала и хочу отдохнуть.

— Здесь? — Он обвел рукой комнату.

Да, гостинка в плохом районе. Удобства минимальные. Но это мое. И платить за все мне.

— Ага. Это мой дом, и я тебя не приглашала.

Я открыла дверь и кивнула в сторону коридора.

В подъезде обнаружилась подслушивающая соседка: стояла с ведром в халате, делала вид, что ждет лифт, которого на этом этаже отродясь не было. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, пока Арканис не захлопнул дверь.

— Вивиан, ты здесь не останешься, так как засветилась в борделе. Ставить охрану я не могу, поэтому и переезжаешь.

Логика была железной. Я искала, к чему придраться, и не находила.

— Мне положено общежитие от работы?

— Да, собирайся.

Хуже все равно не будет.

И я принялась складывать немногочисленные вещи.

Через двадцать минут Арканис подхватил небольшую сумку и понес на выход, а я пошла за ним.

Спокойствие улетучилось, когда он опять привез меня к себе.

— Ты говорил про общежитие...

— Это ты говорила.

— Ксантир!

Он невозмутимо посмотрел на меня и добавил:

— Оно еще не готово, а охранять тебя все равно надо.

— Я не согласна.

— Вивиан, хватит! — Дракон хлопнул ладонью по рулю. — Я устал с тобой бороться и хочу сегодня спокойно лечь спать.

Я кивнула. Спорить бессмысленно, и, если честно, не было сил. Просто хотелось закрыть глаза.

У бывшего мужа достаточно места, есть чудесная гостевая комната.

Или я правда безумно устала, или матрас был выше всяких похвал, но спала я как младенец.

И спала бы до обеда, но работу-то никто не отменял. Тихо встала, приняла душ, оделась и вышла на кухню. Будить Арканиса не стала, но решила, что имею полное право залезть в холодильник — не чужие друг другу люди.

Я приготовила яичницу с беконом, нарезала овощи и сделала тосты. Двигалась механически. Это надо пожарить, то перевернуть и разложить. Привычные движения не требовали работы головы.

А на запах уже выполз из своей пещеры и страшный дракон. Арканис, довольный, плюхнулся на стул и придвинул тарелку.

— Это по-настоящему доброе утро! Если бы знал, что к жене прилагается завтрак, то не был бы против брака.

— Какой ты примитивный. Желудок на ножках. Ничего, кроме своей работы, не видишь.

— А сама-то лучше? Из-за карьеры в бордель пошла.

Я отложила вилку. Внутри не дрогнула гордость, только раздражение появилось.

— Это другое.

— Конечно, не ты же рисковала своей жизнью и честью ради какой-то работы, не так ли?

— Я знаю, когда стоит остановиться, — спокойно посмотрела я на него. — Работа в департаменте не главное, просто она позволит мне улучшить мою жизнь.

— Ну да. Как минимум переехать из муравейника.

— Этот район не такой уж и плохой. Люди там нормальные.

— Проститутки, наркоманы и...

Он резко замолчал.

— Бедняки. Ты забыл это слово? У меня немного денег, и нужно заработать на выкуп дома родителей, поэтому мне необходима должность в департаменте. И если для этого мне надо было устроиться в бордель и переспать с тобой — не жалею. Еще раз бы на это пошла. Плевать. Невысокая цена за нормальное место. Мне ко всему прочему и звание обещали.

Я говорила холодным тоном без дрожи в голосе, которая раньше выдавала меня с потрохами.

Арканис как-то странно на меня смотрел, будто пытался разглядеть, что творится в моей голове.

Надоел!

Швырнув кухонное полотенце на стол, я ушла в спальню. Аппетит пропал. Впрочем, он и не приходил.

Через некоторое время Ксантир постучал и предложил подбросить меня. Отказаться я не смогла.

Новое рабочее место не было пределом мечтаний, скорее напоминало ссылку для непокорных. Скучно и уныло. Но зато в департаменте. Вчера меня сфотографировали на документы, когда я подписывала бумаги, а сегодня уже отдали корочки и значок.

К вечеру новизна должности окончательно стерлась. Перебирать и заполнять однотипные поля вводило меня в угнетенное состояние, и перед окончанием дня я пошла в кабинет к начальству с предложением завершить вчерашнее дело — опять прийти в бордель и вернуть бумаги на место.

— Далеко пойдешь! — прохрипел Морден. — Ты явно что-то хочешь.

Его бесцветные глаза должны были меня напрягать, но я смотрела ему в лицо совсем без эмоций:

— Хочу перевестись в отдел расследований. И зарплату выше.

— А не много ли хочешь? — Он не сводил взгляда и постукивал пальцами по креслу.

— Могу сейчас же уйти и заниматься дальше бумажками. А Саймонд через несколько дней будет здесь. Напишет на вас заявление в министерство за кражу бумаг. И вы точно уже ничего не сможете сделать.

Внутренне я отметила, что у меня нет ни дрожи в пальцах, ни того липкого холодка под лопатками, который раньше накатывал от одного взгляда старших. Сижу перед волком из департамента, шантажирую его, а пульс ровный.

Как же это удобно.

Пальцы мужчины в мгновение остановились, а на губах появилась улыбка.

— Мне нравятся такие, как ты… — Секундная пауза. — Хорошо. Но если что-то случится — все это лишь твоя инициатива. Ты меня поняла?

Последнюю фразу Альтарис произнес с таким холодом, что на коже должны были подняться волоски. Однако этого не произошло.

Сглотнув, я кивнула.

Через час я уже стояла у борделя.

Несколько мужчин курили у входа. Я невольно скользнула по ним взглядом и остановилась. Они были одинаковые. То есть не так. Лица-то разные, а вот лично для меня как один.

Странно это. Теперь я всех буду так воспринимать?

И тут на контрасте с этим затхлым местом мне вспомнилась мамина кухня. Я даже запах корицы почувствовала с подгоревшим тестом, потому что мама вечно отвлекалась на разговор и забывала про духовку.

Я помнила все и не ощущала ничего. Лишь знала, что там было тепло, когда я еще умела это чувствовать.

Закрыв глаза, я попыталась что-то вернуть, но не получилось. Как жаль. Хорошие воспоминания.

Тем не менее ради них мне надо дальше идти и купаться в этой грязи. Чтобы все-таки выкупить мамин дом.

Меня пропустили без проблем, я как раз успела к вечерней смене.

Нарядившись в невесомый костюм, я прошла в общий зал и стала ждать, но моей целью был Саймонд. И когда появился хозяин борделя, я постаралась привлечь его внимание.

Не пришлось. Он увидел меня мгновенно. И в этом взгляде не было удивления, что я уже видела вчера. Скорее, взгляд ценителя, нашедшего на полке редкую вазу.

Он поманил пальцем.

— Господин, — прошептала я, опустив глаза.

Он взял за подбородок и медленно поднял мое лицо, поворачивал в одну сторону, потом в другую.

— Понравилось кувыркаться в постели с драконом?

— Я выполнила его пожелания. Могу исполнить и ваши.

Тарин коснулся подушечкой большого пальца моих губ, заставляя их приоткрыться.

Я обхватила его палец и провела языком. Сделала все то, что от меня ожидалось.

— Хорошая малышка, — тихо сказал он и протянул свой бокал с вином, буквально вливая в рот. — Выпей.

Мне оставалось только подчиниться. Вино имело терпкий вкус, часть все равно попала мимо. Тонкие ручейки алкоголя, скатывающиеся по моей груди, Саймонд слизнул.

Кожа отозвалась мурашками. Это физическая реакция. Тело реагировало, и Саймонд это заметил. Чуть прищурился, склонил голову набок.

А дальше обнял меня за талию и повел в свои апартаменты.

Сам устроился на низком диване, мне лениво бросил:

— Раздевайся.

Я начала двигаться в такт музыке. Голова оставалась на удивление ясной для того количества алкоголя, которое он влил в меня. Это было первой подсказкой: в бокале не только вино.

Надо раздеться так, чтобы не выронить тетрадь. Она лежала в потайном кармане корсета. Мне всего лишь нужно дотянуть до момента, когда Саймонд выйдет, и положить ее обратно на полку за зеркалом. Я заметила это место еще в прошлый визит.

Но Тарин полулежал на мягкой подушке и пожирал меня глазами.

И я обратила внимание на эту странность. Я его не возбуждала. Скорее, он изучал.

Тем не менее думать об этом сейчас времени не было.

Пришлось снимать части наряда.

Я покачивала бедрами, заигрывала взглядом и манила улыбкой. Делала все это автоматически. Когда на мне остались только корсет и белье, мужчина показал жестом на свои колени, и я двинулась к нему. Наклонилась, даря поцелуй. Его руки поглаживали мои ноги, а дальше поднимались выше.

Тело отозвалось на прикосновения мужских ладоней. Кровь прилила, дыхание стало чуть глубже, кожа на бедрах загорелась.

И это сильно раздражало, потому что не давало сосредоточиться. Тело тянуло в одну сторону, чтобы закончить все и получить разрядку. А головой я пыталась понять, как мне спрятать тетрадь незаметно. Все это друг другу мешало.

Желание было общим, похожим на зуд. Хотелось, чтобы это прошло. Словно думаешь чихнуть, а все никак.

Он усадил на себя и впился зубами в шею, а ладонями сжал ягодицы. Между ног стало жарко.

В вине был афродизиак. Теперь я полностью уверена.

Тело гудело. Прижималось к нему само, искало трения. Я смотрела на это со стороны и не находила выхода.

Саймонд скользнул пальцами по низу живота и, отодвинув кружевные трусики, коснулся…

Внутри все резко откликнулось помимо меня. Я выдохнула со стоном.

И вот тогда Тарин наклонился к моему уху, и я почувствовала его дыхание.

— Знаешь такой стих, Вивиан? — тихо спросил он ласковым голосом. — Сердце сладкое как мед, тук-тук-тук, и в черный лед. Кто услышит — тот придет, а согревший — заберет.

Замолчав, мужчина изучающе посмотрел мне в глаза. Будто ждал, не дрогнет ли что-то у меня внутри от этих слов.

Но я даже не поняла толком, что это было. Просто странный стишок в странном месте. Тем не менее я запомнила его.

Саймонд подождал еще мгновение. Потом медленно отстранился, и в зеленых глазах на секунду мелькнуло разочарование. Но тут же исчезло.

Резкий стук в дверь, и заглянувший охранник нас прервал:

— Хозяин, там вчерашний дракон из департамента, рвет и мечет.

— Вот же мудень, — прошипел Саймонд раздраженно. Он скинул меня на диван и резко поднялся. — Подожди, крошка, я скоро.

Как только за ним закрылась дверь, я активировала сережку-артефакт. Она влияла на камеры. В его апартаментах их было аж три штуки, но только здесь, и то потому, что этот похотливый ублюдок любил смотреть видео с девушками.

Я подскочила, вытянула тетрадь из потайного кармана корсета и шагнула к зеркалу. За ним находилась узкая ниша. Нашарив ее на ощупь, я положила украденную вещь на место. Точно туда, откуда ее достала. А затем поправила зеркало и вернулась к дивану.

Руки не дрожали.

Тело еще гудело. Остаточный жар от афродизиака не отпускал, кожа горела изнутри. Но голова была холодной и ясной. Никакого озноба от страха и паники после содеянного.

Раньше от такого меня трясло бы час. А сейчас пустота.

Кажется, Мильна мне еще и всю нервную систему подтянула. Надо ее поблагодарить.

А после отключения артефакта до меня дошло, что телохранитель говорил про Ксантира. Он снова здесь?

Моя догадка подтвердилась, когда распахнулась дверь. Взгляд Арканиса прожигал насквозь. Я даже видела появившиеся синеватые чешуйки на его руках, поблескивающие при свете ламп. Они проступили почти до локтей. Дракон был в бешенстве.