Глава 20. Разговор о прошлом

Светлые миры тянулись вверх, к густой кроне и грелись в лучах плодов, заменявших солнце, тёмные же облепляли причудливо скрученные корни».

Из легенды о сотворении мираТар-Данария.

Алиса Чернова

Моё сердце грохотало так, что я с трудом разбирала слова капитана. Перед глазами стоял написанный мелким почерком текст в приписке.

«Мной был выявлен побочный эффект у заклинания «Закрытие». Оно успешно блокирует ведьминский флёр, но передозировка данного заклинания приводит к полной блокировке флера. Как оказалось, такая насильственная блокировка флера приводит к его внутреннему нагнетанию и, как результат, флер начинает воздействовать на саму ведьму, заставляя её страдать андроманией. Дальнейшие исследования показали, что, во-первых, действие «Закрытие» начинает спадать через несколько дней, а через неделю применения заклинания перестаёт действовать вообще. А во-вторых, побочный эффект, кажется, остается навсегда. У подопытной ведьмы андромания не прошла и через год».

— Алиса, да что случилось?! — Рассел встряхнул меня за плечи. Он сидел на корточках и обеспокоенно заглядывал в глаза.

— Это катастрофа, Рассел, — прошептала я одними губами.

— Ты можешь объяснить мне что случилось?

Я отчаянно замотала головой и ткнула пальцем в гримуар.

— Проще прочесть.

Рассел протянул руку и попытался взять фолиант в руки. Книга мгновенно пропала и пальцы капитана прошлись в пустоте. А в следующее мгновение гримуар материализовался у меня на коленях.

— Не понял… Это что такое?

— Мой гримуар позволяет брать себя в руки только хозяйке, — со вздохом пояснила я.

— И как мне прочесть то, что тебя расстроило?

Я открыла книгу на заклинании, развернула её к капитану, давая прочесть заклинание и все приписки. По мере прочтения лицо капитана приобретало озадаченный вид. Пару раз он бросал на меня говорящие взгляды.

— Алиса, а ты читала приписки до конца? — спросил капитан, и на моё мотание головой, добавил. — Там говорится, что побочный эффект нивелировался через три года. Так что не всё так плохо.

Я развернула к себе гримуар и принялась читать. То, что увидел капитан, действительно, было в самом низу приписки. Только вот пояснения меня не очень успокоили.

«Я была неправа в утверждении, что побочный эффект от заклинания «Закрытие» необратим. Через три года действие нивелировалось, только вот к этому моменту я была уже замужем и ждала второго ребенка».

Мне хотелось выть. Я так старательно выкорчевывала из себя все, что могло сделать меня похожей на гулящую ведьму из мира Даркан. Но умудрилась вляпаться именно в это. По моим щекам от обиды покатились слёзы.

— Алиса, я готов помогать тебе с этим справляться, — произнес Рассел, беря меня за руку. — В конце концов, это естественно между мужчиной и женщиной…

— Дело не в этом, — всхлипнула я, высвобождая ладонь из захвата.

— А в чем тогда? Поясни.

Уткнувшись лицом в ладони, я раздумывала над сложившейся ситуацией. Давно нужно было рассказать Расселу про моё постыдное прошлое. Но для меня разговор на эту тему всегда был и остается очень болезненным. От одних воспоминаний моё сердце сбивалось с ритма, и ужас сковывал тело.

Подняла глаза на капитана Круда. Он по-прежнему сидел возле меня на корточках и смотрел с искренней тревогой. Некстати вспомнила нашу близость и решила, что этот мужчина заслуживает честности от меня.

— Хорошо, капитан Круд, я всё расскажу. Давно нужно было это сделать.

Я натянуто улыбнулась, набрала побольше воздуха и начала свой рассказ.

— Я родом из мира Даркан. Как тут говорят — технически отсталого мира. У нас правят князья и ковен, куда входят ведьмы и ведьмаки. Особенностью нашего мира является то, что все ведьмы черные. Ведьмаки тоже черные, но они себя называют чародеями. Светлых ведьм нет, вообще.

— А как тогда появилась ты, раз нет светлых ведьм?

— Я ошибка мироздания, — грустно сообщила капитану.

— Прости, Алиса, но как следователь, я не верю в такие ошибки. Причина и следствие есть всегда.

Пожала плечами. Возможно, капитан прав. Но эти знания никак не изменят моего прошлого

— Как рассказывала моя бабушка, я последствие несдержанности моей матери на шабаше ведьм. Думаю, ни для кого не секрет, что ведьмы слетаются на шабаш. Вот на одном таком слёте моя мама обнаружила в их священной дубраве светловолосого мужчину мага. Это очень заинтересовало её, ведь в этот лес не мог попасть простой смертный. Результатом её интереса стала я через девять месяцев. А следом пришел шок…

— Почему? — капитан давно поставил табурет поближе ко мне и внимательно слушал.

— Да потому что у наших ведьм рождаются или черноволосые или рыжеволосые младенцы. И никогда беловолосые. Но и это не все. У всех ведьм и ведьмаков глаза двух видов: зеленые или черные. У меня же они, скорее, бирюзовые, чем зелёные. Как сказала моя мама: «Мерзкий отцовский голубой разбавил ведьминскую зелень».

Я замолчала, вспоминая, как всё моё детство меня дразнили «снулой рыбой» из-за масти. Светлые, почти что прозрачные глаза, смотрелись водянистыми, а белые волосы придавали лицу бесцветность. Поэтому меня считали уродиной.

Даже сейчас мне было больно от того, что собственная мать кривилась при взгляде на меня.

Мою руку погладили и передали кружку с горячим кофе. Обхватив фарфор озябшими пальцами, я попыталась согреться, хотя и понимала всю бесполезность. Горячий кофе не растопит тот лёд, что собрался в моей душе.

— Спасибо, — поблагодарила Рассела за заботу, сделала глоток кофе и продолжила свой рассказ. — Проблемы начались, когда мне исполнилось пять лет, и я прошла ритуал пробуждения силы. Знаете, капитан Круд, для маленькой ведьмочки это настоящий праздник.

Я улыбнулась, вспоминая черное платьице в белый горошек и остроконечную шляпку. Этот наряд для меня приготовила бабушка, и она же пошла со мной, крохой, на ритуальную поляну в священную дубраву.

— Помню, что я тогда очень сильно волновалась, чтобы все сделать правильно. А еще я была очень гордая, что на мне одежда настоящей ведьмы. Такая как у моей мамы, — мой голос предательски дрогнул и я спешно отпила кофе. — Пока мы с бабушкой шли, я, наверное, раз десять повторила и забыла все ритуальные слова. Успела несколько раз расплакаться и еще больше разозлиться на себя, что все забыла. Но когда пришло время, я без запинки оттараторила слова… Прекрасно помню, как от меня вверх вырвался столп света. И помню весь собственный ужас, когда я поняла, что свет не такой как у всех.

— И что было не так со светом? — спросил капитан, когда молчание затянулось.

— Он был искристо-золотой, — я безразлично пожала плечами. — У всех матово-белый, а у меня золотой. Даже тут я смогла отличиться…

— Прости, Алиса, я маг, а потому плохо понимаю в чем тут загвоздка.

— Да в том, что это свет белой ведьмы, капитан Круд, — тяжело выдохнула я. — Такой свет невозможно зачернить, он выжигает тьму. Что, кстати, и сделал тогда на ритуале пробуждения. Мало того, что свет очистил поляну в радиусе ста метров, так он изгнал тьму из трёх верховных ведьм ковина. Ну, а то, что ведьмы при этом чуть заживо не сгорели… В общем, вы понимаете, — передернула я плечами, вспоминая ту жуть и вонь, что творилась на поляне.

— И что было дальше?

— А дальше, капитан, начался мой персональный Ад. Никто не разбирался, как так получилось, что у черной ведьмы родилась дочь со светлой силой. Я до сих пор не знаю, почему моя мать меня не убила на месте. Точно помню, что в меня полетело смертельное проклятие, но оно рассыпалось на подлёте. Смутно помню и все последующие дни, потому что постоянно от всех пряталась. То в сарае, то на крыше дома, то зарывалась в стог сена на поле. Кто-то, и я думаю, что это была бабушка, мне приносил еду, оставляя её так, чтобы я могла увидеть и забрать.

— И сколько ты так пряталась?

— Месяц. Мне повезло, что пробуждение силы происходит летом. Зато к тому моменту как меня отловили, мать уже не пыталась меня убить. Хотя, она ненавидела меня всем сердцем. Впрочем, как и старшие сёстры.

— Но ты же была ребёнок, в чем ты была виновата?

— В том, что родилась именно такой, — попробовала я улыбнуться. Не получилось. — Из-за меня мать выгнали из совета ковена. А ей пророчили должность верховной ведьмы. Мужчины-чародеи брезговали с ней заводить отношения. Мои сёстры потеряли статус завидных невест, и все, что им светило, это брак с простыми мужчинами.

Руки предательски задрожали, и пустая чашка от кофе застучала по блюдцу. Капитан Круд протянул руку и мягко забрал кружку.

— Я сломала всем жизнь. Мне постоянно про это напоминали. И ненавидели. Меня отказались брать в ведьминскую школу, и я ходила в обычную человеческую, где тоже оказалось не сладко. Неугодная ведьма, от которой отказались, отличная жертва для насмешек и битья, — почувствовала как по моей щеке заскользила, а потом упала слеза. Я зло стерла её и продолжила. — Знаете, капитан, интересно то, что ко всему можно привыкнуть. Я научилась не обращать внимания на оскорбления. Научилась быть незаметной и избегать ненужных встреч. Я даже поверила, что все наладится. Верила, что, когда смогу пройти ритуал инициации, то обрету свободу.

Капитан Круд взял мою руку в собственные ладони и сжал. От его жеста поддержки стало тепло на душе. Я набрала воздух в легкие и решилась рассказать о самом страшном моменте в моей жизни.

— Всё изменилось в нашей жизни, когда в округ прибыл главный столичный чародей. Я даже сначала обрадовалась, решив, что все наладилось. Маму вернули обратно в ковен, сестры вновь стали завидными невестами, а я стала ходить в школу ведьм. Все наши проблемы решил волеизъявлением приехавший чародей. Тогда он мне показался самым прекрасным, добрым и справедливым ведьмаком, — меня начало мелко трясти, и я обхватила себя руками в попытке успокоиться. — Я ошиблась, Рассел… Это оказался очень страшный человек с прекрасным лицом и черной душой демона.